Мара Вульф 
Сестра ночи

Сестры-ведьмы – 3

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=65490862
«Сёстры-ведьмы. Сестра ночи / Мара Вульф»: Эксмо; Москва; 2021
ISBN 978-5-04-155160-5
Аннотация

Вианне и ее сестрам удалось вырваться из плена верховного короля, но опасность, которая угрожает миру людей, не миновала. Месть демона будет страшна, новый удар должен быть предотвращен незамедлительно.
С каждым днем Регулюс обретает все большее могущество. В его руках Монеты изобилия и самарий – металл, который делает войско врага невосприимчивым к магии. Переломить ход битвы должно помочь противоядие, что изготовить по силам только ведьмам.
Но планы рушатся: старинный гримуар, фамильная книга заклинаний, открывает ведьмам таинственное древнее пророчество. И теперь Вианне предстоит отправиться на полтора тысячелетия назад, чтобы разгадать послание. Возможно, именно там – ключ к спасению будущего всего мира.

Мара Вульф
Сестра ночи

«Души соединяет древняя связь – древнее, чем планеты».
Дианна Харди

Истинная магия обитает лишь в книгах. Но все равно умей слушать!
С любовью, Мара Вульф
Имболк, 2021

Глава 1

Броселианд
Верхняя Бретань 

Мои штаны и свитер покрывала пыль, и я равнодушно потерла рукой пятна. Затем смахнула пот со лба и разогнула ноющую спину, прежде чем продолжить отдраивать наш дом сверху донизу. Этим я занималась уже три дня, тем самым заглушая свои боль, страх и злость. Причем злость была преобладающей эмоцией. Злилась я на Аарванда за то, что он сказал, что желал меня, и на саму себя за то, что постоянно думала о нем и о чувствах, которые вызывали его поцелуи и прикосновения. Я ушла, потому что хотела горевать по Эзре, но, как ни странно, при мысли о нем меня наполнял лишь покой. Я любила его, и до сих пор мы шли одним путем. Часть моего сердца всегда будет принадлежать ему. Эзра сказал мне: «Ты была моим предназначением, но никогда не была предназначена мне». Какую бы боль его слова ни причинили мне в первый момент, все же я понимала, что это правда. Этот путь мы не должны были продолжать вместе, что, однако, не означало, что я вообще обязана идти по нему с мужчиной. Уж точно не с тем, который несколько недель врал мне и обманывал. Почему Аарванд и Калеб с самого начала не рассказали нам правду? Если Калеб по-настоящему любил Эме, то как он мог подвергнуть ее такой опасности? Зачем пошел с нами на Керис и бросил нас в пасть к Регулюсу? Я представить себе не могла, чтобы он нашел этому достойное объяснение. Но настроения снова и снова прокручивать в голове все эти вопросы у меня тоже больше не было. Пусть Калеб и Аарванд докажут, насколько серьезно они настроены сражаться на нашей стороне. И пусть докажут, что больше не станут использовать нас ради личной мести.
Мне же необходимо выяснить, как обстояли дела у Ложи. Эзра просил меня отправиться к Лорану, нужно сообщить ему, что произошло на Керисе. А еще надо сказать ему, что его лучший друг мертв и – что еще хуже! – что его убила я. Я не знала, сумею ли. Хотя Лоран даже поймет, почему у меня не оставалось другого выбора, и точно будет меня утешать, это лишь сделает все куда хуже. Ведь мы оба потеряли человека, который очень много для нас значил.
Я начала тяжело дышать, потому что кислорода вдруг стало не хватать, и широко распахнула окно на кухне. Внутрь ворвался прохладный осенний воздух. От шелеста листвы на ветру и тихого топота полевок в заброшенных грядках зашкаливающий пульс начал успокаиваться. Глубоко вдохнув и выдохнув, я вновь занялась кухонными шкафчиками. Пряталась ли я здесь? Определенно! Должна ли вести себя храбрее и отважнее? Весьма вероятно. И я непременно буду так себя вести, как только приведу в порядок мысли. Еще один день. Мне нужен еще всего один день для себя. А затем я сосредоточусь на том, чего ждали от меня сестры и, наверное, богини. Они наделили меня таким даром не без причины. Но мне требовался этот день, чтобы попрощаться с Эзрой и той жизнью, о которой я мечтала вместе с ним. Это мой долг перед ним и перед самой собой. Я влюбилась в Эзру в пятнадцать лет и оставалась верна своей любви до недавнего времени. Может, кто-то счел бы это неправильным, особенно если учесть, как в конечном итоге расставил свои приоритеты Эзра. Однако для меня моя любовь была правильной, а это главное. Не важно, как о ней будут судить другие или как они расценят мое поведение. Это касалось меня и только меня. В прошлом, в будущем и в настоящем. Я не обязана за это оправдываться.
Тряпка прошлась по особенно упрямому пятну. К сожалению, уборка успокаивала меня не так, как я рассчитывала. Все органы чувств оставались в напряжении. Я не настолько наивна, чтобы думать, будто тут я не в опасности, но также с абсолютной уверенностью знала, что о моей защите побеспокоился Аарванд, и это злило меня еще сильнее. Снаружи, недалеко от меня, в тени деревьев я различила как минимум пятерых его солдат. Они носили униформу Коралиса, а их задачей было охранять девушку, которую хотел их князь. Быстро вытащив голову из шкафчика, я ударилась ею о деревянную планку.
– Блин! – выругалась я. Аарванд не имел права говорить мне такие вещи. Судорожными движениями запихивая обратно кастрюли, я вспоминала разговор, состоявшийся на нашей кухне между Эме и Калебом. На следующий день после моего срыва, или как еще можно это назвать. Той ночью я узнала, что Эзра обручился с Вегой. Калеб сказал Эме, что я слишком сильно любила, а это проблема, и он был прав. В каком-то смысле. Впредь я не разрешу себе испытывать подобные чувства, они будут для меня под запретом. По крайней мере до тех пор, пока мы не выиграем эту войну. Я заставлю Регулюса поплатиться за все страдания, которые он нам принес. Я слишком резко вылила чистящее средство на столешницу, и прямо возле меня раздалось критичное «Ц-ц-ц», от которого я вздрогнула. Естественно, видно никого не было.
– Если тебя не устраивает, как я убираюсь, можешь в следующий раз сделать это сама. – А теперь я разговариваю с незримыми духами своих предков-ведьм. Послышался смех, который нормальным людям показался бы жутким, мне же стал родным с самого рождения. Наш кот Мило поднял голову, когда я бросила тряпку и опять подошла к окну. Он объявился сегодня утром. Ветер остудил выступивший у меня на коже пот, вызывая мурашки. С помощью магии я могла бы очистить дом за считаные секунды, но работа отвлекала меня от круговорота мыслей и упреков самой себя. Упреков глупых и ненужных, однако избавиться от них все равно не удавалось. У меня столько вопросов к Аарванду, но я сбежала. Впрочем, я даже не была уверена, что он бы ответил хоть на один из них.
«Он хотел меня».
Волоски на руках встали дыбом, когда на улице что-то изменилось. Оно почти не ощущалось, однако от моей магии, которая росла с каждым днем, укрыться не смогло. А теперь волоски как будто загорелись. Неужели Регулюс выяснил, где я? Его шпионы последовали за мной сквозь Источник, несмотря на стражу Аарванда? Нет, решила я. Это не Регулюс и не кто-то из его слуг.
Магия осторожно, обстоятельно прощупывала защитный барьер вокруг дома и искала вход. Аарванд явился лично и уже не прятал свои способности. Не от меня. И вероятно, больше вообще не будет этого делать.
Уши уловили громкий шепот, а затем рычание. Я прошептала слова, укрепляющие щит, и рык стал громче.
– Мы заходим внутрь, – услышала я Маэль. – А ты проваливай. С Вианной все хорошо. Позаботься о своем брате и об Эме. И не дай бог с ней что-нибудь случится, пока она при твоем дворе.
– Я хочу поговорить с ней! – От звука голоса Аарванда у меня заныло в животе. Не должно мое тело так на него реагировать. Я должна его ненавидеть, но, к несчастью, у меня не получалось, что ставило под сомнение мое здравомыслие.
– Но это зависит не от тебя.
– Маэль. Давай я сам проясню с ним этот вопрос, иначе он от злости спалит ваш дом, – как ни странно, примирительным тоном заявил Эйден.
– Вот уж вряд ли, пока Вианна торчит внутри, – колко ответила сестра. – Пойду посмотрю, как она. А вы можете хоть головы друг другу поотрывать, мне все равно.
Я сжала ладони в кулаки, когда хлопнула входная дверь. Естественно, дом не откажется впускать Маэль, однако я надеялась, что Аарванду он войти не даст. В отношении мужчин он был непредсказуем. Если моим предкам-ведьмам нравился какой-то парень…
Донеслось призрачное посвистывание, и перед моим внутренним взором буквально встала картинка, как куча моих двоюродных бабушек столпилась наверху у окна, не сводя глаз с Эйдена и Аарванда. Хотелось верить, что, когда я умру, мой дух не будет таким легкомысленным.
Шаги Маэль послышались в коридоре, а затем она толкнула дверь в кухню. Ее взгляд скользнул по моему грязному свитеру, рваным джинсам, босым ногам и собранным в пучок волосам. Я уже приготовилась к отповеди, но на лице у сестры появилась радостная улыбка, она стремительно пересекла комнату и обняла меня. Обхватив Маэль руками, я уткнулась лбом ей в плечо. Утешение – это прекрасное чувство и именно то, что мне сейчас требовалось. Не стоило мне окапываться дома в одиночестве, лучше бы осталась с Эме и Маэль.
– Он не разорвал тебя на кусочки. – Раздался смех с нотами облегчения. – Кто бы мог подумать. – Она слегка отстранилась от меня и коснулась ладонью моей щеки. – Прости меня, – прошептала она. – Аарванд, идиот, не говорил нам, где ты была. Заявил, что тебе нужен покой. Он запер тебя в хижине? Может, мне его убить? Скажи только слово, и мы с Эйденом с ним разберемся. Подумаешь, красный дракон. Мы с ним разделаемся.
У меня вырвался смешок. До этого самого момента я и не осознавала, как сильно скучала по своим сестрам и как нуждалась в них в последние дни.
– Мне хотелось побыть одной, но дольше я там оставаться не могла. Мне нужно было вернуться домой.
Она погладила меня по спутанным волосам.
– Конечно, нужно, а мы бы пошли с тобой.
– У вас головы были заняты другими вещами, и я решила, что первое время справлюсь одна.
Маэль немного отодвинула меня от себя.
– Нет ничего важнее, чем мы трое. Запомни. Уж точно не какой-нибудь парень. – Она подмигнула. – Я бы стащила Эме с кровати Калеба.
На этих словах я ухмыльнулась и в тот же миг ощутила угрызения совести. Сестры тоже во мне нуждались, а я просто сбежала.
– Как он? Он поправится?
Маэль выгнула правую бровь:
– А ты как думаешь? Этот демон валяется в постели и позволяет Эме баловать себя, как только можно. Я не знала, что у драконов семь жизней.
– Теперь она наконец-то там, где он всегда и мечтал: на краю его постели.
– Готова поспорить, не только на краю, – сухо отозвалась сестра. – Она придет так скоро, как сумеет, но я не захотела больше ждать. Я бы не прощала его так быстро.
– А она простила? – У меня накопились сотни вопросов. И на первом месте среди них: действительно ли можно доверять Калебу и Аарванду? Они помогли нам бежать с Кериса, но что это значило? Почему они так поступили, после того как вообще привели нас в Мораду?
Маэль на мгновение задумалась.
– Точно не знаю. Мне кажется, Эме все это время подозревала, что он ведет двойную игру, но боялась вселять в нас пустые надежды. Наверное, карты или шар что-то ей показали.
Я глубоко вздохнула:
– А как Эйден? – Мы обе понимали, о чем я хотела спросить на самом деле. Оплакивал ли он брата? Был ли в ярости на меня за то, что я его убила? Будет ли мстить за смерть Эзры?
Взгляд Маэль стал мягче и вместе с тем тревожней.
– Он не говорит об Эзре. За прошедшие дни почти ничего не сказал о его… смерти. Но я этого и не ждала. Он почти никогда не демонстрирует свои чувства. – Ее голос звучал напряженно. – Эйден поблагодарил Аарванда за то, что тот нас спас, но уверена, не простил ему, что он в принципе когда-то его похитил.
– Это и невозможно простить, – тихо ответила я. – Если бы Эйден стал великим магистром, то наверняка снова запер бы Источник. Эзра поехал бы с нами в Гластонбери, ему не пришлось бы жениться на Веге… – Я осеклась. Нет смысла рассуждать об этом. То, что случилось, уже случилось. – Они с Эйденом обязаны создать альянс, о котором мечтал Эзра. В противном случае у нас не будет ни единого шанса против Регулюса. Им нужно отодвинуть свои разногласия на задний план.
– Они это знают. И научатся работать вместе. И Эйден не винит тебя, Ви. Совсем нет. Ты не могла поступить по-другому. Думаю, он рад, что именно ты освободила его брата.
Если все правда так, то это говорило о практически нечеловеческой силе. Как бы вела себя я, сложись ситуация иначе? Если бы Эйден убил Маэль? Сумела бы потом посмотреть ему в глаза? Какие бы обстоятельства к этому ни привели?
– Мы даже похоронить его не смогли. – По щеке пробежала слезинка, и я сердито ее стерла. Этап слез уже давно пройден. Во всяком случае, мне так казалось. Видимо, я ошибалась.
– Там осталось лишь тело, с которым мы не попрощались, – ласково произнесла Маэль. – Его душа всегда будет с нами. – Она взяла чайник и зажгла огонь на плите. Причем двигалась так спокойно, словно на улице в этот момент не собирались перегрызть друг другу глотки будущий великий магистр Ложи и князь Коралиса. Я восхищалась тем, насколько Маэль владела своими эмоциями, и желала быть сильнее – как она.
– Чем ты питалась последние дни? – поинтересовалась сестра, поочередно открывая шкафчики в поисках чего-нибудь съедобного. – В шато звонила?
Я покачала головой:
– Нет, а в саду еще оставалось немного овощей.
Она опять вздернула правую бровь:
– Аарванд приносил тебе еду в хижину, взяла бы ее.
– От голода я не умерла, – утихомирила ее я. – Есть еще что-то, что мне надо знать? Что произошло в Коралисе? Регулюс ведь будет мстить Аарванду, разве нет? Из-за того, что он нам помог? Какие планы у Эйдена? Он, должно быть, ненавидит Аарванда.
– Наверное, но Эйден никогда не позволит чувствам одержать над собой верх. Он разумный человек.
Я не стала намекать ей, что гнев и ярость – тоже чувства, а их у Эйдена было в избытке, если вспомнить о том, как он вел себя с ней.
– Сначала я заварю чай, а затем мы впустим хотя бы Эйдена. Ну и просто потому, что ты сама, скорее всего, уже об этом подумала: Аарванд хотел выступить против Регулюса, но не так скоро. Наш побег вынудил его действовать. Затруднительная ситуация.
– А когда она такой не была?
Маэль вздохнула:
– И тут ты снова права. Я готова шею свернуть Клименту Токвилю за то, что поставил нас в такое положение.
– Он скучал по своей жене. – Это оправдание даже в моих собственных ушах звучало слабовато.
– Если бы все мы творили такую дурь, когда скучаем по тем, кто нас бросил, что ж: аллилуйя!
– А я мог бы и догадаться, что тебе не понять, – послышался от двери мужской голос.
Я испуганно оглянулась. К дверному косяку прислонился Эйден. В руках он держал корзину.
– Твоего воздыхателя я отправил домой. Полагаю, этот чудовищный барьер в первую очередь должен не впускать его.
– Миленький выбор слов, – откликнулась Маэль. – Он мог бы запросто его разрушить, тебе же это известно. Он обладает немыслимой силой.
Я лишь пожала плечами. Аарванд понял намек. Он не вломился бы сюда без моего разрешения. В этом я не сомневалась.
Эйден уже не казался таким истощенным, как при нашей первой встрече в темнице, парень выглядел окрепшим и здоровым. При этом волосы были коротко пострижены и стали немногим длиннее, чем щетина у него на подбородке. Серьезный взгляд пронзительно-синих глаз задержался на мне.
– Эйден.
Он вскинул руку, останавливая меня.
– Я не хочу говорить о моем брате, – коротко сказал он. Если бы боль в его глазах не была настолько очевидной, я бы подумала, что он бесчувственная сволочь. Но я только кивнула, хотя меня это и задело. – У нас сейчас другие приоритеты, – уже осторожнее добавил он. – Нам нужно в шато, но Маэль настояла на том, чтобы сначала навестить тебя. Пускай я и не понимаю, что ты здесь делаешь. Это безответственно.
Маэль закатила глаза:
– Не обижайся на него. У Эйдена эмоциональный диапазон как у мухи, но он ни в чем не может мне отказать, – приторно сладким голосом произнесла она. – Корзину ставь сюда. – Она похлопала рукой по столешнице.
Эйден собирался что-то ответить, но его перебил свист чайника, и в итоге он просто поставил рядом с Маэль корзину, в которой, видимо, лежали продукты.
– Я быстро приму душ и переоденусь, а потом пойду с вами в шато, – сказала я.
Эйден покачал головой:
– Ты не обязана.
– Нет, еще как обязана и должна была прийти к Лорану уже давно. Ему необходимо знать, что произошло и что мы живы, даже если… – Я замолчала. – Ему будет сложно принять смерть Эзры и тот факт, что ты снова тут.
Выражение лица Эйдена помрачнело еще сильнее.
Маэль пригвоздила его взглядом:
– Мы покажем проклятым демонам, с кем они связались. Все мы. – Звучало так, словно эту дискуссию они вели не в первый раз.
– Вот бедняги. Против вас у них не будет ни единого шанса, – пробормотал он без особого энтузиазма. – Надо попросить кого-то приехать за нами. Туда нельзя ехать на келпи. Этот доисторический аппарат еще работает? Боже мой, у этой штуки что, диск? – услышала я, уже поднимаясь по лестнице.
– Можешь оскорблять меня, но не наш телефон, – ответила Маэль. – И дай мне самой позвонить. Лоран в обморок упадет, когда услышит твой голос. В конце концов, у него-то чувства есть в отличие от тебя, чурбан. Не надо было так затыкать Вианну. Она ведь тоже тоскует по Эзре.
Ответа Эйдена я уже не услышала, так как направилась в свою комнату. Там вытащила из шкафа чистую одежду и наконец скрылась в ванной, но перед этим выглянула из окна, чтобы проверить, не видно ли где-то там Аарванда. Мне не удастся вечно избегать столкновения с ним. Наверное, мне стоило разобраться с этим поскорее. Все-таки пластырь с кожи тоже лучше сдирать одним рывком.
Сперва я не замечала ни его, ни его людей. Маэль и Эйден попали сюда с помощью келпи. Мой взгляд переместился к ручью у нас в саду. На берегу стояли Нэа и Тарон в человеческих обличьях. Аарванд как раз расправлял свои крылья. Он поднял голову, как будто почувствовал, что я за ним наблюдала. В синих чешуйках на стройном драконьем теле отражался солнечный свет. Внешне он не проявил никаких эмоций, однако у меня в голове раздался его голос.
«С тобой всё в порядке?» 
Когда я кивнула, он взмыл в небо, в то время как Нэа и Тарон перевоплотились и поскакали прочь, исчезнув в ручье. Я максимально быстро приняла душ под холодной водой и заплела влажные волосы в косу. Затем натянула другую одежду и опять спустилась вниз по лестнице. Маэль и Эйден стояли рядом, хоть и не касаясь друг друга. Кухню наполнял аромат жасмина, и я покачала головой. Она протянула ему чашку чая. Цветы жасмина применяли в колдовстве, чтобы превратить дружбу в нечто большее. Впрочем, я бы руку дала на отсечение, что между этими двумя давно было нечто большее , пусть они оба и отказывались это признавать.
Эйден сделал глоток и обернулся ко мне.
– Вианна, – сказал он. – Твоя сестра в своей неподражаемой манере напомнила мне, что я задолжал тебе благодарность. – Из его голоса испарились все провокационные нотки. Остался лишь серьезный мужчина, который практически не имел сходства с Эзрой. – Я хочу сказать тебе спасибо за то, что ты сделала для моего брата. Не знаю, хватило ли бы мне сил на это.
– Мне бы хотелось, чтобы был другой путь. Хотелось… – Голос у меня надломился.
– Другого не было, и он сам пожелал, чтобы ты это сделала.
Кивнув, я порадовалась, что не разрыдалась, хотя для этого потребовалась вся моя сила воли.
– Надеюсь, он обретет покой, где бы теперь ни находился.
– Так и будет.
Маэль положила ладонь ему на плечо. Утешающий жест, и я не думала, что он его примет, однако Эйден накрыл ее ладонь своей.
– Мы позаботимся о том, чтобы его смерть не стала напрасной. Заключим настоящий союз с Аарвандом Коралисским. По всей вероятности, люди его не волнуют, но он стремится спасти свой народ, а без нашей поддержки у него ничего не выйдет. И мы этим воспользуемся.
– Скажи мне, что я могу сделать? – Если он попросит, то я снова отправлюсь в Гламорган, чтобы попросить богинь о помощи. Наверное, не Арианрод, но Керидвен точно. Она должна рассказать мне, почему они не отпустили нашего отца. И, возможно, я также получу ответ на вопрос, зачем после побега они привели нас на Керис. Калеб с Аарвандом на это и рассчитывать не могли.
– Мы дозвонились до Лорана. Скоро он нас заберет. Они с рыцарями Ложи сейчас в шато. Почти все остальные одаренные отступили к побережью или ушли за стену. Там безопаснее.
Меня охватило облегчение. Если Лоран придет сам, то с ним не все так плохо.
– А что насчет армейских подразделений, которые Регулюс после своей победы дислоцировал во Франции? Они на нас нападут. Здесь еще достаточно одаренных, чтобы противостоять им, если они перейдут в атаку?
– Почти все эти подразделения принадлежали Коралису. Они не представляют опасности.
– Теперь, когда Аарванд больше не самый верный соратник Регулюса, верховный король вышлет собственные войска, – возразила я.
– Попытается, – подтвердил Эйден. – Но Кровавый источник расположен на территории Коралиса. Аарванд и я укрепили границу его княжества магическим защитным барьером. Вечность он не продержится, но обеспечит нам временную передышку. Наверняка Регулюс сумеет ослабить его при помощи этого самария, но сперва верховному королю надо будет собрать свою армию и завоевать Коралис, прежде чем попасть во Францию. Аарванд расставил своих воинов на границе за щитом, чтобы задержать его, если он прорвется.
– Как долго они смогут давать отпор Регулюсу?
Эйден помедлил мгновение.
– Зависит только от того, заручится ли Аарванд поддержкой других князей. Он надеется на Альтаира де Маскуна. Все-таки его дочь находится в Коралисе.
– Но она ведь не заложница, а под его защитой, разве нет?
– Да, однако Альтаир этого не знает. И направил дипломатов, которые требуют выдачи его дочери. Он даже выкуп прислал.
– И Вега не ушла в Маскун к своему отцу? – Эзра просил меня присматривать за его женой, а я даже не задумывалась о ней. Еще одна ошибка с моей стороны.
– Нет, она отказалась, а Аарванд предоставил ей выбор. Впрочем, если Альтаир назовет ее возвращение своим условием, в обмен на которое поддержит Аарванда и выступит против Регулюса, то он уже не сможет быть настолько великодушен.
– Ты должен был привести Вегу с собой. Ложа обязана обеспечить ей защиту. Ее ребенок – твой племянник или племянница. – Я произнесла эти слова без тени ревности. – Нельзя, чтобы он стал разменной монетой.
– Я уже говорила ему то же самое, – вмешалась Маэль. До сих пор она вела себя на удивление тихо.
– Я ей предложу. Если тут она будет чувствовать себя в большей безопасности, мы будем ее охранять, – пообещал Эйден.
– Не думаю, что Аарванд хочет ее использовать, – добавила я, потому что почувствовала необходимость это сказать.
Взгляд Эйдена стал скептическим, а Маэль поставила на стол пару тарелок.
– Давайте быстро чего-нибудь поедим, пока не приехал Лоран.
– Вы от меня что-то скрываете?
Эйден поджал губы.
– Дело вот в чем, – начала Маэль. – Мы благодарны Аарванду и Калебу за то, что они не бросили нас в беде у Лунных врат. Если бы не помощь от Коралиса, Регулюс схватил бы всех нас и бросил в плен. Но это не значит, что мы доверяем князю на сто процентов. Он с самого начала вел собственную игру. Как я уже говорила, наш побег спутал ему все карты.
– Откуда Регулюс вообще узнал, что мы собирались сбежать? – спросила я. – Кто нас предал?
– Пока вы были на праздновании Мабона, кто-то доложил Регулюсу, что Маэль удалось создать действующее противоядие. Предположительно, кто-то из других ученых, – ответил Эйден. – Когда Регулюс задал этот вопрос Конаху, тот все отрицал. Регулюс велел пытать его.
Я резко втянула в себя воздух. Маэль рассматривала поцарапанные половицы кухни. Получается, она уже в курсе, что произошло с первым ученым верховного короля. Наверняка это было для нее серьезным ударом. Они стали друзьями. Во всяком случае, настолько хорошими друзьями, как то допускали сложившиеся обстоятельства.
– Он мертв? – спросила я.
Эйден кивнул.
– После этого Регулюс сразу же отправил своих людей, чтобы они доставили вас к нему, а Балин сообщил ему, что видел вас в лесу. Регулюс сложил два плюс два и бросился в погоню. Вечером прошлого дня Аарванд приходил ко мне в темницу. Кажется, в его защиту я должен сказать тебе, что хоть он меня и похитил, но никогда не пытал. Кроме того, он считал, что я давно умер.
– Почему ты рассказал ему, что мы хотели сбежать? – Аарванд говорил мне, что планировал убить Регулюса. Он поднял тему наших планов побега, но я ему в них не призналась.
– Он посвятил меня в свои планы, а я его – в наши. То, что он сказал, прозвучало правдоподобно. Князь был решительно настроен помешать Регулюсу заполучить противоядие, а если бы наш побег провалился, то король вынудил бы Маэль его приготовить. Аарванд опасался, что Регулюс будет использовать его, руководствуясь только собственными интересами, а не во благо своего народа. Конах уже был мертв, и единственной, кому известен рецепт, осталась Маэль. Поэтому Аарванд помог нам сбежать.
– Он потребовал, чтобы теперь ты сделала это средство для него? – спросила я.
– Не требовал, но просил, – подтвердила Маэль.
– Он хочет отомстить Регулюсу за то, что тот убил его родителей и отравил Миранду. Аарванд не просто стремится к власти. Ему в первую очередь важна месть. Об этом он тоже тебе рассказывал?
– Нет. Но что это меняет для нас? – ответил Эйден. – И откуда ты знаешь?
– Аарванд сам говорил утром перед нашим побегом. Он привел меня в комнату, где убил Миранду. Он ее любил, но она вышла замуж за Регулюса, а тот ее отравил, когда она не родила ему наследника.
Эйден так медленно кивнул головой, как будто в этот момент у него в голове на свои места вставали кусочки пазла.
– Значит, его ненависть сильнее, чем я думал раньше.
– И Аарванд действительно убил верховную королеву? – переспросила Маэль. Естественно, ей на ум пришла параллель со мной и Эзрой.
– Она сама его об этом попросила, – пояснила я. – И он исполнил ее последнее желание. Отец Аарванда одновременно с Регулюсом претендовал на трон верховного короля, но Регулюс подстроил все так, чтобы его устранить. Аарванду тогда было семнадцать.
Маэль провела руками по волосам.
– Выходит, он уже очень давно вынашивал план мести?
Я взяла кусок хлеба со стола и села. Теперь у меня в желудке правда заурчало.
– Во всяком случае, с тех пор как выяснил, что Регулюс виновен в смерти его родителей. А это он обнаружил не сразу.
– Мы не можем отказываться от его поддержки и должны быть бдительны, – сказал Эйден. – Месть – всегда наихудший мотив в битве.
– Потому что это слишком личное? – задала вопрос я.
Эйден кивнул:
– Она делает тебя уязвимым и часто затмевает ясный взгляд на по-настоящему важные вещи. Моя цель – окончательно разделить миры и навсегда запечатать Источник. Проблемы Кериса нас не касаются. Я не против, если демоны потом поубивают друг друга. Мне нужен Пакт, который будет действовать вечно.
Прежде чем я успела спросить, кто подпишет такой Пакт и обсуждал ли он это с Аарвандом, снаружи донесся рокот мотора. Маэль рванула мимо нас в коридор.
Эйден буркнул что-то нечленораздельное и поспешил за ней. Мне же не оставалось ничего иного, кроме как пойти следом. На самом ли деле жажда мести мешала Аарванду смотреть на вещи трезво? Пожертвует ли он всем ради этой мести?
Лоран едва успел выйти из машины, как Маэль уже бросилась ему на шею. Она так крепко сжала в объятиях нашего друга, словно больше никогда не собиралась его отпускать. Мы с Эйденом спустились по лестнице и направились к ним. Эзра был лучшим другом Лорана. Он был его великим магистром. Сейчас это место займет Эйден. Когда мы приблизились к ребятам, Лоран нехотя отпустил Маэль и смущенно потер глаза, после чего обнял и меня тоже. Затем перевел взгляд на Эйдена. Он не удивился, увидев его. Маэль пришлось еще во время телефонного разговора подготовить его к тому, что Эйден вернулся, и, возможно, Лоран до сих пор считал его безответственным засранцем, который бросил брата одного. Я не могла его винить.
– Где Эзра? – Голос Лорана звучал враждебно, когда он отстранился от меня и положил руку на плечо Маэль.
Сестра и Эйден молчали, предоставляя мне право ответить.
– Мы сумели сбежать, но ему это не удалось, – тихо произнесла я. – Он погиб, чтобы спасти меня. Мы были вынуждены оставить его там.
С лица Лорана сошли все краски, он тяжело сглотнул. Его пальцы сжались у Маэль на плече.
– Тебе многое предстоит объяснить, – обратился он к Эйдену.
– Ты не знаешь всей истории, – попыталась успокоить его Маэль, когда Лоран отпустил ее и сделал шаг в сторону Эйдена.
– Я твой великий магистр, – заявил тот, не отступая ни на сантиметр. – Следи за словами.
– Великим магистром ты станешь только после инициации, – выплюнул Лоран. – И я надеюсь, что кубок тебя отвергнет. Ты бросил нас всех на произвол судьбы, ты, эгоистичный…
– Хватит. – Я вклинилась между двумя парнями, схватила Лорана за плечи и встряхнула. Его лицо искажали горе и ярость. – Сначала выслушай, что случилось, а потом расскажешь нам, как обстоят дела здесь. И вы не можете вот так кидаться друг на друга. В этой войне нам нужны все люди, до единого.
Вдруг раздался какой-то шум, и я подняла голову. Прямо над нами в небе кружил Аарванд. Воздух вокруг него мерцал синим и серебряным цветом. Разумеется, он бы так просто не улетел. Лучше бы занялся собственными делами.
– Чертов гаденыш! – процедил Лоран, развернулся и достал с пассажирского сиденья лук со стрелой. Натянув тетиву, он собирался направить ее на дракона.
– Прекрати. – Я опустила наконечник стрелы вниз. – Это Аарванд Коралисский. Он наш союзник.
– Я прекрасно знаю, кто это. В конце концов, он третировал нас несколько недель подряд. – Лоран оттолкнул меня. – И он не наш союзник. Он правая рука Регулюса, и я не уверен, кто из них двоих беспощадней. Требования, которые он выдвинул, неприемлемы.
– Он был вынужден так поступать, – прервал его Эйден со всем авторитетом великого магистра. – Без князя Коралиса мы сейчас все были бы мертвы, не только Эзра. Так что убери эту стрелу. Отвези нас в шато. Я сообщу рыцарям Ложи, что произошло за последние два года… Где я находился. И я не люблю повторять.
Очень медленно Лоран опустил свой лук. Он выглядел изменившимся после той свадьбы. Ожесточился и похудел. Лицо расчертили тревожные морщинки. Резко развернувшись, он сел в машину. Я снова бросила взгляд наверх. Конечно, Лоран ненавидел Аарванда. Он, как и Эзра, считал его союзником, и все лишь для того, чтобы после битвы на Источнике понять, что князь и Калеб вели другую игру. Игру, которая требовала жертв. В их число вошли и Роза с Терезой. Михаил Галкин, София и Лоренс, а также многие другие. Я понятия не имела, как Эйден собирался убедить своих людей, что на этот раз Аарванд серьезен. Сохранить этот альянс – безумие, и тем не менее я сомневалась, что у нас был выбор. Какие требования он предъявил Ложе? Возможно, больше женщин для экспериментов Регулюса. Меня пробрала дрожь от одной мысли, какой судьбы мы избежали. Во всяком случае, пока.
Маэль непривычно тихо забралась на заднее сиденье. Эйден сел рядом с ней, а я заняла место рядом с водителем. Наверное, сестра переживала, как остальные рыцари воспримут возвращение Эйдена. Вряд ли Эйден оценит ее беспокойство.
– Как дела у Констанс и малышки? – спросила Маэль, когда мы свернули на главную дорогу.
Я повернула голову к окну и смотрела на улицу. Лоран неразборчиво что-то пробубнил, и слов не разобрала даже я, хотя сидела возле него.
– Они хорошо добрались до Ирландии? Говори уже, – потребовала моя сестра.
– Она отказалась пересаживаться и вернулась. Уговорила мага-подростка ее проводить. Видимо, сами богини ее защитили. Когда после сражения она пришла ко мне, я решил, что у меня галлюцинации. Клянусь вам, эта женщина меня в могилу сведет. – Его голос колебался между радостью и раздражением.
– Тебя тяжело ранили? – Маэль сзади положила ему руку на плечо.
– Я бы умер, – спокойно проговорил он, – если бы она меня не выходила. Дала мне в руки нашу дочь и заявила, что я обязан собраться. Ну да, а что мне оставалось.
Теперь уже я не смогла сдержать улыбку, а Маэль пихнула его в плечо.
– Повезло, что она умеет с тобой обращаться.
На грустном лице Лорана тоже появилась вымученная улыбка. Не заметить его боль от потери Эзры было нереально.
– Клэр – самый милый младенец, которого вы только можете себе представить, и я не имел права бросать ее одну с такой властной матерью.
– Да, – мягко сказала я. – Не имел. Она станет самым избалованным ребенком в шато.
– Можешь делать ставки. Еще она единственный ребенок, который остался здесь, и я чертовски за нее боюсь.
– А кто еще остался? – аккуратно задала следующий вопрос Маэль.
Как ни странно, Эйден в наш разговор не вмешивался. Меня бы не удивило, если бы он сразу начал раздавать приказы, пускай в этом автомобиле командовать можно было только нами тремя.
– Еще пара человек. Все, кому достаточно надоело жить, чтобы не уйти. Или у кого оказалось достаточно храбрости. – В его тоне слышалась гордость. – У Источника Регулюс убил трех рыцарей. Роза и Тереза мертвы, как и десять наших стражей. Большинство из них были ведьмами и колдунами. Но уже не играет роли, кто мы. У всех нас общая цель, и не важно, подчиняемся мы Ложе или Конгрегации. Эзру это тоже не интересовало, но ты и твой отец всегда придавали этому слишком большое значение.
Маэль кашлянула, но Эйден все так же не реагировал. Погибших верховный король велел забрать в Мораду и свалить там в кучу. Одной из них была Роза. Плотно сжав губы, я старалась следить за тем, что говорил Лоран.
– После того как Эзра сдался, верховный король нас отпустил. Я сам узнал обо всем, только когда пришел в сознание. Две недели висел между жизнью и смертью, а раны на ноге до сих пор не до конца зажили. Нога… была сломана в нескольких местах, а потом началось заражение. Из-за нее я теперь не могу ездить верхом и практически не способен драться. Обученных целительниц у нас тут не осталось.
– Я ее осмотрю, если хочешь, – откликнулась Маэль. – Это мы уладим.
– Да всё нормально. Я жив, только это и важно. – Его слова прозвучали невероятно тоскливо. – Эзре нельзя было жертвовать собой ради нас. Он сдался, когда я упал и больше не шевелился. Ему надо было продолжать бороться, а вместо этого он сдался.
Я снова отвернулась к окну. Это полностью соответствовало его натуре. И мне сложно его за это винить, хоть он и причинил мне такую боль, как никто другой, когда выбрал Вегу.
Лоран взглянул на Эйдена в зеркало заднего вида.
– Я посвятил в рыцари трех новичков. Колдуна, мага и ведьму.
– Ведьма не может быть рыцарем, – рассеянно отозвался Эйден. – Такого еще никогда не было.
– Да плевать я хотел. Можешь попробовать объяснить ей это сам. Манон сражается лучше большинства мужчин.
Эйден лишь пожал плечами, всматриваясь в глубину леса. Он два года просидел в подземелье. Скучал ли он по дому? Тосковал ли по отцу и брату? Наверняка. Но никогда в этом не признается и возненавидит нас, если мы начнем его жалеть.
– А где Эме? – спросил Лоран, которому, похоже, только сейчас пришло в голову, что одной из нас не хватало.
– Еще в Коралисе, – призналась Маэль.
Он так резко дернул головой в нашу сторону, что одновременно крутанул и руль, и мы чуть не съехали в канаву. Я крепко вцепилась в ручку двери.
– Аарванд держит ее там в заложниках? Вот подонок.
– Он ее не держит, – успокоила друга Маэль. – Эме ухаживает за Калебом. Он пострадал в бою. Она вернется, как только сможет.
Остаток пути прошел в молчании. Мы ехали по извилистой дороге, над которой нависали макушки вековых деревьев. Листья пожелтели и покраснели. Обычно осень в Броселианде была великолепна, однако в моих глазах лес утратил свое очарование.

Глава 2

Показавшийся перед нами среди деревьев замок выглядел почти зловеще. Стены из песчаника словно потемнели, а лес подступил ближе. Даже вода в Зеркале фей стала угольно-черной. Мы припарковались перед входом в шато. Маленькая дверь сторожки открылась, пока мы шли по подъемному мосту. Затем, подстраивая шаг под Лорана, который подволакивал ногу, ступили во внутренний двор. Нас встретила гнетущая тишина. Молчание и подозрение. Подозрение, относившееся не к женской части нашей компании, а, очевидно, к Эйдену.
Раньше во дворе всегда кипела жизнь. А эта тишина казалась неестественной. Я почти не видела девушек и ни одного ребенка. Несколько женщин переоделись в боевое обмундирование Ложи. Из жилой башни вышли Аделаиза и Жак и направились к нам.
– Вианна, Маэль, – пробормотала старая повариха и притянула меня к своей груди. Потом накрыла ладонью мою щеку. – Ты жива. А я даже боялась на это надеяться. Что случилось? Вам удалось сбежать? Где Эме и Эзра?
Жак похлопал ее по плечу:
– Дай девочке хотя бы ответить.
Я проглотила ком в горле. Надо рассказать им, что произошло. Такое я не могла перекладывать на чужие плечи.
– С Эме всё хорошо, но Эзра… Мы не сумели его спасти. Его… он… мертв. – Я услышала, как зашептались в замешательстве рыцари у меня за спиной. И подошли ближе, чтобы не пропустить ничего из того, что я говорила. – Мы не смогли принести его обратно. – Мой голос стал тверже, а у Аделаизы побежали слезы по щекам. – Он встал на пути у Регулюса, чтобы спасти меня. Мне очень жаль.
Жак пошатнулся. Эзра рос на его глазах, для него он был как сын. Затем его шокированный взгляд переместился на Эйдена, стоявшего позади нас.
– А где был ты, пока твой брат умирал? Где провел последние два года и почему сейчас вернулся?
– Я задаюсь тем же вопросом, – заговорил один из рыцарей, который служил еще при отце Эзры. Мужчины угрожающе приближались к нему.
– Что тебе теперь здесь понадобилось? Нам тру́сы не нужны.
Прежде чем Эйден успел ответить, слово взяла Маэль и повернулась к присутствующим мужчинам и женщинам:
– Он не грелся где-то на солнышке и не уклонялся от ответственности, если вы так думаете. Он…
– Я в состоянии говорить сам за себя! – рявкнул на мою сестру Эйден, обрывая ее на полуслове. – Не лезь сюда. Это мое дело.
Она сжала ладони в кулаки.
– Как хочешь. Я просто пыталась помочь.
Лоран стоял вне круга мужчин, надвигавшихся на Эйдена, и не собирался приходить ему на помощь. Сейчас его слегка качнуло, потому что раненая нога не справлялась с его весом, и Маэль поспешила к другу, чтобы он оперся на нее. Я последовала за ней, когда из жилой башни вышла Констанс с маленьким свертком в руках. Она остановилась рядом со своим мужем, и тот приобнял ее рукой за плечи. Хоть он и был намного крупнее ее, выглядело так, будто держался он только благодаря ней.
– Как же я рада, что с вами все хорошо. Мы так волновались, – улыбнулась она мне, а потом протянула сверток Маэль.
Эйден прочистил горло.
– Я не оставлял своих отца и брата, – произнес он твердым голосом и так громко, чтобы услышали все.
Другие мужчины и женщины выходили из замка и соседних зданий и собирались в круг возле него. Их здесь осталось больше, чем я предполагала поначалу, и все же такому малому количеству народа нечего будет противопоставить армии короля демонов.
– Регулюс приказал похитить меня и бросить в темницу. Больше двух лет назад. Я бы ни за что не ушел просто так. – Люди ловили каждое его слово. На лицах некоторых читалось недоверие. – Я стану вашим великим магистром. Кто не согласен, волен покинуть этот двор и уйти. А кто хочет присоединиться ко мне в этой битве, тот будет подчиняться моим приказам. Мы сможем победить демонов, только сражаясь все вместе, и в моих рядах мне не нужны люди, которые ставят под сомнение мой авторитет.
– Он всегда был таким дипломатичным, – прошептала Маэль, закатив глаза. – Ну прямо крысолов из сказки. Не удивлюсь, если парочка мужчин уйдет. А девушки, скорее всего, сразу бросятся ему на шею. Господи, он улыбнулся бы, что ли, если хочет перетянуть рыцарей на свою сторону.
Я молча с ней согласилась, однако мы обе ошиблись. Никто не ушел.
– Ты два года провел в плену у Регулюса? – спросила одна из женщин. На ней была не просто униформа Ложи, но и цепочка рыцаря. Должно быть, это та самая Манон, которую посвятил Лоран. Женщина-рыцарь Круглого стола. Невысокого роста, атлетически сложена, с длинными рыжими волосами и кучей веснушек. Лоран действительно нарушил многовековую традицию и сделал хороший выбор. Эта девушка способна побороться с Эйденом.
Тот обвел ее быстрым взглядом.
– Да.
– Тяжело, наверно, пришлось?
– Неправильный вопрос, – пробормотала Маэль. – Он никогда не скажет им, как страдал и как отчаялся.
– Все так плохо? – нахмурился Лоран, а Маэль кивнула.
– Но я тебе этого не говорила.
– Мой брат погиб. Эта участь похуже, – ответил Эйден ледяным тоном.
– Вот тут я бы не была так уверена. – Девушка протянула ему руку. Ее примеру последовал рыцарь, который недавно едва не напал на Эйдена. Другие хлопали его по плечам. Эйден по-прежнему не улыбался, но принимал их одобрение как нечто само собой разумеющееся.
– Собираемся в большом зале, – продолжил он после небольшой паузы. – Мне нужна информация о событиях последних двух лет, а после мы решим, как действовать дальше.
Звучало так, словно он собирался принимать эти решения не в одиночку, а привлечь своих людей.
Маэль откашлялась.
– Кто бы мог подумать? Чудеса все еще случаются.
– Не будь с ним слишком груба, – негромко произнес Лоран, все еще опираясь на Констанс. – Этот парень сожрет тебя на завтрак, а люди в мгновение ока начнут есть у него с руки.
– Меня не так легко сожрать. Пусть попробует, но однажды его попытка уже провалилась. – Маэль склонилась над свертком в руках, который оказался маленькой девочкой, необыкновенно похожей на отца.
– Из-за него ты все глаза выплакала у меня на плече, – пробурчал он.
– Только посмей ему об этом рассказать, – пригрозила сестра. – Ему об этом знать не нужно, тем более что я плакала от злости, потому что он такой идиот.
Лоран с нежностью взглянул на нее:
– Я смогу тебя от него защитить. – Глаза у него подозрительно заблестели. – Как же я рад, что вы вернулись невредимыми.
– Мы тоже рады.
Эйден шагнул к нам и непроницаемым взглядом уставился на Маэль с ребенком на руках.
– Вы пойдете с нами?
– Если ты считаешь, что мы можем быть полезны. – Она отдала Констанс малышку Клэр.
– Мне понадобится каждый человек до единого.
– Теперь я чувствую себя такой особенной, – саркастично ответила ему моя сестра.
Лоран не сдержал ухмылку, которая немедленно перешла в кашель, стоило строгому взгляду Эйдена переключиться на него.
– Принесем карты и документы из кабинета Эзры, – предложил он, и мы вместе пошли вслед за Эйденом и остальными магами в шато. В то время как Эйден направился прямиком в большой зал, мы с Лораном свернули в пустующий кабинет великого магистра. Все документы в аккуратных стопках покоились на письменном столе. Очевидно, таким Эзра оставил свой кабинет в день свадьбы. Отсюда я впервые попала в Гламорган. Если бы я только не была такой чертовски любопытной… хотя это, вероятно, ничего бы не изменило. Так я по крайней мере возвратила себе магию.
– Я по большей части работал в библиотеке, – пояснил Лоран. – Не здесь. Это царство принадлежало ему и его отцу.
Я щелкнула пальцами:
– Volanta .
Стопки поднялись в воздух и выплыли из комнаты. Не шевельнулся лишь один свиток. Пока Лоран и Маэль отправились за улетевшими документами, я приблизилась к столу. Свиток был стянут лентой, и я ее развязала. Это оказался договор, который Эзра заключил с Аарвандом и где князь Коралиса обещал оказать полную поддержку великому магистру. Мои пальцы с силой сжали листок, когда я вспомнила об условиях, в которых Аарванд его подписывал. Он ни на секунду не задумывался о людях, которых одним росчерком послал на верную смерть. Снова обвязав свиток лентой, я захватила его с собой.
Когда я перешагнула порог зала, Аделаиза и Жак при помощи еще нескольких человек вносили туда напитки и выпечку. Взяв стакан воды, я поблагодарила Аделаизу.
Эйден с прямой спиной стоял во главе длинного стола и наблюдал за собравшимися вокруг него рыцарями Ложи.
– Ни своего отца, ни брата я не бросал на произвол судьбы, свалив на них всю ответственность, – начал он свою речь. По обеим сторонам от него находились Маэль и Лоран, хотя, судя по его виду, он не нуждался в их защите и не хотел, чтобы его защищали. – Аарванд Коралисский похитил меня и привел в Мораду, – продолжил Эйден. – Там я был пленником Регулюса. Два года. Однако теперь я вернулся и стану вашим великим магистром, чтобы вместе с вами сразиться в этой последней битве. – Его голос зазвучал проникновенно. – Мы не проиграем, так как это означает конец знакомого нам мира. Мы не уступим демонам ни сантиметра своей земли. Никогда. – Люди ловили каждое его слово. А я и забыла, каким убедительным он умел быть, если вбил себе что-то в голову. – Мы сообща выберем наилучшую стратегию и своих союзников в этой войне. Но одну вещь я хочу прояснить с самого начала: договор, который мой брат заключил с Аарвандом Коралисским, останется в силе. Князь в этом сражении на нашей стороне.
От последовавших после этого протестов закладывало уши. На лице Эйдена не дрогнул ни один мускул, даже тогда, когда Лоран со злостью воскликнул:
– Этот человек похитил тебя и виноват в гибели твоего брата. Как ты хоть на минуту мог подумать, что мы будем драться с ним плечом к плечу? С ума сошел?
– В результате он всех нас спас. – Эйден сделал паузу, прежде чем поведать рыцарям историю целиком. Он говорил о той ночи, когда его схватил Аарванд, о долгих месяцах в тюрьме у Регулюса. Рассказал, как Калеб привел нас на Керис, как Регулюс поставил мне ультиматум с черномагическими артефактами, как мы сами нашли его в темнице и как пытались убежать сквозь Лунные врата. – Если бы не Аарванд Коралисский, Регулюс убил бы меня, а Эме, Маэль и Вианну выдал замуж и использовал в своих планах по разведению потомства, – закончил он. – Без Аарванда Коралисского нам не справиться с верховным королем. Другой возможности у нас нет. Мы зависим друг от друга. Во всяком случае, до тех пор, пока Регулюс не умрет и не будет заключен новый связующий договор.
Что-то в том, как он подобрал слова, показалось мне странным.
– После битвы на Источнике Эш Макмиллан потребовал ото всех ведьм и колдунов покинуть страну. Они уехали с ним в Гластонбери, – заговорил Лоран. – Вернулись только мы и ожидали, что демоны Регулюса тут же захватят страну, но этого не произошло. Вместо этого пару дней спустя объявился Аарванд Коралисский в качестве посла Регулюса и начал выдвигать требования.
– Какие требования? – осведомился Эйден.
– Ведьмы. Он хотел, чтобы мы отправили ему больше девушек.
Как я и предполагала. Тем не менее мне вдруг стало холодно, и я потерла руками плечи. Пропотевшая одежда липла к телу.
– Ventus , – произнесла я, зажигая огромный камин, где, к счастью, лежала кучка дров.
– Он действовал от имени Регулюса. Было важно, чтобы верховный король доверял ему.
– Он поставил нам ультиматум, – добавил Лоран. – Плевать, по каким причинам он помог вам сбежать, нам лучше обновить союз с Конгрегацией. Эш стал новым главой, и он намного разумнее, чем Михаил Галкин или София Чедвик.
– И это мы тоже сделаем. На все личные обиды больше нет времени. Нам надо отправить посланника в Гластонбери, и я не утверждал, что доверяю Аарванду Коралисскому, – заявил Эйден, когда смолкли все возмущенные голоса. Еще несколько недель назад скепсис по отношению к Конгрегации был заметно выше. – Я лишь сказал, что мы нуждаемся в его поддержке. Наша цель, как и прежде, заключается в том, чтобы вновь запечатать Источник. И чем больше союзников мы для этого заполучим, тем лучше. У Аарванда собственные мотивы, но он не желает навредить людям.
– У нас получится закрыть Источник и восстановить барьер, только если действующий верховный король заключит с нами договор, – не сдавался Лоран, и другие рыцари одобрительно заголосили.
– Мне это известно, и поэтому на Керисе нам необходим правитель, который будет готов это сделать. В соглашении он должен будет взять на себя перед нами обязательство соблюдать этот договор, а взамен мы поможем ему занять трон.
Я нахмурила лоб. На Керисе верховного короля избирали князья. Аарванд намеревался нарушить этот обычай и заполучить корону самостоятельно? Он сможет?
– Вам следует узнать кое-что еще, – еще более настойчиво сказал он, и в помещении воцарилась тишина. – Величайшим страхом Регулюса Морадского всегда была наша магия. По его приказу королевские ученые разработали средство, создающее у демонов иммунитет к волшебству. Только из-за него они сумели победить вас с моим братом на Источнике.
Страх и непонимание появились на лицах окружающих, а Маэль рядом со мной очень занервничала при упоминании самария.
– Так или иначе, – опять заговорил Эйден, и в его тоне послышались успокаивающие ноты, – этот препарат доступен им не в безграничных количествах и в неочищенном виде вызывает разрушительные побочные эффекты. Они приводят к потере у них способности менять облик или превращают их в существ, которых демоны называют пожирателями магии. Существ, которые могут выжить, только питаясь чистой магией. И тем не менее это все еще мощное оружие. На демонов, которые его принимают, не действуют наши чары. Добыча минерала, необходимого для производства этого вещества, уничтожила целые области на Керисе. Король высасывает все соки из своего государства и подавляет любого противника. Это делает Регулюса очень опасным, и никто не отваживается выступить против него. Никто, кроме Аарванда. Если мы обеспечим ему трон, он выполнит все, чего мы от него потребуем. Тогда Источник будет запечатан навсегда. – Эйден замолчал на мгновение, как будто чтобы собраться с мыслями. – Однако я пообещал, что мы примем решение совместно, и сдержу свое обещание. Если вы откажетесь от альянса, я не стану его заключать и разорву старый.
Я затаила дыхание. Без армии Аарванда у нас нет ни единого шанса, и эти люди тоже это знали. Смогут ли они проглотить свою гордость и забыть о вражде на время войны?
– Кто «за»? – спросил Лоран всех присутствующих, но сам при этом все еще выглядел неуверенно. Остальные, похоже, доверили ему право говорить от их лица, поскольку он представлял Эзру. Больше чем три четверти собравшихся с неохотой подняли руки – но все-таки подняли. Он задумчиво провел руками по столу и кивнул. – Давай попробуем по-твоему.
– Спасибо вам, – произнес Эйден. – Также я ожидаю, что вы проявите уважение к князю и его делегации. Аарванд Коралисский прибудет максимально скоро, чтобы мы могли выработать общую стратегию. Сейчас нас еще слишком мало, чтобы противостоять Регулюсу, если ему удастся разрушить наш щит. А пока доберутся войска Конгрегации, пройдет какое-то время. И сперва надо убедить Эша в том, что Аарванд Коралисский на самом деле на нашей стороне. Нельзя допустить, чтобы армия Регулюса через Источник вторглась в Броселианд.
То есть мне придется встретиться с Аарвандом быстрее, чем мне бы того хотелось.
– Князь приведет с собой только небольшую делегацию, – объявил Эйден. – Я посчитал, что будет глупо требовать от вас в такое время отправляться в Коралис. Для начала вам стоит удостовериться, что больше он нас не обманет.
Значит, мы будем сражаться бок о бок с Аарвандом и Калебом против Регулюса и, надеюсь, победим его. После этого они оба вернутся на Керис, а я смогу забыть Аарванда и попытаться жить нормальной жизнью. Мысль о мире без демонов и без стены вокруг Франции казалась странной. Снова появятся телевизоры, мобильные телефоны и самолеты. Люди опять будут спорить о совершенно неважных вещах, и пройдет совсем немного времени, прежде чем они вновь забудут о демонах. Я смотрела на мужчин, которые стояли вокруг стола. Кто из них переживет грядущие дни? Вернемся ли потом сюда мы с сестрами? А Лоран, Констанс и малютка Клэр? Я буду бороться за этот день. И неважно, чего мне будет это стоить.
Остаток дня мы провели на кухне с Констанс и Аделаизой, которые заставили нас в мельчайших подробностях пересказать им события, произошедшие в Мораде. Эйден забаррикадировался в отцовском кабинете. Когда Маэль к нему постучалась, он ее прогнал.
– Ему нужно немного времени наедине с собой, – объяснила Аделаиза и принесла Жаку, который сел к нам за стол, чашку чая. – Наверняка ему очень плохо. Его выдернули из собственной жизни. А теперь он вернулся, а его отец и брат мертвы. Дай ему погоревать, как он хочет. – Она положила руку на плечо Маэль.
– Я бы могла ему помочь, – ответила она.
– Сможешь, но только если он позволит.

* * *

Вечером я помогала Аделаизе и Жаку расставлять свечи на длинном столе в большом зале. Двор патрулировали хорошо вооруженные стражи. Из узких арочных окон мне было не видно, кружил ли Аарванд над шато. О чем именно с ним договорился Эйден? Он ждал знака? Что сейчас замышлял Регулюс, когда его предал самый верный соратник? Как себя чувствовал Калеб и в безопасности ли Эме в Коралисе, если армия Регулюса уже направлялась к его границам? Меня охватили беспокойство и сильная тревога. Пусть Аарванд защитил свои границы и охраняет Источник, войско Регулюса явно во много раз превышает все, чем могли похвастаться мы. Чью сторону займет Альтаир де Маскун – своего верховного короля или своей дочери и внука? Мы не могли рисковать и позволить этому ребенку попасть в лапы Регулюсу. Он будет использовать его в своих темных планах.
Я пошла обратно на кухню, но оглянулась, когда раздались торопливые шаги. Маэль приблизилась ко мне и остановилась рядом. Только что она в сотый раз проверяла Эйдена.
– Он пойдет в Зал мистерий. На инициацию. – Ее голос звучал взволнованно.
– А это разумно в нынешних обстоятельствах? Это может его убить, а он нужен нам тут. Рыцари признали его и без этого ритуала.
– Ни у кого не получается его отговорить. – Сестра сцепила пальцы. – Эйден хочет официально заявить права на место великого магистра и получить благословение богинь.
– Эзра оказался заперт там на несколько дней, и это было ужасно. Он должен это знать.
– Я скажу ему. – На ее лице промелькнул страх. – Но он справится. Он пережил этот плен, что с ним может сделать какая-то комната?
На это у меня на языке вертелось довольно много вариантов ответа, но я не стала их озвучивать.
– Ты должна пойти с ним.
Маэль фыркнула:
– Как будто он мне разрешит. Претендент на пост великого магистра не нуждается в помощи обыкновенной ведьмы. Он и сам достаточно крут, чтобы устранить любые сложности и преодолеть все преграды.
Я улыбнулась, но мне все еще было не по себе.
– Вот тут он может ошибаться, – ответила я, однако мы обе осознавали, что Эйден слишком горд и слишком упрям, чтобы признать, что ему требовалась поддержка. – Я чуть не умерла в том Зале, а мы не можем рисковать и потерять его. Ты нужна ему.
– Мы это знаем, но я не буду предлагать ему свою помощь. Пусть сам меня попросит.
Рыцари собирались перед дверьми большого зала. Затем Эйден, Манон и Лоран вышли из коридора, в котором находился кабинет великого магистра. Он даже не взглянул на нас с Маэль. В данный момент мы на самом деле не могли позволить себе ложную гордость, но я понимала свою сестру. В Мораде она спасла ему жизнь, а с момента нашего прибытия в шато он в той или иной степени ее игнорировал. Разумеется, сейчас у него голова забита другими вещами, но такое поведение ее обижало.
– Мы переночуем здесь? – поинтересовалась я, когда рыцари последовали за Эйденом внутрь. Дверь с грохотом захлопнулась за спиной последнего мужчины. Скоро откроется Зал мистерий, и пока Эйден не возвратится, ни один из них не покинет большой зал.
– Я останусь тут, пока он не вернется.
– Тогда составлю тебе компанию.
Вместе с Аделаизой мы ушли на кухню. Ритуал инициации предназначался только для глаз рыцарей. Такова традиция, но в сложившейся ситуации Эйден имел право спокойно ее нарушить. Он должен был знать, что Маэль переживала.
Мы уселись за стол, чтобы поужинать холодными блюдами.
– Вы продолжаете получать провизию из-за стены? – спросила я у Жака.
Он отрезал себе кусок хлеба.
– Очень редко. Не хотим без необходимости ставить под удар чью-то жизнь ради транспортировки. Хотя князь Коралиса заверил нас, что никто не пострадает, он не может находиться повсюду. И мы были не уверены, можно ли ему доверять.
– Ваши подозрения вполне оправданы. Все-таки вы уже поверили Калебу, а он нас предал.
– Притом Калеб был очень милым юношей, – заявила Аделаиза и подала мне поднос с сыром. – Пока у нас достаточно припасов, да и теперь нас не очень-то много. Перебьемся.
– Милый юноша обвел нас всех вокруг пальца, – произнесла я, обращаясь скорее к себе самой, чем к ней.
– Если сегодня днем я правильно тебя поняла, то у Калеба имелись на то основания. – Аделаиза заняла место напротив меня. Распущенные седые с серебристым блеском волосы спадали у нее по спине, она улыбалась. – Никто не может быть только хорошим или плохим. Даже демоны.
– Надеюсь, они тоже в курсе.
Аделаиза рассмеялась:
– Князь и Калеб защищали вас в Коралисе, и во время своих визитов сюда он вел себя со мной весьма вежливо. Помимо всего прочего, Аарванд очень красив.
Я хмыкнула:
– А разве это играет какую-то роль?
Она лишь пожала плечами и протянула мне кружку с чаем. А Маэль, кажется, вообще ни слова не услышала из нашего разговора, потому что неотрывно смотрела на дверь и крошила в пальцах ломтик хлеба.
– Эйден справится. – Аделаиза легонько похлопала ее по предплечью. – Он рожден, чтобы стать великим магистром. Не беспокойся о нем.
Маэль тихо вздохнула:
– Ну кто-то же должен. Ты не представляешь, в каком состоянии мы его обнаружили. Долго он бы не продержался.
– И держу пари, он ненавидит себя за то, что ты видела его таким слабым, – проницательно заметила Аделаиза. – Он всегда таким был. Чтобы поплакать, запирался в кладовке. Он думал, я не видела, но я делала так, чтобы никто ему не мешал, пока он снова не возьмет себя в руки. Он гордый мужчина, это никогда не изменится. – Слова прозвучали словно предупреждение, но моя сестра к ним не прислушалась. Я слишком хорошо ее знала.
– Не думаю, что он себя ненавидит, скорее уж меня, – отозвалась Маэль.
А я даже не могла утверждать, что она не права. Эйден так злился, что вынужден был направить куда-то эту злость. Несправедливо, что она устремилась именно на Маэль. Мне хотелось верить, что это закончится, когда пройдет немного времени.

Глава 3

Так как Маэль отказалась не только ехать домой, но и уходить в нашу комнату здесь, в шато, мы остались на кухне, пили чай литрами и ели печенье. Пара мужчин из стражи по очереди составляли нам компанию. Все они были в состоянии боевой готовности и патрулировали оборонительные ходы замка. В ночь инициации Ложа особенно уязвима. В прошлые столетия на магов всегда совершались нападения, чтобы оставить Ложу без лидера. Своей цели они никогда не достигали, хотя существовало несколько преданий, согласно которым претенденты на пост великого магистра не пережили посвящения. Всю ночь я размышляла о том, что произойдет, если комната не выпустит Эйдена или если по пути туда на него нападут пожиратели магии. Или если Гламорган вновь отправит его на Керис. Это самая ужасная, но не самая маловероятная возможность. Однажды богини так уже поступили, и я до сих пор не понимала, как это работало. Когда Калеб последовал за нами и я взяла его с собой в Гламорган, откуда он мог знать, что именно та дверь приведет нас в крепость Регулюса? Дверь была старинной, а замки́ покрылись зеленоватой патиной, но, вероятно, Калеб все равно ее узнал.
Когда забрезжил рассвет, я так устала, что просто опустила голову на стол и желала лишь одного – спать. Маэль стояла у окна и смотрела в сад. Бледные лучи солнца лизнули край стены. А затем в холле поднялась суматоха. Торжествующие возгласы и топот сапог смешались между собой. Дверь распахнулась, и на меня нахлынуло облегчение, когда порог кухни переступил Эйден. Крайне измученный, но все же улыбающийся. Улыбка полностью меняла его лицо. Он неожиданно стал выглядеть более молодым и расслабленным. Вдруг возникло ощущение, что он просто разыгрывал перед нами всю эту браваду, а сам был далеко не так уверен, что переживет инициацию и богини одобрят его желание стать великим магистром Ложи. Подойдя к Аделаизе, которая как раз приготовила большую чашку кофе, он обнял старую повариху. А когда отпустил, она погладила его ладонью по щеке:
– Я никогда в тебе не сомневалась, – произнесла она, и Эйден благодарно улыбнулся. – А теперь я наконец займусь завтраком для всех вас, – объявила она, и столпившиеся позади Эйдена мужчины наперебой стали предлагать ей свою помощь. Ну хоть что-то хорошее во всей этой ситуации – они уже не ждали, что их будут обслуживать. Или просто все проголодались. Аделаиза шлепнула по пальцам рыцаря, который потянулся рукой к ее свежеиспеченным круассанам.
Взгляд Эйдена переключился на Маэль, которая до сих пор стояла у окна. Теперь она сделала шаг к нему. Выражение его лица тут же стало отстраненным, и она замерла. Последние часы сестра молча ходила туда-сюда от зала до кухни. И чем больше проносилось времени, тем сильнее она нервничала. В Коралисе наверняка что-то стряслось, и Маэль, как обычно, не хотела об этом рассказывать. Несмотря на их ссоры, ни от меня, ни от Эме не укрылись летающие между ними искры. Сейчас же они исчезли, и Эйден даже производил впечатление, что не особо выносил близость Маэль. Я негромко вздохнула. Женщинам моей семьи не особо везло в отношениях. Это как проклятие. Со времен несчастной любви Урбена и Камиллы ни одна женщина нашего рода не нашла своего «И-жили-они-долго-и-счастливо-до-конца-своих-дней».
Маэль сглотнула и все же преодолела разделявшее их расстояние. Сестра пошла ему навстречу, и я понадеялась, что он сумеет оценить этот жест.
– С тобой все хорошо? – тихо спросила она. Ее не волновало, великий магистр он или нет. Ее волновал он сам. Мужчина за маской упрямца.
– Что ты здесь делаешь? Почему вы не в своей комнате? – задал он сразу два встречных вопроса, которые не могли звучать еще более отталкивающими.
Магистр или кто он там – как был идиотом, так им и остался.
Она сжала зубы.
– Мы хотели быть рядом на тот случай, если тебе понадобится помощь.
– Там внутри находилась дюжина магов, ты серьезно думаешь, что мне бы потребовалась твоя помощь? – отрезал он. – Или я бы ее захотел?
Цвет кожи Маэль стал на оттенок бледнее.
– Не дай бог тебе когда-нибудь попросить меня тебе помочь. Ты все тот же самодовольный засранец, каким был раньше, – тихо процедила она.
– Ну, это не должно вызывать удивление.
– И правда нет. – Она повернулась ко мне. – Поехали домой, Вианна. Очевидно, он выжил, хоть мне и немного жаль. Из Лорана получился бы великий магистр в тысячу раз лучше.
Лоран кашлянул, и когда я взглянула на него, качнул головой. К сожалению, Маэль этого не заметила.
– Вы никуда не пойдете, – скомандовал Эйден, стоило мне встать со скамейки, откуда я наблюдала за этим спектаклем, – и останетесь в шато.
Я предусмотрительно втянула голову в плечи, потому что, в отличие от Эйдена, предчувствовала, какая вот-вот разразится буря.
Разговоры рыцарей смолкли. Мгновение назад помещение напоминало улей, они смеялись и шутили, но внезапно наступила полная тишина.
Маэль вздернула подбородок.
– Как ты сказал? – переспросила она. – Можешь повторить?
– Я сказал, что после завтрака вы вернетесь в свою комнату. О наших дальнейших шагах мы вам сообщим.
– Как любезно, – проворковала Маэль. – Может, мне еще сапоги тебе начистить и пришить пуговицы? – С каждым словом она повышала тон. – Или услужить тебе как-нибудь по-другому? – На кончиках ее волос заплясали крошечные язычки пламени, а тату из хны у нее на лбу, тонкий полумесяц рожками вверх, начал светиться.
Лоран выгнал из кухни запротестовавших мужчин и Манон, которые с интересом следили за перебранкой, и ретировался сам. Больше всего мне хотелось пойти за ним, но нужно было сгладить этот конфликт, пока он не обострился. Как будто у нас нет дел поважнее.
– Маэль, – начала я, однако сестра оборвала меня на полуслове одним резким взмахом руки.
Пугающе спокойным голосом она сказала Эйдену:
– Ты не имеешь права мне указывать, и я не буду прятаться в замке.
– У вас дома небезопасно, – парировал он, сверкая глазами от ярости. – И ты будешь подчиняться мне.
А меня он недавно собирался оставить там.
Маэль запрокинула голову и расхохоталась. Потом насмешливо посмотрела на него.
– А если нет? Закуешь меня в цепи и запрешь?
– Так ты настаиваешь? Знал бы я раньше, что у тебя такие предпочтения… – Он шагнул к ней. – Будь умнее. – Его голос заметно смягчился, но кого он хотел обмануть?
У Маэль на щеках хаотично расцветали красные пятна.
– Мои предпочтения тебя не касаются и никогда не касались, – заявила она. – Потому что ты в них никогда не впишешься.
– Давайте не отклоняться от темы, – опять встряла я. Где вообще носило Эме, когда она так нужна? – Отпусти нас домой, Эйден. И займись своими делами.
– Не вмешивайся, Вианна. Я хочу выяснить раз и навсегда, кому вы верны.
На кухне резко стало очень жарко. Что бы ни было в кастрюлях на плите, оно начало закипать, а окна запотели.
– А сам-то как думаешь? – прошипела Маэль. – Мы верны намерению освободить мир от Регулюса, и уж точно не какому-то упертому человеку, плевать, маг он, ведьмак или демон, который полагает, что может раздавать мне приказы направо и налево.
Я не совсем понимала, то ли они ссорились, то ли это такая причудливая форма флирта. Впрочем, для второго Маэль была как минимум чересчур зла, и не без причины. Поэтому, пока тут ничего не взорвалось, я снова сделала шаг вперед.
– Просто послушайте себя. Вам по пять лет или как? Пойдем, Маэль.
– Нам понадобится очень много целебных мазей и настоек, когда начнется война, – перебила меня Маэль. – У меня есть моя задача, у тебя – твоя, Эйден, и если я буду у себя дома, а ты тут, то мы не будем друг другу мешать. – Она послала ему приторную улыбочку. – И тебе не придется на меня смотреть. Я видела тебя в часы наивысшей слабости, и за это ты меня презираешь, не так ли?
Он избегал ее взгляда, и у меня вырвался вздох, когда зашипело убежавшее молоко, которое оставили на плите без присмотра. Аделаиза терпеть не могла напрасную трату продуктов, а я – запах сгоревшего молока.
– Я тебя не презираю. С чего ты взяла? – Он непонимающе наморщил лоб.
– О, ты же отлично это скрываешь. – Маэль сделала шаг по направлению к двери.
– Свои микстуры ты можешь смешивать и здесь. Скажи, что тебе понадобится, и мои люди раздобудут эту твою фигню. – Последние слова прозвучали настолько надменно, что меня бы не удивило, если бы Маэль влепила ему пощечину. Я и сама с трудом сдержалась.
– Пусть твои люди прополют сорняки или заново покроют крышу, мне все равно. Но они не будут рыться в моих травах. Мы сейчас же едем домой. Аарванд и так следит за нашим домом, больше соглядатаев нам не требуется. Мы не нежненькие беспомощные цветочки.
– При взгляде на тебя цветочки точно мне в голову не приходят. – Эйден запрокинул голову и сделал глубокий вдох. Темные круги под глазами, в которых была виновна прошлая ночь, теперь заметно выделялись.
– Тебе стоит отдохнуть, – произнесла Маэль. – Ты никому не принесешь пользы, если рухнешь от усталости. С нами все будет в порядке.
Он издал смешок, но тут же его проглотил.
– У меня в любом случае не получится тебя переубедить, но, быть может, существует компромисс.
Мы в ожидании смотрели на него.
– Днем делайте что угодно, ради бога, но ночуйте в шато. И это я обсуждать не собираюсь, – добавил он, когда Маэль раскрыла рот, чтобы возразить, и сократил оставшуюся между ними дистанцию. – Я не буду ставить на кон ни одну жизнь только из-за того, что ты ведешь себя как упрямый ребенок. – Он пальцем приподнял ей подбородок, вынуждая взглянуть на него. – Ты наша самая талантливая целительница, мы не можем позволить себе тебя потерять.
Пускай тем самым он признавал ее способности, эта фраза наверняка стала для нее как ведро ледяной воды. Отпрянув от него, она промаршировала к входной двери. Между стыками старинной плитки проклюнулись зеленые лозы, которые быстро приобретали темно-красный цвет и оплетали каменный пол.
Эйден в недоумении уставился на стебель, обвивший его ботинок и удерживающий парня на месте.
Лоран, который в этот момент снова приоткрыл дверь и просунул голову внутрь, пропустил Маэль. Аделаиза, не обращая внимания на Эйдена, побежала к плите.
– Не самый умный ход, приятель. Наверное, в будущем тебе лучше предоставить дипломатические переговоры мне. – Прихрамывая, Лоран пошел за Маэль.
Эйден дернул тонкую лозу на ботинке.
– Эта женщина меня с ума сводит. Почему с ней даже поговорить толком нельзя? Ты уверена, что она твоя сестра, а не подменыш? Убери это, – велел он и указал на сорняк.
Я еле слышно усмехнулась себе под нос. Только что он оскорблял мою сестру, а теперь думал, что можно командовать мной? С ним явно что-то не так.
– Мечтай дальше, приятель, – повторила я неуважительное обращение Лорана. – Мной ты тоже не будешь распоряжаться, как и моими сестрами. И проверь-ка еще раз, что люди называют компромиссом. В библиотеке куча книг. Может, чему-нибудь да научишься.
Он вновь набрал полную грудь воздуха, и я уже решила, что сейчас Эйден наорет и на меня.
– По крайней мере приглядывай за ней, – вместо этого потребовал он и сел за стол. Аделаиза с таким стуком поставила перед ним чашку, что ее содержимое расплескалось. Я с сожалением покинула теплое помещение, где соблазнительно пахло кофе, малиновым вареньем, свежеиспеченными багетами и круассанами, чтобы догнать сестру.
– Removere , – пробормотала я, когда мимо меня к столу устремились рыцари, которым мешали хватающие их растения. Сорняки вновь втянулись в землю. Ни Аделаиза, ни остальные не виноваты в твердолобости своего великого магистра, а его этой штукой из колеи не выбьешь. Это ясно.

* * *

– Вот же надутый идиот, – вслух ругалась в машине Маэль. – Он не мой  великий магистр. И не имеет права мной командовать.
– Да, не имеет, – попытался утихомирить ее Лоран. – Уверен, он имел в виду совсем не то. Просто он немного на взводе. Смерть отца, ответственность за Ложу, ночь в Зале мистерий…
Лицо Маэль ничуть не смягчилось, однако я все равно заметила, что в глазах у нее мелькнули угрызения совести.
– Это не повод так унизительно со мной обращаться. «Мои люди раздобудут эту твою фигню», – передразнила она его пренебрежительный тон.
Лоран подавил смех, потому что сходство получилось идеальным.
– Ты действительно хочешь снова приготовить противоядие? – спросила я, чтобы переключить ее на другую тему.
– Естественно, – помедлив, сказала она. – Аарванду оно понадобится после войны, чтобы вылечить всех, кто отравился самарием.
Я пристально посмотрела на нее, так как что-то в ее словах звучало странно.
– Но если ты сделаешь его уже сейчас, то нам придется следить, чтобы оно слишком рано не попало не в те руки. Регулюс даст его своим людям, и ему больше не нужно будет беспокоиться о неочищенном самарии.
– Ему в самом деле не нужно будет об этом беспокоиться, – медленно проговорила Маэль. – Потому что у него появится совсем другая проблема.
– Что ты имеешь в виду?
Она сделала глубокий вдох.
– То, о чем я вам сейчас расскажу, должно остаться строго между нами. Никому нельзя об этом знать. И когда я говорю «никому», я действительно подразумеваю «никому». Включая Эйдена и Аарванда. Не хочу понапрасну никого обнадеживать, пока не буду абсолютно уверена, что мне удастся приготовить его заново. – Она дождалась, пока мы с Лораном кивнем. – Изначально мы с Конахом искали лекарство, которое бы обратило вспять действие загрязненного самария. Оно должно было бы вывести отравляющие вещества из организмов тех, кто его примет, но средство, которое у нас получилось, полностью нейтрализует самарий.
Я рывком повернулась к ней:
– Что? Повтори.
Она повела плечами, как будто только что не раскрыла решение нашей самой важной проблемы.
– То, что мы с Конахом создали в лаборатории Регулюса, полностью нейтрализует эффект самария. Демоны утрачивают иммунитет к нашей магии, даже если потом примут новый самарий. – Она вздохнула. – Поэтому мы его уничтожили. Никто не должен был об этом узнать. Регулюс немедленно убил бы нас обоих. – Сестра выглянула в окно. – Мы испытали его на сыне Конаха. Ты бы видела его, когда мальчишка вдруг выздоровел. Естественно, ему приходилось сидеть дома. Через пару дней Конах дал ему чистый самарий. А я испробовала на нем совершенно безобидное связывающее заклинание, и оно сработало. Я укутала его в разноцветные платки с ног до головы, как мумию, и парнишка все это время заливался смехом. Он вообще не сообразил, что я сделала. – Она прикусила губу. – Само собой, я тут же сообщила Конаху. Мы уничтожили всё, до последней бумажки. Мы понимали, что Регулюс ни за что не допустит, чтобы его мощнейшее оружие стало бесполезным. Даже при условии, что тем самым он исцелил бы всех, кто страдает от побочных эффектов. Но, видимо, кто-то все равно что-то пронюхал, рассказал Регулюсу, и вот Конах мертв. Это моя вина. Мне нельзя было заходить настолько далеко, без моей магии это было бы нереально.
Я погладила ее по руке:
– Ты не виновата. Регулюс отправил его на пытку, но он погиб, зная, что его сын снова здоров. Благодаря тебе.
Маэль храбро кивнула, но я видела по ней, как она жалела этого мужчину.
– Его необходимо выпить, чтобы оно подействовало?
Сестра задумчиво кивнула головой:
– Когда все закончится, я попрошу Аарванда позаботиться о малыше. Он хочет стать врачом, как его папа.
– Аарванд возьмет его к себе. А ты сумеешь приготовить лекарство снова? – Мне понятна тревога Маэль за сына ее друга, но это слишком важно. Поэтому я немного сместила тему разговора.
– Очень надеюсь. – Она с отстраненным видом побарабанила пальцами по губам. – Это очень кропотливый и сложный процесс, но мне кажется, я все запомнила. Надо просто немного поэкспериментировать. Вопрос лишь в том, как нам скормить его солдатам Регулюса. Это порошок, который нужно растворить в воде. Он безвкусный, но, к сожалению, просто полить им армию Регулюса мы не сможем.
– А было бы так восхитительно просто, – вздохнул молчавший до сих пор Лоран. – Здесь найдется все, что тебе потребуется для противоядия?
– Думаю, да, а если нет, то придется вам достать мне эту «фигню». Ты же слышал своего очаровашку-магистра.
Лоран скривился:
– Раньше он умел лучше обращаться с женщинами.
– Да уж. – Маэль покачала головой. – Не умел он лучше обращаться с женщинами, – просветила она друга, – а встречался только с теми девушками, которые велись на эти дерьмовые замашки «плохого парня». Есть разница.
– Ты тоже по нему сохла, – ответил Лоран с ухмылкой.
– Кратковременное заблуждение юной версии меня. Поверь, такого больше не произойдет.
Мы с Лораном обменялись взглядами, и я лишь пожала плечами, как вдруг позади нас послышались звуки другого автомобиля. Обернувшись, я заметила вторую машину с тремя стражами внутри.
– Видимо, Эйден послал их за нами.
Маэль неверяще замотала головой:
– Он все никак не успокоится. А что он сделает, если я заколдую парочку шпионов, которые будут везде за ним слоняться?
– Думаю, вышвырнет их, – представив это, усмехнулся Лоран.
– Вот именно. Поэтому просто забери с собой своих сторожевых псов, или я за себя не отвечаю.
Мы припарковались перед нашим домом, и Маэль рванула внутрь.
– Я бы хотела передать с гонцом письмо для Эша. Он уже сегодня отправится в Гластонбери, как ты считаешь? – спросила я у Лорана, после того как мы вышли из машины. – Подождешь минутку?
– Конечно. Мы тут осмотримся, а потом я к вам загляну.
– Обожаю тебя. – Я задержала его, когда он собирался пойти в сад. – Я пойму, если ты не простишь меня за то, что я убила Эзру. Даже не знаю, смогу ли сама себя простить.
– Вианна, – хрипло произнес он. – Тебя никто не винит. – Он сжал руками мои предплечья. – Даже не думай об этом. Не мучай себя.
– Не то чтобы это было так легко, но спасибо за твои слова.
Он поцеловал меня в лоб.
– Напиши письмо Эшу и задай ему жару. Пусть шевелит булками и везет сюда всех ведьм и колдунов, которых только сможет.
– Так ему и напишу. – Я побежала в дом вслед за Маэль, но не сразу ее нашла, пока в магазине не раздался грохот. Мимо меня проплыла одна из моих прабабушек. То, что дух полностью материализовался днем и без видимых причин, было весьма странно и необычно, как и всё в последние дни. Они чувствовали угрозу, которая исходила от открытого Источника, и, вероятно, не хотели упустить ничего из происходящих событий.
На маленькой кухне Маэль яростно доставала кастрюльки и миски.
– Ты чем там занимаешься?
– А на что похоже? – едко поинтересовалась она в ответ. – Готовлю зелье, чтобы превратить этого надутого магистра в жабу.
Мои брови взмыли вверх.
– А потом кинешь его в стену, чтобы жаба превратилась в принца, или как ты это себе представляла?
Маэль замерла и наконец взглянула на меня. Ее губы изогнулись в дьявольской улыбке.
– Неплохая идея.
– Тогда у меня для тебя новость: чурбан никогда не превратится в принца. Бери его таким, как есть, или забудь. Он сделает тебе больно.
Она что-то пробубнила, но я не разобрала слов.
– Думаешь, я перегнула палку? – в итоге спросила она. – В смысле, я же правда переживала, а этот урод хотел запереть меня в комнате.
– Ты не перегнула палку. У нас троих проблемка в отношении того, когда мужчины считают, что должны позаботиться о нашей безопасности. С другой стороны, в обратную сторону это работало бы так же. Они бы не позволили им указывать.
– Я не против ночевать в замке, если днем Эйден оставит нас в покое, – к моему удивлению, призналась она.
– Тогда я скажу Лорану, чтобы забрал нас на закате или прислал кого-нибудь за нами.
Маэль кивнула, а сама уже проверяла свои запасы трав, которые засушила перед нашим пленением. В воздухе разлился аромат розмарина, лаванды и можжевельника.
Удовлетворенная, я направилась в свою комнату, нашла ручку и лист бумаги и написала письмо Эшу. Почему-то меня преследовало ощущение, что Эйден не подберет правильный тон, когда дойдет до заключения союза с Конгрегацией, и я должна сказать Эшу, что сожалею о нашей ссоре. Он был рядом, когда я больше всего в нем нуждалась, а сейчас неподходящее время, чтобы продолжать на него злиться. Что сделано, то сделано, и нам всем нужно объединить силы. Только если Ложа, Коралис и Конгрегация выступят против Регулюса единым фронтом, у нас появится шанс. Эшу это известно, и он придет. Я в нескольких предложениях описала случившееся на Керисе за последние недели. Затем отдала письмо Лорану и пошла в лавку.
– Можешь помочь мне сделать масла, мази и травяные смеси, – произнесла Маэль. – Но когда буду готовить противоядие, то буду делать это одна. Не хочу, чтобы кто-то, кроме меня, знал рецепт. Это исключительно для вашей же безопасности. То, что произошло с Конахом, и так достаточно ужасно. Я должна была заранее подумать о последствиях.
Я кивнула. В общем-то, я бы даже предпочла остаться в шато, чтобы послушать, что планировали рыцари. Но это я и вечером выясню, а Маэль явно нужно побыть подальше от Эйдена.
– Тогда приступим.
Она удивленно уставилась на меня, как будто ожидала продолжительного спора.
– Мы не знаем, что нам грозит, и, если одна из нас попадет в плен, так будет лучше. Чего вы не знаете, того не сможете и рассказать.
– Я понимаю, Маэль, – откликнулась я. – Честно. – Хоть и боялась, что Регулюс все равно будет пытать нас и казнит. Он никогда не поверит, что нам ничего не известно.
– Если я заготовлю его в достаточном количестве, Аарванд сможет попытаться запустить его в оборот на черном рынке Кериса.
– Обсуди это с ним, и чем раньше, тем лучше. Не хочу на тебя давить, но это лекарство станет нашим самым сильным оружием.
– Знаю. Но я собираюсь рассказать о нем Аарванду и Эйдену, только когда удостоверюсь, что смогла его воспроизвести. Мне понадобятся кое-какие ингредиенты, которые должен доставить Эш. Некоторым базовым веществам все равно требуется время, чтобы связаться между собой. К тому моменту Эш уже наверняка доберется сюда.
– Тогда готовь сразу побольше. Нам нужно много этой штуки.
– Так и сделаю. Сейчас переберу свои запасы и позвоню Лорану, пока посыльный не уехал в Гластонбери.
– Тебе страшно? – чуть слышно спросила я, когда она занялась лежащим на столе инвентарем. – Что мы не справимся?
– Было бы глупо, если бы оказалось по-другому, правда? Но мы в Мораде не сунули головы в песок и тут тоже не станем этого делать.
– Вот бы Эме была здесь, – призналась я, когда Маэль пустила воду в одну из кастрюль. – Я скучаю по тем спокойным дням, когда мы втроем сидели с бабушкой в лавке и она рассказывала нам истории о маме.
– Такие дни снова наступят. – Маэль водрузила одну кастрюлю на плиту, а в другую налила миндальное масло и поставила на водяную баню. Потом добавила туда пчелиный воск. – Мы должны их себе вернуть. Не подашь мне лавандовое и жасминовое масла из шкафчика?
– Конечно. – Я отыскала необходимые масла. Воск следовало опять немного остудить, прежде чем подмешивать к нему ароматические масла. Важно поймать нужный момент. Маэль тщательно отмеряла количество. Моя задача состояла в том, чтобы заклинаниями запечатывать готовые бутылочки, удерживая внутри магию.
– Значит, Аарванд – Алый дракон, – как бы между делом обронила сестра, вскрывая новое миндальное масло. – И ты тоже не знала об этом заранее, да?
Я закрутила последнюю баночку.
– Даже подумать не могла. Хотя с тех пор, как мы побывали у Арианрод, я выяснила, что он перевоплощается в дракона, до нашего побега у него всегда была синяя чешуя. Эйден спрашивал его, что это означает?
– Спрашивал, но Аарванд не отвечает на его вопрос. Этот парень закрытый, как устрица.
– Говорят, Алый дракон обладает большей магией, чем все волшебники в мире, вместе взятые. С его появлением миру придет конец. Аарванд, конечно, внушает страх, но не до такой же степени.
– С тобой он действительно обращается очень бережно, – ухмыльнулась Маэль. – Я постепенно прихожу к выводу, что легенды врут.
– Какое великолепное открытие. Легенды и не должны говорить правду. А если бы Аарванд владел такой магией, он мог бы запросто стереть Регулюса с лица земли. – Я облокотилась на кухонную стойку рядом с сестрой.
Погрузившись в раздумья, она вмешивала воск в свежее масло.
– То, что княжеский род Коралиса так долго хранил подобную тайну, – это едва ли не чудо, и меня мучает вопрос, почему они в принципе это делали? Демоны с магическими способностями могли рождаться уже давно. Пускай Эйден уже решил объединиться с ним и с Калебом, но у тебя вообще нет сомнений, что он на нашей стороне? – Она терпеливо ждала моего ответа.
Я медленно покачала головой:
– Рада бы, но я не доверяю ему на все сто процентов. Он хочет убить Регулюса и отомстить. – На этих словах сердце сдавил невидимый кулак. – Было бы наивно слепо довериться ему. Ради своей мести он пожертвует чем и кем угодно. Кем угодно, кроме Нэа и Калеба.
– Так я и думала. – Маэль вновь вернулась к своему занятию. – Регулюс, должно быть, вне себя. Магия, которую он так жаждет заполучить, все это время маячила прямо у него перед носом. – Негромко рассмеявшись, она взяла пучок высушенного тимьяна. Осторожно встряхнула листочки, чтобы они высыпались в глиняную мисочку. – Можешь потолочь?
Я взяла пестик.
– Он намеренно превратился в Алого дракона? Думаешь, он умеет это контролировать или принимает такой облик только в определенных ситуациях и получает силу?
– Спроси его об этом. Тебе он точно расскажет больше, чем Эйдену. Они ни на грош друг другу не верят, но тем не менее зависят друг от друга. Это недоверие – не лучший фундамент в нашей войне.
– Мне он тоже ничего не скажет. И я бы лучше с ним не пересекалась. Говорят, Алый дракон предвещает возвращение Мерлина.
Маэль нахмурилась:
– Что ты имеешь в виду? Символически? Или Аарванд что-то типа реинкарнации Мерлина?
От этой мысли у меня по спине побежали мурашки. Мерлин не желал ничего хорошего ни людям, ни одаренным.
– Или просто его преемник. Возможно, из-за этого его семья веками скрывала свой дар. – Я вспомнила наш разговор с Регулюсом вскоре после моего появления в Мораде. – Регулюс сказал, что Мерлина интересовало только будущее демонов. И их выживание. Единственное, ради чего он запер их на Керисе, – это чтобы дать передышку, пока они не наберутся сил и не вернут тебе то, что, по мнению Мерлина, принадлежало им. Наш мир.
– Тогда будем надеяться, что этот план провалится, – коротко ответила Маэль. – Кстати, Аарванд точно ведет себя не так, как задумано. Иначе он бы по-настоящему объединился с Регулюсом.
– Может, он бы так и поступил, если бы на совести Регулюса не висело убийство его родителей и женщины, которую он очень сильно любил, а кроме того, он определенно не захочет делиться властью. – Я озлобленно измельчала листья тимьяна.
– Тоже вариант. Ты не задавала никаких вопросов Аарванду? – Маэль ни на секунду не сводила с меня глаз. – Вы были с ним наедине. Тебе не удалось ничего разузнать?
– Нет, – кратко ответила я. – Я была поглощена горем, отчаянием и просто не в себе.
Запрокинув голову, она громко простонала:
– Тебе реально стоит поучиться держать свои чувства под контролем. Происходящее слишком важно.
– Как ты держишь под контролем свои чувства к Эйдену? – выпалила я. – И не надо отрицать. При взгляде на вас любому ясно, что вы вот-вот наброситесь друг на друга – и я сейчас не о боксе говорю. Так что чья бы корова мычала. То, что вы тут устраиваете, тоже не особенно конструктивно.
– Наши с Эйденом отношения к делу не относятся, – упрямо парировала она.
Я постаралась успокоиться, однако это оказалось совсем не так легко.
– Регулюс не говорил, что Мерлин переродится, только о том, что ему нужен новый Мерлин. Но да, вполне вероятно, что он надеется на рождение демонического колдуна времени, который сможет вернуться назад, чтобы привести Мерлина в наше время. Хотя он считает, что Мерлин и сам был достаточно силен, чтобы путешествовать в будущее. А может быть, это всего лишь еще одна легенда, – вздохнула я.
Маэль капнула масло в мисочку с тимьяном.
– В наших легендах Мерлин – друг Артура и относился к нему почти как отец. Он основал Ложу, чтобы защитить Источник и человечество от демонов. Но если верить версии Регулюса, то звучит так, словно Мерлин хотел стать нашей погибелью. Но тогда либо не он основал Ложу, либо за минувшие столетия Ложа позабыла его заветы.
– Я сейчас начну волосы на голове рвать. – Я плюхнулась на стул.
– И в довершение ко всему Эме запала на Калеба. Конкретно от нее я ожидала больше благоразумия. В конце концов он не первый симпатичный парень, который строил ей глазки. Помнишь бухгалтера в Гластонбери? Не могла она выбрать его? Он бы куда лучше ей подошел.
Вспомнив, я захихикала:
– Она два раза уснула, когда он пришел к нам на обед.
Маэль ухмыльнулась:
– С Калебом с ней точно такого не случается.
– Да, и она не запала на Калеба. Она его любит. Несмотря ни на что. Из нас троих она больше всех заслуживает быть любимой, и я молю богинь, чтобы он снова не причинил ей боль.
– А если причинит, я лично повыдергиваю ему все чешуйки по одной, – заявила сестра, что означало, что она сделает это буквально.
– Ей так или иначе будет больно. Если нам удастся закрыть Источник, она вряд ли отправится с ним на Керис, а он не сможет остаться. У этих отношений нет будущего. И тебе это известно точно так же, как и мне. – Еще одна причина держаться подальше от Аарванда.
– Ты права, – задумчиво подтвердила мои опасения Маэль. – И что предлагаешь? Пусть насладится этим временем с ним и немного развлечется?
– У нее сердце разобьется, когда им придется расстаться. Она не как ты.
– Я бы не была так уверена, – ничуть не оскорбившись, ответила Маэль. – Ты разве очень скучаешь по Эзре? – Этим вопросом она застала меня врасплох. – Можно влюбиться не один раз, сама знаешь.
Прислушавшись к себе, я провела подушечкой пальца по краю стола.
– Я скучаю по тому, как любила его. По тому, как легко мне было его любить, но думаю, я уже давно поняла, что потеряла его. Он сказал, что никогда не был предназначен для меня… и это правда.
Маэль кивнула, как будто заранее догадывалась о чем-то в этом духе.
– Следующая партия готова. – Сестра сняла кастрюлю с огня, а я обрадовалась, что она не стала допытываться дальше.
– Volanta . – По моему желанию дюжина флаконов полетела с полки к серванту. Крышки развинтились и аккуратно легли возле них.

Глава 4

Остаток дня мы занимались приготовлением различных мазей, зелий и масел. Работа отвлекала меня от противоречивых мыслей, и когда вечером Лоран приехал нас забрать, я едва не заснула в машине от усталости. Прошлой ночью я плохо спала и к этому моменту провела на ногах уже очень много часов. Все, чего я хотела, – лечь в постель.
Однако не успели мы войти во двор шато, нам навстречу выбежала Эме, и мою усталость как ветром сдуло. Она порывисто меня обняла, в то время как Калеб остановился на некотором отдалении и ждал.
– Прости, что я не вернулась сразу, – произнесла Эме и провела рукой по моей щеке. – Прости, что меня не было рядом. Аарванд не рассказывал нам, где ты пряталась.
– Всё нормально. Я так хотела. Мне нужно было немножко побыть одной. – Я дала ей такое же объяснение, как и Маэль.
– Ну, ты была не совсем одна, – съязвила наша средняя сестра. – В конце концов с тобой все время находился он .
– Советники князя не испытывали восторга от того, что он так часто пропадал, – тихо добавила Эме. – В Коралисе тяжелая ситуация.
– Я не просила Аарванда обо мне заботиться.
– Конечно нет. Пойдемте внутрь и спокойно все обсудим. На улице холодает, а Калеб еще не совсем выздоровел. Ему нельзя мерзнуть.
– Этот парень – дракон, – округлив глаза, напомнила Маэль. – Если тут кому и не будет холодно, то это ему. – Она растерла руками плечи.
Эме одним суровым взглядом заставила ее замолчать.
– Не будь к нему слишком строга, – попросила меня она, когда мы пошли в сторону Калеба. Его озорное выражение лица исчезло, равно как и мина самодовольного принца, он неестественно побледнел.
– Вианна, – тихо сказал Калеб. – Сочувствую твоей потере. Не могу даже выразить, насколько. Такого я не хотел.
Во мне вспыхнул гнев.
– И все же ты принимал в расчет смерть Эзры и нашу тоже. В тот момент, когда последовал за нами в Гламорган и шагнул с нами через ту дверь в Мораду, ты должен был ожидать, что Регулюс всех нас убьет, отправит на пытки или выдаст замуж за кого-то из своих приспешников. Ты должен был знать это с той минуты, когда вы предложили Регулюсу план втереться в доверие к Эзре и доставить верховному королю женщин, которых он будет использовать для выведения потомства.
Лишь нервно подрагивающее правое веко указывало на то, что мои упреки его задели.
– Ты права, и нет оправдания тому, что мы вам причинили. Какой опасности вас подвергли. Когда составлялся этот план, мы не знали людей, а тем более ведьм, – спокойно произнес он. – Мы видели только черное и белое. Вы были виноваты в изгнании нашего народа, а в итоге стали бы ключом к нашей мести Регулюсу. Он должен был подпустить нас к себе достаточно близко и полностью доверять Аарванду. Мы понятия не имели, что нас ожидало, пока в первый раз не прошли сквозь Источник. Но когда я подружился с Эзрой, у меня начали закрадываться сомнения, а после того как вы возвратились из Гластонбери… – Он запустил руку в волосы. – Эзра верил мне, но я не мог разочаровать Аарванда. Он моя семья.
– Когда ты впервые нас увидел, то сразу решил использовать? – спросила я. – Поэтому ты с нами подружился?
Демон кивнул, и я зауважала его хотя бы за то, что он не прятался за какими-нибудь голословными отговорками.
– Когда ты изменил свое мнение и почему?
Его взгляд метнулся к Эме. Она не предпринимала попыток его защищать, а слушала, скрестив руки на груди, пускай наверняка сама задолго до этого успела провести с ним подобный разговор. Он стал еще чуть бледнее и впервые за все время нашего знакомства выглядел неуверенным.
– Тем утром, когда Эме накормила меня своим джемом. – Его губы дрогнули в слабой улыбке. – Она меня околдовала. Во всяком случае, так утверждает Аарванд. Я пробовал его переубедить. Наши родители не хотели бы, чтобы мы мстили за их смерть. Они всегда старались не приближаться ко двору Регулюса. Он мечтал любой ценой стать верховным королем. А после коронации продолжил наращивать объемы разработки самария. Это уничтожило целые области и потребовало огромных жертв. И наши планы по лишению его власти зашли уже слишком далеко, если бы мы отступили, то вызвали бы у Регулюса подозрения, и он бы, по всей вероятности, направил в ваш мир еще больше своих солдат. Уже несколько лет назад.
Я нахмурилась.
– Мы не видели иного выхода, – продолжил он свою речь, воодушевленный моим молчанием. – Я не мог бросить Аарванда. Он мой брат. Он меня вырастил. После гибели родителей я… немного сбился с пути. На какое-то время. Я в долгу перед ним, и если бы пришлось выбирать… – У него на лице появилось упрямое выражение. – …я бы снова поступил так же. – Замолчав, Калеб посмотрел на Эме. – Для тебя тоже сестры на первом месте, и я бы не допустил, чтобы с вами что-то случилось.
Я фыркнула:
– Как будто ты смог бы это предотвратить.
Эме оборвала меня на полуслове:
– Что сделано, то сделано. Я понимаю, почему Калеб так себя вел.
– Я тоже. – Голос Маэль сочился сарказмом. – Потому что хотел с тобой покувыркаться. Оставь его, Вианна. За последние дни он, наверно, раз тысячу извинился и попытался объяснить нам, почему провернул такой номер. Я больше не могу это слушать, да это и правда уже ничего не меняет.
– Передо мной он еще не извинялся.
Калеб так быстро шагнул ко мне, что у меня не было ни единого шанса от него увернуться. Он обвил меня руками и приподнял.
– Прости меня, – прошептал он. Меня окутало мягкое тепло, которое кардинально отличалось от жара Аарванда. – Прости, что я тебя обманул, прости, что сделал тебе больно, и прости, что ты потеряла Эзру. Он был и моим другом, и мне тоже его не хватает. До конца своей жизни я себе не прощу, что не смогу извиниться перед ним. Но я никогда не пожалею о том, что втянул вас во все это, потому что иначе не нашел бы Эме. Но даже не думай ей об этом рассказывать. На самом деле она еще не до конца меня простила. Видимо, хочет, чтобы я валялся у нее в ногах или типа того. Но она обязательно простит меня по-настоящему, когда это сделаете вы. Ты же понимаешь, Мышонок, правда? Поэтому сжалься надо мной.
– Надеюсь, она будет гонять тебя до старости, – ответила я, пытаясь вырваться из его объятий. Мое сопротивление опасно пошатнулось, поскольку, хоть он и снова прикидывался, будто это не было суровой реальностью, я ощущала его искреннее раскаяние. Однако то, что произошло за последние недели, невозможно уладить парой-тройкой милых слов. Эзра погиб. И пускай не они его убили, вина за это частично ложилась на Калеба и его брата. – Откуда мне знать, что ты не разыгрываешь очередную роль?
«Откуда мне знать, что вы в действительности не исполните желание Мерлина?» – хотела спросить его я, но сдержалась, когда Маэль качнула головой.
Калеб опустил меня и снова поставил на землю.
– Потому что больше нет причин что-то разыгрывать. Карты вскрыты. Мы приняли решение сражаться на вашей стороне, и поверь мне, это в наши планы не входило.
– А как выглядел ваш изначальный план? – заинтересовавшись, уточнила я.
Взгляд Калеба вновь посерьезнел.
– Мы были более чем готовы пожертвовать каждым, кто не входил в круг наших близких. И заботила нас только необходимость свергнуть Регулюса, отомстить за гибель родителей и спасти свой народ.
Ни одна из нас не произнесла ни слова, так как его жестокое признание оказалось не совсем неожиданным. Они пошли бы на любые жертвы, пока не встретили нас.
– Регулюс не знает пощады в отношении своих противников, поэтому и мы не могли себе такого позволить, – договорил он.
– Но все-таки тебе удалось убедить своего брата сделать исключение для Эме. Регулюс мог бы просто снова поймать нас у Лунных врат. Это перевернуло все ваши планы с ног на голову, разве нет? Так почему же вы так поступили?
– Аарванд сделал исключение не только ради меня и Эме, Вианна. – Калеб опустил голову. – Эйден сообщил ему, что вы задумали. У этих двоих за день до вашего побега состоялся основательный разговор. Ты не доверилась Аарванду, но Эйдену был нужен любой, кто сумеет вас защитить, если бы побег провалился. – Калеб устремил проницательный взгляд на Маэль, которая притворялась, что внимательно рассматривает фасад шато.
– Он ни разу не дал мне повода настолько ему доверять, чтобы поделиться планами побега, – нерешительно сказала я. Мы до сих пор стояли во внутреннем дворе. Возле ворот бродило несколько стражей. Один из них точил свой меч с таким видом, словно ему очень хотелось наброситься на Калеба.
– Мой брат защищал тебя с самого первого дня, и тебе это прекрасно известно. И если можно так сказать, для меня крайне странно, что ему еще кто-то так важен, помимо Нэа и меня. Я почти ревную. – Мальчишеская улыбка вернулась на свое место.
– В самом деле начинает холодать, – еще более настойчиво повторила Эме. Двое рыцарей направились в нашу сторону.
– Мы снова друзья? – осторожно спросил Калеб.
– Дай мне время. – Пока я была не готова забыть все обиды, потому что это бы означало, что я должна простить и Аарванда.
– Больше я тебя не разочарую, как и Эме.
– Она правда еще тебя не простила? – скептически спросила я.
Его синие глаза потемнели.
– Она пообещала постараться, а это уже больше, чем я мог ожидать.
– Тогда я тоже постараюсь, – ответила я. – Другого выбора у меня все равно нет, потому что в противном случае ты будешь трепать мне нервы, пока я этого не сделаю.
Калеб сунул руки в карманы брюк:
– А ты хорошо меня знаешь.
Я сдержала улыбку.
– Но предупреждаю: дашь мне хоть малейший повод подумать, что ты снова нас предашь, я тебя убью. Эзра умер, и пускай ты не сам его убил, тебе придется жить с этой виной, как и мне, и я не допущу, чтобы погиб еще кто-то, кого я люблю.
Калеб наконец склонил голову.
– Имеешь полное право.
Оба рыцаря приблизились к нам. Лишь сейчас я заметила, что один из них – вовсе не рыцарь, а Манон, которая туго заплела волосы.
– Идите лучше внутрь, – добродушно предложила она. – Парни из-за него слегка на взводе.
– Он заслужил пару пинков, – произнесла Маэль, – но спасибо за предупреждение.
– Не за что. Эйден велел нам приглядывать за ним, но не трогать. Так что, если хотите его поколотить, придется вам сделать это самостоятельно.
– Я запомню. – Маэль и девушка-рыцарь обменялись заговорщицкими улыбками.
– Я буду прятаться за юбкой Эме, – пробормотал, обращаясь ко мне, Калеб. – Эти женщины явно чересчур агрессивны. К тебе это не относится, Мышонок.
– Если только ты не заблуждаешься, – парировала я и подтолкнула его вперед. – Я лишь выгляжу такой безобидной.
Смеясь, он проследовал за Эме на кухню, где Аделаиза готовила еду. Двое рыцарей шинковали овощи. Рядом с ними стояла большая тарелка с мадленками. Повариха обняла Эме, погладила ее по щекам и рукам, и я уже побаивалась, что она никогда больше ее не отпустит. Затем ее взгляд упал на Калеба, и Аделаиза взмахнула ножом:
– Он опять все тут слопает?
Демон застенчиво улыбнулся. То, что Калеб вообще рискнул войти в замок, было сродни чуду, однако он определенно не собирался выпускать Эме из поля зрения. За что я им отчасти восхищалась. Это точно далось ему нелегко, и как обычно, он и сейчас прятал свои настоящие эмоции за этой улыбкой, от которой растаяло бы масло.
– Тебе помочь? – отвлекла от него внимание Эме.
– Нет, эти двое отлично справляются. Садитесь, – скомандовала она нам. – Калеб, я погрею тебе суп. Выглядишь так, будто промерз до костей.
Маэль издала тихий стон, а рыцари пронзили его убийственными взглядами, но Эйден, скорее всего, на самом деле приказал им не нападать на него ни с оружием, ни вербально.
– Садись у камина, – велела ему Эме. – Там тепло.
– Не обязательно хлопотать надо мной, дорогая. – Калеб наградил ее нежной улыбкой, хотя по нему было видно, как неловко он себя чувствует. Он врал всем жителям замка, не только нам. И наверняка осознавал, что маги винили его в смерти Эзры.
Взгляд Эме стал строгим.
– Нет, обязательно, потому что тебе следует оставаться в постели.
– Я бы и остался, если бы ты тоже осталась там.
Маэль и Аделаиза захихикали.
– Я просто сидела у его кровати и следила, чтобы он не свалился, – проинформировала нас Эме своим самым твердым тоном. – Он все время ныл.
Теперь ухмылялись уже и оба рыцаря, но Калеб ни капли не обиделся, а казался, наоборот, очень довольным. Он уселся около камина, и вскоре после этого Аделаиза подала ему суп из каштанов.
– Ешь, мой мальчик, и набирайся сил. – Она потрепала его по плечу, в то время как я с большим удовольствием вылила бы этот суп ему на голову.
– У меня еще пара вопросов, – сказала я, когда он отправил в рот первую ложку.
– Дай ему сначала поесть. Свои вопросы можешь задать и кое-кому другому, – выдала Эме, которая поставила на стол свежеиспеченные булочки. – Завтра прибудет Аарванд со своими офицерами, мы всего лишь авангард. Я не хотела больше ждать.
Я проигнорировала неприятное чувство в животе. Аарванд в ярости на меня за то, что я ушла. Но у меня было на это право. Я не одна из его подчиненных и вольна принимать собственные решения.
– Регулюс выдвигает войска, – с серьезным видом объявил Калеб. – Аарванд и Эйден уже укрепили Коралис при помощи магии, однако надолго это короля не остановит.
– Ты всегда знал, что он обладает подобной магией? – Я взяла себе булочку.
– Нет, не всегда, – пожал плечами он. – Это тайна, которая на протяжении веков передавалась от отца старшему сыну. Но что тут скажешь: я довольно любопытный, и Аарванд не мог скрыть это от меня. Я шпионил за ним, пока не выяснил, что с ним не так, а потом спросил прямо в лоб. Мы с Нэа не подозревали, что Регулюс подстроил убийство наших родителей. – Его лицо помрачнело. – Мы всегда считали, что с ними произошел несчастный случай. Аарванд не рассказывал нам правду, потому что не хотел, чтобы Регулюс покарал и нас, если его план мести рухнет.
– Верховный король все равно казнил бы вас, независимо от того, знали бы вы об этом или нет, – возразила я. – Возможно, пытал бы вас у него на глазах, просто чтобы помучить его.
– Конечно, он бы так и сделал, – согласился Калеб. – Но мой умный брат решил поиграть в одинокого мстителя. Я не мог ему этого позволить. Поэтому присоединился к его замыслам и втерся в доверие к Эзре. У меня так легко получилось стать его другом, – уже тише добавил он. – Эзра был хорошим человеком.
Я прикусила нижнюю губу. Да, был.
– Но еще одно ты обязан мне рассказать.
Он кивнул и открыто посмотрел на меня.
– Когда ты пошел за нами в Гламорган, откуда ты знал, что там откроется дверь на Керис?
– А я и не знал, – к моему удивлению, откликнулся он. – Мне дали задание вас вернуть, но, когда я оказался в Долине без возврата, Эме и Маэль уже спустились в царство Морриган. Я понятия не имел, что меня там ожидает, но другого выбора, кроме как последовать за вами, не видел. Когда материализовалась дверь, я понял, что богини одобрили наш план. Иначе они привели бы вас в шато, а не в Мораду.
Я ненадолго задумалась над его словами. Возможно, он прав. Богини лишили нас своей благосклонности. Для них не существовало больше причин защищать человечество. При встрече с Арианрод я сполна это прочувствовала, но Керидвен вела себя со мной очень дружелюбно. Пока не закинула одну-одинешеньку прямо в охотничьи угодья пожирателей магии. Если бы Аарванд меня не отыскал… При воспоминании об этом я вздрогнула.
– Как конкретно намерен теперь действовать твой брат?
– Свергнем Регулюса и запечатаем Источник. Вы получите обратно свой мир, а мы останемся в нашем. А потом попытаемся исправить все разрушения, которые он устроил.
На мой взгляд, прозвучало слишком заученно. Я просто не могла полностью избавиться от своих подозрений, да и поступать так было бы неразумно.
Эме, севшая рядом с ним, заметно напряглась. Калеб приобнял ее одной рукой.
– А потом Аарванд объявит себя верховным королем?
– Он не станет сам себя короновать, нет. Остальные князья должны его избрать, а случится ли это – большой вопрос. Он выступил против уже избранного по всем правилам короля. Согласно своему изначальному плану, он сперва добился бы поддержки как минимум четырех княжеств, прежде чем свергнуть Регулюса. Но торговля самарием лишь обогатила правящие династии, и вот зависимые подданные становятся добровольными подданными. Кайя, княжна Цамореля, займет нашу сторону. Насчет Альтаира я не уверен, если Вега вернется к нему. Рассчитывать мы можем еще только на князя Анни Мю. Это княжество расположено в южном конце Кериса, а его князь – фортунат и не очень-то воинственный.
– А фортунат – это разве не дракон удачи? – перебила его я.
Калеб кивнул с преувеличенно искаженным от боли лицом:
– Мне очень любопытно, кому в голову пришла идея назвать их драконами. У них даже крыльев нет, и извергать пламя они тоже не умеют.
– Не будь таким снобом, – отругала его Эме. – В отличие от вас они добрые. Я познакомилась с князем Анни Мю в Коралисе. Он милый, вежливый, очень начитанный и хорош собой.
– Он невероятно скучный, – разозлился Калеб. – А в свободное время выращивает цветочки.
– Он присоединился к твоему брату. Это очень смело и ни разу не скучно, – указала ему на очевидное я.
– Может, и так. – В его голосе прибавилось рычащих ноток.
Маэль ухмыльнулась:
– А кто еще с нами?
– Трудно сказать. Уровень недоверия среди правящих семей высок. Они боятся занять чью-то сторону и в открытую объявить войну Регулюсу. И я боюсь, даже если нам удастся свергнуть Регулюса, они выберут более слабого верховного короля. Такого, на которого смогут повлиять. Но я уверен, что кто бы ни стал новым верховным королем, он подпишет Пакт с Ложей.
– А нет другой возможности запечатать Источник? – Уже не в первый раз я ломала над этим голову.
Калеб задумался на секунду дольше, чтобы я не обратила на это внимание.
– Нет. Нужен действующий Пакт. Так завещал Мерлин.
А Мерлин был не на стороне людей.

* * *

На следующий день мы все вместе ждали во дворе шато князя Коралиса. Я бы предпочла остаться дома, но не получится прятаться там вечно, поэтому лучше уж столкнуться с этим сразу. Когда ворота замка распахнулись, я сцепила пальцы. Больше дюжины демонов въехало верхом во двор, все они были одеты в униформу Коралиса. Большинство людей Аарванда я до сих пор видела лишь в их демоническом облике, когда они сражались за нас перед Лунными вратами. Теперь же, сидя на своих лошадях, они казались мне древней силой, дикими и отважными. Наш мир выглядел слишком цивилизованным для этих мужчин, которые полторы тысячи лет жили исключительно в наших легендах. Все-таки Аарванд отказался от еще более эффектного появления. Мог бы и приземлиться прямо среди нас в своем драконьем обличье. Я обрадовалась, что он этого не сделал.
Делегацию встретила ледяная тишина. Если кто-то и испугался этой необузданной компании, то виду не подал. Сам Аарванд сидел верхом на угольно-черном коне во главе группы. В самом конце скакали Нэа, Тирза и Тарон. Заметив меня среди волшебников, Нэа помахала мне рукой. Лошади остановились по молчаливому приказу своих всадников, и те спешились. Калеб подошел к Аарванду, и они поздоровались кивками головы. Умели ли они в человеческой форме общаться между собой мысленно, и, если да, то о чем сейчас Калеб сообщил своему брату? Ищущий взгляд Аарванда скользнул по собравшимся во дворе людям. Секунду он пристально смотрел на меня, после чего пошел вперед.
– Нам следовало бы прикончить его, – прорычал один из рыцарей около меня. – И его приспешников вместе с ним.
– Тогда Эйден убьет тебя своими руками, – услышала я приторный голос Маэль. – Они наши союзники. Не забывай об этом. Без князя у нас нет шансов.
На это рыцарь больше ничего не ответил, и я сосредоточилась на Аарванде, который в знак приветствия слегка кивнул Эйдену, а затем они пожали друг другу руки. Очевидно, это являлось сигналом для рыцарей Ложи уважать Аарванда как союзника. Если так делал их великий магистр, который по вине князя провел два года в плену, то и они сумеют. В этой войне никто не мог позволить себе личные разногласия.
Эйден подвел Аарванда к своим рыцарям и познакомил их. И вновь наши взгляды встретились, словно притягивались магнитом. На этот раз он коротко кивнул, а потом повернулся к Лорану. Именно этого я и хотела. Будет лучше, если мы просто станем избегать друг друга. В Мораде нас объединяла задача добыть артефакты. Здесь же он должен общаться с Эйденом и его рыцарями. Нам даже не нужно разговаривать. Будет очень легко не попадаться ему на пути.
Когда церемония приветствия завершилась, Аарванд и Эйден вместе со своими рыцарями и офицерами направились в шато.
Нэа, Тирза и Тарон подошли к нам, после чего мы присоединились к остальным. Нэа обняла меня первой.
– Сочувствую по поводу смерти Эзры. – Голос ее звучал сипло. – Никто из нас этого не хотел.
– Я знаю и благодарна за то, что вы сражались на нашей стороне. Это было очень смело.
Нэа непонимающе уставилась на меня:
– А на чью еще сторону мы должны были встать? Мы бы никогда не допустили, чтобы Регулюс вас использовал.
– Потому что Калеб влюбился в Эме. – Мои слова прозвучали с бо́льшим упреком, чем я планировала. Она уж точно в этом не виновата.
Нэа застенчиво пожевала губу, а Тирза сложила руки перед грудью.
– Я обязана тебя предупредить, – все-таки вырвалось у Нэа. – Аарванд был зол как черт, когда обнаружил, что ты исчезла. Он не оставит это просто так.
Его высокая стройная фигура скрылась в недрах замка, и за ним устремились взгляды немногочисленных собравшихся во дворе женщин.
– Я говорила ему, что хочу домой, – сдержанно ответила я. – Он не мой князь.
Тирза пожала плечами:
– В какой-то момент я даже подумала, что он сейчас взлетит, перекинет тебя через плечо и притащит обратно.
– Очень смешно. – Я покачала головой. – У тебя слишком богатая фантазия. – Впрочем, сама мысль оказалась не такой уж неприятной, как должна бы при данных обстоятельствах.
– Я еще никогда не видела его в такой ярости, – с ухмылкой подтвердила Нэа. – А это кое-что да значит. На самом деле мой любимый старший братец всегда в ярости. По большей части на Калеба и на меня, так что это приятное разнообразие.
Надо срочно менять тему, они чересчур уж увлеклись.
– Вега все еще в Коралисе?
Такого вопроса она точно не ожидала.
– Да, – замешкавшись, ответила Нэа. – Она не хочет в Маскун. Боится за своего ребенка.
– И я бы сказала, что не зря. – К нам подошла Маэль. – Отец перекидывал ее, как мячик, а потом повторит то же самое с ребенком Эзры. Передай ей, что она может прийти к нам. Мы будем рады, если она воспользуется нашим гостеприимством, а я могла бы наблюдать ее во время беременности.
– Я ей передам, – пообещала Нэа. – Проведете нам маленькую экскурсию? Аарванд не хотел, чтобы мы его сопровождали, но мне было так любопытно. Мне так интересно узнать, как вы живете.
– Он все так же ни в чем не может ей отказать, – вставил Тарон, подозрительно оглядываясь во дворе. – Она скулила, как капризный ребенок.
Нэа пихнула его в бок.
– Здесь с вами ничего не случится, – попыталась успокоить его я.
– Аарванд заманил Эйдена в ловушку, а результатом стали два года в тюрьме Морады без солнечного света и человеческого общества. Что мешает великому магистру отомстить за это? – задал крайне справедливый вопрос Тарон.
– Не все такие мстительные, как ваш князь, – сказала Маэль. – Эйдену известно, что стоит на кону, и он под угрозой наказания запретил своим людям причинять вред кому-то из вас.
– Приятно знать, – откликнулся он, при этом не выглядя убежденным на сто процентов.
– Давайте зайдем и послушаем, что они оба планируют, – предложила я. – Нельзя давать мужчинам право принимать все решения в одиночку.
Мы переступили порог большого зала, где люди Коралиса, Манон и рыцари Ложи стояли вокруг стола, на котором развернули громадную карту Кериса.
В настоящий момент Аарванд, опираясь руками на стол, говорил:
– Кайя, княжна Цамореля, немедленно отправит дополнительные войска, чтобы укрепить границы Коралиса. – Он водил по карте указательным пальцем. – Разместим их здесь, здесь и здесь. Атаку Регулюса мы ожидаем в ближайшие дни, и магия, которой защищены переходы, лишь ненадолго сдержит его натиск.
– Кайя многим ему обязана, но, естественно, ожидает от него ответного шага за то, что открыто выступает против верховного короля, – шепнул мне на ухо Тарон.
– Разве с ее стороны разумно так однозначно занимать сторону? А что, если Регулюс победит? – спросила я в ответ. Еще в Мораде Кайя четко дала понять, на какой позиции видит себя в будущем.
Нэа тихо засмеялась:
– Кайя больше верит в моего брата, чем ты, и без быстрого вмешательства Маэль она бы умерла. Перед вами она тоже в какой-то степени в долгу. И намерена погасить этот долг.
– Сомневаюсь, что она поэтому нас поддерживает. Ее интересует союз с Коралисом, а не наш мир.
– Тут ты права. Она хочет быть больше, чем просто союзницей Аарванда. Если он станет верховным королем, она будет править вместе с ним как верховная королева, – произнесла Нэа.
– Мне уже можно его поздравлять или дождаться свадьбы?
Тирза хихикнула:
– Кто-нибудь мог бы подумать, что тебя это злит.
– Ни в коей мере. Мне абсолютно плевать. – Я прикладывала огромные усилия, чтобы не представлять себе их обоих вместе. – Они будут мудро и справедливо править Керисом.
Тирза и Нэа синхронно выгнули брови.
– И нарожают кучу маленьких дракончиков, – добавила Нэа. – Жду не дождусь, когда стану тетей.
Я поджала губы. Ни в коем случае не ляпну чего-нибудь такого, что эта девчонка неверно истолкует.
– У нас следующая проблема, – подвел Эйден итог почти безвыходного положения для всех собравшихся. Уверена, они с Аарвандом еще в Коралисе ломали над этим головы. – Войска Коралиса и Цамореля сильно уступают в численности армии Регулюса.
Я наблюдала за хмурыми лицами людей Аарванда. Они казались полными решимости следовать за своим князем, но с армией Регулюса им не справиться, чтобы защитить свою землю.
– Регулюс найдет лазейки в защитных барьерах. К сожалению, в шато осталась лишь небольшая группа магов, и в бою против солдат Регулюса мы не сможем применить свои чары. По крайней мере до тех пор, пока он обеспечивает своих людей самарием. А ведьмы и колдуны совершенно неопытны в обращении с обыкновенным оружием. Мы тренируемся с ними каждый день, но солдаты Регулюса закалены в боях. Если мы выступим против них сейчас – это будет чистейшим самоубийством.
Итак, нас слишком мало, а наше самое мощное оружие, магия, ничем нам не поможет. Теперь я была благодарна Аарванду за то, что он заставил меня учиться драться. Пускай я не особенно хорошо сражалась на мечах, но могла обороняться.
– Нам нужно больше людей, и необходимо не дать Регулюсу получить еще самарий, который сделает его войско невосприимчивым к нашей магии, – подытожил Эйден.
– Мы не можем захватить шахты? – спросила Манон.
Аарванд качнул головой:
– Это мы уже обсуждали. Такой ход означал бы, что нам придется разделить армию. И на какие шахты напасть? В тех, что в Мораде, уже редко находят самарий, а если захватить шахты в других княжествах, то их князья справедливо расценят это как оскорбление и примкнут к Регулюсу.
Молчание, последовавшее за его словами, было оглушительным. Ситуация просто не могла быть еще более безнадежной.
Я обернулась к Маэль, которая замотала головой. Понятно, что она не хотела зарождать в ком-то ложные надежды, но судя по тому, как сейчас обстояли дела, мы проиграем эту войну. Регулюс просто раздавит нас, когда щиты утратят силу. Нам нужно время. Время, чтобы Маэль приготовила противоядие, и время, чтобы Эш усилил наши ряды ведьмами и колдунами.
– На территории леди Кайи есть огромные залежи самария, – в установившейся тишине сказал Аарванд.
– Еще одна дурная весть, – прошептала Эме.
– Кайя всегда отвергала требование Регулюса передать разработки в его ведение, – пояснил Аарванд. – Но больше не сможет, и он не станет снова спрашивать. Ему необходим самарий, но до сих пор он не осмеливался вторгнуться в Цаморель.
– Разве это не поставит его в затруднительное положение? – спросила я. – Если он захватит ее земли, как тогда отреагируют прочие князья? Не испугаются, что с ними он планирует поступить точно так же?
Аарванд кивнул:
– В том-то и состоит его проблема. Но не следует рассчитывать, что он будет долго сомневаться по этому поводу.
– Покажи, где проходит граница Цамореля, – потребовал Эйден. – У нас не получится и их тоже заранее защитить магией? Тогда он не сможет так быстро заполучить шахты.
Один из офицеров Аарванда очертил пальцем границу:
– К большинству проходов не так-то просто подобраться, – объяснил он. – Цаморель расположен за горной грядой и довольно мал.
– Попробовать стоит. Вряд ли это будет сложнее, чем укреплять границы Коралиса, – сказала я.
– Выдели мне парочку своих людей. – Аарванд посмотрел на Эйдена. – Один я не справлюсь. Мне требуется вся моя магия, чтобы защищать границы Коралиса.
– Нас и так не особо много, – заметил Эйден. – А это истощит наши магические резервы.
Он не мог пойти на риск потерять хотя бы одного человека, и вопрос еще в том, согласится ли кто-то из рыцарей добровольно отправиться с Аарвандом в Коралис. Скепсис на их лицах был более чем очевиден. Доверить Аарванду свои жизни и свою магию – это будет для них долгим процессом.
– Понимаю. – Аарванд никак не изменился в лице, как будто рассчитывал именно на такой ответ.
– Я это сделаю, – предложила я. – Протяну защиту по перевалам. Только кто-то должен меня туда отвезти. – Наконец-то моя стихийная магия на что-то сгодится. Я взглянула на Калеба, который, сунув руки в карманы, стоял с противоположной стороны стола и рассматривал карту. Он кивнул.
– Тут четыре точки, можно управиться за ночь. У тебя хватит на это энергии, Мышонок? Сначала нам придется подлететь к трем широким местам. Регулюс выберет одну из них, если действительно решит атаковать Цаморель. Вот это, – пояснил он, постучав пальцем по карте, – слишком узкое. В здешнем ущелье им будет чересчур тесно. И тем не менее нам нужно его защитить.
– Ты уверена? – уточнил Эйден. – Это опасно.
– Я в курсе. Но это необходимо, а я единственная, кто способен поставить барьеры на четыре точки за одну ночь. – Во всяком случае, я на это надеялась. Но моя магия была сильна как никогда. Я чувствовала, как она бурлит под кожей, и будет здорово выпустить хотя бы какую-то ее часть.
Аарванд стоял рядом с Эйденом и смотрел на меня одновременно удивленно и внимательно, однако никак не прокомментировал мое предложение.
– Ладно, когда ты сможешь ее туда доставить? – спросил Эйден Калеба.
– Это сделаю я. – Голос Аарванда казался по-деловому безэмоциональным. – Вдвоем с ней мы справимся быстрее.
– Но у тебя ведь наверняка есть другие дела, – ответила я. С ним мне не хотелось ни лететь, ни оставаться наедине.
– Вопрос закрыт, разве что ты не хочешь пойти на попятную. Калеб еще слишком слаб для полетов.
Именно этого он и добивался. Думал, я отступлю, чтобы не отправляться туда с ним вдвоем, но речь сейчас шла не о нас.
– Я не увиливаю. Если ты готов пожертвовать на это свое время, то я с радостью полечу с тобой.
– Хорошо. – Он опять повернулся к рыцарям и Эйдену. – Я продолжаю надеяться, что Альтаир присоединится ко мне. По всей вероятности, за ним последует князь Мюррдина. Тогда за нас будут пять из семи княжеств.
– Но для этого тебе придется выдать ему Вегу, – вновь вмешалась я. – Такова же цена за поддержку Альтаира, да? Какой отец стал бы так поступать?
Аарванд лишь дернул плечом:
– Отец, которому благополучие его подданных важнее, чем благополучие дочери.
– Мы согласимся выполнить требование Альтаира, только если будем уверены, что ни Веге, ни ребенку ничего не угрожает, – заявил Эйден.
Похоже, Аарванда это устроило, и он вновь перевел взгляд на карту.
– Уже есть новости от Конгрегации?
– Мы еще вчера отправили посыльного в Гластонбери и уведомили Эша Макмиллана о новом положении дел. Надеюсь, что он максимально быстро соберет армию, – сказал Лоран. – Но «быстро» – это в лучшем случае тридцать-сорок дней. Многие ведьмы и колдуны находятся на материке и пройдут через ворота в Страсбурге. Им понадобится провизия.
Аарванд начал сворачивать карту.
– Наша главная цель должна состоять в том, чтобы не подпускать Регулюса к границам Коралиса и, следовательно, к Источнику.
– Разумеется, и чем дольше мы продержимся, тем больше времени будет у Конгрегации, чтобы добраться сюда. Я бы предпочел, чтобы мы сразились с Регулюсом на Керисе. Не хочу пускать в наш мир толпы демонов, – сухо проговорил Эйден.
На последнем замечании Аарванд вздрогнул. Несколько его офицеров сердито заворчали, но он одним-единственным взглядом заставил их замолчать.
Я ощутила облегчение, когда примерно через час совещание закончилось. Мы покинули зал, и я направилась за Маэль и Эме на улицу. Однако не успели мы дойти до входной двери, меня остановил возглас:
– Вианна! – Аарванд медленно шел за нами, словно боялся, что я снова сбегу.
Маэль и Эме обернулись к нему.
– Можете подождать меня во дворе? Это не займет много времени.
Маэль замотала головой, но Эме схватила ее за рукав и потащила за собой.
– Пусть они разберутся наедине. Мы ей не нужны, – пробормотала она.
– Конечно, нужны, – сопротивлялась Маэль. – Ты его вообще видела? Да по сравнению с ним Калеб – одна из тех милых декоративных собачек с бантиком на шее.
Эме засмеялась:
– Ты чокнутая. Пойдем уже.
Я покачала головой в надежде, что Аарванд не слышал этих двоих.
На расстоянии пары шагов он замер и теперь наблюдал за мной. Лицо было пустым, как белая стена. «Я хочу тебя» исчезло. Так, как сейчас, он смотрел на меня в первые недели после моего прибытия на Керис. Но, в отличие от того времени, теперь я не отводила взгляд, а отвечала на него и ждала, пока он заговорит. На лбу у него сверкал серебристый обруч княжеского рода. Он внушительно возвышался надо мной. Высокий, гордый и абсолютно невозмутимый. Из зала доносились мужские голоса, однако за ним никто не выходил. Даже Нэа или Калеб.
– Что ж, значит, теперь мы сражаемся на одной стороне? – нарушила молчание я.
Он кивнул:
– Тебе не следовало предлагать свою кандидатуру. Это опасно.
– Я единственная, кто обладает достаточной силой, чтобы за одну ночь закрыть щитом эти четыре точки, а это важно, чтобы помешать Регулюсу получить больше самария, – еще раз повторила я то, что мы оба и так знали.
– Тут ты права, и я тебе за это благодарен. Никто из людей Эйдена не доверил бы мне свою жизнь.
– Да, настолько отважна и бесстрашна только я.
Эта фраза вызвала у него улыбку.
– Мы полетим так скоро, как получится. Лишь наведем еще кое-какие справки, чтобы не столкнуться с разведчиками Регулюса. Поэтому будь готова.
– Буду.
Он собирался отвернуться и возвратиться в зал.
– Ты правда окончательно запечатаешь Источник, если станешь верховным королем? – остановила его я.
– Если меня изберут другие князья, то я это сделаю. Керис – наша родина. Регулюс практически ее уничтожил, но мы сумеем ее восстановить… если постараемся. Этот мир принадлежит людям и вам, одаренным. Долго мы друг с другом уживаться не сможем.
– Да, наверное, не сможем. А ты свершишь свою месть.
– Мы по природе не очень-то миролюбивые, – произнес Аарванд, игнорируя мои последние слова. Вместо этого он приблизился ко мне на пару шагов.
– Про людей говорят то же самое.
Князь издал какой-то звук, похожий на сдавленный смешок, однако выражение лица оставалось серьезным.
– Твое место здесь, и я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности. – Он прочистил горло. – То, что я сказал в хижине… – Теперь Аарванд нахмурился. – Забудь. Случившееся застало меня врасплох. У меня был план, и он провалился. Я не хотел тебя напугать. Извини, что навязывался тебе. Такого больше не повторится.
Значит, он говорил не всерьез. Естественно нет. Это были просто адреналин и паника. Перспектива наконец вступить в войну, к которой он готовился так много лет. Логичное объяснение.
– Мы будем сражаться плечом к плечу, и я бы не хотел, чтобы мои необдуманные слова встали между нами.
Это были не только слова. У меня пересохло во рту от воспоминания о том, как он меня целовал. Для него это действительно не имело никакого значения? А чувствовалось совсем иначе. Себя самого он, может, и обманет, но не меня.
– Конечно. Уже забыла.
Его проницательный взгляд впился в меня, как будто он собирался добавить что-то еще. Но прежде чем он это сделал, я отвернулась. К моему удивлению, Аарванд остался со мной и проводил меня до выхода. Я пыталась не обращать внимания на невидимые искры между нами, что оказалось сложно, потому что он шел так близко. Я ускорила шаг, но он схватил меня за руку и заставил остановиться посреди внутреннего двора замка.
– Для меня не важно, стану я верховным королем или нет, – произнес он. Все его тело было напряжено, что совершенно противоречило тому, как бережно он меня держал. – Я просто хочу положить конец правлению Регулюса. Мой народ заслуживает лучшего.
– Кто унаследует трон Морады после него? Ариза? – Мы способны вести нормальный разговор. Мне просто надо игнорировать то, что творила со мной его близость. – Она сможет стать верховной королевой и потом продолжить политику своего отца?
– Принцесса уже не в состоянии стать чьей-нибудь наследницей.
– Она мертва? – Это чудовище превратило мою жизнь в Мораде в настоящий ад. Но она была еще так молода. Перед Лунными вратами ее гигантское змеиное туловище охватило пламя. Я совсем об этом забыла.
– Не мертва, но ранения оказались слишком тяжелыми. Больше она не может перевоплотиться в человеческую форму.
– Почему нет?
Он пожал плечами.
– Смена облика требует огромной силы. Тяжелые травмы часто приводят к тому, что эта сила пропадает.
– Она навсегда застряла в змеином теле? Страшно подумать.
В его взгляде вспыхнуло удивление.
– Тебе ее жалко?
– Ариза злобная интриганка, но другой она быть не умела. – Я задумалась на мгновение. – Да, мне ее жаль. Я тоже выросла без матери, но у меня всегда были сестры, которые окружали меня любовью. А у нее – лишь такой отец, как Регулюс. И откуда она научилась бы не быть манипулятором и не разрушать все вокруг?
Аарванд смотрел на меня с непонятным выражением на лице.
– Это уже не изменить. – Его ладонь спустилась вниз по моей руке и на миг коснулась пальцев. Я вздрогнула, и цвет его глаз потемнел. – Мне нужно вернуться в зал. Кстати, мне не нравится, что вы каждый день находитесь одни в своем доме.
– Но тебя это не касается. – На этих словах я улыбнулась, вопреки здравому смыслу, желая, чтобы наши пальцы переплелись. – Ты не мой  верховный король.
Он понизил голос:
– Да, верно, и даже если бы был им, ты бы не позволила мне ничего тебе запрещать.
– Наверное, нет. Дай мне знать, когда надо вылетать.
– Тогда в будущем мы будем… – Он помедлил секунду. – … друзьями?
Калеб задал мне тот же вопрос. Хотела ли я, чтобы Аарванд стал моим другом? Не это слово первым приходило мне на ум при мысли о нем, но это разумно. Он терпеливо ждал, пока я медленно не кивнула, после чего, наконец, развернулся. Больше князь на меня даже не оглядывался, но вместо этого из-за ворот вышла Нэа, как будто стояла там уже какое-то время.
– Вы снова помирились? – осторожно спросила она меня.
– Мы и не ссорились.
Она наморщила лоб:
– Ты точно уверена?
– Точно.

Глава 5

С этого дня Аарванд обычно объявлялся со своими людьми на рассвете. Затем присоединялся к нам за завтраком на кухне. Как до этого его брату, ему тоже играючи удалось обвести Аделаизу вокруг своего длинного тонкого пальца. Он всегда первым получал омлет и хлеб с самой хрустящей корочкой.
– Так нечестно, – пробурчала сегодня спросонья Маэль. – Почему ты выбираешь его, а не нас? Он же жуткий демон.
Аделаиза погладила ее по спутанным волосам, наклонилась к крошке Клэр, спящей в корзине-переноске, и поцеловала ее. По утрам мы нередко сидели с малышкой, чтобы Констанс и Лоран немного поспали. По крайней мере, Маэль утверждала, что поэтому так часто забирала девочку к себе. Но я подозревала, что у них с Лораном была тайная договоренность, чтобы он и Констанс могли проводить время наедине.
– Мужчин нужно особенно баловать, – заявила Аделаиза. – Тогда у них в головах не появляется глупых мыслей.
Аарванд кашлянул, и я бросила на него предостерегающий взгляд.
Маэль издала стон:
– Какой средневековый образ мыслей. Современным мужчинам лучше баловать своих женщин. А если ты еще раз скажешь что-нибудь в таком духе, предупреждай меня заранее, чтобы я зажала ушки Клэр. Она не должна впитывать ерунду, которую ты говоришь. Уверена, есть мужчины, которым не нравится, когда над ними постоянно хлопочут.
– Удачи тебе в поисках, – засмеялась Аделаиза, подливая Аарванду кофе. Потом она положила ладонь ему на плечо. – Еще чего-нибудь хочешь?
– Нет, очень вкусно, большое спасибо. – Он приподнял кружку, ухмыльнулся и, подмигнув, отсалютовал Маэль. Несмотря на предстоящую нам войну, я еще ни разу не видела его настолько расслабленным, как в последние дни. Это мужчина, котором он мог бы стать, если бы Регулюс не убил его родителей и он не ступил на путь мести. Было восхитительно наблюдать за ним, когда он такой. Я прикладывала невероятные усилия, чтобы оторвать от него взгляд. Здесь, на теплой кухне с потрескивающим камином и витающим вокруг ароматом испеченного багета и свежего кофе, в нем не было ничего демонического. Здесь он просто мужчина, пусть и самый красивый из всех, когда-либо находившихся в этих стенах. К сожалению, это замечала не я одна. В конце стола сидели три ведьмы, работающие на Ложу, и тоже постоянно пялились на Аарванда. Винить их я не могла, но с кухни выгнала бы с превеликим удовольствием.
– Где-нибудь такой наверняка найдется, – с набитым ртом ответила Маэль. – Когда все это закончится, я отправлюсь на поиски.
Вошел Эйден. Он обвел взглядом наше небольшое собрание и провел рукой по коротким волосам. Под глазами явственно проступали темные круги после бессонной ночи.
– А мне кофе нальют? – поинтересовался он и требовательно посмотрел на Маэль.
Та указала подбородком на полку:
– Вон там чашки, а кофе стоит на плите. Угощайся, не стесняйся.
– Я сейчас налью, мальчик мой. Присаживайся и поешь чего-нибудь. Вчера ты просто поковырялся вилкой в тарелке, хотя телятина у меня получилась очень нежной.
Эйден пробормотал извинения, а потом сел к ведьмам на противоположном конце стола. Манон подвинулась к нему, и у них завязался какой-то разговор.
Маэль старалась игнорировать такую откровенную грубость, но от меня не укрылось, как покраснели у нее щеки.
Я взяла последний круассан и банку с джемом. Мне никак не удавалось понять их обоих. Завтрак – единственный промежуток времени, когда они не ругались, и до сих пор он каждое утро садился рядом с ней.
– Эта штука безобидная? – спросил меня Аарванд, глядя на джем и тем самым вырывая меня из раздумий. – Или мне стоит остерегаться?
– Придется тебе самому выяснить, если осмелишься.
Он улыбнулся, и с дальнего конца стола до нас донесся вздох.
– Я не для себя спрашиваю. Кажется, вашему великому магистру нужно скормить немного особой смеси Эме. Он с каждым днем становится все рассеянней и невыносимей.
– И как это изменит джем Эме? – укоризненно изогнула бровь я.
Аарванд снова сдержал смех. Вместо этого он намазал маслом свой багет и не спешил с ответом.
– Некоторые мужчины слишком слепы или горды, чтобы признать, в чем или в ком они нуждаются. – Его слова прозвучали неожиданно серьезно.
Я глотнула кофе.
– Так поговори с ним, ну, как мужчина с мужчиной, – прошептала ему я, чтобы Эйден не услышал.
– Может, и правда поговорю. В конце концов мы тут все друзья.
Я подавилась кофе и закашлялась.
– И как ощущения?
Он легонько похлопал меня по спине, что не очень-то помогло. Завтра я тоже сяду с другой стороны стола. От его близости у меня постоянно мурашки бегали по телу. Убрав руку, Аарванд так же понизил голос:
– Это шутка, Вианна. Он никогда не простит меня за то, что я с ним сделал, и нам всем известно, что у нашего альянса ограниченный срок годности.
– Необязательно. – Стоило мне договорить, как я тут же пожалела о сказанном. Мысль о том, как однажды буду сидеть здесь же с сестрами и понимать, что он никогда больше не вернется, была пугающей, и тем не менее ни о чем другом речи не велось. Аарванд принадлежал своему миру, а я – своему.
Он смотрел на меня одну невероятно долгую секунду, как будто думал о том же самом.
– Не существует иного пути прекратить это. – Он резко встал. – Большое спасибо, Аделаиза. Вот бы мои повара в Коралисе готовили хотя бы наполовину так же вкусно, как ты.
От этого комплимента Аделаиза зарделась, как молоденькая девочка.
– Не торопись, – затем обратился он к Эйдену. – Я и мои люди будем в большом зале.
Эйден мрачно взглянул на меня, когда за ним захлопнулась дверь:
– Какая муха его укусила?
– Сам у него спроси. – Правда, за последние дни наши с Аарвандом отношения улучшились. Хотя мы проводили не особенно много времени вдвоем. Просто вместе завтракали, и у меня закрадывалось подозрение, что он только из-за этого приходил так рано. Не для того, чтобы увидеться со мной, а чтобы насладиться кулинарными навыками Аделаизы. Пока рыцари и его офицеры днями напролет прорабатывали боевые построения и стратегии нападения, мы с сестрами после еды уезжали домой. А там делали мази и лекарства, в то время как Маэль корпела над противоядием, при изготовлении которого отвергала любую помощь. В шато мы возвращались лишь вечером. Аарванд к тому моменту обычно уже возвращался в Коралис. Эме проводила вечера с Калебом, а я перед сном часто сидела в библиотеке замка и искала книги и документы, в которых упоминался Мерлин. Впрочем, если он на самом деле устроил заговор, длящийся полторы тысячи лет, то мастерски заметал следы. Во всех наших книгах он представлялся исключительно как защитник Артура и хранитель старой веры, которого заманила в ловушку мстительная фея Вивиана.
В общем и целом, мы все ожидали дальнейшего шага Регулюса. Шпионы Аарванда докладывали, что он дошел до границ Коралиса и дислоцировал свои войска возле проходов. Однако магический щит его остановил. И теперь король затребовал все запасы самария, которые только мог достать в кратчайшие сроки. Собирался ли он раздать его своим солдатам или хотел попробовать разрушить с его помощью барьеры, было до конца не ясно, к тому же мы не знали, возможно ли это в принципе. В отдельных схватках, случавшихся время от времени, продолжали одерживать верх люди Аарванда. Но мы подозревали, что эти мини-бои – всего лишь отвлекающий маневр. Аарванд до сих пор не принял решение, когда мы с ним полетим в Цаморель, и я надеялась, что так мы не потеряем драгоценное время.

* * *

Эме и я готовили в лавке мази и масла, как вдруг на кухне раздался дикий рев, а сразу после него – грохот. Затем разбилось стекло. Это длилось уже несколько дней подряд. Мы побежали в дом. В зеленой луже жижи и слизи стояла Маэль.
– Что стряслось? – спросила Эме.
– Не получается. – Судя по виду Маэль, она вот-вот расплачется. – Это уже четвертый образец, который просто не работает. Конах всегда готовил именно такую основу. У него в этом было больше опыта, потому что он изучил самарий от и до. Сама я раньше никогда не проводила этот этап работы. В конце мне оставалось просто добавить туда свою магию, прежде чем мы смешивали базу с другими ингредиентами. Я не справлюсь.
Эме подошла к ней и протянула руку. Маэль перешагнула лужу и позволила Эме подвести ее к столу.
– Садись, – велела старшая сестра. – Вианна, убери это.
– Fixare . – Я щелкнула пальцами, и осколки двух разбитых стеклянных колб закружились, после чего начали заново склеиваться на столе. – Purgatio . – Слизь и зеленая жидкость испарились, и осталась только маленькая подпалина, практически незаметная на потертом деревянном полу.
– Чаю? – спросила я у сестер.
Эме кивнула.
– Мне нужно немного бузинного ликера. Он стоит в буфете. Хоть он у меня получился. – Маэль со стоном запрокинула голову назад, закрыла глаза, и позвонки у нее затрещали, когда она повертела головой справа налево. В таком отчаянии я ее прежде не видела.
Я вытащила бутылку с ликером.
– Еще двенадцати нет, – осуждающим тоном сказала Эме.
– Да какая разница. – Я налила три полные рюмки темного напитка. – Если это то, что ей сейчас надо, то мы не можем позволить ей пить в одиночку. Errantus . – По моему приказу рюмки полетели к столу, пока я убрала в буфет бутылку.
– Потому я и не хотела ничего рассказывать. – Маэль взяла одну из рюмок. – Я изначально сомневалась, что у меня получится, и не хотела зря обнадеживать остальных. Эйден бы, наверное, подумал, что я просто выпендриваюсь. Он и так не особо в меня верит.
– Неправда. Он по тебе с ума сходит, – возразила Эме. – А что касается противоядия, никто бы тебя не упрекнул. Если ты не сможешь, то обойдемся без него.
Маэль хмыкнула.
– Без этого средства мы в безнадежном положении. Вы же слышали Эйдена и Аарванда. Они просто не хотят говорить это напрямую.
Взяв свою рюмку, я протянула последнюю Эме.
– Если сейчас потеряешь веру в себя, – сказала я, – то лучше действительно не продолжай. Ты – одна из наших надежд, а это все-таки лучше, чем безнадежность.
Маэль моргнула.
– Все наши люди ведут неравный бой, – настойчиво продолжила я. – Наши шансы невысоки, поэтому не жалуйся, если один из твоих экспериментов не пузырится так, как надо. Просто сделай новый. Рано или поздно получится. В конце концов, один раз вам это уже удалось.
Маэль взглянула на Эме, словно надеясь, что та сделает мне выговор, однако наша старшая сестра просто пожала плечами и подняла свою рюмку.
– Она права, – согласилась она со мной. – Ты ноешь, а я и не представляла, что когда-то доживу до такого. Если бы Эйден увидел тебя сейчас, то, скорее всего, действительно решил бы, что не такие уж у тебя и выдающиеся способности. – Она залпом выпила ликер и облизнула губы. – Вкусно. Если тебе надоело заниматься целительством, то подумай о производстве алкоголя.
– Я не тупая, – выпалила Маэль. – Вы просто берете меня на слабо.
– И как, успешно? – спросила я с ухмылкой.
Она опустошила свою рюмку.
– Ну, что-то типа того. Пока я не сдамся.
Мысленно выдохнув, я тоже выпила свой ликер. В самом деле очень вкусный.
– Тогда вперед. У нас еще полно дел.
В дверь постучали, и вскоре после этого вошли Тирза и Нэа.
– Мы подумали, что могли бы вам помочь. – Они обе с любопытством рассматривали наше жилище. Тирза отпрянула, когда из стены вылезло призрачное лицо. Кончики волос у юной келпи засветились, стоило ей увидеть посиневшие губы и налитые кровью глаза.
– Не трансформируйся у нас на кухне, – сказала Маэль. – Это кузина Луна. Она умерла в 1928 году. Неприятная смерть для ведьмы, потому что она нечаянно отравилась собственным лекарством.
Дух Луны показал Маэль язык.
– Странный дом, – с трепетом произнесла Нэа. Она с любопытством наблюдала за стеклянными осколками, пока те все еще пытались снова собраться в две круглые колбы, которыми были до приступа ярости Маэль. Я давно о них забыла, а вот для Нэа это оказалось причудливым зрелищем.
– Вы можете нам помочь, – подтвердила Маэль, подтолкнув их обеих к двери в сад. – У ручья растет молодая белладонна, выкопайте два побега и принесите мне корни. Где-то еще должна быть белена, нарвите столько листьев, сколько найдете. – Сестра протянула Тирзе корзину, и я обрадовалась, что к ней возвратилась энергия.
– А кого ты собираешься отравить? – проницательно спросила Тирза.
– Никого, но иногда яд можно победить только с помощью яда.
Тирза нахмурилась.
– Кстати, мы должны тебе передать, что завтра вы с Аарвандом летите в Цаморель. Недавно в шато прибыл гонец от Кайи. Ее войска добрались до границ Коралиса. Теперь Цаморель можно заблокировать. Мы подумали, что ты захочешь сразу об этом узнать.
– Вас прислал Аарванд? – уточнила я. Значит, завтра. Хотелось верить, что я смогу сдержать свое обещание.
– Не то чтобы прислал. – Нэа выглядела слегка виноватой. – Но и прискакать сюда тоже не запретил.
– Ладно, не важно. Я бы и так узнала сегодня вечером. – Одна мысль о том, что мне предстояло, вызывала дурноту. А этим вечером мы отвлечемся от привычного распорядка дня, потому что Эйден устраивал небольшой праздник в честь, как ни удивительно, до сих пор не вызывавшего проблем союза. Дружба или нет, близость Аарванда и так напрягала меня за завтраками, хотя я и не желала от них отказываться, что было полным абсурдом. Провести с ним целый вечер будет еще сложнее. Придется точно сесть на противоположном конце стола и морально готовиться к совместному полету.
Остаток дня Маэль гоняла нас по саду и кухне, и вечером я была так измотана, что предпочла бы улечься в кровать с книгой. Я уже почти раскаивалась за свою речь сегодня днем после ее срыва, но нам действительно срочно требовалось противоядие.
Лоран заехал за нами лично, а не прислал стража, как в предыдущие дни. Если честно, я считала лишним сопровождать нас каждый вечер, как будто мы сами не умели водить машину, потому что в радиусе сотни километров больше не нашлось бы ни одного враждебно настроенного демона. Подчиненные Аарванда подошли к своей задаче основательно и отлавливали каждого шпиона Регулюса, который пытался проникнуть сквозь источник.
– Я должен проследить, чтобы ты тоже приехала, – объявил мне Лоран, косясь на Нэа и Тирзу, которые бездельничали за столом на кухне и играли в «Камень, ножницы, бумагу», чему научила их Маэль. У Лорана за спиной стоял молоденький маг, старательно улыбавшийся Тирзе. Эти двое уже вчера болтали во дворе замка. Сейчас Тирза застенчиво убрала за уши свои синие волосы:
– Уже так поздно? Нам же еще надо переодеться.
– Тогда пошевеливайтесь. Аарванд уже готов заявлять о пропаже, – добродушно откликнулся Лоран.
– А с чего бы мне не хотеть приезжать? – немного запоздало спросила я.
Он пожал плечами:
– Калеб говорил, ты можешь отказаться. И рассказывал что-то про негативные волны, которые уловил.
– Понятия не имею, как ему пришла в голову такая идея, – ответила я и закатила глаза. – Я жду не дождусь. И с каких пор ты обсуждаешь меня с Калебом? По-моему, этот парень что-то перепутал: негативные волны образуются только между Маэль и Эйденом.
– Совершенно верно, – встряла Нэа. – Вианна целый день в предвкушении, – заявила она и подмигнула Лорану. – Даже принарядилась.
– Очень смешно. – Я надела обычные джинсы с дыркой на коленке и свободный свитер. В этих вещах мне удобно, и я не видела смысла прихорашиваться. Речь шла о простом ужине с людьми, с которыми я встречалась каждый день, и мне не нужно было ни на кого производить впечатление.
– Вианна всегда красивая, как бы ни оделась, – придвинулся ко мне Лоран, и я пихнула его в бок.
– Можешь не рассыпаться передо мной в комплиментах. Прибереги их для своей жены.
– Она и так получает от меня достаточно комплиментов. Они ей уже в голову ударили. – Судя по его нынешнему виду, Лоран явно поправлялся и уже не так сильно хромал, с тех пор как моя сестра занялась его ногой.
– Маэль нужна еще пара минут, – сказала я. – Садитесь. – В отличие от меня она по-настоящему прихорашивалась.
– Маэль! – проорал Лоран, повернувшись к лестнице на второй этаж. – Поторапливайся. Эйден хочет вовремя поприветствовать своих гостей!
– Ну, если он так хочет, не будем нарушать его планы, – услышала я голос Маэль.
Лоран притих, а юный маг расплылся в улыбке. Насторожившись, я выглянула из-за угла. На верхней ступеньке стояла Маэль, и на ней было платье. Но не обыкновенное платье, а красивое до умопомрачения. Когда Эйден увидит ее в нем, он рухнет либо на колени перед ней, либо в обморок.
Рукав три четверти почти оставлял плечи открытыми. Глубокое декольте было достаточно приличным, чтобы грудь Маэль тут же не выскочила наружу, если она слишком низко наклонится. Это произведение искусства облегало бедра и ягодицы, а в довершение ко всему она надела сапоги на высоком каблуке. Я, улыбаясь, покачала головой, а Эме позади меня ахнула. Невероятно.
Маэль грациозно спустилась по лестнице.
– Миленько, – выдал Лоран. – У этого цвета есть название?
– Алый, – ответила она.
Он почесал затылок.
– Еще вроде книга такая есть?
На лице Маэль появилась жутковатая улыбочка:
– «Алая буква». Точно. А ты не зря ходил в школу.
– Разве там для героини все не плохо закончилось?
– Так и есть – но только потому, что все мужчины поголовно были ханжами. – Она покрутилась перед нами. Волосы сестра изящно приподняла, но так, чтобы они выглядели слегка растрепанными, как будто их только что привел в беспорядок любовник. Вместо украшений она нарисовала на шее своеобразную цепочку из викканских рун и подвела глаза темным цветом.
– Ты выглядишь просто великолепно, – восхищенно произнесла Нэа. – Не так скучно, как Вианна.
– И в ход пошла тяжелая артиллерия, – пробормотал Лоран, и все его услышали. – Не хотел бы я оказаться на месте Эйдена. Ему можно было бы даже посочувствовать, вот только он заслужил. Мы все так считаем.
Ожидание настоящего сражения привело к тому, что обитатели замка стали беспокоиться о вещах, которые их не касались.
Маэль намеренно проигнорировала замечание Лорана.
– Когда у девушки подходящее настроение, почему бы ей не принарядиться, – лекторским тоном пояснила она Нэа и Тирзе. – А если у девушки нет настроения, то она может пойти на свидание или на вечеринку хоть в мешке. Так, как себя и чувствует. Настоящий мужчина способен разглядеть женщину под одеждой. В большинстве случаев это всего лишь внешняя оболочка, а вообще мы красиво одеваемся ради самих себя, а не ради мужчин.
– А если бы это услышал Аарванд, то больше никогда бы и близко не подпустил к вам свою младшую сестру, – добавил Лоран.
– Очень жаль, потому что мы можем научить ее стольким мудрым вещам. Совсем недавно Маэль просвещала Клэр о правах женщин, – отозвалась я. – Она очень внимательно слушала.
Лоран застонал, но звучало это скорее забавно.
– В этом плане чем раньше, тем лучше. В конце концов девушка должна уметь дать отпор своему парню, – подмигнув, согласился он.
Я накинула плащ и взяла его под руку:
– Вот именно, а в дела Маэль и Эйдена нам лучше не лезть, – распорядилась я. – Это касается только их двоих.
– А я и не собирался. Мне хватает просто наблюдать. Это и так достаточно больно.
Тут он, к сожалению, прав.
– Поехали, тогда этот вечер быстрее закончится. – И я смогу улечься к себе в постель и не думать постоянно об Аарванде и о том, что со мной творилось, когда он оказывался рядом.

– Вы опоздали! – набросился на нас Эйден, когда мы вошли в шато.
Маэль сняла свой плащ и широко улыбнулась:
– Тогда не надо было нас ждать, если вам грозила голодная смерть. – Повернувшись к нему спиной, она передала плащ Жаку.
Сзади на платье тоже имелся глубокий вырез. Еще бы! Я откашлялась.
Эйден, который как раз собирался что-то ответить, подавился словом, а его лицо словно окаменело. Он сжал ладони в кулаки и снова разжал.
– Что это такое?
Маэль снова обернулась к нему.
– Ты о чем? – Она провела ладонями по изгибам бедер. – О моем платье?
– Это не платье.
Из зала вышел Аарванд. На мгновение его брови подскочили вверх, а потом демон понимающе улыбнулся, тоже глядя на мою сестру. Сам он ради разнообразия надел белую рубашку, заправленную в узкие кожаные брюки. Верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, обнажая гладкую смуглую кожу. Не мог он их застегнуть?
– Аделаиза! – рявкнул Эйден, когда та пробегала мимо нас с заставленным бокалами подносом. – Рассадка за столом меняется. Посади Маэль где-нибудь в другом месте, а Манон рядом со мной.
Аделаиза нахмурилась, а Калеб, который в данный момент спускался по лестнице, воспользовался возможностью забрать у нее тяжелый поднос.
– Я бы сделал, как он говорит, – громко зашептал он. – Пока он не утащил ее в какую-нибудь комнату. Все-таки он хозяин дома, а я голодный.
Она кивнула и поспешила в зал вносить необходимые изменения.
– Клевое платье. Немного дерзко, но тебе идет, – сказал Калеб Маэль. – Одолжишь его как-нибудь Эме?
– Этот цвет не сочетается с ее волосами, но у меня есть такое же зеленое, – прищурившись, ответила она. Затем приблизилась к Эйдену, остановилась возле него и похлопала его по груди. – Я замечательно проведу сегодня время. Давно не ходила на настоящие вечеринки. Надеюсь, ты велел подать не дешевое вино.
Каждый из нас внимательно следил за этой нелепой перебранкой, но никто не вмешивался.
– Тебе понравится, – процедил Эйден, и Маэль удалилась за Аделаизой. Ей удалось вывести из себя великого магистра.
– Один – ноль в пользу Маэль, – шепнул Лоран.
– Посмотрим, что будет к концу вечера. – Эме направилась к Калебу. Держа поднос одной рукой, он поцеловал ее, после чего они тоже зашли внутрь.
Аарванд подождал меня и зашагал рядом по пути в зал.
– Я так понимаю, охота началась.
– Разве девушке нельзя нарядиться и от души повеселиться?
Уголки его губ дернулись.
– Девушке можно практически все, чего она пожелает.
– Тогда ты точно не будешь иметь ничего против того, что Маэль поделилась этим знанием с Нэа и Тирзой.
– Пускай тебя это и удивит, я не против. Хотя мне нравятся и девушки в штанах и свитерах. Тебе не холодно? Я могу тебя согреть.
– Не нужно, но спасибо за предложение. Я воспользуюсь им, когда понадобится.
– Воспользуйся. Твоя магия любит мое тепло.
Любит, конечно. В той комнате в Гламоргане она не могла им насытиться. И он об этом помнил. Впрочем, я тоже, причем вспоминала я об этом даже слишком часто. Мы вошли в зал, и – о, чудо! – Аделаиза посадила меня рядом с ним.
– Хочешь бокал вина? – спросил Аарванд, после того как выдвинул передо мной стул и дождался, пока я сяду.
– С удовольствием.
Князь взял со стола графин и налил мне вина. Первый бокал я выпила, как будто умирала от жажды, чем вызвала у него улыбку.
– Тяжелый день? – Аарванд тут же снова его наполнил.
– Можно и так сказать. – В этот раз я лишь пригубила вино, после чего сложила руки на коленях и сжала их в кулаки.
На мою удачу, сосед слева завел с ним разговор о пограничных укреплениях, обеспечив мне передышку.
В качестве первого блюда подали рыбный суп, и я болтала с Эме и Калебом, которые сидели напротив. Хоть Аарванд меня и игнорировал, он ни разу не упустил момент, когда мой бокал пустел. Постоянно доливал либо воду, либо вино. Основным блюдом стала говядина по-бургундски с картофелем и свежим багетом, намазанным соленым маслом. Разрезав картошку на мелкие кусочки, я обмакнула один в темный соус.
– Тебе не нравится? – моментально спросил Аарванд. Он сделал два глотка красного вина и ждал моего ответа.
– Нет. Очень вкусно.
– Тогда почему ты ешь как воробушек? – Быстрый взгляд подсказал мне, что все остальные были заняты либо беседой, либо едой.
– Просто устала, и я ем, но медленно.
Его взгляд смягчился.
– Тебе понадобятся все силы, когда мы завтра полетим в Цаморель. Нэа же тебе рассказала, да? Выспись и хорошо отдохни.
– Я справлюсь. Ты тоже не отдыхаешь. Калеб говорит, что после встреч ты каждый день летаешь к границам.
– Предпочитаю лично наблюдать за продвижением войск Регулюса. Не хочу подвергать своих людей лишней опасности, к тому же это моя обязанность как их князя.
– И ты соблюдаешь осторожность?
– Стараюсь, да.
– Ты не показываешься солдатам Регулюса? Они наверняка теперь боятся тебя, когда узнали, что ты Алый дракон. Ты знал? Ну, что можешь в него превращаться?
Казалось, секунду он колебался, отвечать ли на мой вопрос.
– Да, знал.
С наигранным равнодушием я отправила в рот кусок мяса и ждала, будет ли он продолжать.
– Это часть моего наследия. Магии, которую я ношу в себе. Но прежде я никогда не перевоплощался в Алого дракона и не думаю, что кто-то из моих предков это делал.
– Оно ощущается по-другому, не как твой обычный облик?
Аарванд опять задумался, и я уже решила, что он закончит разговор.
– Он кажется более могущественным. Более древним. Лучше объяснить у меня вряд ли получится, и я не уверен, правда ли я сам в него превратился или это произошло просто потому, что магия сочла это необходимым.
– Значит, больше ты так не делал? Тебе страшно?
– Страшно? – На лице Аарванда мелькнуло удивление, так как это чувство, видимо, было ему незнакомо. Он сжал пальцами свой бокал и покрутил вино в нем. – Да, – тихо признался он. – Почему-то так и есть. Но в тот миг, когда это случилось, я об этом не задумывался. Я должен был спасти тебя. Страх за тебя оказался сильнее.
Я снова съела кусочек мяса, осознавая при этом, что он за мной наблюдал. По спине побежали мурашки.
– Откуда взялся твой магический дар? Калеб говорил, что подобной способностью всегда владели лишь старшие сыновья княжеского рода Коралиса.
– Мой брат – невыносимый болтун. Никогда не доверяй ему секреты.
– Не слушай его, Мышонок. Он из всего делает тайну и понятия не имеет, когда умнее отказаться от своей скрытности.
Я улыбнулась.
– И все-таки, – вновь обратилась я к Аарванду. – Ты мне не расскажешь?
– Нет.
– Но тебе это известно.
– Разумеется. Отец рассказал мне, и только мне, – ответил он, глядя на Калеба, который в тот момент нашептывал что-то на ухо Эме.
– И ты правда мне не расскажешь? – Меня охватило разочарование.
Аарванд положил в рот кусок говядины и прожевал, и это незамедлительно приковало мой взгляд к его губам. Нижняя губа была чуть полнее, чем верхняя, что раньше не бросалось мне в глаза.
– Вианна, – развеселившись, произнес он, и я помотала головой.
– Почему нет? – спросила я, смутившись оттого, что так его разглядывала. Он заметил. Само собой, заметил.
– Потому что ты до сих пор считаешь, что я вынашиваю какие-то темные планы за спиной у Эйдена. – Теперь Аарванд буквально сверлил меня взглядом. – И не отрицай.
Я сжала зубы.
– И ты действительно можешь меня в этом упрекать?
– Нет, не могу, но также не обязан раскрывать тебе свои секреты. Друзья друг другу доверяют, а мы хотели стать друзьями, не забыла?
– Нет, не забыла.
– И тебе кажется, это работает?
– Мы ведем цивилизованный разговор про секреты, поэтому все отлично работает, – раздраженно заявила я. – Во всяком случае, мы дружнее, чем Эйден и Маэль. И мы сошлись во мнениях, что оба не хотим большего. Ты сказал, что запутался на мгновение, и я тоже. Просто слишком много стоит между нами. Слишком много всего произошло. – Разве он сам этого не понимал? Это же очевидно.
К счастью, в этот момент Эйден постучал по своему бокалу, прерывая наш разговор, который принял такой неприятный оборот.
– Хотел бы я, чтобы было по-другому, – шепнул Аарванд мне на ухо. – Да, произошло много всего, чего мы уже не в силах изменить, но я не буду снова за это извиняться.
– Ты никогда и не извинялся, – прошептала я в ответ. – Ни разу.
В его глазах появилось смятение. Смятение, которое вскоре сменилось поразительной теплотой и нежностью. Ни один из нас не обращал внимания на Эйдена, который начал свою небольшую речь. Я сглотнула, когда Аарванд наклонился ближе ко мне.
– Мне жаль. – Его губы касались моей щеки. – Больше, чем можно выразить словами. Я не хотел, чтобы все получилось вот так, и если бы знал, как сильно это тебя ранит, то попробовал бы найти другой путь. И я действительно хочу, чтобы мы стали хотя бы друзьями.
«Друзья». Это безобидное слово внезапно обрело странный привкус.
Калеб прочистил горло, и вдруг я заметила, что все смотрели на нас. В руках они держали бокалы, чтобы за что-то чокнуться. Калеб понимающе ухмыльнулся. В панике я схватила свое вино. Аарванд же, наоборот, был сама невозмутимость. Я даже не слышала, как Эйден произносил тост. Слишком явственно ощущала находившегося рядом Аарванда. Меня окутывали его тепло и запах. Ему жаль. Меняло ли это что-то?
– Пусть говорит побыстрее, – прошептал мне Калеб с противоположной стороны стола, пока все чокались друг с другом. – Я все еще голодный.
Покачав головой в ответ на такой неуважительный комментарий, я все-таки обрадовалась, что он меня отвлек.
– Ты слопал гору закусок и три основных блюда. – Я допила вино в надежде, что оно снимет напряжение. Уже со счета сбилась, какой это был бокал.
Калеб весело пожал плечами:
– Мне понадобится вся эта энергия, чтобы исполнить свой долг. – Он закинул руку на спинку соседнего стула, и у Эме вспыхнули щеки.
– Ну, спасибо за информацию, – буркнула я. – Хоть один из нас развлекается. Или двое.
Эйден бросил на меня мрачный взгляд, потому что продолжал что-то говорить, а затем я почувствовала, как Аарванд осторожно положил руку на мою ногу. От этого прикосновения меня охватила горячая дрожь. Никогда не ощущала ничего подобного, когда до меня дотрагивался еще какой-нибудь «друг». Наоборот. Я нервно сползла чуть вперед, и ладонь поднялась выше. Аарванд откашлялся. Будучи очень дружелюбной, я не стала сдвигать ноги. Может, его извинения и приняты, однако это вовсе не означало, что он имел право позволять себе такие вольности. Он у меня еще поплатится. В эту игру могли играть двое.
После того как Эйден сел, я схватила маленькую креманку с крем-брюле, погрузила в нее ложечку и с наслаждением облизала.
– Хочешь? – Хотя это было совершенно неуместно, я опять опустила ложку в мусс и поднесла ее ко рту Аарванда. – Ты должен попробовать.
– Не интересуюсь сладостями. Это определенно невкусно, – сказал он, а его пальцы сильнее сжали ткань моих джинсов. Надо было тоже надеть платье. Такое же коротенькое ничего, как носила Маэль. Впрочем, тогда Эйден наверняка и меня тоже прогнал бы на дальний угол стола. Не то чтобы Маэль это как-то мешало. Она прекрасно проводила время с двумя офицерами Аарванда, а речь Эйдена, видимо, так же пропустила мимо ушей, как и я. Аделаиза специально посадила ее между мужчинами? Наверное, исключительно ради того, чтобы позлить Эйдена.
– В Гламоргане ты ел джем. И не отпирайся. Нет ничего плохого в том, чтобы любить сладкое. Не надо этого стыдиться. – Я ткнула ложку ему в губы. – Пока не попробуешь, не узнаешь, нравится тебе вкус или нет.

К моему удивлению, Аарванд открыл рот и сжал ложку между зубами. Я таращилась на его губы до тех пор, пока он не отпустил ложку, при этом дьявольски мне улыбнувшись.
– Было вкусно, – согласился демон и наклонился ко мне. – А знаешь, почему я редко ем сладкое?
В оцепенении я помотала головой. Он явно снова оказался слишком близко. Да я отлично поработала. Во всем виновато вино Эйдена.
– Потому что знаю, – пробормотал он, – что, попробовав его один раз, уже не могу остановиться.
На этих словах у меня на коже заискрились молнии. Уверена, все их видели. Князь невозмутимо снял свою ладонь с моей ноги и опять повернулся к магу, сидящему с другой стороны от него.
Калеб, забавляясь, покачал головой, а я разозлилась, что вообще решила бросить вызов Аарванду.
Следующим постучал ложкой по своему бокалу и поднялся Лоран. Констанс сжала пальцами его ладонь, словно хотела придать ему сил.
– Я хотел бы поднять бокал за Эзру, – произнес он, и все разговоры за столом моментально смолкли. – Всем вам известно, что он был моим лучшим другом.
У меня на глазах навернулись слезы, и я усиленно пыталась их сморгнуть. Аарванд возле меня застыл. Стоило догадаться, что сегодня вечером мы помянем и Эзру. Я должна была сказать какие-то слова. Почему Эйден попросил об этом Лорана?
– Вообще-то я не могу вспомнить ни дня, когда бы мы ни были вместе, – продолжал Лоран. – Тогда он не собирался возглавлять Ложу. У него были другие планы.
Я почувствовала на себе его взгляд, но не смогла поднять голову. Сейчас я сидела рядом с мужчиной, который частично виновен в смерти Эзры, и флиртовала с ним. Ком в горле становился больше с каждой секундой, но я не сдамся.
– Эзра управлял Ложей в такое трудное время и делал то, что должен был, чтобы защитить всех нас, при этом ни разу не задумавшись о самом себе. Мы не смогли его похоронить, не смогли воздать ему последние почести, но что бы ни ждало впереди, я хочу, чтобы мы о нем не забывали.
Слова Лорана гремели у меня в ушах. Они звучали как обвинение. Мы все подняли бокалы. Эйден с благодарностью улыбнулся Лорану.
– За Эзру, – хором раздались голоса всех присутствующих.
– За Эзру, – с небольшим запозданием прошептала я. Допивая вино, я отмечала, как постепенно возобновлялись разговоры. Эйден встал и поменялся местами с одним из офицеров, сидевших около Маэль. Он положил руку на спинку ее стула и что-то ей сказал. Что именно, я не разобрала, однако она кивнула, а он расслабленно взял бокал у нее из руки и глотнул вина. Она пихнула его плечом, а он улыбнулся, качая головой и снова разглядывая ее платье. Маэль ухмыльнулась и немного выпятила грудь.
Аарванд больше со мной не заговаривал, и я с ним тоже. Легкость, которая совсем недавно установилась между нами, исчезла. При этом он все-таки незаметно придвинулся так близко ко мне, что я могла дотронуться до него, если бы захотела. И не делать этого требовало от меня нечеловеческих усилий. Но меня останавливали угрызения совести. Через какое-то время мне стало холодно, а глаза начали слипаться. И как раз когда я решила, что пора прощаться и отправляться спать, почувствовала, как он ко мне прикоснулся. Сперва робко, словно проверял, разрешу ли я придвинуться еще ближе, а когда я не выказала сопротивления, его тепло окутало меня. Успокоило слишком быстро бьющееся сердце, и я почувствовала облегчение, однако от сомнений это меня не избавило. Тем не менее я была ему благодарна.
Уже намного позже, лежа в кровати и практически засыпая, я поняла, как мастерски он уклонился от моих расспросов о своей магии и Драконе Мерлина.

Глава 6

В вечерних сумерках Аарванд, Калеб и я подъехали на лошадях к Источнику.
– Береги себя, Вианна, – необычайно серьезно сказал мне Калеб, так, что я почти испугалась. Обычно он старался одной своей озорной мальчишеской манерой внушить нам ощущение, что ситуация не безнадежна. Он уговорил Эме остаться в шато, и я попрощалась с сестрами там.
– Мы прилетим, я чуть-чуть поколдую, и мы вернемся, – пообещала я.
– Конечно. – Он заключил меня в крепкие объятия. – Проще простого. Главное, чтобы Аарванд тебе не мешал, иногда он абсолютно бесполезен.
– Приведу его обратно целым и невредимым.
Калеб чмокнул меня в лоб, а потом обнял брата.
– Ты знаешь, что делать, – произнес тот. – Просто на случай, если мы не справимся.
– Можешь на меня положиться, – ответил Калеб.
– Знаю. – Аарванд протянул мне руку. – Ну, пойдем, великая и могучая ведьма.
Я вложила свои пальцы в его ладонь, и мы перешли на другую сторону. Все уже было обговорено заранее. Я знала, к какому пограничному переходу мы полетим сначала и где какую защиту мне предстояло создать. Он должен только перекинуться и донести меня туда.
Несмотря на то что я не впервые становилась свидетельницей его перевоплощения в дракона, оно все равно завораживало меня, как в первый раз. Воздух вокруг него размылся и стал такого же синего цвета, который вот-вот примут его чешуйки. Радуга из всевозможных оттенков синего превратилась в чешуйчатый панцирь. Раскрылись мощные крылья. Аарванд запрокинул голову назад, когда над знакомыми янтарными глазами из-под кожи показались небольшие рожки, и перевоплощение завершилось. Я погладила чешуйки у него на шее, и он вздрогнул.
«Забирайся и держись крепче» , – скомандовал он, и ощущалось привычным скользнуть между его крыльями и нагнуться над шеей. Дракон взмыл в вечернее небо и полетел навстречу солнцу, которое погружалось в море и оставляло на воде полосу, выглядевшую словно пламя в синеве. Аарванд летел низко и ровно вдоль этой линии. Его когти задели прохладные волны, и вверх всплеснулись капли, которые тоже искрились, как брызги огня.
– Потрясающе, – с трепетом прошептала я.
«Это моя земля, какой она могла бы быть» . – Развернувшись, он дугой пролетел обратно к суше и к горным вершинам. Я прижалась к нему и обхватила руками сильную шею. Из его горла вырвался тихий рокот.
До первого прохода мы добрались без приключений.
«Там внизу находится Цаморель,  – услышала я Аарванда у себя в голове, когда он приземлился. – К сожалению, сейчас слишком темно. Возможно, однажды я вновь тебя сюда приведу». 
– Было бы здорово. – Этот день никогда не наступит. Мы оба это знали.
Спрыгнув с его спины, я поняла, что почти ничего не видела на расстоянии вытянутой руки.
– Ignis , – пробормотала я, и факел осветил темную немощеную дорогу, извивавшуюся между двумя горами.
Аарванд глубоко втянул в себя ночной воздух:
«Тут никого. Можешь начинать». 
Под его бдительным взглядом я подошла к скале с правой стороны дороги.
– Obicere . – Я подняла ладони, и собравшаяся под кожей магия заставила засиять руны у меня на предплечьях. Руки начало покалывать, и магия хлынула из меня сквозь кончики пальцев. Стена из света и воздуха врезалась в гору на противоположной стороне. От нее откололись камни и покатились в долину внизу. – Попробуй пройти, пожалуйста, – велела я Аарванду. Он драконьей мордой уткнулся в невидимый щит. Затем отступил на шаг и выплюнул в него тонкую струю огня. Защитный барьер выдержал. Ночью его было не видно, а днем будет заметна максимум игра света, если присмотреться, но быстро пройти через него точно не получится.
«Хорошо,  – похвалил меня Аарванд. – Полетели дальше. Следующий проход недалеко». 
На второй точке мы повторили такую же процедуру. Чувствуя, как из меня вытекала магия, я подняла стену выше, потому что горы здесь оказались более плоскими. Вероятно, грифоны Регулюса все равно через нее прорвутся, но не наземные войска.
«Как ты себя чувствуешь?»  – спросил Аарванд, когда я вновь залезла к нему на спину и прижалась к его телу.
– Очень хорошо. Со мной всё в порядке. У меня достаточно магии. Можешь не переживать.
Проворчав что-то, чего я не разобрала, он взмыл ввысь, чтобы лететь к третьему месту. Его тепло устремилось ко мне, и моя магия с радостью его приветствовала. Я погладила его по шее и легла щекой на чешую. Ветер нежно трепал мои волосы. К тому моменту луна висела уже высоко в небе, заливая горную гряду теплым светом. Тысяча звезд мерцала над нами на небосводе, и я мечтала, чтобы мы летели сквозь эту ночь вечно. Мечтала, чтобы мы делали это вместе не только потому, что это наш долг.
Следующий перевал был немного у́же, а дорога, проходящая через утесы, казалась бесконечной извилистой линией. При всем желании я не могла себе представить, что Регулюс поведет здесь свою армию. Это будет убийственный марш. Впрочем, кое-что на этот раз отличалось от предыдущих точек. Хотя проход выглядел и так довольно маленьким, тут построили жилую башню, еще сильнее уменьшающую ширину дороги. В окнах горел свет, и когда мы сели, кто-то распахнул дверь и вышел. На женщине был длинный белый плащ, и тогда я ее узнала. Леди Кайя собственной персоной. Аарванд перевоплотился в человеческую форму, стоило мне коснуться земли, и подошел к ней. Она обвила руками его узкую талию.
– Мне захотелось тебя увидеть, – услышала я ее слова.
Я не сходила с места, стараясь не обращать внимание на участившееся сердцебиение и вспотевшие ладони. На такое я не рассчитывала. Аарванду следовало подготовить меня к этой тайной встрече. Я сжала губы.
– Вианна! – позвал меня к себе Аарванд. – Помнишь ее? – спросил он Кайю, когда я нехотя зашагала к ним. Очень удачно, что в своем человеческом обличье он не мог прочесть мои чересчур противоречивые мысли. Отношения этих двоих абсолютно меня не касались. Пусть встречаются сколько влезет. Однако выносить такую близость между ними оказалось сложно.
– Естественно, помню. Спасибо, что помогаешь защитить мою страну. – Одной рукой она все еще обнимала его за талию, и он тоже не предпринимал попыток отстраниться.
– Если хотите, подождите внутри, – сказала я севшим голосом. – Я займусь щитом. Много времени не потребуется.
Аарванд нахмурился и собирался что-то ответить.
– Мне нужно немного больше личного пространства, – не дала ему заговорить я. Если они останутся здесь и еще начнут целоваться у меня на глазах… – Мое волшебство уже ослабевает, и мне надо сосредоточиться, – соврала я.
Взгляд Аарванда потемнел. Он распознал ложь.
– Конечно. Просто скажи, если тебе что-то понадобится, – откликнулась Кайя и потянула Аарванда к двери, которая захлопнулась за их спинами. Мгновение спустя до меня донесся ее гортанный смех.
– Obicere , – выдавила я. Дымка защитного экрана появилась, но стала заметно тоньше, чем две прошлые. Воздушная магия действительно теряла силу. – Belenos , – добавила я и подняла руки ладонями вверх. Со склонов гор начала стекаться вода. Закрыв глаза, я мысленно направляла ее. Создавала водную стену, складывала жемчужные кирпичи за стеной из воздуха. Один за другим. Намеренно не думала о том, чем Аарванд и Кайя занимались в башне. Это не важно. Не для меня. Она его будущая княгиня. Быть может, даже верховная королева. Стена росла все выше и выше, пока кто-то не схватил меня за плечи и не встряхнул. Мне потребовалась секунда, чтобы выйти из транса. Аарванд отвел влажную прядь волос с моего лица. Кайя стояла по ту сторону щита перед открытой дверью жилой башни. Свой плащ она сняла. Теперь я видела, что под ним на ней было изысканное платье. Темно-синее, оно напоминало чешую Аарванда.
– Что ты делаешь? – взволнованно спросил он. Его магия позволяла ему пройти сквозь барьер.
– Воздушной магии уже не хватает. Пришлось прибегнуть к своей водной силе.
– Ты решила поднять стены до небес? В этом нет необходимости. Кроме грифонов, в армии Регулюса служит мало летающих демонов.
Лишь сейчас я осознала, что стена заметно возвышалась над пиками гор слева и справа.
– Лучше выше, чем ниже. – Я не могла на него смотреть.
Он сжал мои пальцы в ладонях.
– Ты вся ледяная и промокла до нитки. Сколько магии у тебя осталось?
Потяжелевшая одежда липла к коже. Я отняла у него свои руки.
– На еще один барьер хватит. Вы закончили? Если да, Кайя может их проверить, и полетели дальше. Разве что ты не хочешь задержаться. – Я кусала губы. – Тогда… – Без понятия, что бы я тогда стала делать. Определенно не легла бы спать в башне, пока они занялись бы кое-чем другим.
Он положил мне руки на плечи, и из-за потока жара, хлынувшего в меня сразу после этого, от вещей пошел пар, и они высохли.
– Мы закончили. – Он шагнул к щиту и попросил Кайю пройти через него, чего княжне сделать не удалось.
Кайя приблизилась к стене с противоположной стороны и провела по ней ладонью.
– Она когда-нибудь падет?
– Если магию регулярно не подпитывать, она исчезнет. Не переживай, мы тебя не запрем.
Ее тонкие губы сложились в улыбку.
– Скоро увидимся. – Кайя послала Аарванду воздушный поцелуй. – Еще раз большое спасибо, – сказала она мне и вернулась в башню.
Аарванд превратился, и мы молча полетели дальше. Совсем недавно эта миссия, невзирая на всю опасность, которой мы себя подвергали, казалась приятной, сейчас же я желала лишь быстрее с ней разделаться и возвратиться домой.
Последний перевал располагался немного дальше и ближе всех к границе Морады. Однако перекрыть нам нужно было только узкое непроходимое ущелье, и с этим я еще справлюсь. По рукам и ногам расползались холод и усталость – верный признак переутомления. Мне хотелось прижаться к телу Аарванда, но я сидела у него на спине прямо, как палка. Встреча с Кайей вновь открыла мне глаза на то, что я и так давно знала: у нас общая задача, не более того.
Плавные взмахи его крыльев несли нас сквозь кромешную ночную тьму. Чем ближе мы оказывались к границе, тем темнее становилось вокруг.
«Я не знал, что она будет там ждать»,  – нарушил молчание Аарванд.
– Конечно, она ведь беспокоилась за тебя, – ответила я твердым голосом. – Это совершенно естественно, учитывая, как вы друг к другу относитесь.
«Ты понятия не имеешь, как мы с Кайей относимся друг к другу». 
– И для меня это не имеет значения.
Он больше не ответил, только сложил крылья и наклонил голову вперед.
«Держись крепче».  – После этого дракон рванул в промежуток между утесами, где не было и двух метров в ширину. Безумие, если бы Регулюс попытался провести здесь своих людей. Это ущелье – ловушка. Не успела я до конца додумать последнюю мысль, как услышала свистящий звук. Перестав падать вниз, Аарванд изменил направление. Мимо нас промчалось что-то тонкое и темное, но он ловко увернулся. Стрела. Нужно уходить. Эту мысль я тоже додумать не успела, потому что второй выстрел попал ему в бок. Аарванда качнуло влево, а так как я прижималась к нему недостаточно крепко, то потеряла равновесие и соскользнула с его спины. Я падала, даже не представляя, как далеко земля. Мобилизовав все свои магические резервы, я окружила себя воздушными подушками, чтобы смягчить удар при приземлении. Аарванд летал где-то высоко надо мной. Заметил ли он вообще, что потерял меня? Попали ли в него другие стрелы? Ночную тишину взорвал его рев, и до меня донесся звук беснующегося пламени. Лишь после этого я врезалась в скалу и вскоре после этого упала в колючий куст. Из легких вышибло весь воздух, но я моментально вскочила на ноги. Все вокруг вращалось, и болела голова.
– Вы только посмотрите, – раздался голос из темноты передо мной. – Кто это тут угодил в наши сети?
Я подожгла ближайший куст, чтобы увидеть, с кем имела дело, однако голос узнала и без света.
– Маррок, – приветствовала я вервольфа с радужными глазами. При дворе у Регулюса он тренировал меня и обеспечил парой-тройкой травм. – Ты один или Рэйланд тоже где-то неподалеку? – Он не должен заметить, что мне страшно.
– Мы оба здесь. Скучала по нам?
– Не очень.
– Жаль. А мы по тебе скучали и отлично повеселимся, когда вновь окажемся вместе в Мораде. На этот раз без обломщика Аарванда. Он запрещал нам к тебе притрагиваться. Ты в курсе?
Я покачала головой. Ответ пропустила, поскольку подошел Рэйланд во главе минимум двадцати лучников. Мужчины как раз вложили стрелы в луки и одновременно выстрелили в небо. Я не осмеливалась смотреть наверх и надеялась, что Аарванд будет держаться вне их досягаемости.
– Они пропитаны загрязненным самарием, – с довольным видом сообщил Маррок. – Гадость. – Демон дотронулся до своих рожек. – После этого Аарванд перестанет быть таким красавчиком.
– Для этого вам сначала надо в него попасть. – Теперь я взглянула наверх. Дракон кружил прямо над нами. На него опять обрушился град стрел.
«Улетай. Стрелы отравлены». 
Ответом мне стало презрительное фырканье. Не было времени выяснять, подчинится ли он требованию, потому что на меня набросился Маррок.
– Nocere , – воскликнула я. Темный световой шар понесся к нему, однако демон лишь слегка отпрянул и отбил его в сторону. И тем не менее этих секунд мне хватило, чтобы отскочить назад.
– Лучше прекращай, – посоветовал он. – Сэкономь силы на то, что мы будем с тобой делать.
Во мне вспыхнули отвращение и страх. Они меня еще не поймали, а я лучше умру, чем отправлюсь с ними обратно в Мораду. Чарами мне не удержать их на расстоянии, но щит не преодолеют даже их накачанные самарием тела.
«Мне нужен огонь. Моя магия почти иссякла».  – Эта просьба подвергала Аарванда опасности, но придется рискнуть. Он снизился так, чтобы стрелы лучников не могли его достать, выдохнул тонкую струю пламени между мной и людьми Маррока и поджег кусты и маленькое деревце.
– Eldur murus . – Я призвала часть огня себе в правую руку и описала дугу, чтобы он оказался в левой.
Маррок ухмыльнулся, глядя на мои движения, и направился ко мне. Лучники готовили новый залп. В ночном небе раздался громоподобный рев. Я смахнула пламя с ладоней справа налево, заставила его перепрыгнуть на скалы и переплела с полыхающими растениями. Желтые и красные нити образовали непроницаемое полотно. Ухмылка стерлась с лица Маррока, когда он сообразил, что я сотворила. Всего секунду спустя с противоположной стороны огненной стены послышался волчий вой. Я хотела сделать ее еще толще, но тут меня подхватили когтистые лапы и подняли в воздух.
«Достаточно. Они не пройдут.  – Аарванд отнес меня подальше, а потом опустил на землю, чтобы я могла залезть на него нормально. – Ты ранена?»  Его голос звучал так, как будто он царапал когтями по стеклу.
– Нет. А ты?
Мне ответили хмыканьем.
«Теперь ты будешь по-настоящему крепко держаться, или мне тебя привязать?» 
Я легла животом ему на спину, обвила руками за шею и сжала ногами туловище. Без лишних слов он взмыл вверх. Пока он нес нас обратно, я постоянно клевала носом. У меня совсем не осталось сил, но уже чувствовалось, как магия восстанавливалась. Этим я была обязана теплу Аарванда, которое проникало в каждую клеточку моего тела. Я ощущала его даже в кончиках волос и еще больше льнула к нему.
«Вианна»,  – позвал он меня. В этот раз голос казался не царапаньем стекла, а скорее теплым шоколадом, если бы он мог иметь звук. Что за глупая мысль.
– Ты сказал, чтобы я держалась очень крепко.
«Я не имел в виду “ерзать”». 
– О’кей. Сижу смирно.
На Источнике он перевоплотился снова. Прежде чем я успела запротестовать, он ощупал меня с ног до головы, пытаясь отыскать раны.
– Я же сказала, что всё в порядке.
– Просто хотел удостовериться, что ты не врешь. – Мы перешли на другую сторону в Броселианд. Вороной жеребец Аарванда терпеливо дожидался нас, а моего, судя по всему, забрал Калеб. Вокруг до сих пор царила темнота, но уже наступало утро. Пролежу в кровати целый день и буду отсыпаться.
Аарванд помог мне забраться на коня и сам сел у меня за спиной. Я облокотилась на его грудь, и он быстрым галопом понесся в шато. Мы справились и возвратились невредимыми. Наконец-то моя магия для чего-то пригодилась. Я могла бы построить себе хижину неподалеку от Источника и день и ночь следить за тем, чтобы он был окружен защитным барьером. К сожалению, это не вечное решение проблемы, но тогда Аарванд навещал бы меня, когда ему хотелось бы встретиться с подругой. Без понятия, почему я сейчас об этом думала.
Я дремала, и мне снилось, как он снял меня с лошади и принес в нашу комнату. Слышались шепчущиеся голоса, затем кто-то аккуратно стянул с меня ботинки и куртку и завернул в одеяло.
– Дайте ей поспать, – сказал Аарванд. – Она полностью истощена. Никогда прежде не видел ничего подобного.

* * *

Я действительно проспала весь следующий день и потом еще половину второго. А когда проснулась, возле моей кровати в кресле-качалке сидела Эме с Клэр на руках. Я приподнялась.
– Что-то случилось?
– Ничего. Просто Калеб с Аарвандом на переговорах в Анни Мю, а Маэль запретила мне ехать с ней домой. – Эме чуть наклонилась вперед, хотя мы были одни. – Думаю, она сдвинулась с мертвой точки. По крайней мере, новая база, которую она приготовила, не испортилась.
– Калеб и Аарванд надолго уехали?
Она поправила детское одеяльце, в которое была завернута Клэр.
– На пару дней, максимум на неделю. Переговоры с другими князьями проходят сложно.
– В Цаморель они тоже потом отправятся?
– Мне кажется, только в Анни Мю, но точно не знаю. Вы встретили леди Кайю? Верно?
– Да, она хотела увидеться с Аарвандом. Если домой нам нельзя, как будем убивать время? – Ни в коем случае я не собиралась разговаривать или думать о Кайе.
Эме пожала плечами:
– Я сижу с Клэр.
– Тогда спрошу Лорана, не может ли кто-нибудь пару часов позаниматься со мной фехтованием. – Я спустила ноги с кровати, сжала и разжала зудящие пальцы. Магия восстановилась, и надо срочно избавиться от части энергии, пульсирующей внутри меня. Ну и пусть отправляется к Кайе. У меня есть дела поважнее.
– Я думала, ты возненавидела тренировки? – Эме встала. Клэр тихонько захныкала. – Видимо, она проголодалась.
– Тренировки я не ненавидела, – крикнула я ей вслед, – и вам с Маэль несколько занятий тоже пошли бы на пользу!
– Спрошу у Калеба, не согласится ли он меня поучить. – Сестра лукаво улыбнулась на прощание.
– Могу себе представить эти тренировки, – проворчала я. Затем оделась и вышла во двор. Несмотря на то что Калеба и Аарванда не было, я заметила четырех их офицеров. Они давали некоторым ведьмам и колдунам уроки фехтования и учили их метать копья.
Я присоединилась к ним и провела за этим занятием остаток дня. Так как Маэль и на следующий день не захотела пускать нас домой, я просто опять влилась в ряды тренирующихся. Калеб вернулся три дня спустя, но один.
Пролетело еще пять дней. Эйден хранил молчание по поводу местонахождения Аарванда, и я нервничала все сильнее. Естественно, уже не было необходимости, чтобы Аарванд так много времени проводил в шато. Он должен размещать собственные войска. Настраивать своих солдат на битву. Стараться убедить других князей примкнуть к нему. Наверняка он четко распределял свое время, чтобы успеть выполнить все эти задачи, прежде чем Регулюсу удастся сломать защитные барьеры. С Эйденом все улажено. Мы ждали армию Конгрегации и сами готовились к предстоящему бою. Вероятно, в следующий раз я увижу Аарванда, только когда мы пройдем через Источник в Коралис, и там рядом с ним будет стоять Кайя. Ведь та краткая встреча во время нашего полета снова наглядно мне все продемонстрировала. А то, что Аарванд просто исчез, не попрощавшись, в общем-то, тоже говорило само за себя. Мы сражались на одной стороне – конец истории. К сожалению, я по нему скучала. Скучала по нашим совместным завтракам и доверительным отношениям, которые развились между нами. Я беспокойно вертелась в постели с боку на бок. Можно спросить про Аарванда у Калеба, но если тот не желал, чтобы я что-то знала о его местонахождении, то надо это просто принять. Он не обязан передо мной отчитываться, но было бы неплохо получить какую-то весточку. Я зажгла свечу на прикроватном столике и взяла гримуар. Маэль рядом со мной натянула на голову одеяло. Кровать Эме пустовала почти каждую ночь. Всякий раз, как только мы засыпали, она из нее выскальзывала и возвращалась лишь на рассвете. Я поверить не могла, чтобы она всерьез полагала, будто мы не замечали ее отсутствия. Все-таки мы не глухие и не слепые, а нашу комнату от комнаты Калеба отделяла всего пара дверей. Когда Аделаиза заселяла его туда, то утверждала, что ни в одном другом крыле ему места не нашлось.
Маэль негромко зарычала:
– Погаси свет. Мне нужно поспать.
Она права. Придется отвлечься как-то иначе. Эта внутренняя тревожность ни за что не дала бы мне уснуть, а остальную работу доделали ноющие от тренировок мышцы. Я тихо встала, накинула плащ и задула свечу. А затем с гримуаром под мышкой вышла из комнаты. Пойду на кухню, налью себе стакан молока с медом и в тысячный раз пролистаю гримуар. Древние каменные стены освещали факелы, когда я босиком шла по пустым коридорам замка. От холодного камня стопы покалывало, но возвращаться не хотелось.
В камине на кухне еще догорало несколько поленьев, и я положила книгу на исцарапанный деревянный стол. Везде было тщательно прибрано. Я налила в стакан молока и подогрела с помощью заклинания. Мед пришлось поискать, зато потом я уселась на скамью перед камином, скрестив ноги, и накрыла книгу ладонью. Кожа под пальцами казалась теплой. Стоило мне сделать первый глоток молока, как дверь распахнулась.
Аарванд споткнулся, увидев меня.
– Не знал, что еще кто-то не спит, – извиняющимся тоном сказал он и остановился. – Не помешаю?
– Нет. Я не могла уснуть. – В отличие от Калеба, Аарванд никогда не проводил ночи в замке, и я не стала фантазировать, что он здесь из-за меня. Выглядел он измученным. – Когда ты пришел?
– Час назад. Нужно было сообщить Эйдену, что Регулюс напал на Анни Мю и взял в плен их князя. Мне следовало догадаться. – Он сжал переносицу большим и указательным пальцами. – Маррок и Рэйланд с легионом солдат обогнули Коралис. Очевидно, Регулюс решил показать наглядный пример.
– Что ты теперь будешь делать?
– Нельзя рисковать и отправлять войска в Анни Мю. Именно этого добивается Регулюс. Измотать нас и разделить нашу армию.
– Коралис пока в безопасности? Ты усилил щиты?
Он кивнул:
– Как и Цаморель. Кайя очень тебе благодарна. Хотя ходят слухи, что Регулюс снабжает своих воинов чистым самарием. – Он сделал паузу.
– Откуда он у него? – глухо спросила я.
Аарванд глубоко вздохнул:
– Монеты изобилия, – тихо ответил он. – Король загадал его на них.
Я сгорбилась.
– Это же…
– Катастрофа, – договорил он. – Надеюсь, твой Эш поторопится. Ситуация выходит из-под контроля быстрее, чем я рассчитывал.
– Корабли уже в пути. Они доставят больше тысячи ведьм. Вчера прибыл гонец.
– Знаю. Всё это люди, которые не умеют драться без магии. – У него на лбу залегли тревожные морщины. – Можно мне тоже стакан молока?
– Ты пьешь молоко?
Маэль должна рассказать ему про противоядие. Это лекарство – наша последняя надежда. Но я не имела права нарушить данное слово. Даже сейчас, когда Аарванд выглядел необыкновенно подавленным. До сих пор князь стоял возле двери, словно сомневался, остаться ли ему, а теперь направился к столу. Под темным мундиром играли мускулы. Я переключила внимание на его лицо.
– Обычно в практически безвыходных ситуациях я предпочитаю напитки покрепче.
– Тут ничем не могу помочь. Только молоко с медом.
– Поэтому придется удовлетвориться им.
Когда он дошел до стола, я встала.
– Только не привыкай, что я тебя обслуживаю.
Аарванд ухмыльнулся, поднял руку и провел большим пальцем по моей верхней губе. Я не шевелилась.
– У тебя тут молоко было.
Он стоял прямо передо мной, а его рука все еще лежала на моей щеке. Никто из нас не двигался.
– Я волновалась за тебя, – тихо произнесла я. – Неплохо было бы дать знать, что с тобой все хорошо.
Глаза у него расширились от удивления.
– Я подумал, что ты на меня злишься. – Аарванд сделал небольшую паузу. – Из-за Кайи.
– Это было бы неуместно, разве нет? – Кашлянув, я отступила на шаг, так что ему пришлось меня отпустить. – Но мы друзья, как-никак, а друзьям рассказывают, куда пропадают и как надолго.
Он улыбнулся:
– Я запомню. На следующий раз.
– Ладно. Не забудь. – Я отвернулась и подошла к полкам, надеясь, что он не заметил румянец на моих щеках.
Князь сел на скамейку, и я услышала, как он придвинул к себе гримуар.
– Можно?
– Ради бога.
Аарванд перелистнул страницу.
– Не нужно было убегать из хижины. Я не сделаю ничего, чего ты не захочешь, – внезапно сказал он, – вот что я собирался сказать тебе все это время. Я вполне способен принять отказ. Меня тебе бояться не надо было.
Я достала из шкафчика молоко.
– И мне это известно, но ушла я не поэтому. – В животе завязался узел. Ушла я потому, что боялась признаться себе самой, что начала что-то к нему испытывать. А это не так уж далеко от его «Я хочу тебя». Шелест страниц прекратился. Я налила молоко в стакан, подогрела и решила добавить больше меда, чем себе, потому что он любил сладкое сильнее, чем показывал на людях.
– Тогда почему ты сбежала?
Оглянувшись через плечо, я положила в молоко вторую ложку меда.
– Почему, Вианна? – Он не отступится, пока не получит ответ.
– Мое сердце много лет принадлежало юноше, который иначе расставил свои приоритеты, хотя любил меня, – осмелев, объяснила я. – А все твои усилия направлены на свершение мести. – Теперь я полностью повернулась к нему и неотрывно смотрела в глаза. – И если мы действительно победим Регулюса, ты наверняка станешь верховным королем и женишься на Кайе. Мы больше никогда не увидимся, после того как закроется Источник.
Он сверкнул глазами:
– Да ты уже составила для меня настоящий жизненный план. Как внимательно с твоей стороны. А мне можно сделать такой же для тебя?
Мне было не до шуток.
– Я заслужила большего. Ты сказал, что хочешь меня. Но я хочу «навсегда».
Теперь в его радужках вспыхнуло пламя.
– Ты заслужила большего, – медленно согласился он, – и я хотел бы быть мужчиной, который подарит тебе это «навсегда». Но я не могу.
По крайней мере он честен, хотя его слова больно меня ранили, так как подтверждали то, что я давно понимала. Вернувшись к столу, я протянула ему молоко и обрадовалась, когда Аарванд указал на гримуар и тем самым сменил тему.
– Он довольно старый, да? – Он сделал глоток молока и облизнул губы.
Я заставляла себя смотреть не на него, а на страницу.
– Он уже очень давно принадлежит нашему роду.
– Но ты не узнала гримуар, когда мы его нашли.
– Да, не узнала. В конце концов, я никогда его прежде не видела. И не видела папин почерк. Но вот Эме… Она тут же сообразила, кто это написал.
– Сожалею, что ты никогда не знала отца, – мягко произнес он. Сидеть здесь с ним, окутанной полумраком, пока снаружи царствовала кромешная ночная тьма, казалось абсолютно правильным. Особенно сейчас, когда мы расставили все по местам. – Пусть я слишком рано потерял отца, но все же мы с ним провели какое-то время вместе.
– Я никогда по нему не скучала, – сказала я, ощутив слабый укол совести. – Наша бабушка всегда выставляла его в дурном свете. И теперь меня мучает вопрос, а не было ли это ее стратегией, чтобы мы не так сильно по нему тосковали.
Аарванд ухмыльнулся:
– Видимо, твоя бабушка была очень мудрой женщиной.
– Так и есть, возможно, однажды ты с ней даже познакомишься.
После этого он нахмурил лоб:
– Каким образом? Я думал, она уже умерла.
– Призраков наших предков-ведьм трудно изгнать из семейного дома, и они постоянно вытворяют там всякую ерунду. А больше всего им нравятся красивые мужчины.
– Тогда мне стоит зайти к вам в гости, чтобы ты меня представила.
– Может быть, – ответила я резче, чем он того заслуживал. Я не собиралась воображать Аарванда в своей комнате. Однако образы его черных как смоль волос на моих белоснежных простынях уже сами по себе начали вспыхивать перед внутренним взором. Я тяжело сглотнула. Только что расставила границы, а теперь думала о подобных вещах.
Какое-то время мы просто сидели молча и смотрели друг другу в глаза.
– Я догадался, что эта книга принадлежит твоей семье, когда она раскрылась перед тобой, – заговорил потом он, и я отвела от него взгляд. – Она назвала тебя «Сестрой звезд». Что это значит?
Разумеется, он запомнил. Аарванд впитывал мельчайшие крупицы информации и ни о чем не забывал, пока оно ему не пригождалось.
– Наверное, она так меня называет, потому что я родилась в ночь звездопада.
Надо внимательно следить за словами. Так легко выдать ему свои тайны, а он ничего не рассказывал мне в ответ.
– Наш папа забрал гримуар с собой, когда ушел, – тем не менее продолжила я. – Откровенно говоря, он его украл. Книга принадлежала не ему, и отец не имел на нее никакого права. Но он сделал все эти записи внутри, и мне кажется, с их помощью он хотел нам что-то сказать. Вот только не представляю, что именно. Не рассчитывал же он всерьез на то, что мы ее отыщем.
– Может, ты ошибаешься. Может, он знал. Ты сказала, что он был колдуном времени.
Кивнув, я засунула ноги под плащ, потому что мне стало холодно. Аарванд щелкнул пальцами, и в камине ярко вспыхнул огонь. Я склонила голову набок от удивления, что он так открыто воспользовался магией. Затем князь сунул руку под плащ, вытащил оттуда мою ступню и сжал в ладонях. Начал бережно ее разминать, вливая свое тепло мне под кожу. Все напряжение испарилось, и я готова была тихонько застонать от удовольствия, когда его пальцы погладили лодыжку.
– Я мало знаю о его даре, – объясняла я, запинаясь, и радовалась, что голос вообще меня слушался. – Но да, он умел путешествовать во времени. Эме рассказывала, что папа побывал даже в Камелоте.
Пальцы замерли. Аарванд продолжал крепко сжимать мою ступню, но больше ее не массировал.
– Что такое? – Я настойчиво ткнула его второй ногой.
Князь улыбнулся, однако теперь выглядел уже не расслабленным, а напряженным.
– Он отправлялся так далеко в прошлое? – Демон взял и другую ногу, начал растирать плавными движениями и ее тоже, пока у меня не согрелось все тело.
Легкие как перышко пальцы скользнули вверх по моей голени, и сердце застучало быстрее. На той же скамейке Эзра целовал меня так, как будто любил, а потом познакомил со своей невестой. Это воспоминание и параллель меня отрезвили. Поспешнее, чем нужно, я спустила ноги на пол и села прямо.
– Большинство ученых заявили бы, что это невозможно, – ответила я на его последний вопрос. – У меня оставалась надежда найти какой-нибудь намек на то путешествие в гримуаре, но он не сделал о нем записей. Да и зачем бы ему вообще уходить так далеко?
– На этот вопрос я тебе ответить не смогу, – помедлив, произнес Аарванд. По нему было не видно, задело ли его то, что я отдернула ноги. – Но наверняка есть причина, по которой он украл гримуар.
– Возможно, он просто прихватил его на память. – Я поморщилась, поскольку такое основание выглядело крайне маловероятным. – Эта книга – самый обыкновенный гримуар, если не учитывать папины заметки. Заклинания, рецепты и пара-тройка семейных преданий. Никаких тайных шифров, никаких секретных символов, никаких загадок.
– А ты спрашивала колдовскую книгу?
– Что ты имеешь в виду?
– Ты спрашивала книгу, нет ли у нее для тебя послания? – Он захлопнул ее и подвинул ко мне. – Она с тобой разговаривала, а я не думаю, что «обыкновенные» гримуары делают что-то подобное.
Тут он прав. Почему до меня самой это не дошло? Конечно же, гримуары не разговаривали. Но в Мораде у нас хватало других проблем.
– Попробуй.
Словно только и ждала этой подсказки, книга тихо загудела, когда я провела по ней кончиками пальцев. Я испуганно взглянула на Аарванда, который кивнул мне, подбадривая. Он придвинулся еще ближе, но не дотрагивался до меня. Вся его энергия сосредоточилась на книге. И тем не менее я тянула и не открывала ее.
– До сих пор мне не доверяешь? – Невозможно было не расслышать разочарование в его словах.
– А ты можешь меня за это винить?
Янтарные глаза блестели практически золотым цветом.
– Нет. Я давал тебе мало причин для этого. Наверное, тебе лучше попросить книгу раскрыть свои секреты вместе с сестрами. Она принадлежит вам троим.
Гудение гримуара усилилось, как будто он одобрял такой план. Мы сидели так близко друг к другу, что почти соприкасались носами. Я пыталась читать по его глазам. Это правда причиняло ему боль?
– Ты сказал, что способен принять отказ, – сказала я с натянутой улыбкой. Нельзя сейчас думать о его душевном равновесии, слишком многое было на кону. – Я вернусь в постель, а завтра поговорю с Маэль и Эме.
– Почему не сразу?
– Потому что моя сестра не смогла устоять перед обаянием твоего брата и каждую ночь проводит в его кровати, а я действительно не хочу ей мешать.
Аарванд поднялся в тот же миг, что и я.
– Я провожу тебя до вашей комнаты.
Мне хотелось отказаться, но теперь я не сомневалась, что он все равно будет настаивать, поэтому я просто кивнула. Мы молча пошли по опустевшим коридорам замка.
– История Алого дракона началась при короле Вортигерне, – вдруг произнес Аарванд, к моему удивлению. Огонь редких факелов еле-еле освещал его лицо. – Но это ты, скорее всего, и так знаешь.
Я кивнула.
– И тем не менее позволь рассказать тебе нашу версию истории – так, как она передается у нас.
– Я вся внимание.
Он слегка улыбнулся.
– В пятом веке Вортигерн заключил союз с демонами. Таким образом он хотел обеспечить себе господство в Британии. Однако мои предки преследовали собственные цели, и на общем праздновании почти пять сотен подданных Вортигерна пали жертвами демонов. Это был последний раз, когда нам удалось нанести людям такой большой урон.
– Гордиться тут нечем, – упрекнула его я.
– Ты права. Так или иначе, Вортигерн в поисках безопасного укрытия бежал в Уэльс.
Я замедлила шаг, потому что хотела дослушать легенду до конца.
– Вортигерн отыскал надежное место и попытался выстроить там крепость, но у него ничего не получилось. Стены снова и снова рушились. Пока одна ведьма не посоветовала ему найти ребенка, оставшегося без отца, и окропить его кровью стены и фундамент замка. Поблизости жил один мальчик, мать которого была монахиней, а отец, если верить слухам, – инкубом. Как ты понимаешь, он бы без зазрений совести убил этого паренька.
– Но это оказался не обычный ребенок, – ответила я. – Это был Мерлин.
Аарванд кивнул:
– И с этого момента история становится интересной. Несмотря на то что Мерлин был еще очень юн, он уже обладал огромными магическими способностями. Он убедил Вортигерна осушить землю, на которой тот собирался возводить крепость. Но когда король это сделал, из глубины вырвался Алый дракон. Он набросился на Вортигерна, и Мерлин превратил мужчину в Белого дракона. На протяжении многих дней они сражались друг с другом. Сначала победу одерживал Белый дракон, затем – Алый. Поединок завершился ничьей. Вортигерн получил тяжелые ранения, а Алый дракон улетел. Наконец король смог достроить свой замок, однако, как и большинство людей тех времен, он был невероятно суеверен и расспрашивал Мерлина, что означала эта битва. Маг поведал ему, что Алый дракон олицетворяет новую эру. И сказал, что горы и долины Британии рухнут, а вместо ручьев и рек потечет кровь, если Вортигерн не признает «Корнуоллского Кабана» будущим правителем. Лишь этот король будет способен вести Британию в новое время.
– А под «Кабаном» Мерлин подразумевал Утера Пендрагона?
– Совершенно верно. Вортигерн признал Утера королем Британии. Так Мерлин подготавливал почву для царствования Артура задолго до его рождения. Когда момент настал, Мерлин предстал перед Утером Пендрагоном и поклялся ему в верности. Конец истории тебе известен. Во время одного из военных походов Утер влюбился в Игрэйну и в облике ее мужа Горлуа тайно зачал ей ребенка. После рождения Артура Утер передал его Мерлину. Маг отдал мальчика сэру Эктору, и там Артур рос вместе со своим молочным братом Кеем, пока после смерти Утера Мерлин не вернул его ко двору. Он надеялся, что Артур будет защищать интересы демонов, но король этого не сделал. Мерлин не рассчитывал на влияние Морганы.
Я наморщила лоб:
– Тогда почему в твоем мире Алый дракон – зловещее предзнаменование? Люди Регулюса тебя боятся.
– Потому что до сих пор верят, что когда появится Алый дракон, то мир, который мы знаем, падет, – пояснил Аарванд. – В конце концов, после того как Артур унаследовал трон, пророчество Мерлина исполнилось. Все изменилось, пускай и не так, как надеялся Мерлин. Нас изгнали на Керис. – Он равнодушно дернул плечами. – Я не планирую уничтожать ни твой мир, ни свой. Мне нужен просто мир. И я докажу тебе, что ты можешь мне доверять, Вианна. Прежде я давал тебе мало поводов для этого, но мне бы хотелось, чтобы все происходящее для нас хорошо закончилось. Для всех нас.
Прозвучало абсолютно искренне.
– Мне бы тоже этого хотелось. – Мы подошли к моей двери. Аарванд наклонился ко мне и провел губами по моей щеке – очень нежно. По коже разлился жар, распаляя меня.
– Спокойной ночи. – Аарванд протянул мне гримуар, который нес в руках. – Спроси книгу, в чем ее секрет, – еще раз напомнил мне он, после чего развернулся и ушел. А я смотрела ему вслед и мечтала просто поцеловать его в ответ. Вот только это лишь сильнее бы все усложнило.
Тихонько войдя в комнату, я свернулась клубочком под одеялом.
– Calor , – шепнула я, так как оно оказалось ощутимо холодным.
– И ты тоже? – проворчала Маэль. – Неужели только я должна сама согревать себе постель? По-моему, это несправедливо.
– Я всего лишь выпила стакан молока, а Аарванд составил мне компанию, он вернулся, – проинформировала ее я.
Маэль тихо засмеялась:
– Этот парень выглядит как греческий бог и сражается как викинг, а с тобой пьет молоко? Как интересно. Когда я расскажу об этом Нэа, она со смеху помрет.
Я не стала ей ничего отвечать, а отвернулась к стене. Аарванд не знал, почему именно он обратился в Алого дракона. По сей день красный дракон украшал флаг Уэльса. Бесспорный знак, говорящий, что Алый дракон отвернулся от Мерлина и встал на сторону людей, разве нет? Семья Аарванда так долго хранила свои тайны, а он теперь по чуть-чуть выдавал их мне. Трудно пытаться отделить мужчину, который согревал мне ноги на кухне и неоднократно спасал, от того, который был самым верным соратником Регулюса. Может, надо просто бросить эти попытки.
К тому моменту, как через пару часов Эме прокралась в нашу комнату, я все еще не спала.
– Почему бы тебе не остаться на всю ночь у Калеба? – услышала я вопрос Маэль. – Бедняга, наверно, чувствует себя использованным, когда ты каждое утро сбегаешь из его постели.
– «Бедняга» переживет. Не хочу, чтобы о нас пошли слухи.
Маэль захохотала:
– Слишком поздно, дорогая сестренка. Очень-очень поздно. Все в этом замке в курсе, где ты проводишь ночи, а половина женщин здесь тебе из-за этого завидует. Просто для информации.
Эме зевнула и забралась в кровать.
– Ну и пусть завидуют, – довольно заявила она. – Все равно он мой.
Для меня было загадкой, как у нее получалось так легко доверять и забывать. Но вполне возможно, она давно уже знала, что им с Калебом уготовило будущее.

Глава 7

Я сидела за туалетным столиком, расчесывала волосы и заплетала их в обычную косичку.
– Прошлой ночью мы с Аарвандом говорили о гримуаре.
Эме перестала напевать себе под нос.
– Ты была у Аарванда?
– А что, это так трудно себе представить? В конце концов ты тоже каждую ночь бываешь у Калеба.
Она почесала шею:
– Но я думала…
Маэль, которая расхаживала по комнате в одном нижнем белье, перебила ее:
– Эти двое очень романтично пили молоко на кухне.
Теперь Эме вытаращилась еще более недоверчиво:
– О чем вы говорили? Об Эзре?
– Нет. – Об Эзре я больше не разговаривала. Ни с кем, а если думала о нем, то получалась сбивающая с толку смесь из скорби, раскаяния и грусти. Поэтому я старалась этого даже не делать. – Как я уже сказала, о гримуаре и о том, почему папа взял эту книгу с собой в Гламорган. Когда я ее нашла, она со мной заговорила. Назвала меня «Сестрой звезд».
Маэль прищурилась:
– Никогда не слышала, чтобы гримуары умели разговаривать.
Я лишь пожала плечами:
– Книга была заперта с помощью колдовской печати и открылась мне. Она сказала: «Одна из трех нашла меня».
– Почему ты рассказываешь об этом только сейчас? – спросила Эме. – Мы уже давно должны были все знать.
– Я больше об этом не вспоминала, – призналась я. – Но прошлой ночью Аарванд предположил, что это может что-то значить, и нам надо спросить книгу, нет ли у нее для нас послания.
– А он не хотел, чтобы ты спросила ее сразу? – В словах Маэль сквозил такой же скепсис, что тогда почувствовала и я сама.
– Скорее всего, но он согласился с тем, что, о чем бы ни сообщила книга, я хочу услышать это в вашем присутствии.
– М-да. – Маэль поднялась и натянула свитер поверх майки. – Наверное, для князя это было весьма непривычно. – Из-под слоя шерстяной ткани ее голос звучал приглушенно. Только когда она высунула голову, я снова разобрала, что она говорила. – Уверена, мало кто из женщин не поддается его шарму.
– Речь не о его шарме, – одернула я сестру.
– Давайте ее спросим. – Маэль проигнорировала мою последнюю фразу, застегнула на боку разноцветную юбку и сунула ноги в ботинки «Доктор Мартинс». – А потом позавтракаем, и я поеду домой. У меня еще куча дел.
– Ты должна рассказать Эйдену и Аарванду о действии противоядия. Нам понадобится эта штука, прежде чем отправимся на Керис. Судя по тому, что ты уже несколько дней не пускаешь нас домой, я делаю вывод, что ты достаточно далеко продвинулась.
Маэль поджала губы, и я поначалу решила, что она ничего не ответит.
– Я на правильном пути и думаю, что у меня получится.
Эме погладила ее по руке:
– Я рада, что ты не сдалась. Я знала, что ты справишься.
– А я рада, что вы промыли мне мозги. Одна я бы уже все бросила.
– За некоторые вещи стоит бороться. – Эме пристально посмотрела на нее. – Твое нетерпение частенько доводило бабушку до белого каления.
Маэль криво улыбнулась:
– Знаю, и мне очень жаль.
– Регулюс напал на Анни Мю. Помните? Калеб рассказывал, что их князь – дракон удачи.
Эме зажала себе рот рукой:
– Мы с Яваном познакомились в Коралисе, я вам уже говорила. Это ужасно. Регулюс взял его в плен?
– Да, и кроме того, Аарванд сказал, что благодаря Монетам изобилия у Регулюса теперь неисчерпаемый запас самария.
Маэль резко втянула в себя воздух и села на кровать.
– Что, прости? – почти беззвучно выдохнула она.
Я кивнула:
– Ему больше не нужны шахты. И это моя вина. Я принесла ему Монеты изобилия. А они оказались куда более страшным оружием, чем Вуаль забвения.
Эме подошла, встала у меня за спиной и положила руки мне на плечи.
– Не смей себя винить. Ты пыталась нас спасти, и у тебя не было другого выбора. Арианрод не следовало тебе их отдавать.
Но она отдала.
– Я понимаю, – вновь обратилась я к Маэль, – что ты хочешь подождать, но подумай о том, чтобы поделиться хотя бы с Эйденом и Аарвандом. Немного надежды не повредит. Мне не хотелось делать это у тебя за спиной. – Потом я шагнула к столу, где вчера ночью оставила гримуар.
– Дайте мне еще пару дней, – негромко попросила Маэль. – Тогда я смогу точно сказать, получилась ли основная смесь, и заготовлю больше вещества. Когда приедет Эш, я все доделаю, и мы решим, как преподнести это остальным. – Она встала рядом со мной и Эме и погладила ладонью обложку книги.
– И как это будет? – задала вопрос старшая сестра, которая выглядела до сих пор не отошедшей от последней новости. – Кто разговаривает с книгами и не должны ли мы сейчас заниматься какими-нибудь другими делами?
– Это тоже может быть важно. – Несмотря на свои слова, Маэль, похоже, сомневалась. Так многое теперь зависело только от нее. – Давайте просто положим руки на обложку и увидим, что произойдет.
Каждая из нас дотронулась левой рукой до переплета. Эме сделала глубокий вдох.
– Septa secretus , – произнесла она. – Открой нам свою тайну.
Мы направили в книгу струйки магии. Легкое мерцание исходило от наших пальцев и растекалось по страницам. Гримуар свободно вздохнул и простонал:
– Сестры звезд, луны и ночи. Вы наконец пробудили меня?
Голос казался теплым и мягким, словно принадлежал старику.
– Мог бы и сам подать знак, – сердито пробурчала Маэль. – Откуда нам знать, что ты говорящий?
Гримуар рассмеялся, зашевелившись при этом у нас в руках.
– Я умею хранить свои секреты. Мое послание предназначается только вам.
– Ну, давай тогда послушаем, – безо всякого уважения ляпнула Маэль.
– Можем ли мы поделиться с кем-то этим посланием? – спросила я.
– Можете, но выбирайте с умом. Это решение целиком зависит от вас. – Голос стал тише, как будто человек уходил из комнаты, а затем обложка чуть нажала на наши пальцы. Мы убрали их, и книга распахнулась. Страницы переворачивались с невероятной скоростью. Один раз вперед, один – назад. Поднялся небольшой вихрь, один лист разделился на две части, а после того как книга успокоилась, на этих вновь возникших страницах проявились темно-красные буквы. Мы склонились над ними, чтобы прочитать.

* * *

Аарванд и Эйден слушали доклад гонца из Коралиса, когда мы вошли в зал.
– Сегодня ночью еще один отряд шпионов пытался проникнуть сквозь Источник. Они были сильно накачаны самарием, но в последнюю секунду нам удалось их поймать.
Эйден провел одной рукой по волосам:
– По всей вероятности, Регулюс засылает их, чтобы выведать что-нибудь об армии Конгрегации. Нам нужно позаботиться о том, чтобы она добралась сюда без потерь и вообще добралась.
Аарванд кивнул:
– Даже с ними мы все еще проигрываем Регулюсу в численности. После захвата Анни Мю будет намного сложнее убедить других князей перейти на нашу сторону. Мы не можем позволить себе вести войну во множестве периферийных областей, а вот Регулюс это и пытается сделать.
– Вы все еще держитесь за идею, что мы сразимся с ним в великой битве? – поинтересовалась Маэль, когда мы приблизились к столу. Скепсис в ее словах ни от кого не укрылся.
Лицо Эйдена стало непроницаемым, и он ответил:
– Да, в этом все еще заключается наш  план. Мы подробно обсудили его со своими офицерами, но говори, что хотела, не стесняйся. Не сомневаюсь, что ты прекрасно разбираешься в боевых порядках, расстановке войск и стратегии.
– Кажется, ты сегодня не с той ноги встал, но, собственно, когда ты вставал с другой?!
– Это тебе не игрушки, Маэль! – рявкнул на нее он. – Зачем вы здесь? Если это не что-то срочное, проваливай на свою ведьмовскую кухню.
Надо отдать должное моей сестре. Она лишь чуть побледнела и затем презрительно фыркнула.
Аарванд положил руку Эйдену на плечо:
– Мы все сражаемся ради одной цели. Каждый по-своему. – Он заметил книгу у меня в руке.
Эйден на мгновение прикрыл глаза.
– Ты прав. Прости, Маэль.
– Забыли. – Она склонилась над картой и постучала пальцем по области, на которой должна будет состояться битва. Называлась она Анапур и находилась между Морадой и Коралисом. Линии боевых действий уже были нарисованы. – Можешь разместить нас троих тут. – Она ткнула в передовую линию фронта, прямо у подножия горной гряды, по которой спустятся войска Регулюса.
Эйден сузил глаза до тонких щелочек:
– Вы останетесь здесь. На Керисе вы нам не нужны.
Веселый смех Маэль эхом отразился от стен зала.
– Вот уж точно я не буду плевать в потолок, пока вы там сражаетесь, и Эме с Вианной тоже.
Любой увидел бы по Эйдену, что ему хотелось схватить ее и хорошенько встряхнуть, однако в эту минуту вразвалочку вошел Калеб и тем самым предотвратил худшее.
Судя по всему, он услышал последнюю фразу Эйдена.
– Что ж, Эме идет с нами. А кто иначе будет прикрывать мне спину? – Он ей подмигнул, но я успела заметить намек на страх, который он недостаточно быстро скрыл. – Без нее я теперь вообще никуда не пойду.
Эйден и Аарванд одновременно застонали. Глядя сейчас на них обоих, никто бы не поверил, что они, по сути, заклятые враги. Порой они были похожи намного больше, чем им бы хотелось.
– Это обсудим в следующий раз. В данный момент у меня нет времени на бессмысленные дискуссии, – отрезал Эйден. – Почему вы еще тут? Я думал, для вас колоссально важно днем уезжать к себе домой.
– Так и есть. – Судя по тону Маэль, она вот-вот покажет ему язык.
В отличие от этих двоих, мы с Аарвандом вели себя максимально цивилизованно, хотя и ситуации у нас кардинально отличались. Если Маэль и Эйден просто возьмут себя в руки и каждый из них сделает шаг навстречу другому, то у них, возможно, появится шанс.
Я обменялась понимающим взглядом с Аарвандом и вмешалась:
– Мы должны кое-что вам показать.
– У нас мало времени, – ответил Эйден. – Поэтому, если это не что-то по-настоящему важное…
– …мы бы не стали отнимать твое драгоценное время, – прошипела Маэль.
Калеб теперь стоял позади меня и Эме.
– Маэль тоже стоило бы приходить к нему по ночам, он так напряжен.
– Если ему нужно спустить пар, пусть выходит на пробежку, – хмыкнула я. – Или станцует на краю башни.
– Но это же не приносит столько удовольствия. – Калеб явно наслаждался этой темой.
– Тогда я предложу ему тебя побить. Так удовольствие получим мы все, а я поставлю на него все свои деньги.
Калеб захихикал:
– А тут определенно есть еще кое-кто напряженный и довольно кровожадный. Мой любимый братец снова тебя разозлил?
– Калеб, – предостерегающим тоном сказал Аарванд.
– Нет. – Я пихнула Калеба локтем в бок, а Эме бросила на него убийственный взгляд, на который тот отреагировал ухмылкой.
– Просто хотел немножко разрядить ситуацию. – Он направился к столу с приготовленными Аделаизой напитками и выпечкой и положил себе на тарелку гигантскую порцию печенья, хотя наверняка позавтракал меньше получаса назад.
– Да этот парень ненасытный, – пробормотала Маэль. – В постели он тоже такой?
Эме залилась пунцовой краской.
– Может, сконцентрируемся на главном? – произнесла я, прежде чем Калеб отпустил бы какой-нибудь комментарий, который еще сильнее смутит Эме. Своими демонскими ушами он однозначно слышал все, о чем мы шептались, до последнего слова. – Аарванд вчера натолкнул меня на мысль, что эта книга хранит какой-то секрет, и предложил, чтобы мы втроем попросили ее нам его раскрыть.
– А мы тут при чем? Тайна гримуара – это личное дело колдовского рода, – упрямо возразил Эйден. – И она точно не предназначена для посторонних ушей. – Он имел в виду Аарванда и Калеба. Взмахом руки великий магистр отослал гонца, который вышел и закрыл за собой дверь. Мы остались вшестером.
– Нам выбирать, кого в это посвящать, – твердым голосом заявила я. – Ты признал союз с Коралисом, а теперь собираешься хранить секреты от Аарванда и Калеба?
Мы заранее посовещались, разумно ли выдавать Аарванду такой кредит доверия. Эме и Маэль предоставили мне принять решение, после того как мы прочли послание гримуара.
Эйден просто передернул плечами.
– Дело ваше. – Он уставился на Маэль, словно ожидая от нее поддержки, однако сестра молчала и игнорировала его взгляд.
– Мы задали книге свой вопрос, – начала Эме, и голос ее звучал еле слышно. Она до сих пор не пришла в себя, но все равно продолжила: – Должна была быть причина, по которой наш папа унес гримуар. Он бы достался по наследству маме, а потом нам. Кража гримуара карается смертью. Не важно, будет ли это человек, колдун или маг. Любой, кто похитит фамильный гримуар, считается преступником. Кто угодно имеет право его убить.
– Уверен, он планировал однажды вернуться, – мягко проговорил Эйден. – И не собирался уходить навсегда. По сути, он просто его позаимствовал.
– Вианна рассказала мне, что ваш отец побывал в Камелоте, – вдруг заговорил Аарванд. – Ты знаешь какие-то подробности об этом?
Эйден недоверчиво вскинул брови:
– Ни один колдун не может отправиться так далеко во времени.
– Он мог, – ответила Эме. – А когда возвратился, изменился до неузнаваемости. Он исчез в ту ночь, когда родилась Вианна.
– Почему именно тогда?
Эме пожала плечами:
– Этого мы, видимо, никогда не узнаем.
– А может, и нет. – Голос Аарванда казался задумчивым. – Что поведала вам книга?
Воцарилась тишина, и я положила гримуар на стол. Даже звуки, доносившиеся со двора, словно стихли и отступили на задний план.
– Вианна, – нетерпеливо позвал Эйден. – Что она сказала?
Я прочистила горло.
– Мы считаем, что это своего рода пророчество, хотя и не понимаем, что оно означает.
Калеб подвинулся почти вплотную к Эме, а Эйден скрестил руки на груди.
– Вы все еще думаете, что им двоим можно его услышать?
Не обращая на него внимания, я раскрыла гримуар на том месте, которое совсем недавно открывалось и перед нами. Как и до этого в нашей комнате, на бумаге проступили странные символы. Они перемещались, как будто пытаясь найти нужный порядок. Некоторые знаки вращались вокруг собственной оси, другие впитывались обратно в бумагу, чтобы освободить место буквам. Затем появился набор слов, не относившихся ни к одному из известных мне языков. Я успокаивающим движением погладила страницу, и буквы опять перестроились. На этот раз они отображались на листках как в зеркальном отражении. Эме коснулась ладонью края книги.
– Disponera , – приказала она сложиться тексту. Одно за другим появились слова, а кроме них – печати на черном сургуче. На первой остался оттиск простого трикветра – символ жизни, смерти и возрождения. На второй печати изображалась спираль. Старейший знак в мире и символ бессмертия духа. Переплетенный кельтский узел был выдавлен в третьей печати. Этот узел представлял собой вечный союз любящих вне пространства и времени. И еще одна, четвертая печать – крест. Символ четырех богинь и напоминание о том, что пути живых и мертвых пересекались до скончания веков. Все эти знаки, которые христианская церковь прокляла как колдовство, в действительности отражали могущество четырех богинь. Всякий, кто раньше использовал эти символы, подвергался безжалостным гонениям. Священники утверждали, что это метки Люцифера, Велиала, Левиафана и Астарота – четырех демонов. Эта бумага вынесла смертельный приговор Урбену Грандье – родоначальнику нашей семьи.
Эйден ахнул, когда все наконец встало на свои места. Нам троим понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, что явил нам гримуар. Он оказался быстрее.
– Это то, что я думаю?
Маэль кивнула:
– Церковь заявила, что это договор с дьяволом, – помедлив, объяснила она Калебу и Аарванду. – Вианна тебе о нем рассказывала. Помнишь?
Калеб кивнул с серьезным видом.
– Тогда все казалось обычной сказкой.
– Мы не можем объяснить, как этот документ попал в книгу. Тем более что на копию он не похож. Я думала, что церковь уничтожила все записи о том процессе или держала их под замко́м.
– Вероятно, у них и правда были только копии. А вот это кажется мне оригиналом. – Эйден провел ругой по одной из черных печатей. – Неудивительно, что кардинал Ришелье воспользовался этим документом, чтобы разделаться с Урбеном. Все четыре дьявольские метки.
– Это не дьявольские метки! – напустилась на него Маэль.
– Для церкви в те времена – вполне.
Она пренебрежительно хмыкнула:
– Но кардинал был членом Конгрегации. Кому это знать, как не ему.
– Да, только его стремление к власти пересилило. Этой бумагой он хотел уничтожить Ложу, – откликнулся Эйден. – Что ему не удалось.
– Насколько нам известно, этот гримуар был прощальным подарком Урбена Камилле. Он отдал ей его в ночь перед тем, как его арестовали. И заставил пообещать, что она будет его беречь. Как это и делали все женщины нашего рода, пока папа не украл книгу.
Аарванд наклонился над моим плечом, и я ощутила его теплое дыхание у себя на щеке, когда он громко прочел:

Камень судьбы принадлежит Звездам, 
Луне – ее Последний свет. 
И когда умрет Ночь, 
судьба миров будет выкована заново. 

Калеб присвистнул, однако от меня не ускользнуло, что одной рукой он приобнял Эме.
– Кто-нибудь что-нибудь понял? Ненавижу головоломки.
– Пакт изначально составлялся на языке, который никто не мог перевести. Ришелье не знал формулировки Пакта. Ему хватило знаков богинь, чтобы осудить Урбена, – сказал Эйден, нахмурившись. – Почему сейчас мы сумели его прочитать? – Он взглянул на нас. На этот вопрос никто не мог ответить.
– Те знаки и символы, которые мы видели сначала, – это древний язык богинь, – пояснил Аарванд. – Кто-то или что-то, должно быть, переместило буквы, чтобы раскрыть их истинный смысл, или просто настало время, чтобы пророчество проявилось само.
Я повернула голову к нему:
– Тебе это о чем-нибудь говорит? – спросила я Аарванда. – В твоем мире нет похожих предсказаний?
– Нет, – ответил он. – Таких нет.
– Большинство пророчеств – чепуха, – отрезал Эйден. – Не стоит придавать этому слишком большое значение. Камень судьбы никогда не существовал.
Как же это типично для мага. Они верили только в физическую силу, которую им даровала магия, и не осознавали, что магия – нечто гораздо большее и она способна на большее.
– И оно необязательно должно иметь к нам какое-то отношение, – помедлив, сказала Маэль.
– Конечно же, оно имеет к нам отношение, иначе книга не открыла бы его нам. И она назвала нас Сестрой звезд, Сестрой луны и Сестрой ночи, – возразила я, хотя сама с удовольствием бы с этим поспорила.
Калеб аккуратно отвел волосы Эме в сторону, обнажая колдовскую метку прямо под линией роста волос. Три треугольника на том же самом месте, где у меня находились звезды, а у Маэль – луны.
Пальцы Аарванда скользнули мне под волосы, а затем он словно застыл, обнаружив звезды.
– У тебя всегда были эти метки? – Он не мог не заметить, как моя кожа покрылась мурашками там, где он до нее дотрагивался.
– С рождения, и я родилась в ночь звездопада, – твердым голосом произнесла я. – И наш отец пропал с книгой той же ночью. Многовато совпадений, на мой взгляд.
Теперь он обводил звезды подушечками пальцев, и эти прикосновения отзывались даже в ногах. Я резко сделала шаг в сторону.
– Ты считаешь, что в пророчестве говорится о вас? – воскликнул Эйден в мою сторону и недоверчиво расхохотался.
– Я этого не знаю и, если честно, надеюсь, что это не так. У этого предсказания не самый счастливый конец.
Маэль положила мне руку на плечо:
– Множество детей родилось в точно такие же ночи, и будем откровенны, большинство пророчеств – это действительно бред. А это, очевидно, древнее. Урбена казнили в 1634 году. С тех пор много воды утекло.
– Наконец-то мы сошлись во мнениях. Аллилуйя, – проворчал Эйден. – Чудеса все-таки случаются.
Маэль не обратила на него внимания.
– Эти слова определенно как-то связаны с теми временами. Вся Европа была охвачена войной. Ришелье пытался положить ей конец и сломить господство Габсбургов. Он был горячим сторонником абсолютизма и ненавидел гугенотов. На все эти планы требовались деньги – и деньги Ложи ему как раз прекрасно подходили. Ни до, ни после у вас не было подобных проблем с выживанием, не так ли? – поинтересовалась она у Эйдена, который смотрел на нее чуть ли не с восхищением.
– Урбен оказался между двух огней, – подтвердил он. – Возможно, он расспросил ведьму-оракула и получил это пророчество от нее.
Аарванд обошел меня и подвинул книгу ближе к себе. Сосредоточенно изучил страницу.
– Вы не нашли никаких других сообщений? Она еще что-нибудь сказала?
– Нет. С тех пор она молчит, – покачала головой я. – Мы пробовали снова заставить ее заговорить, но без толку. Она как будто выполнила свою задачу. Хотя это не означает, что она не скрывает еще больше тайн. Те слова как-то связаны с нами, пусть сколько угодно это отрицают. Что такое «последний свет»?
– Старая луна – последняя видимая часть месяца перед новолунием, – задумчиво объяснил Аарванд. – Это смерть луны. Когда восходит солнце, оно затмевает старую луну и торжествует над умирающей ночью. – Словно этим было все сказано, он повернулся к Эйдену: – Мне надо сегодня слетать в Цаморель и поговорить с Кайей. Она наверняка встревожена нападением Регулюса на Анни Мю.
– Лети, – ответил Эйден. – И передай ей еще раз нашу благодарность. Она не захочет покидать свою страну, но в шато всегда ей рады, если княжне будет грозить опасность.
Не успел Эйден закончить предложение, как Аарванд широким шагом покинул зал, больше ни с кем не попрощавшись. Меня он не удостоил даже взглядом. Калеб быстро чмокнул Эме в щеку и последовал за братом. Растерявшись из-за такого внезапного ухода, я подошла к окну. Вскоре после этого послышался шум, а потом из внутреннего двора замка в сереющее небо взлетели два дракона. Темно-синие крылья Аарванда отливали почти черным цветом, и гладкое изумрудно-зеленое тело Калеба устремилось вместе с ним в сторону леса. Никогда они еще не перевоплощались так близко от шато.
Эйден ни слова не сказал по поводу их резкого исчезновения и просто склонился над картой.
– То есть мы проигнорируем послание книги? – уточнила Маэль почти с облегчением.
– Естественно. У нас и так достаточно проблем, требующих решения, – прозвучал его ответ. – И твоя точка зрения кажется мне очень логичной. Тогда были сумасшедшие времена. Ришелье едва не уничтожил Ложу. Урбен стал не единственной жертвой.
Я бросила последний взгляд на слова в книге. Под текстом вспыхнули новые буквы. Это слово оказалось мельче, но все-таки легко читалось.
«Камелот».
Сбитая с толку, я нахмурилась. В тот момент гримуар еще не мог существовать. У меня в голове раздался смех книги. Маэль склонила голову набок, будто пыталась сосредоточиться. Оглянувшись на меня через плечо, она молча прочла новое слово. И, ни слова не сказав о нем Эйдену, захлопнула гримуар.

* * *

После того поспешного ухода Аарванд больше в шато не появлялся. Вместо этого посыльные носились один за другим, а спустя четыре дня вернулся Калеб с отрядом солдат, чтобы совместно с дюжиной людей Эйдена встретить Эша. Армия Конгрегации прибывала и сейчас продвигалась к Броселианду. Одна ее часть приплыла на кораблях из Великобритании, а другая прошла через большие ворота во Франции. Выжившие колдуны и ведьмы со всей Европы. Когда эта новость добралась до нас, все до единого женщины и мужчины ликовали и обнимались. Я не сомневалась в Эше, однако теперь мне начинало казаться, что наше спасение действительно становилось возможным. И радость омрачалась лишь тем, что Аарванд не мог или не желал разделить ее со мной. Князь забрал Кайю из Цамореля и вместе с ней руководил расстановкой войск в районе Анапура. Я радовалась, что он не привел ее в шато, и одновременно ощущала странное разочарование в нем. Чувство, о котором старалась не задумываться.
С тех пор как мы узнали, что армия Конгрегации прибудет со дня на день, замок превратился в гудящий улей. Во всех комнатах прибрались. Даже в деревне подготовили все дома для ведьм и колдунов. Надолго они не задержатся, однако прежде чем мы все отправимся на Керис, чтобы сразиться с Регулюсом, им необходима пара дней отдыха.
Снова и снова я откладывала на потом то, что мне предстояло обязательно сделать, но сегодня этот час настал, и Эме пошла со мной. Перед «Le Coq» мы остановились, глядя на старый и такой родной фасад. Последние месяцы не сказались на граните песочного цвета и деревянных балках, но, невзирая на это, дом казался покосившимся, как будто вместе со своими жильцами и сам утратил силу.
Мы поднялись по ступенькам, и Эме приложила ладонь к двери.
– Intaricus scripti . – Дверь со скрипом открылась, словно только нас и ждала, и выдохнула нам навстречу облако пыли.
Щелчком пальцев распахнув ставни, я впустила внутрь воздух и свет. Тут ничего не изменилось, как если бы Роза, Тереза и Адриан только что вышли за дверь. Но Роза и Тереза мертвы, а Адриан уехал.
Эме дотронулась рукой до моего плеча:
– Я проверю, все ли в порядке наверху. Ты справишься?
– Всё нормально.
– Они погибли не навсегда, ты же знаешь.
Я кивнула. Ведьмы верили в вечный круг освобождения и возрождения. Наша энергия никогда не уходила безвозвратно, она лишь менялась, и тем не менее тяжело терять любимых. Я медленно прошагала к барной стойке. Здесь я сидела вечером перед свадьбой Эзры. Здесь он нашел меня и отвел домой. Роза не стала ни удерживать меня, ни осуждать. Я начертила узор в пыли, которая осела на темную гранитную столешницу. Жалела ли я о том, что тогда случилось? Однозначно нет. Я хотела Эзру, пусть и знала, что на следующий день он женится на Веге. Но больше не могла и не желала дарить свое сердце мужчине, которого не смогу получить. И хорошо, что мы наконец прояснили этот момент с Аарвандом до того, как ввязались бы во что-то, обреченное на провал.
– Purgatio , – произнесла я, наблюдая, как дом со скоростью ветра принялся сам наводить чистоту. Тряпка протирала столы и стулья, метла подметала пол. Кран пустил воду и вымыл пританцовывающие стаканы, которые затем обернули и высушили два полотенца. Я же зашла на кухню, оставленную Адрианом в безупречном порядке, и там сама взяла в руки тряпку, чтобы почистить раковину. Когда Эме спустилась по лестнице вниз, все было готово к приему новых жильцов. Она прислонилась к кухонной двери:
– Уверена, Адриан вернется. Тут его дом. Он принадлежит его семье. Адриан женится на ведьме, и они вырастят здесь своих детей.
– Ты увидела это в хрустальном шаре?
Сестра пожала плечами.
– А для нас туда не заглядывала? – все-таки задала следующий вопрос я. – Ты ведь тоже считаешь, что пророчество говорит о нас, правда? Несмотря на то, что рассказывала Маэль про Ришелье.
– Не хочу знать наше будущее, – призналась она. – Но да, я так считаю. Однако никто не в курсе, где находится Камень судьбы, если он в принципе когда-то существовал. Так что исполнить пророчество мы не можем. – Эме отвернулась, а я не стала допытываться. У нас пока были и другие варианты, как победить Регулюса.
– Пойдем домой, поиграем на нервах у Маэль. Пусть потихоньку заканчивает. – Я подала руку Эме, и мы не спеша пошли обратно по улицам Пемпона. Повсюду царило оживление, и почти создавалось впечатление, что все как раньше. Неподалеку Аделаиза гоняла трех офицеров Аарванда с матрасами в руках. Двое рыцарей Ложи починили печь в маленькой пекарне и угощали нескольких ведьм канеле – небольшими кексиками с карамелизированной корочкой. Ингредиенты они наверняка выпросили у Аделаизы. На рыночной площади другие маги и колдуны играли в буль. Я заметила Манон, которая показывала одному из офицеров Аарванда, как правильно бросать шар, и помахала ей.
– Здорово, что у нас есть эти дни, – тихо сказала Эме. – Неважно, что нас ожидает. Вот за это стоит бороться, а знаешь, что, по-моему, лучше всего?
– Что?
– Никто из нас еще пару месяцев назад не поверил бы, что ведьмы, маги и демоны будут сидеть за одним столом, играть друг с другом и уж тем более вместе сражаться, и все же это возможно.
– Жаль только, что в планы на будущее это не включишь. Ты говорила об этом с Калебом? – спросила я, скосив глаза и наблюдая за своей серьезной старшей сестрой. – О том, что вы будете делать, если мы победим Регулюса?
Черты ее лица исказила печаль.
– Нет. Мы просто с благодарностью принимаем каждый день.
– Не думаю, что я бы так смогла.
Она криво усмехнулась:
– Избавиться от него гораздо сложнее. Слова «нет» в его лексиконе не существует. У меня не было шансов.
Я улыбнулась:
– У него тоже. Ты его околдовала.
– Да, и рада этому. И всегда буду благодарна за то, что он мне подарил. За каждую минуту, хоть я его и потеряю – а это неизбежно. Так или иначе.
Я сжала ее ладонь. Остаток пути мы молчали, обе погрузившись в свои мысли. Маэль ждала нас с дико взлохмаченными волосами, размазанными рунами из хны на лице, сверкающими глазами и раскрасневшимися щеками.
– Я сделала, – объявила она и в тот же миг разразилась слезами. – Я это сделала. Теперь недостает только нескольких ингредиентов, которые привезет Эш, но оно сработает.
От радости мы заключили друг друга в объятия. Так шанс одержать победу над Регулюсом стал практически реальным. Мы могли избавить мир от опасности.
– Значит, все скоро закончится. – Эме коснулась рукой щеки Маэль. – Я так сильно тобой горжусь.
– Без вас я бы не справилась.
– Нет, справилась бы. – Эме опять крепко ее обняла, а потом ушла в свою комнату. До конца дня она больше не спускалась, и мы дали ей время, в котором она нуждалась. Расставание уже началось.
Я же помогала Маэль разливать основное действующее вещество по всем кастрюлькам и мискам. Нам понадобится его максимально много.

* * *

Через пять дней, незадолго до момента, когда серый день перетек в вечер, армия Конгрегации ступила в Пемпон. Это было ни с чем не сравнимое зрелище. Вереница людей казалась бесконечной, пока они продвигались по Броселианду по направлению к шато, а это лишь войска, который пришли с Эшем из Великобритании. Подразделения с материка мы ожидали в крайнем случае завтра. Я испытала безграничное облегчение от того, что пришло так много ведьм и колдунов. Как много их решило сражаться на нашей стороне и откликнуться на призыв Эша. Большинство из них устали, однако в их рядах все равно чувствовалась эйфория. Совершенно незнакомые маги и ведьмы сжимали друг друга в объятиях и здоровались. Часть людей осталась в деревне и заняла брошенные дома, другим мы помогали разворачивать палаточный городок прямо под стенами шато. Машины с припасами разгрузили и перенесли продукты в погреба замка. Хотя все понимали, что нам предстояли трудные времена, в лагере очень скоро воцарилась оживленная атмосфера. Разводились костры, чтобы приготовить еду, а над ними появлялись котелки, в которых варились восхитительно пахнущие супы. Аделаиза велела рыцарям отнести в лагерь свежие багеты, и их встретили громким ликованием. От разногласий между магами и ведьмами не осталось и следа. Всех объединила одна цель: свержение Регулюса.
Воздух наполнили голоса и музыка. Все как будто только и ждали, когда наконец отправятся на войну. Что угодно лучше, чем бездействовать в убежищах и гадать, когда демонам удастся преодолеть стену. Мы лечили огромное количество волдырей, ссадин и порезов. На побережье оказалось недостаточно машин, и многим пришлось идти пешком. Одна ведьма, чьими ранами занималась Маэль, сообщила нам, что Эш не захотел разделяться со своими людьми и тоже отказался от комфорта автомобиля.
До сих пор я так и не встретила его в этой суматохе, однако со всех сторон слышала только хвалебные гимны и не могла дождаться, пока его увижу. Мне хотелось, чтобы между нами все снова стало как прежде, пускай я и не разделяла чувств, которые он ко мне испытывал, Эш все-таки был одним из самых важных людей в моей жизни. Он вышел мне навстречу, когда я несла из замка свежие бинты. У нас не получилось окончательно помириться, и, наверно, я должна все еще злиться на него, потому что он знал, что София заблокировала мою магию. Но я не могла. Слишком обрадовалась тому, что он жив и здоров. Поставив корзину с перевязочными средствами на землю, я направилась к нему.
– Вианна. – На его лице промелькнула неуверенность, хотя он теперь занимал пост главы Конгрегации, что во время нашего отъезда из Гластонбери, наверное, вряд ли мог себе даже представить.
Я сделала еще один шаг, сомневаясь, можно ли просто его обнять. Слишком много всего произошло.
– Я надеялась, что ты вернешься и поддержишь нас.
Он улыбнулся одним уголком рта:
– После твоего письма я не мог отказаться. Но и так не отказался бы. У тебя все хорошо? – Его голос звучал мягко и ласково.
– Со мной все в порядке. А ты стал знаменитостью. Каждый в этом лагере поет тебе дифирамбы. – Каштановые волосы Эша слегка отросли, но тонкие, правильные черты лица и умные, чуть раскосые глаза все еще казались мне родными. Однако в этих глазах светилась новая зрелость. Всему виной ответственность, которая легла на его плечи. Сотни колдунов и ведьм рассчитывали на его мнение и решения. Не самая легкая ноша для молодого парня.
Эш ответил смущенной улыбкой.
– Никто не хотел занимать должность главы Конгрегации. Поэтому у меня не осталось выбора. Я очень за вас волновался, пока вы были на Керисе, но абсолютно ничего не мог для вас сделать. – Сожаление отразилось у него на лице. – Прости меня.
– Не извиняйся. Все нормально. Не дать развалиться Конгрегации и руководить ей куда важнее. И тебе удалось очень многих убедить последовать за тобой. Поздравляю.
– Они дождаться не могли, чтобы вступить в битву, – подтвердил он мои предположения. – Боюсь, многие не осознают, что их ожидает, пусть я их и предупреждал. Я рассказал им, как погибли Михаил, София и Лоренс. Но из-за этого к нам примкнуло даже еще больше добровольцев.
– Все лучше, чем подчиниться судьбе и ничего не делать. Мне жаль их троих, но они понимали, во что ввязывались. И мы все тоже это понимаем. Как дела у Ясмин Шаррон? Она пришла с тобой?
– Нет, осталась в Гластонбери моим заместителем. Эйден Токвиль проинформировал меня, что на Керисе ты использовала энергию стихий.
– Да, и я даже умею становиться невидимой. Это довольно круто.
Он засмеялся, этот смех показался мне свободным, и с него наконец спало напряжение.
– Твоя воздушная магия. Я всегда знал, что ты будешь невероятно одаренной.
– Эзра объяснил мне в Мораде, как это работает. Его брат тоже обладает такой способностью.
При упоминании Эзры Эш глубоко вздохнул:
– Ужасно, что он погиб. Он так много значил для тебя, и поэтому я хотел бы, чтобы он выжил.
– Спасибо. – Мне не приходило на ум, что еще тут сказать, поэтому я все-таки преодолела разделяющее нас расстояние и обняла его. Я чувствовала облегчение Эша, когда его руки прижали меня к себе. Пару секунд мы просто так и стояли, обнявшись. Словно островок среди всех остальных людей. Эш погладил меня по спине, и вдруг позади нас кто-то кашлянул.
Медленнее, чем обычно, я отстранилась от Эша и обернулась. С Аарвандом мы не встречались несколько дней, и, хотя я должна была бы уже привыкнуть к его виду, все равно напряглась, взглянув на его идеальное лицо.
– Не хочешь познакомить меня с этим человеком? – спросил он с неестественной мягкостью в голосе.
Все разговоры вокруг нас стихли.
– Эш, – начала я, пусть обстановка вокруг совершенно не соответствовала такой формальности, – это князь Аарванд Коралисский, наш союзник. Ты уже видел его на свадьбе у Эзры.
Кайя наконец выпустила его из постели? Почему он пришел именно сейчас? Почему за все эти дни не прислал мне ни одного сообщения? Эме получила, наверно, писем сто, пока Калеба не было.
Тот, кстати, стоял за Аарвандом. Нэа, Тирза и Тарон с любопытством поглядывали на Эша.
– Аарванд, это Эш Макмиллан. Мой друг и глава Конгрегации. Он пришел, чтобы поддержать нас в бою с Регулюсом. – Это, конечно, не новость, но я решила еще раз прояснить этот момент.
– Очень рад, – произнес Эш, протягивая руку Аарванду.
Аарванд сделал еще один шаг к нему. Я моргнула, потому что он в мгновение ока стал казаться более высоким и устрашающим.
– Рад познакомиться с другом  Вианны. Ты вылечил ее от демонической лихорадки, не так ли?
По Эшу нельзя было заметить, испугала ли его неприкрытая демонстрация силы Аарванда. Он наверняка давно уже знал, что мужчина перед ним – Алый дракон Мерлина.
– Все верно. – Они пожали друг другу руки.
– Твой друг? – Калеб не выглядел бы более удивленным, если бы я заявила, что могу слетать на луну. – А ты уже простила ему, что он знал и ничего не сказал про то, что София заблокировала твою магию? Он бы позволил Конгрегации отправить тебя к Регулюсу. Эта ведьма София собиралась продать тебя ему.
Я, должно быть, ослышалась.
– И ты еще будешь его за это упрекать, лицемер? – напустилась на него я. – На твоем месте я бы не особенно разевала рот. В конце концов это ты преподнес нас Регулюсу на блюдечке.
– Просто не хочу, чтобы ты так легко помирилась с ним, а на меня обижалась за эту мелочь до конца жизни. – Калеб бесхитростно ухмыльнулся, а я закатила глаза, хотя артерия у меня на шее начала пульсировать слишком быстро. Впрочем, тут причина заключалась не столько в глупом комментарии Калеба, сколько в равнодушной мине Аарванда.
– Леди Кайя не пришла вместе с тобой? – выпалила я и моментально захотела взять свои слова обратно.
– Нет, – отрезал он, сразу снова повернувшись к Эшу. – Не обращай внимания на моего брата. Нам нужна любая помощь.
Эш кивнул.
– Мы готовы драться вместе с вами, но хотелось бы больше узнать о самарии. Я предпочел бы не рисковать понапрасну жизнями людей. Мы привезли все, что просила Маэль. Что такого особенного в этом противоядии? Мы бы прибыли даже раньше, но потребовалось время, чтобы найти все в достаточном количестве.
Я внутренне содрогнулась, когда взгляд Аарванда, как обжигающее пламя, переключился на меня.
– Очень хорошо, – в отчаянии проговорила я и предприняла попытку утащить его отсюда. Пусть Маэль сама расхлебывает кашу, которую заварила. – Давай найдем ее и отнесем все к нам домой. – Схватив Эша под руку, я вместе с ним так же стремительно растворилась в толпе, как пару дней назад Аарванд улетел со двора шато. Уже очень скоро он меня выловит и начнет допрос.
– Аарванд Коралисский не в курсе, что Маэль опять пытается создать противоядие, – поспешно пояснила я удивленному Эшу, понизив голос. – И никто не в курсе, на что оно на самом деле способно. Маэль планировала рассказать о нем Эйдену и Аарванду, только когда у нее получится добиться, чтобы оно работало.
– И у нее получилось, ну, кроме недостающих элементов? – заинтересованно спросил он.
– Да, она так думает. – Я будто бы до сих пор ощущала затылком опаляющий взгляд Аарванда, но не оборачивалась. – Ей нужны еще твои ингредиенты, но если это так, то у нас появился реальный шанс в этой битве.
– Эти новости гораздо лучше, чем я надеялся. – Эш закинул руку мне на плечи и поцеловал в висок. Я прижалась к нему. Жар в затылке стал еще горячее.

Глава 8

Маэль мы отыскали у Аделаизы на кухне, где она как раз складывала в корзину новые бинты. Когда я вошла с Эшем, она бросилась ему на шею и засыпала вопросами, так что он даже не успел поздороваться с Аделаизой.
– Такой долгий поход. – Повариха покачала головой и окинула его взглядом с головы до ног. – Спать будешь в своей старой комнате. Жак уже ее подготовил.
Эш улыбнулся:
– Я останусь снаружи, в лагере со своими людьми. Но большое спасибо.
Она не стала его переубеждать, а вместо этого поставила на стол тарелку с горячим супом.
– Поешь, – велела она. – А потом я испеку тебе блинчики с медом.
– А мне один можно? – спросила Маэль. – Или это снова один из твоих номеров, мол, мужчин надо баловать?
Аделаиза вытащила из шкафа муку и яйца.
Я забрала у Эша перепачканное пальто, а Маэль схватила его за левую руку. Ладонь наискосок пересекал кровавый порез.
– У тебя что, ноги заплетаются?
– А ты когда-нибудь проходила много километров пешком? – ответил он вопросом на вопрос и ухмыльнулся.
– Дай мальчику отдышаться, – потребовала Аделаиза. – И ты можешь сама приготовить себе блинчики. В конце концов, ты же не хочешь, чтобы о тебе кто-нибудь заботился.
– Я такого не говорила, – запротестовала Маэль. – Я очень-очень хочу, чтобы обо мне кто-нибудь заботился.
Аделаиза приподняла бровь:
– Не на моей кухне.
Маэль лишь посмеялась над этой колкостью, и мы наконец сели.
– Ты принес все ингредиенты? – как обычно, бросилась она с места в карьер.
– Принес и сболтнул перед Аарвандом, что ты делаешь противоядие. Поговори с ним и с Эйденом. Пора. Расскажи им, что оно на самом деле может.
– А что оно может?
Я вскрикнула, когда позади меня внезапно раздался голос Аарванда. Никто из нас не услышал, как он вошел.
– Ты специально подкрадывался? Разве это не ниже твоего достоинства? – спросила я, оправившись от испуга.
– Я абсолютно нормально воспользовался дверью. – Князь нахмурился. – Но ты, видимо, была слишком увлечена, чтобы меня заметить. – Его взгляд скользнул к Эшу. – Итак, что может противоядие помимо того, что оно нейтрализует последствия неочищенного самария… а главное, почему вы делаете из этого такую тайну? – Его глаза-лазеры нацелились на Маэль.
Не ответив, она поднялась и подошла к двери. Выглянула в коридор и заперла ее на замок.
– Об этом никто не должен знать, – объявила она. – Ни твои брат и сестра, ни твои офицеры, ни Кайя. Поэтому никаких постельных разговорчиков.
Аарванд кратко кивнул и, к моему сожалению, не стал поправлять ее, что у него нет постельных разговорчиков.
– Эйден знает?
– Да, – подтвердила она, удивив меня. – Ему я рассказала вчера ночью.
Так, значит, вчера она ходила к нему, и пересказывание данной новости заняло всю ночь. Интересно. Она ему по буквам рецепт расписывала? Я склонила голову набок, и у нее слегка зарделись щеки.
– Хорошо. Итак, я слушаю. – Взгляд Аарванда был таким же непреклонным, как и его поза. Он стоял со скрещенными на груди руками, а Маэль снова села.
– Противоядие, которое создали мы с Конахом, полностью нейтрализует действие самария, и даже если после этого опять его принять, наркотик больше не будет работать, – судорожно описала она ему свое открытие.
– И почему же ты это от меня скрывала? Не думаешь, что это жизненно важные сведения для нашей битвы? – Столкнувшись с этим впечатляющим откровением, он оставался пугающе спокойным. – Ты все это время знала? – На последних словах Аарванд заметно повысил голос и пригвоздил меня взглядом.
– На моей кухне не орут, – одернула его Аделаиза. – Сядь за стол и потрудись разговаривать вежливо.
Я подавила усмешку по поводу выговора старой поварихи и собственные угрызения совести. В данном случае я верна Маэль, а не ему.
– Регулюсу ничего нельзя было об этом знать, – вместо меня ответила Маэль. – Шпионы есть всегда и повсюду, и кроме того, я сомневалась, что мне удастся воспроизвести его без Конаха.
Несмотря на понятное объяснение, он, похоже, ничуть не смягчился.
– Ради своих людей я готов пойти на риск.
– Да ради бога, но тут речь о моей жизни, а не о твоей. Как, по-твоему, поступит Регулюс, если выяснит это?
– Назначит награду за твою голову и прикажет тебя убить.
– Спасибо за информацию. Примерно так я и думала.
– Я немедленно переправлю тебя в мой дворец в Коралисе. Там под постоянным наблюдением ты сделаешь столько противоядия, сколько потребуется, – заявил он.
У нас с Маэль открылись рты.
– Что-что? – Она нашлась немного раньше, чем я. – Собираешься посадить меня под замок?
Эш слушал весь разговор и при этом преспокойно ел свой суп. Теперь же он отложил ложку и прочистил горло.
– Ты не согласен? – огрызнулся на него Аарванд. – Это противоядие чрезвычайно важно. Для твоих людей там, на улице, оно может стать вопросом жизни и смерти.
– Мне это прекрасно известно. Но я знаком с Маэль уже больше двух лет и за это время понял, что она сделает все, по-настоящему все, ради блага доверенных ей людей, вот только ей нельзя приказывать. – Он пожал плечами. – Попробуй попросить. Это творит чудеса.
– Спасибо, Эш. Хоть один мужчина в здравом уме. – Маэль послала ему воздушный поцелуй. – Давай перенесем все к нам домой. Я хочу начать сразу же. – У нее щеки вспыхнули от волнения.
В дверь кухни постучали, и кто-то подергал ручку. Аарванд отпер ее резким движением, выдающим его напряжение и гнев, и впустил Эйдена.
– Это конспиративная встреча, о которой я не должен знать, или продукты на исходе и вы прячете их от твоего прожорливого брата?
Аарванд вновь запер дверь у него за спиной.
– Мы как раз обсуждаем вопрос, где Маэль будет готовить противоядие.
– Ты ему рассказала? – изумленно воскликнул Эйден. Он остался стоять рядом с Аарвандом. – Если мы сможем использовать ее средство, то это все изменит, – произнес он, обращаясь к князю.
– К сожалению, его надо применять только орально, – остудила его энтузиазм Маэль. – Это означает, что его необходимо выпить. Даже если мы заготовим его в достаточном количестве, я не знаю, как дать его людям Регулюса.
– Нужно проникнуть в лагерь Регулюса и подмешать его в питьевую воду, – сказал Аарванд, словно это самый простой план на свете. – Вероятно, так оно доберется не до всех, но до многих. И оно действительно отменяет действие и чистого, и загрязненного самария? – недоверчиво переспросил он. – Ты точно уверена?
– На девяносто процентов. Сын Конаха был отравлен неочищенным самарием. Отталкивающие магию свойства самария не имеют отношения к загрязненности, и все же у него больше не развилось иммунитета к нашим чарам. Поэтому да, я почти уверена.
Аарванд сунул руки в карманы. У него на лице облегчение то и дело сменялось удивлением, и он, судя по всему, даже забыл про свою злость из-за того, что мы ему ничего не рассказывали.
– Если у нас получится скормить его им, они больше не смогут сопротивляться вашему волшебству, – затем очень медленно произнес он. – Начнется настоящая резня, если вы атакуете людей Регулюса.
– Мы хотим лишь сломить власть Регулюса, – ответил Эйден. – Нас не интересует истребление всего твоего народа.
У Аарванда заходили желваки.
– Многие преданы Регулюсу и без колебаний последуют ради него на смерть, однако много и таких, кого он принудительно отправил на поле боя и против воли сделал зависимыми. Они уже слишком много потеряли. Свои личности и частично семью и друзей. – Теперь он вновь посмотрел на Маэль. – Подумай над моим предложением. У меня во дворце ты будешь в полной безопасности. – Прежде чем кто-то из нас успел что-либо сказать, он развернулся, открыл дверь и вышел.
– Поразительно, – нарушил тишину Эш. – Не знаю, встречался ли за всю историю военачальник, который бы беспокоился о солдатах противника. Вы ему доверяете или нам следует опасаться, что он еще раз передумает?
– Мне так не кажется, – заступилась я за Аарванда. – Он чувствует ответственность перед всем своим народом, – попыталась я объяснить Эшу то, в чем сама была уверена. Больше всего мне хотелось пойти вслед за Аарвандом, но это он держал меня на расстоянии. Невзирая на просьбу Маэль, князь явно обсудит эту проблему с леди Кайей. Сглотнув ком в горле, я набросилась на блинчики, которые Аделаиза поставила у меня перед носом.
– Он скоро успокоится, – тихо сказала мне повариха. – И поймет, почему ты ему ничего не рассказала.
Иногда она казалась мне немного жутковатой. Я избегала вопросительного взгляда Эша, прекрасно понимая, что позже он будет расспрашивать меня о несуществующих отношениях с князем демонов.
– Итак, как ты планируешь поступить? – Эйден сел за стол около Маэль и тоже моментально получил блинчик. – Здесь ты в безопасности, но нам понадобится целая куча этого вещества, причем на Керисе. Нужно тщательно взвесить его предложение.
– Первую партию я сделаю у нас дома, – ответила сестра. Она придвинула его тарелку к себе и забрала вилку у него из рук. – Все основные ингредиенты я смешала, и они готовы к следующему этапу. Теперь надо добавить те, что привез Эш. Магия нашего дома ускорит процесс их созревания. Но в незавершенном состоянии, в котором противоядие находится сейчас, его нельзя транспортировать. Максимум через неделю средство нужно протестировать. После этого я не против сделать следующую партию в Коралисе. Как-никак, места во дворце у Аарванда достаточно.
– Это твое окончательное решение? – спросил Эйден и стащил кусочек блина, пока она не слопала его полностью.
– Да. – Маэль вытерла мед в уголке его рта.
– Ладно, тогда я поговорю с Аарвандом, – к моему удивлению, необычно спокойным тоном произнес он. Наверное, это все мед.
– Регулюс горы свернет, чтобы помешать нам воспользоваться противоядием, если узнает о нем. Но тебе это и так известно.
– Тогда в качестве исключения тебе придется разрешить нам тебя защищать.
– Конечно, – улыбнулась ему она. – Правда, по сути, защищать вы будете не меня, а лекарство, а вот тебе придется все-таки взять меня и мою «фигню» на Керис.
– Я приношу тебе свои глубочайшие извинения. Я не должен был так говорить. – Он нежно поцеловал ее в губы передо мной, Эшем и Аделаизой и вышел из кухни.
– Отпраздновали великое примирение вчера ночью? – полюбопытствовала я.
– Так бы я это не назвала, но мы установили новую веху в наших отношениях.
– Кое в чем уступить никогда не плохо, – снова изрекла одну из своих мудростей Аделаиза. – Часто один шаг назад быстрее приводит нас к цели.
Я взялась за свой блинчик. Устроит ли мне допрос Аарванд? Останемся ли мы с ним вообще снова наедине? Все-таки причин для этого больше нет. Мысль об этом расстроила меня сильнее, чем предполагалось.

* * *

Вечер мы провели в лагере Конгрегации. Рыцари Ложи зарезали нескольких свиней и поймали парочку оленей. Сейчас они поджаривались на огромных кострах. Воздух наполнился запахом мяса, потрескиванием горящего огня и смехом множества людей вокруг. Аарванд и другие демоны ушли в Коралис. Я сидела, завернувшись в плед, перед одним из костров и смотрела на пламя. Кто-то сзади коснулся моего плеча.
– Можно нам сесть с тобой? – спросила Нэа. Около нее стояли Тарон и Тирза.
– А твои братья в курсе, что ты здесь? – Я и сама могла ответить на свой вопрос.
Нэа виновато помотала головой.
– Почему мы обязаны уходить всегда, когда начинается веселье? – У соседнего костра играла музыка и танцевали люди.
Я вздохнула:
– Без понятия. Видимо, твои братья решили, что будет вежливо уйти. – Я похлопала по бревну, на котором сидела. – Садитесь. Есть хотите?
Нэа просияла. Для нас четверых бревно оказалось чересчур коротким, поэтому Тарон сел рядом с Эшем.
– Тарон и Тирза близнецы, – объяснила ему я. – Они лучшие друзья Нэа, а Нэа – младшая сестра Калеба и Аарванда. И князь будет очень зол, когда обнаружит, что она не лежит в своей постели у него во дворце. Чем ты подкупила охранников, чтобы они пропустили вас через Источник?
– Один из стражников, у которых смена сегодня ночью, втюрился в Тирзу. Она построила ему глазки, и он нас пропустил.
Я ухмыльнулась.
– Кроме того, не думаю, что Аарванд вообще заметит наше отсутствие, он ведь договорился встретиться с Кайей. Привел ее на ужин. У них свидание.
Меня это ни капельки не интересовало. Он волен делать и позволять себе все, что ему захочется. В конце концов, я сама поступала так же. Тирза и Тарон напряженно смотрели на меня.
– Что? – спросила я. – Не говорите, что пришли сюда, только чтобы поставить меня в известность. Могли бы не терять времени.
– На самом деле мы пришли повеселиться. – Тирза вскочила и схватила за руку Нэа. Прежде чем я успела их остановить, они побежали к парням и девушкам у другого костра и влились в их компанию. Рыжая голова Нэа и синеволосая Тирзы в ритме танца мелькали в темноте. У них заняло всего несколько минут найти молоденьких ведьмаков, которые научили их правильным движениям. Парни не могли не заметить, что обе девчонки были демоницами, однако их это, кажется, не волновало. Нэа еще днем много с кем познакомилась. Эме везде водила ее с собой. Хотела, чтобы каждый в лагере точно знал, кто она такая.
– В кого ты превращаешься? – дружелюбно спросил у Тарона Эш. Он махнул одному из колдунов, который жарил свинину, чтобы тот принес порцию Тарону.
– Я келпи. – Тарон, поблагодарив, взял тарелку. – Честно говоря, мы сейчас должны быть в Тинтагеле, у нас выпускной год. Но с учетом обстоятельств Аарванд не мог отправить нас обратно. Поэтому теперь мы сражаемся в его армии. Впрочем, по большей части я присматриваю за Нэа и Тирзой. – Его белые, заплетенные в дреды волосы спускались по плечам, и, хотя он ел и общался с Эшем, точно так же не спускал с девочек глаз, как и я. Аарванд нас убьет, если с Нэа что-нибудь случится. Однако нам не о чем было беспокоиться. Им обеим не угрожала никакая опасность, а молодые колдуны наперегонки приносили демоницам вино или еду. Так как Эш и Тарон увлеклись разговором, я встала и прошлась по лагерю. Эйден и Маэль сидели у другого костра вместе с несколькими магами и колдунами. Эме найти нигде не удалось. Лоран и Констанс уже ушли, и неожиданно я почувствовала себя одиноко, несмотря на множество народа. Я посмотрела в сторону леса, но там царствовала непроницаемая мгла. Пока среди деревьев я не различила какое-то движение. Между стволами стоял темный силуэт. Сначала я вздрогнула, а потом узнала, кто это.
– Что ты здесь делаешь? – удивленно спросила я Аарванда, когда он подошел ко мне. Сердце заколотилось быстрее. Он выглядел разгневанным и наверняка сейчас начнет задавать мне вопросы.
– А ты как думаешь? Пришел забрать домой этого ребенка, которого нельзя даже на три секунды выпустить из виду. – Тогда разозлился он, вероятно, не на меня, а из-за того, что сорвалось свидание.
Я удержала его за руку:
– Оставь ее. Она уже не ребенок и просто веселится. Мы за ней приглядываем. Здесь ей ничего не грозит.
Он уставился на мои пальцы, а я почувствовала, как кожу начало покалывать. Аарванд был одет в одну лишь тонкую черную рубашку, и его мышцы напряглись. Я быстро отдернула руку.
– Извини.
– Тут собралось больше тысячи одаренных, которые специально пришли, чтобы вести войну против моего народа. Хватит и одного из них, которому вздумается испытать свою силу.
– Спасибо за веру в твоих союзников.
Он запустил руку в волосы.
– Ты знаешь, что я имею в виду, Вианна. Это не обязательно должно произойти намеренно. Просто шутка, а Нэа может серьезно пострадать.
– Но пострадать она может всегда. Каждый день. Нэа – обученный воин. Она сражается намного лучше, чем я. Дай ей еще чуть-чуть насладиться праздником. – Мне показалось, что он немного расслабился. – Разве ты не был на свидании? – аккуратно поинтересовалась я.
Нахмурив лоб, он опустил глаза на меня.
– Где я был?
– Нэа рассказала, что ты устроил Кайе ужин. – Я поежилась от смущения под его пристальным взглядом. – Хорошо прошло?
– Хорошо.
– Отлично. Не могу дождаться, когда отправлюсь в Коралис. В последний раз я слишком мало увидела. – Мой голос звучал неестественно высоко. – Надеюсь, Нэа проведет мне маленькую экскурсию.
– Это был просто ужин, Вианна, совершенно безобидный, – произнес Аарванд спокойным тоном. – Мы даже не оставались одни, с нами находились ее офицеры. Собственно, обычный рабочий ужин.
– О’кей.
– Моя сестра снова пыталась посеять раздор? – Говоря эти слова, князь ни мгновение не сводил с меня глаз. Его темная фигура буквально сливалась с лесом у него за спиной.
– Не хочешь пойти со мной к костру? – спросила я, чтобы ему не отвечать.
– И посидеть с тобой и Эшем?
– Вам было бы полезно познакомиться поближе, ты так не считаешь?
Он кивнул и дал мне знак идти вперед.
– Твои друзья – мои друзья, – пробормотал он наконец.
Мы возвращались к кострам, и от меня не укрылось, что празднующие ведьмы и колдуны отшатывались от него. Да и он в своем темном костюме выглядел более чем устрашающе. Черные волосы рассыпались по плечам, глаза сверкали.
– Мог бы смотреть чуточку дружелюбней, – тихо проговорила я. – Это твои союзники, уже забыл? Они вроде как не должны разбегаться от тебя с воплями, да?
Уголки его губ дрогнули.
– Ты никогда особенно меня не боялась.
– Я тебе просто этого не показывала.
Он положил мне руку на спину.
– Ты меня не боялась, – сказал он с уверенностью, которая звучала почти как желание.
Мы добрались до костра, возле которого до сих пор увлеченно болтали Эш и Тарон.
Когда последний заметил своего князя, лицо у него слегка побледнело.
– С Нэа и Тирзой все хорошо, – тем не менее твердым голосом произнес Тарон и указал на обеих девчонок, которые уже сидели с несколькими одаренными у другого костра. Кувшин с явно недетским напитком ходил по кругу. – Я за ними присматривал.
– Я вижу. – Аарванд поглядел сначала на своего юного подопечного, затем на Эша. – Поговорим об этом позже.
– Садись уже, – скомандовала ему я. – Поешь чего-нибудь и расслабься.
К моему удивлению, он без возражений так и сделал, а потом задумчиво посмотрел на огонь. Я передала ему стаканчик с подогретым пряным вином.
– Почему ты не рассказала мне о действии противоядия? – задал он вопрос через какое-то время. – Я думал… я надеялся, ты начнешь мне доверять.
– С тобой это никак не связано. Я пообещала Маэль ничего не говорить, пока она не разрешит. Это был ее секрет, и она хотела сама принять решение, когда будет готова. Конах погиб, и она винит в этом себя.
Аарванд кивнул:
– Он был хорошим человеком.
– Да. Не знаю, какая судьба хуже: его или Юри. Он годами прозябает в демонической форме в темнице у Регулюса.
– Мы отомстим за всех, кто несправедливо пострадал от рук верховного короля.
– Месть не должна быть нашей единственной движущей силой, – осторожно произнесла я.
Аарванд повернул голову в мою сторону и сверкнул своими почти золотыми глазами.
– Это не единственное, что мной движет, если ты вдруг так считаешь.
– Ты уверен?
Аарванд сделал глоток вина, не торопясь с ответом.
– Я долго был в ярости на Регулюса. Это правда. После смерти родителей я оказался недостаточно подготовлен к стоящей передо мной задаче. Ни к тому, чтобы унаследовать титул князя и управлять своей страной, ни к тому, чтобы прятать свою магию. Я понимаю, отец всегда думал, что у него еще есть время. Он позволил мне пробыть в Тинтагеле с друзьями намного дольше, чем был там сам. В ночь его смерти я тоже там находился. Мы сбежали из крепости и завалились в таверну. Пока мои родители боролись за жизнь, я развлекался с вином и парочкой сирен из деревни. – Он смущенно кашлянул. – Только через несколько часов советник отца смог найти меня и рассказать, что произошло.
– Ты был молод и делал именно то, чего желал для тебя отец.
– Наверное. Мама всегда намекала, каким буйным он сам был в юности. – Аарванд грустно улыбнулся.
Я толкнула его плечом:
– Вот видишь. Яблоко от яблоньки недалеко падает. – Мой взгляд упал на парочку ведьм, которые сидели перед одной из палаток и не сводили глаз с князя. – Не только в твоем мире есть сирены. Будь внимательнее.
Он даже не поднял головы.
– С тех пор я больше не позволял себе вольностей.
– Печально. Готова поспорить, твой папа был бы немного разочарован.
Аарванд весело и в то же время неверяще рассмеялся, а я обрадовалась, что сумела его немного приободрить.
– Я покажу тебе Коралис. – Он повернул голову так, что его губы коснулись моего уха. – Не дам сделать это никому другому. Даже своей сестре.
– А у нас будет на это время? – Мое участившееся сердцебиение наверняка сообщило ему, на какой ответ я надеялась.
– Раньше мы полагали, что сразу отправимся в Анапур с войсками Конгрегации и вызовем Регулюса на бой. Теперь же нам нужно сначала раздать противоядие. Любой другой вариант в нынешних обстоятельствах был бы неразумным. Поэтому да, у нас будет на это время.
– Главная проблема – напоить людей Регулюса лекарством, дальше, по словам Маэль, оно действует довольно быстро, – попыталась я вернуться на безопасную территорию.
– Об этом я уже думал.
– И нашел какое-то решение? – Я потянулась за его стаканчиком, и наши пальцы на миг соприкоснулись, когда он передал его мне. Теплое вино прогоняло холод из тела.
А когда я возвращала ему стакан, Аарванд обнял меня одной рукой и притянул к себе.
– Ты замерзла, – сказал он, не ответив на вопрос.
Я прижалась к нему.
– Мы просто обязаны это сделать. – Мой взгляд бродил по непринужденно празднующим мужчинам и женщинам. Кто из них выживет после этой войны? Мучил ли их страх или они его подавляли?
– Мы просто сделаем все, что будет необходимо. – Теперь его губы дотрагивались до моего виска. – Больше нет пути назад, Вианна. Ни для кого из нас.
Да, его больше нет. Я еще сильнее прильнула к нему, и он сжал меня крепче. Кончиками пальцев Аарванд рисовал узоры на моем боку, и если бы мы были одни, то я бы, наверное, забралась к нему на колени. При одной мысли об этом меня охватил жар. Я устала противиться этому влечению.
– Иди спать. Уже поздно, – прошептал он. – Прямо сейчас. – Его голос буквально вибрировал.
– Мне хочется посидеть еще. – Следующей фразой я явно раскрыла слишком многое: – С тобой.
– Ты с утра на ногах и определенно вымоталась. Дальше дни будут еще утомительнее. – Он отпустил меня и отстранился. – Проводить тебя до твоей комнаты? – напряженно спросил он.
– Не надо, – смущенно и в то же время пристыженно ответила я. – Сама найду дорогу. – О чем я только думала? Видимо, это вино. Он перевез Кайю из Цамореля. Она ждет его во дворце. Он пришел просто забрать сестру, а не чтобы со мной…
– Тогда увидимся завтра. – Аарванд наклонился ко мне. Провел губами по щеке. – Спокойной ночи.
Я не открывала глаза, пока чувствовала его прикосновение на коже. Большего мне от него не получить.
– Тебе тоже.
Потом встала, кивнула Эшу и Тарону и направилась к воротам. Прежде чем зайти, снова обернулась и увидела, как Аарванд велел Нэа и Тирзе идти за ним. Какая-то ведьма что-то ему сказала, и он улыбнулся мило, но отстраненно. А когда почувствовал мой взгляд, еще раз оглянулся, однако по выражению его лица уже нельзя было что-то понять.

* * *

В течение следующих нескольких дней мы с Эме помогали Маэль доделывать противоядие. Как и обещал Эйден, наш дом защищали, как будто это крепость, полная золота. В небе постоянно кружили драконы. По улицам скакали келпи. Между деревьями терпеливо ждали ведьмы, а из ручья периодически выныривала голова шелки.
Маэль это не мешало. Мы принесли из подвала все котелки, которые только нашли. Они кипели на плитах на кухне дома и в магазине. Призрачные руки помешивали зелья, когда мы слишком уставали или одна из нас просто засыпала стоя. Наши предки-ведьмы принимали свою высшую форму. Духи крайне редко материализовались так, чтобы им хватало сил удерживать предметы. Спали мы по очереди, а по вечерам больше не уезжали в шато, поскольку Маэль отказывалась даже на секунду выпускать из виду отвар, который под конец процесса требовалось высушивать до порошка. Тем не менее вчера одна партия сгорела и стала непригодной, а мы целую вечность выветривали из дома тошнотворную вонь. Что меня поражало, так это что Маэль сохраняла абсолютное спокойствие. Сама я едва не взрывалась от напряжения.
Сейчас я села за стол на кухне и уронила голову на руки, как вдруг в дверь постучали. Вот только я слишком устала, чтобы шевелиться. Уже почти пять дней без перерыва находилась на ногах.
– Хм, – пробурчал призрачный голос. – Гости.
– Они скоро сами уйдут, просто продолжай мешать, – утомленно распорядилась я. Мы раздали четкие инструкции и не хотели, чтобы нас беспокоили. Меня это устраивало. На приветственной вечеринке я наплевала на все свои благие намерения. К счастью, у Аарванда очень быстро остыла ко мне страсть.
Эме спустилась вниз по лестнице и открыла дверь. Вскоре после этого на кухне уже стояли Эйден, Аарванд, Эш и Калеб. Мило терся о ноги мужчин.
Выпрямившись, я потерла глаза, а потом ноющую спину. Эш подошел ко мне, сел рядом, взял меня за руку, а затем пристально всмотрелся в глаза. За годы в Гластонбери он так часто меня обследовал, что это до сих пор казалось мне естественным.
– Ты полностью истощена, – упрекнул он.
– Ничего такого, чего не вылечишь парой часов сна. – Я скорчила рожицу. – Тебе не нужно больше за меня переживать.
– Похоже, давно вошло в привычку, – усмехнулся он. – А Маэль, оказывается, настоящая рабовладелица.
– Ничего подобного, – заявила она, протискиваясь в дверной проем мимо парней. – Почему вы здесь? – Она пихнула двух наших двоюродных прабабушек, которые при виде такого количества мужчин забыли, что должны мешать отвар, а теперь обиженно втянулись в стену. Пролетая мимо, одна из них ущипнула Калеба за руку и одобрительно ухмыльнулась.
Аарванд покачал головой:
– Это была твоя бабушка?
– Нет. Бабуля умеет себя вести, когда материализуется. – Чего не происходило уже давно. Я повысила голос: – Чего не скажешь обо всех духах в этом доме. – С верхнего этажа в ответ раздалось подвывание и хихиканье.
– Просто игнорируйте их, – сказала Маэль. – Тогда они скоро успокоятся.
Кивнув, Аарванд обвел помещение внимательным взглядом. Максимум, что он увидит, – это кухня. Ну и ладно. В гостиной тоже было бы безопасно, если пойдут все. С другой стороны, он же больше не испытывал потребности оставаться со мной наедине.
Эйден прервал мои размышления:
– Передвижение войск Регулюса вызывает беспокойство. Альтаир официально примкнул к нему, и в данный момент войска Маскуна тоже маршируют к границе с Коралисом, – внезапно сбросил бомбу он.
Эме первой переварила новость.
– А что говорит по этому поводу Вега? Ведь так ее отец повернулся и против нее.
– У Альтаира вряд ли была другая возможность. Ему пришлось выбирать, кто, по его мнению, с большей вероятностью выиграет войну. Регулюс завладел Монетами изобилия, а о противоядии никто не знает. После того как Регулюс захватил Анни Мю, Альтаир наверняка начал опасаться, что верховный король аннексирует и его княжество. Я его не виню, – объяснил Аарванд. – И Вега, скорее всего, тоже.
– Мы решили выступать через два дня, – продолжил Эйден.
– Но до тех пор мы не сделаем достаточно лекарства, – запротестовала Эме, кинув взгляд на Маэль, у которой от переутомления совсем покраснели глаза.
– Того, что уже есть, должно хватить для начала, – ответил Аарванд.
– Вы останетесь здесь и приготовите больше. А мы оставим часть солдат для вашей защиты, – поддержал его Эйден.
Если я буду сидеть тут, Аарванд не сможет показать мне Коралис, однако это и так уже не играло никакой роли. Я понятия не имела, с чего вдруг он вообще это пообещал.
Маэль почесала затылок.
– Среди твоих людей есть достаточно надежные, чтобы мы могли испытать на них противоядие? Сын Конаха был еще маленьким. Мне нужны взрослые мужчины, которые употребляли самарий, чтобы выверить дозу и выяснить, сколько потребуется одному человеку. Может, она меньше, чем я думаю.
– Если ты дашь мне немного вещества и подробно объяснишь, что делать, я сейчас же поеду в Коралис. За время моего отсутствия вы все упакуете, а потом мы его перевезем.
– Мы не останемся здесь, – произнесла я, – а пойдем с вами. Мы нужны вам не только для создания лекарства и будем сражаться вместе с вами.
Маэль кивнула и посмотрела на Эйдена:
– Ты действительно думал, что сумеешь это провернуть?
Он ответил на ее взгляд, но ничего не сказал.
– Тот, кому из вас пришла в голову идея оставить нас тут, плохо нас знает, – разозлилась Эме. – Могли бы и не заявляться сюда ради этого вчетвером.
Калеб поднял руки вверх.
– Я же сразу вам говорил. Кто-нибудь серьезно верил, что они останутся? – Он смачно чмокнул Эме в щеку. – Я лучше всех вас разбираюсь в женщинах.
Маэль насыпала во флакон щедрую порцию порошка.
– Лучше всего будет, если ты испробуешь его на разных людях. Одному дай его на кончике ложки, а двум другим раствори в воде или в вине. Эффект должен начаться довольно скоро. Если у них есть следы демонической формы, то все исчезнет. Если нет, то просто подожди полчаса и используй на них свою магию. Затем дай им чистый самарий и еще раз примени чары. – Голос у нее едва заметно дрожал. Сейчас все зависело от ее способностей. Гигантская ответственность, и все-таки за последние недели она не позволила никому себя отговорить и сбросить ее с плеч.
Аарванд внимательно выслушал ее и наконец медленно кивнул.
– Звучит не сложно.
– Самое главное, уговорить их снова принять самарий. Возможно, они откажутся, но лишь так мы поймем, правда ли вырабатывается иммунитет. Справишься?
– Мои люди исполняют мои приказы, – серьезно ответил он.
– Так как в данном случае речь идет об их здоровье, лучше попроси. – Она встряхнула флакон и пробормотала последнее заклинание. – Обращайся с ним осторожно. И полная секретность, пока мы не узнаем, что оно действует.
– Это и так понятно.
– Просто решила лишний раз уточнить.
– Хорошо, тогда мы возвращаемся в шато, чтобы вы могли продолжить. – Эйден улыбнулся Маэль, и на его лице отразилась гордость. – Соберите кое-какие вещи, но много с собой не берите. Все, что тебе понадобится для приготовления лекарства, мы отнесем заранее.
– Помощь с наполнением флаконов нужна? – спросил Эш. – Прислать вам пару человек?
– Нэа, Тирза и Тарон тоже вызвались вам помогать. – Аарванд взял бутылочку из рук Маэль. – Они не знают, что вы здесь прячете, и в их случае я не могу гарантировать секретность.
– Тогда лучше забери их с собой в Коралис, и мы увидимся на той стороне, – решила Маэль. – Слухи и так распространятся довольно быстро. Я покажу твоим ученым, как делать лекарство. Если мы победим Регулюса и закроем Источник, вам потребуется его очень много, чтобы помочь всем жертвам отравления.
Только что Калеб и Эме о чем-то перешептывались. Теперь же Эме замолчала. Аарванд пристально смотрел на меня.
– Мой народ будет в вечном долгу перед вами, – натянуто произнес он. – Калеб, ты идешь?
Калеб обхватил ладонями лицо Эме, нежно поцеловал и наконец последовал за своим братом.
– Мне жаль, – сказала Маэль.
– Все нормально. – Старшая сестра храбро улыбнулась. – Мы всегда понимали, что этот день настанет. – Она знала это и все равно рискнула влюбиться в Калеба.

Глава 9

Два дня спустя лагерь разобрали, и мы отправились в путь, попрощавшись с Жаком, Аделаизой и Констанс, которые останутся в шато с малышкой Клэр. Несколько человек тоже оставалось, чтобы их охранять. Тщательно расфасованное и упакованное противоядие мы вручили абсолютно надежным ведьмам и магам, которые отвечали за то, чтобы все добралось в полной сохранности. В последние сорок восемь часов мы трудились еще больше, чем в предыдущие дни, и в Коралисе я первым делом так же надолго лягу спать.
С грехом пополам я ковыляла по сырой лесной почве и замерзала от холода и усталости, пока бесконечная череда одаренных тянулась по Броселианду. Практически все были в темных накидках. Ветер срывал капюшоны, лил моросящий дождь. Беззаботность недавних дней исчезла, и чем ближе мы подходили к Источнику, тем тише становилось в наших рядах. Демоны так долго считались нашими врагами, а теперь эти мужчины и женщины исполняли приказ великого магистра Ложи и главы Конгрегации, которые велели им отправиться на территорию тех самых врагов. Я прекрасно понимала, что многим это казалось странным. Прошла словно целая вечность, пока перед нами наконец показался Источник. Поток людей не остановился, а тем же строем просто проходил сквозь него. Топот сотен ног грохотал, долетая до самых макушек деревьев, когда мы ступили на Керис.
Я немного сдвинула назад капюшон своей накидки. По щекам потекли капли дождя, и я увидела Аарванда, который вместе с несколькими офицерами ждал на другой стороне, чтобы сопровождать нас на остатке пути до его дворца. Вытянувшись и с прямой спиной, он сидел на своем жеребце и скользил взглядом по нашей армии. От собственного жара князя влага у него на плаще испарялась, едва с ним соприкоснувшись, и поднималась вверх крохотными облачками пара. На мгновение выловив картинку из прошлого, я своим колдовским глазом увидела легионы демонов, которые спасались от погони рыцарей короля Артура по лесам и горам и нашли убежище на Керисе. Видение пропало, как только я почувствовала на себе взгляд Аарванда.
Его офицеры пошли во главе процессии, чтобы указывать дорогу. Мы с неизменной скоростью потянулись дальше. Аарванд дождался, пока я окажусь вровень с ним, и повел своего коня рядом со мной.
– Можно мне забрать тебя отсюда? – спросил он. – Уверен, никто не станет возражать. В конце концов Эме полетела с Калебом, а у тебя такой вид, будто ты сейчас заснешь прямо на ходу.
– Калеб украл Эме, и даже не отрицай. Я не хочу к себе особого отношения.
– Залезай на лошадь, девочка, или это сделаю я, – прощебетала ведьма, идущая около меня. – Ты нас только тормозишь.
– Ну вот, слышишь? – ухмыльнулся Аарванд. – Никто тебя не осудит, к тому же ты член штаба нашей общей армии, и по пути мы могли бы отшлифовать детали военного плана.
Он бы все равно не отстал и явно находился в необычайно хорошем настроении, что меня тут же насторожило.
– Ну, ладно. – Я вышла из строя и позволила князю поднять меня и боком усадить на коня перед собой. Он завернул меня в свой плащ и прижал к себе. Мне сразу стало тепло, и все тело моментально расслабилось. Я тихо застонала от удовольствия, обвила его рукой и запустила ледяные пальцы ему под тунику. Холодная кожа коснулась горячей, и он вздрогнул. Его кожа казалась бархатной. – Слишком много? – негромко спросила я.
– Наоборот. Слишком мало. Тебе известно, чего я хочу.
– Недавно у костра ты не захотел даже подольше со мной посидеть. К сожалению, мы не всегда получаем то, чего хотим.
– Тут ты права. – Он пришпорил коня и пронесся мимо нашего войска. – Потому что, если бы это было так, то ты бы каждую ночь лежала в моей постели, причем подо мной.
– Похоже, мы сегодня настроены прямолинейно. – Уткнувшись лицом ему в грудь, я вдохнула его запах. – Ты знаешь, почему я этого не делаю.
– Потому что ты, как и я, не прекратишь хотеть того, что сможешь получить всего на мгновение.
Я не сказала ни да, ни нет и не стала спрашивать его о Кайе и ее роли в его жизни. Вместо этого просто поглаживала его кожу и прижималась к нему так сильно, как это позволяла моя поза. Получалось недостаточно тесно, но достаточно не будет никогда.
Аарванд вновь прибавил скорости и выехал из леса. Перед нами открылся огромный парк, и, несмотря на то что здесь уже наступила поздняя осень, на клумбах и вдоль тропинок все еще цвело бесчисленное множество цветов во всех оттенках красного и желтого. Парк окружал дворец Коралиса, расположенный прямо на берегу моря и построенный из такого блестящего белого камня, что в лучах выглянувшего солнца он сверкал, как стекло.
После нашего побега из Морады Аарванд уже приносил меня сюда, однако я была чересчур разбита, чтобы уделить внимание этому великолепию. Дождь прекратился, словно погода Коралиса хотела продемонстрировать себя с наилучшей стороны.
– Это прекрасно, – с трепетом произнесла я. До нас доносился шум прибоя и чья-то завораживающая песня. Он осадил лошадь, чтобы я могла все хорошо рассмотреть.
– Кто это поет?
– Сирены. Я велел им прекратить заниматься ерундой, но им не прикажешь. Они хотят поприветствовать вас на свой манер.
– Они заманят наших мужчин в море и задушат длинными зелеными волосами?
– Нет, если мужчины будут вести себя должным образом. – Он улыбнулся, взглянув на меня сверху вниз, убрал мокрые волосы с моего лица, а потом движением бедер вновь направил коня вперед. – Сперва я отвезу тебя в тепло.
– Твои предки всегда здесь жили? В смысле, с начала изгнания?
– Они выстроили замок вскоре после нашего появления на Керисе и сразу заявили права на земли у моря.
– И доступ к Кровавому источнику.
– И доступ к Кровавому источнику, – подтвердил он. Мы приблизились ко дворцу, и навстречу нам выбежал юноша. Я бы предпочла не отпускать Аарванда, так как могла еще много часов проехать с ним верхом. Но он спешился, помог мне слезть с лошади и передал животное слуге.
– Сейчас ты не будешь против, если я отведу тебя в твои покои? Все члены штаба размещаются во дворце. Мне даже Эша удалось убедить.
Прежде чем я успела ответить, распахнулись громадные ворота, и оттуда вбежали Нэа, Тирза и Тарон.
– Вот и вы, наконец-то, – сказала Тирза. – Мы все утро ждем. Пошли, мы тебе все покажем.
– А у тебя наверняка есть дела поважнее, – пропела Нэа своему брату. – Ты не можешь навечно конфисковать Вианну.
– Я этого и не делал, – защищался он. – Если хотите, покажите ей ее комнату и познакомьте с Сереной. Но потом, ради всего святого, дайте ей поспать.
Нэа уже схватила меня за руку и поволокла за собой.
– Кто такая Серена? – спросила я, оглядываясь на Аарванда, который, к сожалению, уже развернулся и направился к соседнему зданию.
– Серена – русалка и самая болтливая камеристка, которую только можно себе представить.
– Мне не нужна камеристка, и моим сестрам тоже. – О чем вообще думал Аарванд?
– Только Серене этого не говори. Она может взбеситься и затопить вашу комнату. Даже Аарванд боится ее прогонять.
Все лучше и лучше. Ну, ладно. Значит, камеристка. Запомню на будущее.
Они втроем повели меня наверх по стеклянной винтовой лестнице, и через огромные окна я видела с одной стороны море до самого горизонта, а с другой – лес, из которого в данный момент выходила армия магов и Конгрегации. Долго наслаждаться этим видом у меня времени не было, поскольку Нэа потянула меня дальше и энергично распахнула одну из дверей. За ней оказалась невероятно просторная комната с тремя кроватями под балдахинами. У всех трех на резных белых столбиках висела светлая ткань, перед камином стояли маленькие креслица и стол. Помимо этого, тут было три туалетных столика, дверь, ведущая в ванную, и еще одна, за которой я обнаружила балкон.
– Из этой комнаты самый лучший вид, – объявила Тирза. – Обычно тут живет верховный король, когда приезжает с визитом в Коралис. Но те времена уже прошли.
– Аарванд обставил ее специально для вас троих, хотя Калеб и протестовал. Говорил, что двух кроватей будет достаточно. Так что готовься к тому, что Эме будет проводить ночи не с вами.
– Принц должен жениться на этой женщине, если не собирается жить с ней во грехе.
– Серена! – раздраженно воскликнула Нэа, оборачиваясь на голос. – Не болтай чепуху. Кроме того, ты постоянно живешь во грехе и никогда не выйдешь замуж.
– Но я и не принцесса. Мне можно. У нас, русалок, грешить – это практически хороший тон. Сестры засмеяли бы меня, если бы я довольствовалась лишь одним мужчиной. – К нам направлялась юная девушка с бледно-зеленой кожей и длинными светлыми волосами с темно-зелеными прядями. Одета она была в блестящее серебристое платье, а когда подошла поближе, я поняла, что брови у нее состояли из крохотных чешуек. Шею сбоку покрывали жабры, скрывающиеся под высоким воротником платья. – Пока ты не спросила, – продолжила она. – Это не самарий. Нам, русалкам, нравится быть теми, кто мы есть, и мы не прячемся в слабых человеческих телах.
– А еще вы вообще не считаете необходимым проявлять вежливость, – поддел ее Тарон.
– Совершенно верно. – Она лукаво ему улыбнулась, обнажив два ряда жемчужно-белых зубов. – Я Серена, и Аарванд попросил меня помочь вам тут обжиться. – Камеристка протянула мне руку, и я ее пожала. На ладонях чувствовались чешуйки.
– Приятно с тобой познакомиться.
– Взаимно. Однако предупреждаю. Если когда-нибудь попытаешься навредить дому Коралиса, я утащу тебя на морское дно и утоплю там в грязном иле.
Я моргнула от такой неприкрытой угрозы.
– Серена. Заканчивай с этой фигней. Если Аарванд это услышит, то отправит тебя обратно на шахты, где и нашел! – рыкнула на нее Нэа.
Серена, похоже, ничего не имела против такого наказания.
– Просто хотела довести до ее сведения. Теперь наши позиции ясны.
– Да, получилось весьма прозрачно. – Тарон присел на одну из кроватей.
– А ну, катись отсюда, – потребовала русалка. – Ты тут только все запачкаешь. – Она потянула его за дреды.
– Предлагаю идти дальше, – заявила Тирза. – С самой наглой обитательницей дворца ты уже познакомилась. Теперь тебя уже ничего не шокирует.
Серена повела плечами.
– Мы очень хорошо поладим, – предсказала она. – У меня такое чувство.
Не выдержав, я рассмеялась, потому что никогда прежде не сталкивалась с таким существом, как она, и Серена подмигнула мне вслед, когда трое друзей опять потащили меня из комнаты. Не сделали мы и пяти шагов, как открылась дверь и оттуда вышла Вега. Узнав меня, она застыла и положила руку на свой заметно округлившийся живот. Я автоматически отпрянула. Нэа удивленно уставилась на меня. Хотя я уже была уверена, что пережила потерю Эзры, при виде Веги у меня словно случился шок. Надо было заранее подготовиться к этой встрече. Но я просто перестала тогда об этом думать. Поскольку это стало не важно. Превращало ли это меня в плохого человека? Я знала, что Аарванд хорошо о ней заботился, и предполагала, что мое присутствие будет ей так же неприятно, как мне – ее.
– Вианна, – произнесла демоница, и ее голос чуть дрогнул. – Рада тебя видеть. – Такая откровенная ложь, что мне почти стало ее жалко. Она потеряла мужа и ждала ребенка, который мог стать разменной монетой верховного короля и ее отца. Жила при чужом дворе, а теперь встретила женщину, которую любил ее муж, – и мне казалось, она тоже знала о чувствах Эзры ко мне. А в конце он умер ради меня. Если бы он не бросился между мной и Регулюсом, то остался бы жив, она не оказалась бы без защиты, а ее ребенок – без отца. Наверняка она меня ненавидела.
Я хотела что-то сказать, но голова как будто опустела.
– С тобой и с ребенком все хорошо? – все-таки удалось выговорить мне, после того как Тирза ткнула меня пальцем в бок.
Вега слабо улыбнулась. Она выглядела бледной и утомленной, и мое сострадание лишь возросло.
– Он очень быстро растет. Я сомневалась, как все будет протекать, он ведь полукровка. Но да. Мы в порядке. – Она вновь защитным жестом погладила живот.
– Дети демонов растут быстрее, чем у людей?
– Не все. Зависит от вида родителей. У ситри дети рождаются максимум через сто двадцать дней. Часто раньше.
– Я рада, что у тебя будет ребенок от Эзры, – ответила я и действительно так считала. – Так после него что-то останется.
Напряжение отпустило Вегу.
– Спасибо тебе, – произнесла она. – Я буду хорошо заботиться о своем ребенке. Не хочу, чтобы он оказался вовлечен в эту борьбу за власть.
– Когда все закончится, можешь отправиться с нами в наш мир. Эйден заберет вас с малышом в шато. Это же его племянница или племянник.
– Очень любезно с вашей стороны, но там ребенок Эзры станет совсем посторонним, разве нет?
– Не знаю, – задумчиво призналась я. – Возможно, ему придется всю жизнь прятать одну половину своей сущности.
Она беспомощно пожала плечами:
– Мне нужно идти к доктору. Прошу меня извинить. Аарванд настаивает, чтобы она регулярно меня обследовала. Он очень заботлив.
Конечно, заботлив.
– Удачи.
Вега поспешила прочь.
– Ох, ничего себе, неприятный получился разговор. – Нэа почесала затылок.
– Ты очень хорошо справилась. – Тарон положил мне руку на плечо. – Теперь это позади, а Вега нервничала не меньше тебя.
Я сделала глубокий вдох, и ко мне внезапно вернулась усталость.
– Все-таки я бы сейчас немного отдохнула, если вы не против.
– О, само собой, – ответила Нэа. – Потом мы зайдем за тобой и отведем поесть. А все остальное можем и завтра показать.
Серена принесла мне теплую пижаму. Переодевшись, я укуталась в толстое одеяло, пока она задергивала полог вокруг кровати. Я еще услышала, как пришла Маэль, а затем уснула.

* * *

Как и пообещала, Нэа забрала нас с Маэль и привела в уютное помещение. Стол уже накрыли, а Аарванд с Кайей сидели во главе и пили вино. Склонившись головами друг к другу, они над чем-то смеялись. Он выглядел беззаботным. Нечасто такое случалось. После того как мы вошли, они оба встали и посмотрели на нас. Княжна Цамореля выглядела так, словно была тут на своем месте. Возле Аарванда.
– Вианна, – поздоровалась она сначала со мной, а потом повернулась к Маэль. – Прекрасно, что вы здесь. Должна еще раз поблагодарить тебя за то, что спасла мне жизнь в Мораде. – Она положила ладонь на руку Аарванда. – Без него и тебя я сейчас была бы мертва.
– Рада, что оказалась поблизости, – ответила Маэль. – Принцессе следует поработать над своими умениями отравителя. Получилось не очень изощренно.
Кайя засмеялась над комментарием Маэль.
А я обрадовалась, что в этот момент пришли Эйден, Калеб, Эш и Эме.
– Мы подумали, что будет лучше поесть в небольшом кругу в непринужденной обстановке, – сияя, пояснила Кайя точь-в-точь, как хозяйка дома.
Я уже не раз видела их с Аарвандом вместе. В Мораде и когда мы укрепляли границы. Но тем не менее такая естественная близость – это что-то новое, и оно шокировало меня сильнее, чем я могла выразить. Сразу после того, что Аарванд говорил мне, когда мы пришли.
Сейчас он остановился около меня.
– Отдохнула немного? Хочешь вина?
– Я поспала. – Голос звучал как жестянка, а в горле что-то царапало. – С удовольствием выпью бокал.
– Еду скоро подадут. Уверен, ты голодна. – Он дал знак официанту, чтобы тот принес мне вина.
– Пахнет вкусно, – произнесла я скорее машинально, а не потому, что правда так считала. В данный момент я ничего не чувствовала. Необходимо срочно взять себя в руки.
– Кайя занималась приготовлениями, – сказал он. – Надеюсь, вам понравится. – Он взял у официанта округлый бокал с кроваво-красным вином и протянул мне. – У вас есть все, что вам нужно?
– Даже больше, – сухо ответила я и огляделась в поисках кого-нибудь, кто спасет меня из этой неловкой ситуации. Кайя болтала с Эйденом и Маэль. Эш стоял с Калебом и Эме, и, хотя зал не был огромным, они словно находились невероятно далеко от меня.
Я повернулась к ближайшему окну.
– Никогда еще не спала в такой красивой комнате. Очень мило с твоей стороны выделить ее нам, но в этом не было необходимости. Мы обошлись бы и меньшим.
– Всё в порядке, Вианна? – От его недавней беззаботности не осталось и следа.
– Да, разумеется. – Я вглядывалась в темноту. Уже наступила ночь. С черного как смоль неба сияла яркая луна, и бесчисленные звезды дарили ей свой свет. Они отражались на гладкой поверхности моря. Берег патрулировали келпи. Несколько шелки вынырнули на сушу и стягивали с себя тюленьи шкуры. – Твои предки выбрали великолепное место, – предприняла я новую попытку вести непринужденную беседу.
– Да, это так. Видела бы ты сад весной… – Он смолк и сделал глоток из своего бокала.
Весной меня здесь уже не будет. И именно по этой причине я должна избегать таких ситуаций, как чуть раньше у костра и сегодня на лошади.
Кайя подошла к нам, лучезарно улыбнулась и положила руку ему на сгиб локтя:
– Все готово, если ты закончил, можем начинать.
– Конечно, моя дорогая.
– Ты сидишь между Эшем и Тароном, – сообщила мне она. – Ты же не против?
Аарванд неотрывно смотрел на меня и ждал, пока я кивну. А затем повел Кайю обратно к столу.
Блюда были вкусными, но невзирая на это ела я без особого аппетита. Нельзя вновь влюбляться в мужчину, который женится на другой женщине, поэтому надо срочно опять поднять свои щиты. Нас тянуло друг к другу, однако я ни за что не поддамся этому желанию. Если я по уши влюблюсь в Аарванда, разрыв причинит мне в тысячу раз больше боли, чем в случае с Эзрой. Осознание этого обрушилось на меня с такой силой, что я тихо ахнула.
– Вианна. – Тарон внимательно смотрел на меня. – Всё нормально?
– Просто подавилась, – извинилась я и отпила большой глоток вина.
– Попробуй водоросли, – посоветовал он. – Они правда вкусные. У Аарванда работают лучшие повара во всем Коралисе.
Улыбнувшись, я поблагодарила его и взяла немного водорослей и рыбы. Разговоры за столом продолжались, и я, как могла, старалась в них участвовать. К счастью, сидела я на другом конце стола, и мне не приходилось общаться с Кайей. На это я сегодня была не способна, потому что все еще ощущала усталость. После того как подали кофе, который Калеб захватил с собой из нашего мира, Аарванд взял слово.
– Мы испробовали противоядие на трех добровольцах. – Он повертел в пальцах свой бокал. – И оно сработало в точности так, как прогнозировала Маэль. Все трое утратили иммунитет к магии. Самарий перестал действовать. Один из моих лучших офицеров страдал от отравления. Теперь он вновь стал самим собой. Это сродни чуду. Если бы я не видел все собственными глазами, то не поверил бы. Позволь поблагодарить тебя, Маэль, от лица всего моего народа. Если мы победим Регулюса, я позабочусь о том, чтобы все, кто нуждается в лекарстве, его получили.
Кайя погладила его по руке и согласно кивнула. Улыбнувшись ей, он поднял свой бокал. Аарванд ей рассказал. Ничего удивительного.
Лицо Маэль залилось розовым румянцем:
– Я сделала это не в одиночку. Без помощи Конаха у меня бы никогда ничего не получилось. – В глазах у нее заблестели слезы.
– Ты можешь принять похвалу и благодарность и за него тоже, – поразительно нежно произнес Эйден и вытер слезу у нее на щеке. – Как думаешь?
Маэль застенчиво улыбнулась:
– Да, могу. – Она подняла бокал. – Что ж, выпьем за Конаха и его маленького сына, который разрешил нам протестировать на нем противоядие.
Эйден, усмехнувшись, покачал головой, потому что Маэль как-то умудрилась приписать все заслуги другим. Тем не менее он с ней чокнулся. Я потянулась со своим бокалом к Эшу и Тарону, а затем к Маэль, которая сидела напротив.
– Мы так тобой гордимся, – сказала Эме. – Без тебя наши шансы на победу равнялись бы нулю.
– Ну, не такие уж мы плохие воины, – пробормотал Калеб. – Но спасибо за комплимент.
Маэль ответила ему ухмылкой.
– Может, начнем потихоньку решать, как дать его солдатам Регулюса? Само по себе наличие лекарства нам никак не поможет. – Какой бы амбициозной она ни была, когда дело касалось достижения цели, настолько же сестра не любила находиться в центре внимания.
– Об этом мы уже думали, – откликнулся Аарванд, обменявшись коротким взглядом с Кайей. – Единственная наша возможность – это действительно подсыпать вещество в питьевую воду в армейском лагере.
– И как ты себе это представляешь? Собираешься внедрить в лагерь шпионов? – спросила Маэль.
– Было бы разумнее, чтобы эту задачу выполнили ведьмы и колдуны, которые владеют способностью становиться невидимыми. Так опасность, что их обнаружат, будет гораздо меньше, – вставила Кайя. – Они прошли бы через защитный барьер на границе.
– А потом? – задала вопрос я. – Выступим против Регулюса прямо на следующий день? Атакуем его? – Мне не нравилось такое предложение, однако это могло быть связано с тем, что исходило оно от Кайи.
Аарванд качнул головой:
– Хотя эффект неожиданности в этом случае сыграл бы нам на пользу, Регулюс и так довольно быстро сообразит, что что-то не так: когда пропадут побочные эффекты неочищенного самария. Но мы должны убедиться, что эту воду выпило так много человек, как только можно. Так что лучше подождать два-три дня.
– Сколько вообще одаренных обладают воздушной магией и способны распространить лекарство? – обратилась Кайя к Эшу и Эйдену.
– Всего двадцать один человек, вместе с Вианной и со мной, – молниеносно ответил Эйден. Он уже в курсе плана.
Разговор перебил раздавшийся звон.
– Прошу прощения, – пробормотал Аарванд. Ножка его бокала разбилась, и остатки красного вина пролились на белую скатерть и ему на рубашку. Кайя принялась салфеткой промокать пятно у него на руке.
– Purgatio , – негромко процедила я, и пятно исчезло.
Княжна отшатнулась, когда бокал тоже восстановился. Мне хватило одного взгляда на Маэль, чтобы понять, что это она произнесла нужное заклинание.
– Ты тоже пойдешь? – спросила Эме в повисшей неприятной тишине.
– Вианна со своими способностями больше нужна нам позднее в бою, – перебил ее Аарванд. По нему легко читалось, что он злился.
– Позже я тоже никуда не денусь.
– Нет, если с тобой что-нибудь случится. Будет безответственно использовать тебя так рано.
– Ты уже использовал меня, когда я блокировала границы Цамореля, и это тоже было не очень-то безопасно.
– Не беспокойся за Вианну, – мягко сказала Эме. – Она вполне в состоянии это сделать. Она справится. Каждая из нас применит свой дар там, где это необходимо.
– Ах вот как? – колко ответил он. – Ты наконец-то заглянула в будущее и теперь знаешь, чем закончится наша битва?
Он требовал от нее такое? Эме чуть побледнела. Калеб взял ее за руку и бросил убийственный взгляд на брата.
– Естественно, я пойду, – вмешалась я в их спор. – Чем быстрее мы напоим армию Регулюса лекарством, тем быстрее положим всему этому конец.
– Это было бы настоящим избавлением, – просияла Кайя. – Регулюса следует поставить на место. Нам нужен мир, а нашим людям – покой. И мы дадим его им. – Она переплела свои пальцы с пальцами Аарванда. – Мы будем в вечном долгу перед тобой, Вианна.
– Сколько лагерей нам предстоит обойти? – Я твердо смотрела в глаза Аарванду, не реагируя на улыбку Кайи.
– Регулюс разместил свои войска на семи стратегически важных точках, – сообщил он. – Мы высадим вас совсем рядом. Вы пройдете через щит, после чего сможете рассчитывать только на себя. – Он сжал губы. А я слишком хорошо знала князя, чтобы не заметить его гнев.
Он серьезно считал, что я иду исключительно потому, что ему это – по какой бы то ни было причине – не нравилось?
– Твои люди будут ждать, пока мы вернемся? – продолжила расспрашивать я. – Или это чересчур опасно?
– Самое опасное – это что барьеры станут проницаемыми в те моменты, когда вы проникнете туда и обратно, – влезла Кайя. – Это может вызвать проблемы, и мы пока не решили, как поступить.
Аарванд проигнорировал ее возражение, которое казалось не таким уж необоснованным.
– Мы разместим несколько подразделений по другую сторону щитов, и они немедленно вмешаются, если что-то пойдет не так, – заявил он.
Кайя погладила его по руке, чтобы привлечь внимание.
– Это не входило в наш план. Такие перемещения войск сигнализируют Регулюсу, что мы что-то замышляем. Нельзя так рисковать.
– План только что изменился, – с напряжением в голосе процедил Аарванд. – Я не брошу на произвол судьбы никого, кто ради нас подвергнется подобной опасности.
– Разумеется, нет. – Кайя промокнула уголки рта. – Это безответственно. Обсудим это позже в спокойной обстановке. Кто-нибудь еще хочет вина?
– Еще как, – проворчал Калеб. – Ты велела принести из погреба самые дорогие сорта, Кайя.
Она одарила его улыбкой.
– У меня было достаточно времени, чтобы со всем тут ознакомиться. Обожаю этот замок.
Ну конечно же, и однажды она станет в нем хозяйкой. Допив свой кофе, я дожидалась первой возможности, чтобы уйти, не выглядя при этом грубой. Когда Нэа и Тирза поднялись, я присоединилась к ним.
– Я тоже скоро приду, – пообещала Маэль, но, судя по взглядам, которыми они обменивались с Эйденом, я в этом сомневалась.
– Мы все сегодня рано ляжем, – сказала Кайя. – Наступают весьма напряженные дни.
Аарванд с отсутствующим видом кивнул, и она незаметно наклонилась к нему.
– Сладких тебе снов, Мышонок, – крикнул мне вслед Калеб. – Ты же в курсе: то, что приснится в новой кровати в первую ночь, обязательно сбудется.
Я помахала ему на прощание, надеясь, что этой ночью буду спать без сновидений.

* * *

На следующий день мы со всей своей утварью перекочевали на кухню во флигеле дворца. Ученые Аарванда уже подготовили бо́льшую часть и теперь с нетерпением ждали указаний Маэль. Пришло время окончательно покончить с секретностью. Эти люди обязаны понимать, как создавать противоядие.
Около полудня Калеб зашел за мной и проводил к Аарванду в зал для аудиенций, где уже собрались его офицеры. Равно как и Эйден, Эш и все остальные ведьмы и колдуны, которые владели воздушной магией и должны будут подбросить лекарство в лагерь верховного короля. Кайя сидела в кресле у окна и внимательно следила за обсуждением. На ней было великолепное платье, переливающееся в лучах солнца всевозможными оттенками бледно-розового. Длинные светлые волосы свободно переброшены через левое плечо. Своими раскосыми глазами она с интересом наблюдала за мной. Я ей кивнула. Она не виновата в тех вещах, которые сказал мне Аарванд, и до сих пор всегда вела себя со мной вежливо. Вежливо, но дистанцированно, что, собственно, было правильно.
Аарванд тоже мне кивнул:
– Подойди к нам, Вианна, – попросил он. – Мы как раз обговариваем распределение.
Я подошла к столу, но встала рядом с Эшем. Раздраженно сверкнувшие глаза Аарванда проигнорировала. Я на него не сердилась. Нас влекло друг к другу, однако мы не обязаны беспомощно повиноваться чувствам. В будущем я буду достаточно благоразумна, чтобы не поддаваться этому притяжению.
– Поделим вас на семь групп, – объяснил первый офицер князя и постучал пальцем по разным точкам на разложенной перед ним карте. – Это переходы на границе. Верховный король должен преодолеть эти горные вершины, чтобы попасть к границе Коралиса, а там мы встретимся с ним в решающей битве в Анапуре. – Он указал на небольшое зеленое пятно на другой стороне склона горы, с которым я уже давно была знакома. – Станет огромным преимуществом, если многие из армии Регулюса утратят иммунитет к магии, – добавил он. – В численности он все еще значительно нас превосходит.
– У нас уже есть подразделения на тех позициях, – сказал Аарванд. – Сейчас мы перемещаем войска под переходы. Вы будете под защитой. Я бы предпочел, чтобы вы с Эйденом находились в одной группе и взяли на себя вот этот лагерь. – Он ткнул в точку в горах. – Самый крупный.
– Но наши с Эйденом способности сильнее, чем у большинства одаренных, обладающих воздушной магией. Мы умеем оставаться невидимыми дольше всех. Нелогично отправлять нас вместе. В экстренном случае мы сможем спасти по крайней мере еще одного человека.
– Я уже говорила ему то же самое. – Кайя встала и с улыбкой подошла к нам. – Он вечно забывает, какой могущественной силой ты наделена. Я рада, что ты на нашей стороне.
Я моргнула, потому что фраза прозвучала странно.
– Конечно. Забудь. – Аарванд потер рукой шею.
Калеб откашлялся.
– Давайте предоставим Эйдену и Эшу право сформировать группы. Они лучше всех знают своих людей. Я решу, кто отвезет вас в горы. Некоторые места недоступны для келпи. Придется задействовать драконов, но тогда присутствует риск, что нас засекут шпионы Регулюса. Тебя, Мышонок, понесу я. Вот сюда. – Он вновь указал точку на карте, и Аарванд на мгновение шумно втянул в себя воздух. Впрочем, когда я перевела взгляд на него, он лишь кивнул.
– Ладно, – ответила я. – Все, что мне надо знать, – когда и где я должна оказаться. Остальное мы обсудим с Маэль. Она даст нам инструкции по поводу порошка.
– В лагерях вы будете предоставлены сами себе, – опять заговорил Аарванд. – Запасы питьевой воды размещают возле полевой кухни. Их обычно несколько, в зависимости от размера лагеря. Внимательно осмотритесь. Мы поднимем вас сразу после заката, чтобы вам было проще перемещаться, когда большинство солдат уснут. Следите за синими волками.
– Они тоже в его армии? – Это на самом деле проблема.
– Не знаю, но вы должны быть готовы ко всему. Не задерживайтесь там дольше, чем на полчаса. Если не удастся обработать всю воду, ничего страшного. Ваша безопасность на первом месте.
– Когда отправляемся?
– Через три дня, – сказал Эш. – К тому времени армия магов и Конгрегации тоже доберется до Анапура в подкрепление войскам Коралиса и Цамореля. Когда самарий перестанет действовать, снимем щиты. Регулюс не станет долго медлить и ворвется в Коралис. И если нам повезет, попадет в эту ловушку. Мы разобьем его и вернемся домой, а потом все будем жить счастливо до конца наших дней.
Я недоверчиво покачала головой:
– Звучит как сказка.
– Так и будет. Максимум через две недели этот кошмар может закончиться, – просияла Кайя, глядя в мою сторону.
Выдавив из себя ответную улыбку, я проигнорировала возобновившиеся разговоры мужчин и женщин вокруг:
– Жду не дождусь.

Глава 10

Нэа и Тирза ждали меня перед залом.
– У тебя еще есть дела или хочешь пойти с нами в город? – спросила сестра Аарванда, когда я вышла. Вместе мы двинулись в направлении моей комнаты.
– Думаю, на сегодня я все закончила. – Аарванд собирался сам показать мне город, однако разумнее будет больше не проводить время с ним наедине. – Я только быстро переоденусь. – После приготовления противоядия всю мою рубашку покрывали брызги неопределенного цвета.
Тирза окинула меня взглядом. Сама она надела зеленые кожаные брюки, обтягивающий белый свитер с высоким воротником и сапоги. На поясе висели два метательных ножа.
– Мы пока зайдем за своими плащами, – сказала она. – Не давай Серене слишком тебя наряжать. Иногда она перегибает палку. Мы просто погуляем по городу.
– Не волнуйся, – ответила я. Меня позабавило, что юная келпи считала нужным давать мне советы по общению с русалкой. – Мы с Сереной на одной волне.
Нэа изогнула бровь и прочистила горло.
– Она просто хочет, чтобы ты почувствовала себя в безопасности, – предостерегла меня она. – Русалки очень коварны. Ты вообще ничего не замечаешь, а потом они нападают. И внезапно она заставит тебя надеть неприличное платье и высоченные каблуки и выкрасить волосы в розовый.
– С тобой она уже так поступала? – шокированно спросила я.
– Неа, со мной нет. В конце концов, я принцесса, а она бы никогда не сделала ничего, что разозлит Аарванда. Она готова целовать землю под его ногами.
Я рассмеялась:
– Я уже заметила. Если ее послушать, то можно подумать, что он чуть ли не воду в вино превращает.
Тирза хихикнула:
– Может, она реально в это верит.
– Все его подданные такие преданные?
– Русалки особенно ему обязаны. Регулюс запер их в шахтах. Некоторые залежи самария находятся под водой. Верховный король обязал их вести там раскопки. Хотя русалки живут под водой, им надо периодически выныривать. До некоторых идиотов-надзирателей Регулюса это не доходило. Много русалок задохнулось, а у другой их части на коже остались ожоги от самария. Когда об этом узнал Аарванд, то отправил в шахты своих офицеров и приказал перевезти русалок сюда. Поначалу Регулюс дико разозлился, а потом отнес это к причудам Аарванда. С тех пор их народ живет здесь, а Серена считает своим долгом защищать княжеский дом. Что включает в себя желание нами командовать.
– Вся ее семья погибла в шахтах, – негромко добавила Тирза. – И теперь она всех нас сделала своими приемными детьми.
Эта история была насколько ужасной, настолько же и прекрасной. Я вполне могла себе представить, в какую ярость пришел Аарванд, когда ему стало известно об обращении с русалками. Открыв дверь в свои покои, я перешагнула порог.
– Встречаемся внизу, – шепнула мне Нэа. – Поторопись.
Серена вышла из ванной и изумленно покачала головой.
– И ты в таком виде была на совещании с князем?
– Ему это не мешало, – откликнулась я, одновременно задаваясь вопросом, откуда она об этом узнала.
Русалка потянула меня к шкафу.
– Раздевайся, – приказала она и начала в нем рыться.
– Мне нужно что-то теплое. Я иду в город с Нэа и Тирзой.
– Тихо! – шикнула она. – Мне надо сосредоточиться.
– В том, чтобы выбрать свитер и штаны, нет ничего особенно сложного. Вот этот симпатичный. – Я взялась за темно-красный свитер, который показался мне очень теплым.
Она шлепнула меня по пальцам:
– Для этого цвета ты слишком бледная. Тебе следует чаще бывать на солнце.
Я нахмурила лоб:
– Это мой нормальный цвет кожи. Сильнее я не загораю.
– Это мы еще посмотрим.
В результате на то, чтобы одеться соответственно вкусам Серены, ушло около часа. Тирза и Нэа слонялись перед выходом из замка и ухмыльнулись, когда я, задыхаясь, сбежала вниз по главной лестнице.
– Она немного чокнутая, – заключила я.
– А мы тебя предупреждали, – сказала Нэа. – Установи ей границы, хотя должна признать, что ты еще никогда не выглядела так красиво.
– Благодарю за комплимент, – съязвила я, однако втайне с ней согласилась. Я надела узкие темно-коричневые брюки и мягкие сапоги из такого же материала. А к ним темно-зеленый свитер. Плащ был из зеленого бархата. Серена заплела мне волосы и так аккуратно накрасила, что макияж почти не бросался в глаза, но немного цвета убрало усталость с моего лица. – Пойдем, пока нас еще кто-нибудь не задержал. – Вопреки здравому смыслу, я до последнего надеялась, что объявится Аарванд. Он хотел показать мне город и свою страну, но, конечно же, у него другие дела. Ему предстояло важнейшее сражение в жизни. Если мы одержим победу, он достигнет всего, чего когда-либо желал.
Столица Коралиса начиналась прямо перед дворцом. Мы один раз обошли его вокруг и оказались у широкого открытого прохода. Я остановилась, чтобы запомнить этот вид. На улице перед нами кипела жизнь. Повсюду сновали мужчины, женщины и дети. В домах расположились магазины, мастерские, кафе и бары. Я точно не знала, чего ожидала, но уж точно не такой нормальности.
– А у города есть название? – полюбопытствовала я, когда Нэа потащила меня дальше.
– Коралис. Он называется так же, как наша страна. Не очень изобретательно, но он всегда носил такое название. На древнем языке богинь это слово означает «тайна», но об этом уже вряд ли кто-то помнит.
Я покачала головой, думая об основателях города и спрашивая себя, не было ли это вообще идеей Мерлина.
Остаток дня мы занимались тем, что заглядывали в разные магазины и примеряли самые странные вещи. Устроили себе поздний обед в одном из уличных кафе, пили подозрительные цветные напитки, причем я сомневалась относительно содержания в них алкоголя, так как с каждым часом они все больше меня расслабляли. Когда зашло солнце, зажглись уличные фонари и окутали дома, деревья и фонтаны мягким светом. Из баров доносилась музыка, и у меня неожиданно возникло желание танцевать. В одном из ресторанов мы обнаружили Калеба и Эме. Они сидели за столиком на двоих и не сводили друг с друга глаз. На этот раз Калеб выглядел абсолютно серьезным.
– Ему будет тяжело, – тихо произнесла Нэа. – Никогда еще его таким не видела.
– Каким?
– Таким влюбленным. Хотя «влюбленный» – не то слово. Его недостаточно для того, что связывает их обоих.
Да, его правда недостаточно. Любой, кто их увидел, понял бы, что они созданы друг для друга.
– Ты не думаешь, что она могла бы остаться тут, когда мы закроем Источник? – спросила Нэа и внезапно показалась такой юной, какой и была на самом деле. – Это разобьет ему сердце.
– Это ей решать, – ответила я. Осталась бы я сама, если бы Аарванд меня об этом попросил? Правда в том, что я не знала. К счастью, мне и не придется принимать такое решение. – Пошли обратно в замок. Уже поздно.
– А мне казалось, ты хотела потанцевать, – возразила Тирза. – Ну давай. Ведь это, может быть, твой последний шанс. Мы покажем тебе один клуб. Тебе понравится.
Я еще никогда не ходила в клуб. В Гластонбери слишком сильно болела, а в Пемпоне, логично, ничего подобного не было. Мне скоро двадцать, а я еще ни разу не танцевала со своими ровесниками всю ночь напролет. Они обе правы. Вероятно, сейчас и правда мой единственный шанс. Так много всего могло пойти не по плану. Меня могли ранить или убить.
– Ладно. Иначе вы не отстанете.
– Ура. – Нэа вскинула кулак в воздух. – Тогда вперед.
Музыка в клубе играла так громко, что мы абсолютно не слышали друг друга. Но это было и не нужно. Тирза вытащила меня на танцпол, и больше мы его не покидали. Периодически кто-то приносил мне напитки, а все остальное время я танцевала. И выбросила из головы, что находилась в зале, полном демонов. Практически ни у одного из них не наблюдалось признаков отравления самарием, как мне показалось в свете мерцающих разноцветных огней. Аарванд хорошо заботился о своем народе. Из клуба мы ушли только на рассвете. Улицы опустели, а от сырых камней мостовой поднимался туман. Усталые, но счастливые, мы побежали обратно к замку, и я запретила себе думать о том, как провел эту ночь Аарванд.

* * *

Выходя из зала, в котором завтракали, обедали и ужинали офицеры и гости Аарванда, я собиралась помочь Маэль и Эме, когда меня остановил окрик:
– Вианна!
Я обернулась на Аарванда.
– Длинная выдалась ночь? – сдержанно улыбнулся он.
Я смущенно повела плечами. Само собой, на мне явно отразились похмелье и всего пара часов сна.
– В этих ярких штуках был алкоголь, да? Я сразу не заметила.
– И чем ярче, тем больше, – с ухмылкой подтвердил он. – Нэа и Тирза тебе не сказали?
Я помотала головой:
– Они еще слишком маленькие, чтобы пить такое.
– Собираешься запретить им? У меня не получилось.
– Тогда я даже пробовать не буду. Ты что-то хотел? Я сейчас иду к Маэль. Ей понадобится помощь с базой для противоядия.
– На самом деле у меня одно важное дело. У тебя найдется время пойти со мной? Это не очень надолго.
Мы вообще не должны проводить время наедине, но несмотря на это, я пожала плечами и последовала за ним. В холле нас поджидала Серена. Глаза у русалки возбужденно блеснули, когда она накинула мне на плечи теплую шубу из белоснежного меха.
– Удачи, – прошептала она мне.
– Ты даже не рассчитывал, что я откажусь? – Я не знала, то ли мне злиться, то ли смущаться.
– Скажем так, надеялся, что твое любопытство перевесит.
Порыв свежего ветра растрепал мне волосы, когда мы вышли на улицу. Аарванд повернулся ко мне и, прежде чем я успела запротестовать, надел мне на голову капюшон.
– Холодно? – Кончики его пальцев касались моих щек.
– Нормально. Не поведаешь мне, куда мы идем? – Я огляделась по сторонам. – Одни?
– Мы попросим богинь о помощи. Пускай уже не многие из нашего народа верят в их могущество, существует древний обычай, в котором военачальник перед битвой идет к их алтарю и приносит жертву.
– Если ты военачальник, это значит, что я жертва? Потому что, если это так, то я лучше снова вернусь в замок.
Аарванд хрипло рассмеялся, и в этом смехе звучали нотки отчаяния.
– Ради богинь, Вианна. Естественно, ты не жертва. Я подумал, что это может тебе понравиться. Я хотел показать тебе Коралис, но ты же не смогла подождать.
– Ты был занят. Мне не хотелось тебя обременять.
Мы молча шли по лесу. Я не видела дороги, однако Аарванд так целеустремленно шагал вперед, что становилось ясно: нужное место он искал не впервые, и, хотя на этот раз кроны деревьев покрывала не зеленая, а разноцветная листва, я мгновенно узнала поляну, когда мы на нее ступили. Я тихо ахнула, и Аарванд оглянулся на меня.
– Что такое?
– Я уже была здесь однажды, – сказала я. – Только тогда на поляне стоял огромный котел.
– Котел перерождения? – Он приподнял бровь. – Когда это было?
– Вы так называете котел богинь?
– Когда, Вианна?
– Когда проводила ритуал, чтобы выяснить, каким даром обладаю. Думаю, я была не именно тут, а в каком-то месте, которое идентично этому. Но оно должно находиться в моем мире. Как бы я очутилась на Керисе?
Он вздохнул:
– Места, подобные этому, существуют и в твоем, и в моем мире. Некоторые видимы, другие богини скрывают под завесой. Когда ты пришла туда, они явились все вчетвером?
Я кивнула:
– А когда вернулась, на меня напали три демона, и потом появился ты в облике дракона, помнишь?
Он прищурился:
– Как я мог забыть? Идем дальше. – Аарванд уверенно направился к крупному валуну, который стоял на краю рощи и которого я прежде не замечала. Он достал из-под своей шубы небольшой мешочек. Я встала рядом, и князь провел рукой по камню. Проступили руны и символы.
– Трикветр, спираль, кельтский узел и крест. – Я провела пальцами вдоль линий, образующих спираль. Судя по всему, миновали столетия, с тех пор как кто-то выбил эти знаки на камне, так они сгладились от ветра, снега и дождя. Те же символы, что и на документе в нашем гримуаре. Вряд ли это совпадение.
– Давным-давно здесь был храм, в котором жрицы почитали богинь, – рассказывал Аарванд. – Предположительно, его разрушили вскоре после нашего изгнания и больше не восстанавливали. Мой народ долго злился на богинь. Но жертвенный камень сохранился, а старая вера не была утрачена навсегда. – Он раскрыл мешочек. – Многие все еще совершают паломничества в это место, чтобы вымолить защиту у богинь. Особенно перед важными событиями. Свадьбами, родами и битвами. Я не хотел начинать эту войну без их благословения и подумал, что тебе тоже захочется попросить их о помощи.
– Не то чтобы они мне благоволят. Богини пленили моего отца в Гламоргане, а в царстве Морриган я несколько раз чуть не умерла. Они допустили, чтобы Регулюс взял в заложники меня и моих сестер, а Арианрод пыталась забрать тебя себе.
– Кажется, ты постепенно начинаешь мечтать, что лучше бы отдала меня ей. – Уголки его рта дрогнули.
– Нет, – честно сказала я. – Она бы превратила тебя в раба, а это неправильно. Никто такого не заслуживает.
Аарванд развязал шнурки на мешочке. Мое удивление достигло своего пика, когда он вынул оттуда сочное темно-красное яблоко.
– У тебя атаме с собой?
Я кивнула. Без ритуального кинжала я больше никогда никуда не выходила. И обычно прятала его на поясе.
– Будь добра, разрежь яблоко на шесть частей.
Я постаралась поделить яблоко ровно на шесть одинаковых долек и положила их на камень. Пускай и не понимала скрытого за этим смысла.
– Разделим это яблоко с богинями, чтобы и они взамен даровали нам часть своего бессмертия. Не бессмертия наших тел, а бессмертия душ. – Аарванд протянул мне один кусочек, и у меня вдруг пересохло во рту. – Ешь, – велел он мне.
Я покорно прожевала, и неожиданно на опушке леса раздался треск. Я осторожно повернула голову. И обнаружила среди деревьев белоснежную олениху, внимательно наблюдавшую за нами. Затем, каркнув, на ветку голого дерева сел черный ворон.
Аарванд поднял руку и провел большим пальцем по уголку моего рта. У меня по спине побежали мурашки.
– Керидвен и Морриган, – шепнул князь и вновь полез в свой мешочек. Теперь он извлек оттуда ветку омелы. Листья на ней уже пожелтели, а из-под них свисали маленькие белые ягодки. Он положил ее рядом с яблочными дольками. – Одну жертву тебе все-таки придется принести, – медленно произнес Аарванд. – Чтобы даровать удачу армии.
– И какую же?
Он преодолел то крошечное расстояние, что сохранялось между нами, положил одну руку мне на талию, а другую – на затылок.
– Поцелуй.
– Как дань уважения богиням? – С того момента в хижине Аарванд больше меня не целовал. Во всяком случае не в губы, к тому же он говорил, что снова сделает это лишь тогда, когда я сама его попрошу. Когда я этого захочу. А я хотела. Невзирая на расставание, которое неизбежно нас ждало, и невзирая на Кайю.
Аарванд увидел ответ в моих глазах. Он нежно поцеловал сначала мой лоб, потом кончик носа и щеки. Его теплое дыхание ласкало мне кожу. Он целовал меня не по-настоящему, а наблюдал за мной, пытаясь понять, как много я позволю ему на этот раз. Так же, как и я, он точно знал, что произойдет, когда наши губы сольются вместе. Мои пальцы вцепились в отвороты его черной шубы, притягивая Аарванда ближе. Язык слегка скользнул между его губ, в тот же самый миг, когда и его язык осмелился двинуться вперед. Его дыхание превратилось в сдавленный стон, а меня пронзил обжигающий разряд молнии. Шум ветра стих. Закружились разноцветные листья. Из-за дуба вышел пес из белого тумана, но с красными ушами.
– Арианрод, – прошептал Аарванд мне в губы. Он снял с меня капюшон, наклонился ниже и царапнул зубами кожу на моей шее.
Я ахнула, но он тут же смягчил боль, быстро лизнув это место языком. Пусть поцелует меня. Поцелует по-настоящему.
– Аарванд, – взмолилась я. То, что мы делали, было неправильно. Это намного больше, чем сделали бы друзья. Ему следовало взять с собой Кайю и провести этот ритуал с ней, но у меня не хватало сил оторваться от него, потому что это не чувствовалось неправильным. Его губы танцевали на моих. Покусывали и облизывали. Это не поцелуй. Это пытка. Я не дышала, я задыхалась.
Снова раздался какой-то звук, однако теперь он скорее напоминал шорох. Аарванд продолжал держать мое лицо в своих ладонях, но взглянул поверх меня в сторону леса.
– Бригида, – пробормотал он. – Она пришла к нам в виде змеи – символа распада и обновления. Не бойся, – добавил он, когда меня охватила дрожь. Дрожь, в которой был виновен не страх.
А потом он наконец поцеловал меня по-настоящему. Его твердые губы встретились с моими мягкими. Он языком приоткрыл мне рот и поглотил меня, воспламенил, хотя не прикасался ни к чему, кроме щек и губ. Я прильнула к Аарванду, и вздох стал ответом на мои попытки стать к нему еще ближе. Он прикусил мою нижнюю губу. Его поцелуи покрывали мою шею, и у меня обмякли колени. Крепко держа меня, он потянул мои завязанные волосы и распускал их, пока не смог зарыться в них руками. Мои пальцы легли ему на шею, и я поцеловала нежную кожу под его ухом. Я не знала, как долго мы простояли перед алтарем, целуясь и дотрагиваясь до каждого места, не прикрытого одеждой. Однако солнце висело уже значительно ниже, когда Аарванд взял мои ладони в свои и перецеловал костяшки пальцев. Затем прижал меня к себе и крепко обнял. Я уткнулась лицом ему в грудь. Под его теплой кожей гулко стучало сердце.
– Они приняли нашу жертву, – прошептал он.
Яблочные дольки и ветвь омелы действительно пропали.
– А ради чего именно была эта жертва?
– Ради победы, ради счастливого конца, ради твоего «навсегда». Выбирай, что хочешь. – Он улыбнулся, глядя на мои губы. – Хотел бы я, чтобы это был наш первый поцелуй, – сказал он. – Не поцелуй в библиотеке или в хижине.
– Почему?
– Потому что оба раза ты была к этому не готова, потому что боялась, потому что ты любила Эзру, а я не имел на это права.
Все, что он говорил, было правдой и в то же время нет. Аарванд ласково пригладил мне волосы, а потом мы пошли обратно. Никто из нас не произнес ни слова, да это было и ни к чему. Мы оба желали этого поцелуя и нуждались в нем. Вот только он все еще больше усложнил.

* * *

Серена с любопытством покосилась на меня, когда я вернулась в комнату. Однако, к моему удивлению, ничего не спросила, как и мои сестры. Эме вязала, сидя на своей кровати, и мирно напевала что-то себе под нос, а Маэль расписывала бледно-зеленую кожу Серены причудливым узором из хны.
– Не собираетесь спрашивать меня, где мы были? – подозрительно сказала я, перекинув шубу через стул. Серена укоризненно цокнула языком. Могли бы и не притворяться такими безучастными. Наверняка они торчали у окна и наблюдали, как мы с Аарвандом выходили из леса, держась за руки.
– Твои покрасневшие губы сообщили нам достаточно, – неожиданно ответила Эме.
– Давно пора, – заявила Серена, любуясь рисунками у себя на руке. – Прислуга уже несколько дней подряд жалуется, что Аарванд становится все невыносимее. Мы просто ничем не можем ему угодить. Надеюсь, сейчас он немного расслабится.
– Как здорово, что я пригодилась.
– И как теперь между вами все будет дальше? – спросила Эме и отложила в сторону шарф, который вязала.
– Нет ни «нас», ни «дальше». И вам прекрасно это известно. Мы принесли жертву богиням и попросили у них благословения на битву.
– Он привел тебя в Рощу богинь? – пискнула Серена, и ее огромные прозрачно-голубые глаза расширились еще больше, если такое в принципе возможно. – Я думала, он поведет тебя в какое-нибудь миленькое кафе.
– Нет, мы разрезали яблоко у алтаря и принесли ветку омелы. Потом поцеловались, а богини явились в образах своих животных-покровителей, – протараторила я. – И после поцелуя дары исчезли.
– А поцелуи относились к ритуалу или это бонус для Аарванда? – Маэль, словно не веря, покачала головой.

– Эмм. По-моему, к ритуалу.
– Вы с Аарвандом тоже ели то яблоко? – уточнила Серена.
Я недоверчиво кивнула:
– Это означает что-то, о чем мне следует знать?
Она вскинула обе руки и замахала ими:
– О нет. Я тебе не скажу. С этим он и сам прекрасно справится.
– Серена. Что это значит? – Я шагнула к ней, но русалка подпрыгнула и схватила мою шубу.
– Мне пора возвращаться к работе. – И она молнией вылетела из комнаты.
– На двух ногах она передвигается так же быстро, как с рыбьим хвостом. Поразительно, – пробормотала Маэль.
Я уперла руки в бока:
– Вы в курсе, что это значит, так ведь?
– Похоже на древний обычай, – уклончиво откликнулась Маэль. – Больше я не знаю. В моем представлении, если двое людей делят яблоко, то им обоим просто захотелось один и тот же фрукт.
– Очень смешно. Эме, у тебя есть идеи?
– Нет. Но могу спросить Калеба. – Она вскочила. – Спросить?
Я почесала затылок.
– Нет, при возможности я сама спрошу у Аарванда.
– Все равно схожу к Калебу. Я тут подумала, что мне тоже резко захотелось кусочек яблока. – Она расплылась в улыбке от уха до уха.
Маэль расхохоталась в голос, а затем прижала руку ко рту.
– Что этот демон сотворил с нашей целомудренной и всегда такой сдержанной сестрой?
– Мне тоже интересно. Ты вообще не боишься его потерять, Эме?
– Боюсь, естественно, – твердым голосом произнесла она. – Но я бы больше боялась переживать это сложное время без него.
– Ты все-таки посмотрела в будущее, не так ли? Тебе известно, что на нас надвигается?
Она склонила голову набок:
– Я заглянула в одно возможное будущее, и то, что я там увидела, заставило меня понять, что я краду у себя все, что мне даровали богини. – Она развернулась и направилась к выходу.
– Звучит так, словно хорошего конца не намечается, – сказала я Маэль.
– Ты так думаешь? А как по мне, звучит так, словно она наконец пришла в себя и готова хоть раз подумать о себе, а не только о нас. Что, кстати, случилось только благодаря умениям Калеба чистить яблочки.
Мои губы изогнулись в ухмылке.
– Ты невыносима. – Я плюхнулась на кровать.
– Мы выигрываем и проигрываем, Вианна, – тихо произнесла она. – Важно лишь воспринимать победы и поражения тем, чем они являются.
– И чем же?
– Частями нас самих. Причем теми частями, на которых вырастают наши души. – Она закрутила крышку на флакончике с хной. – И поэтому я сейчас тоже схожу к Эйдену и немножко его побешу. Ему в жизни срочно требуется парочка поражений и капелька удовольствия.
– Иди, раз ничего не можешь с собой поделать. Главное, приходите все вовремя к обеду, чтобы мне не пришлось сидеть там одной с Аарвандом и с Кайей. Это будет странно.
– Как будто мы бы бросили тебя с ними одну. Можешь на нас положиться. Эйден все равно не способен на такие чудеса, чтобы произошло нечто подобное.
– Прошу тебя, – застонала я. – Без подробностей.
Сестра, смеясь, покинула комнату, а я свернулась калачиком на постели. Почему я не могла просто пойти к Аарванду?

Глава 11

Спустя два дня около полудня одаренные и демоны, которым предстояло доставить противоядие в лагеря Регулюса, собрались перед замком. Мы лишь немного передохнем в Анапуре, а затем с наступлением вечера полетим или поедем в горы.
– Не надо идти на неоправданный риск, – предупреждал меня на прощание Аарванд. – Если что-то покажется тебе странным, если подумаешь, что тебя засекли, то тут же исчезайте.
– Я знаю, что мне нужно делать. – Его тревога вызвала у меня улыбку. После того поцелуя нам больше не представлялось шанса поговорить без посторонних.
Даже сейчас Кайя цеплялась за его локоть. Она будто вообще больше от него не отлипала.
– Наша победа зависит от успеха вашей миссии, – вставила она.
– Разумеется. Увидимся через пару дней в Анапуре.
К тому времени все войска должны собраться на равнине. Армия одаренных доберется до нее уже завтра вечером. Ее возглавят Лоран и Эш.
– Ну, что ж, тогда… – Мне очень хотелось его поцеловать, но не перед Кайей. Я отвернулась и пошла к Калебу, который успел перевоплотиться.
«Забирайся, Мышонок». 
Эме стояла возле него, она погладила его чешую, а потом обняла меня.
– Удачи.
– Я должен был тебя понести. – Аарванд внезапно оказался позади меня.
Маэль отвлекла Кайю разговором, и так мы выиграли момент наедине.
– У тебя другие дела, и тебе необходимо оставаться со своими людьми.
Он понизил голос:
– По-моему, все слишком гладко. Это подозрительно.
– Это не подозрительно, это результат нашей совместной работы.
– Надеюсь, что ты права. – Он поднял меня и посадил на спину Калебу. – Будь осторожна.
– Ты тоже. – Кайя, несмотря на беседу с Маэль, не выпускала нас из поля зрения. – Ступай к ней. Она ждет тебя, а нам пора.
– Конечно. – Он погладил меня по лодыжке, висевшей на боку у Калеба, и послал мне волну тепла. – Держись крепко. Калеб любит иногда закладывать опасные виражи.
Калеб фыркнул:
«Буду нести ее, как будто она стеклянная, братец». 
– Именно это я бы тебе и посоветовал. – С этими словами он отошел, а Калеб взмахнул крыльями, чтобы взлететь.
«Думаю, прощальный поцелуй был бы уместен». 
Я перегнулась через его спину:
«Он не может просто взять и поцеловать меня. Не перед Кайей». 
«Да все он может». 
«Это наше дело, займись своими собственными проблемами, а сейчас лети», –  велела я. Другие драконы тоже взмыли в небо, и табун келпи сорвался с места. Я различила гривы Нэа, Тирзы и Тарона. Наверное, Аарванду действительно казалось странным оставаться одному. Впрочем, он не совсем один.
Калеб размеренными взмахами крыльев несколько часов нес меня по воздуху. Над равниной Анапура он сделал несколько кругов, чтобы я получше разглядела бесчисленное множество палаток, которые там уже расставили. Армии Коралиса и Цамореля. Когда к ним присоединится Лоран с нашим войском, будет трудно представить, что армия Регулюса больше.
Мы приземлились, и меня отвели в палатку. Один за другим прибывали другие одаренные, и мы вместе устроили легкий вечерний перекус. Каждый осознавал, что стояло на кону и как опасна наша затея. Чем больше демонов станут невосприимчивы к самарию, тем меньше жертв в своих рядах мы будем оплакивать. Когда опустилась ночь, я вместе с Калебом вышла из палатки.
– Я отнесу тебя вон на ту высоту. – На вершине горы светился сигнальный огонь. – Это часовые Регулюса. Они разместились за защитным барьером. Нам надо их вырубить.
– А ты справишься?
Он забавно фыркнул:
– Для того я и здесь. Думаешь, Аарванд доверил бы твою жизнь кому-то еще? Удивлен, что он вообще тебя отпустил.
– Он бы не смог мне помешать, и ему это известно. Я свободный человек.
– Ты не понимаешь. Он ведет себя с тобой так по-человечески, потому что подавляет все свои демонические инстинкты. Не хочет тебя пугать. Но мы по природе собственники и защищаем то, что принадлежит нам.
– Но я ему не принадлежу.
– Ты просто не позволяешь этому случиться.
Я закатила глаза, однако в темноте он этого разглядеть не смог бы.
– Один человек не может принадлежать другому. Эме тоже тебе не принадлежит.
– Нет, – негромко ответил он. – Но я принадлежу ей.
Я прикусила нижнюю губу, потому что в его голосе слишком отчетливо слышалась боль.
– Аарванд – демон до мозга костей и к тому же Дракон Мерлина. То, что он подавляет свою натуру, требует от него нечеловеческих усилий, и я надеюсь, ты сумеешь это оценить.
Позади нас из палатки потянулись другие ведьмы, колдуны и маги. Воздух вдруг наполнила беспокойная энергия и избавила меня от необходимости давать ответ. Время пришло.
Эйден подошел к нам и крепко меня обнял:
– Удачи. Эзра бы очень гордился, если бы видел тебя сейчас.
– Знаю. – На глазах навернулись слезы. – Мы делаем это и ради него тоже.
– Да, – согласился Эйден. – Он в наших сердцах.
– Береги себя! – прокричала я ему вслед.
Он запрыгнул на спину Тарону и взмахнул на прощание рукой. А потом они ускакали вместе в Нэа и Тирзой, которые несли на спинах двух ведьм.
Калеб превратился, и вскоре мы вместе с двумя магами отправились в путь. Я низко склонилась над спиной Калеба, который будто бы сливался с беззвездным ночным небом. Его крылья практически не двигались, так как по большей части дракон парил в потоках ветра.
Как и предусматривал наш план, он приземлился на небольшой возвышенности неподалеку от перевала, за которым находился лагерь нескольких батальонов Регулюса. Я почувствовала запах костра и жареного мяса и услышала громко спорящие голоса. Все это доносилось до нас сквозь защитное заклятие. То, что демоны сами не могли к нам прорваться, наверняка приводило их в бешенство. Я надела на плечи рюкзак, в котором лежало противоядие. Двое магов уже дожидались меня перед барьером. Мы втроем были одеты во все черное. Я им кивнула, после чего мы стали невидимыми.
– Itus . – Чуть сдвинув завесу щита, я проскользнула за нее. Оба мага, Калеб и два других демона последовали за мной.
Рядом с одним из пяти солдат сидел синий волк, полоса на спине которого вдруг окрасилась в золотой цвет. Часовой обернулся. Нас он не видел, зато Калеба с двумя демонами – вполне. Не обращая внимания на то, что происходило за нашими спинами, мы поспешили по дороге к лагерю. Приходилось положиться на то, что они быстро устранят противников и волка. Тропа оказалась каменистой, нужно было следить за тем, чтобы не издавать ни звука. За поворотом вспыхнул огонь, и я замерла. В этой точке горы словно немного раздвигались, давая место ожидавшим здесь солдатам. По склонам поднимались палатки и деревянные блиндажи. У костров сидели люди Регулюса, ели, ругались или полировали свои мечи. Один из магов за мной тихо ахнул при виде вражеской мощи и картины, которая нам открывалась. Ему еще не доводилось встречаться с демонами, пострадавшими от отравления самарием. А таких тут хватало.
– Пошли, – шепнула я, и воздушная волна сообщила мне, что эти двое разбежались, как мы и договаривались. Один – направо, второй – налево, а я пойду вперед, то есть через ряды сидевших здесь солдат. Я внимательно оглядывалась в поисках резервуаров с водой.
Долго искать не пришлось. Первые два стояли прямо возле блиндажа, где мужчина помешивал суп в гигантском котле. Пахло не очень-то вкусно. Я аккуратно стянула рюкзак, стараясь не нарушить чары невидимости, и вынула из него два флакона. К счастью, крышки были не полностью закрыты, так что я могла просто высыпать туда порошок. Однако на такое количество солдат двух бочек определенно недостаточно. Надо углубиться в лагерь. Так быстро, как это позволяла каменистая почва, я заторопилась дальше. А когда оглянулась, кто-то как раз наливал себе воды в кружку. Обращенную ко мне сторону его лица покрывал слой кожистой чешуи. Мы понятия не имели, забьют ли солдаты сразу тревогу, когда заметят, что следы отравления начинают пропадать, но это было разумным предположением. Увернувшись от двух увлеченных разговором мужчин, которые шли прямо на меня, я отыскала еще три резервуара и туда тоже опрокинула лекарство. Чем глубже я продвигалась, чем тише становилось вокруг. Вероятно, солдаты давно спали, однако у меня по спине все равно неприятно забегали мурашки. Звезды на шее тоже напомнили о себе. Все шло чересчур гладко. Но Регулюс не мог знать о противоядии и об этой нашей миссии тоже. Мы посвятили слишком мало человек и соблюдали максимальную осторожность. Я обработала еще пять бочек на возвышении по правую руку от себя. Осталось еще четыре пузырька. Использую их, а потом вернусь. У меня из-под ног выкатился камень и полетел вниз по склону. Этот звук разорвал тишину ночи. Я резко выпрямилась и застыла без движения. Из палаток молниеносно появились вооруженные до зубов демоны. Проклятье, почему я не была внимательней? Видеть они меня не могли, но, возможно, слышали громыхающий пульс.
Никто не двигался, но позади меня раздалось шипение.
«Так и знала, что он тобой пожертвует.  – Несмотря на противное звучание, я тут же узнала голос и оцепенела. Меня обнаружил не кто-то, а сама Ариза, принцесса Морады. Наверняка ее силы в змеином обличье значительно увеличились. – Ты недостаточно для него важна». 
Шипение приближалось.
Я продолжала стоять на том же месте и не шевелилась. Если брошусь бежать, она на меня нападет. Нужна идея получше. И быстро.
«Мне жаль, что ты больше не можешь принимать человеческий облик. Мы этого не хотели». 
Мне ответило гневное шипение. Плохая попытка.
«Я не нуждаюсь в твоей жалости, –  снова процедила она. Змеиное тело ползло по камням. – Я все еще принцесса, а ты – пустое место. Он использовал тебя так же, как использовал меня. А ты на что рассчитывала? Вы, человеческие девочки, слишком слабые создания». 
Нервы у меня едва не лопались от напряжения. В темноте мне не удавалось ее разглядеть, однако трение хвоста о землю и шипение звучали уже непосредственно передо мной.
«Я всего лишь хочу спасти свой народ».  – Не важно, что я говорила: это ничего не изменит. Ариза собиралась меня убить и сейчас просто-напросто решила немного со мной поиграть. Она так же жестока, как и ее отец.
«Так он поступает со всеми женщинами, ты не в курсе? Думала, ты особенная? Мне он всегда внушал это чувство, а Кайе пообещал на ней жениться. Я так на нее злилась. Бедная Кайя. От нее не укрылось, как он на тебя смотрел. И за это теперь будет наказан». 
Я заставила себя перестать слушать. Это лишь болтовня обиженной избалованной девчонки, и отчасти я даже ее понимала. Аарванд умел внушить женщине ощущение, что она особенная. Я приготовилась. И тут рядом со мной неожиданно возникла тень, и змеиное туловище с дерево толщиной выстрелило вверх. Раздвоенный язык мазнул по моему уху, и я успела почувствовать запах яда еще до того, как блеснули острые белые зубы.
– Mittare , – выпалила я, и Аризу ослепил огненный шар. Она отшатнулась. На самом деле пламя должно было обжечь ей кожу, но рассыпалось дождем искр. Самарий работал слишком хорошо. Я не стала дожидаться и выяснять, что она предпримет дальше, и побежала прочь. Чары невидимости ослабли, когда я прекратила на них концентрироваться. Повсюду в лагере зажигался огонь. Раздавался рев и звон металла, когда солдаты в полном боевом обмундировании вырывались из палаток. Они нас ждали, стало мне ясно в этот миг. Кто-то выдал наш план, но кто? Я бросилась вверх по склону. Может, мне повезет, и я пробегу по дуге и в итоге окажусь за щитом. Слышались вой и крики. Кровь застыла у меня в жилах. Видимо, они поймали одного из магов. Инструкции были предельно четкими. Никаких необдуманных порывов спасать друг друга. Это чистейшее самоубийство, и тем не менее я остановилась. Несколько демонов превратились. Я заметила вервольфа и три мантикоры. К ним кинулась гаргулья, со всей силы оттолкнула в сторону мантикору и выдернула у лежащего на земле мага руку из тела. Остальных захлестнула жажда крови. Мне стало плохо. Я больше не могла на это смотреть. Но и убежать тоже не смогла, потому что на меня напала Ариза. Она обвилась гладким холодным туловищем вокруг моих ног и при этом хохотала. Звучало так, словно принцесса потеряла рассудок.
«Так быстро ты не умрешь».  – Всем своим весом она сдавила мне легкие, выжимая из них кислород. Невидимость окончательно рассеялась. Магию применить не получалось, но нельзя допустить, чтобы Регулюс взял меня в плен. Он выдвинет Аарванду невыполнимые требования. Я полностью перестала брыкаться и позволила телу обмякнуть. То, что ей не оказывали сопротивления, выбило Аризу из колеи. На какой-то момент она ослабила хватку. Мне этого было достаточно. Выхватив атаме, я вонзила его в нее, не разбирая куда. Воздух пронзил визг, и она взвилась во весь рост, только чтобы опять обрушиться на меня. Змея немного отпрянула. Глаза у нее пылали темно-красным от ярости. Одна половина тела собралась в кольца, другая покачивалась вперед-назад. На следующем ударе она меня укусит. Этого не должно произойти, я обязана ее опередить.
– Alligio dupli . – На такой высоте мало что росло, однако пары корней хватит, чтобы связать Аризу. Большинство заклинаний от нее отскакивали, но обездвиживающее могло сработать. Мне требовалась лишь крошечная фора. Солдаты понеслись наверх по холму. В руках они несли факелы, на лицах читалось желание убивать, очень многие из них уже наполовину перевоплотились. У меня нет шансов. – Nocere!  – в отчаянии заорала я, и из кончиков моих пальцев ударил поток черного воздуха. Камни и щебень сталкивались друг с другом и летели на демонов. Ариза просто стряхнула с себя сплетенные корни и плавно переползла препятствие, ставшее для нее ничем.
«Сдавайся». 
Долго же ей придется этого ждать. Я снова побежала вверх на гору. А добравшись до вершины, шарахнулась назад. На другой стороне холм оказался не пологим, он круто обрывался, а откуда-то снизу прорывался шум бушующей реки.
«Ты сдаешься?» 
«Тогда вы запытаете меня и убьете. С чего бы мне это делать?» 
Ариза захихикала, и позади нее выстроились люди ее отца с жадным блеском в глазах.
Из ряда мужчин вышел Маррок. Хотя он не принял форму вервольфа, мое внимание привлекло кое-что другое. У него между пальцами что-то поблескивало. Он поднял этот предмет повыше, и тогда я его узнала. Одна из Монет изобилия. Ухмыльнувшись, он что-то прошептал. И вдруг на заросшей лишайником почве свернулось несчетное количество змей. Они были уменьшенными копиями Аризы, и не возникало ни капли сомнения, что каждая ядовита. От этого вида меня замутило. Безумный смех Аризы эхом отражался от склонов гор. Она явно развлекалась.
Живой я им не сдамся. На секунду прикрыв глаза, я подумала о Маэль и Эме и понадеялась, что Калеб возвратился невредимым и Эйден тоже. А потом сделала шаг назад и упала в пустоту.
Воздух надо мной разорвал рев. Вокруг меня сжались когти. Вдруг повсюду вспыхнул огонь, а я лягалась и пыталась освободиться.
«Успокойся». 
Облегчение оказалось таким всепоглощающим, что я немедленно подчинилась приказу. А вскоре после этого вновь ощутила твердую почву под ногами. Змеиное туловище Аризы было объято пламенем и с диким визгом извивалось на земле. Демоны отшатнулись назад от огня Аарванда, однако теперь снова подступали.
«Залезай!»  – Его голос рыком прозвучал в моей голове, и я по крыльям забралась ему на спину, вцепилась трясущимися пальцами в чешую.
Он взмыл вместе со мной в ночное небо. Нам вслед полетели горящие стрелы. Одна вонзилась ему в правое крыло, а другая попала в шею. Аарванд так сильно выгнулся вверх, что мне пришлось приложить все усилия, чтобы не отпустить чешуйки. Тем не менее я постаралась одной рукой дотянуться до стрелы в крыле. Нужно вытащить ее, прежде чем огонь прожжет плотную, но нежную кожу.
«Держись крепко».  – Это был уже не его человеческий голос, а рычание где-то глубоко во мне. Я опять стиснула пальцами чешую, когда он понесся вниз головой в ущелье и к реке. Нас преследовал град стрел. На противоположной стороне я заметила сотни людей Регулюса. Они распределились по позициям. Внутри меня нарастал страх. Аарванд все больше набирал скорость и умело уклонялся от стрел. И тем не менее они продолжали его осыпать. Некоторые впивались в него, другие просто отскакивали. Он защищал меня своими крыльями. Так он со мной лететь не сможет. Без меня Аарванд станет намного быстрее и хотя бы сам спасется. Откуда он вообще появился? Откуда узнал, в какой опасности я оказалась?
Оглушительный шум реки приближался. Дракон проскочил через узкое ущелье. У Аарванда будет шанс, только если он меня бросит. Прямо над нами раздался пронзительный визг. Огромные грифоны Регулюса пустились в погоню. Я швыряла в них огненные шары и молнии, когда Аарванд расправлял крылья. Удастся ли мне сотворить водное заклинание, чтобы не захлебнуться или чтобы волной меня не сбило на утес? Придется пойти на этот риск. Нас окатило новым дождем из стрел. Ликующие крики грифонов перекрывали даже грохот воды. Чем ниже мы опустимся к ее поверхности, тем мягче будет удар, надеялась я. У меня были весьма ограниченные навыки в плавании. Если повезет, течение просто вынесет меня куда-нибудь на берег. Оставалась всего пара метров. Позабыв про горящие стрелы вокруг, я смотрела на грязную серую пену. Вверх разлетались брызги. Я не допущу, чтобы Аарванд попал в плен к Регулюсу. Но это непременно произойдет, если я ничего не сделаю. Удары его крыльев едва заметно ослабли. Я на секунду прижалась лицом к теплой драконьей спине.
«Прощай». 
У меня в голове опять зазвучал рык:
«Не смей». 
«Это твой единственный шанс». 
Я хотела отпустить руки, но что-то крепко меня удерживало. Его когти уже касались воды, а мои пальцы сильнее вдавились в его чешую. Несмотря на водяные брызги, я разглядела синие драконьи чешуйки, которые распространялись по моим рукам и связывали меня с Аарвандом. Оторопев, я дернулась, но не смогла от него оторваться. Мне в спину угодила стрела, разорвав рубашку вместе с кожей. Меня затопила паника, однако это была не моя паника, а его.
«Потерпи,  – попросил он, – скоро нырнем». 
«Нырнем?»  – Я не умела нырять. Чешуйки с невероятной скоростью поднимались вверх по моим рукам, переползали на шею. Аарванд покрывал меня своей защитной броней. Справа к нам кинулся грифон и ударился ему в бок. Из его горла вырвался рев, и он отклонился влево. Чешуя добралась до моего лица, а затем я одновременно услышала и почувствовала, как что-то разорвалось у меня за ушами. Аарванд издал вздох облегчения, пускай я и не понимала, почему. Мы далеко не в безопасности. Совсем наоборот. Он вновь изменил направление, увернувшись от двух грифонов, которые щелкнули своими острыми клювами в его сторону, и погрузился в бурлящий поток. У меня в горле застрял вопль, когда вода сомкнулась у меня над головой. Я пыталась как можно дольше не дышать. Вода обжигала рану на спине, и боль растекалась по всему телу. Давление на легкие становилось все сильнее, чем глубже опускался Аарванд.
«Дыши,  – велел он. – Просто сделай это». 
«Тогда я еще быстрее задохнусь». 
«Дыши».  – Каждый звук пропитывала ярость. Чудо, что вокруг нас не вскипала вода.
Аккуратно втянув в себя воздух, я ждала, пока вода по дыхательным путям хлынет в горло. Вместо этого там оказался свежий кислород. Я почувствовала непонятное движение за ушами, как будто открывались и закрывались какие-то клапаны.
Аарванд, не сбавляя скорости, мчался по течению. Река впадала в море, не менее бурное, чем воды, окружавшие нас до этого. Возле нас ныряли другие драконы и шелки, а затем я заметила Нэа в ее обличье келпи. Широко распахнутыми глазами она наблюдала, как я летела под водой, тесно слившись с ее братом. Мне показалось, что я услышала ее ржание, прежде чем демоница пронеслась мимо нас, оставляя за собой огненный фонтан, с которым ничего не могло поделать даже бушующее море.
Я потеряла счет времени и не имела ни малейшего понятия, сколько мы плыли под водой, невзирая на то, что это нельзя было назвать плаванием. Наконец Аарванд вынырнул из глубины наверх и вскоре после этого приземлился на пляже перед своим дворцом. Связь распалась, и чешуйки исчезли – вплоть до крохотных отметин у меня на коже, напоминающих маленькие родинки. Я смахнула воду с глаз и соскользнула с его спины. Он мгновенно превратился в человека.
– Думаешь, я не способен тебя защитить? – От его одежды поднимался пар. Куртка разодралась в клочья, ее покрывали дыры от огня. Он явно ранен. Аарванд схватил меня за плечи и встряхнул. – Ты бы задохнулась. И пары минут не прожила бы под водой. Волны размазали бы тебя по скалам.
Я все еще пребывала в шоке ото всего, что только что случилось. Нападение Аризы, та странная связь между Аарвандом и мной, едва удавшийся побег. Потребовалась пара секунд, прежде чем я смогла вновь достаточно доверять своему голосу, чтобы ответить:
– Я подумала, что без моего веса ты быстрее взлетишь и оторвешься от них.
Если это вообще было возможно, он рассердился еще больше:
– Как великодушно с твоей стороны, что ты хотела спасти мне жизнь. Я навечно в долгу перед тобой. – Слова сочились цинизмом. – И как только выживал без тебя все эти годы?!
Я прищурилась:
– У тебя нет никаких оснований так агрессивно себя вести.
– У меня их полно. – Его рука стиснула мою ладонь, и он с силой притянул меня к себе. – Что бы я делал, если бы потерял тебя?
Сердце слишком отчаянно заколотилось у меня в груди, когда он переплел наши пальцы. Взгляд Аарванда остановился на моих губах. Чуть приоткрыв рот, я начала плести завесу, которая бы нас скрыла. Я хотела, чтобы он меня поцеловал, даже если где-то здесь стояла Кайя. Плевать. Он спас меня. Он спас нас. Над нашими головами послышалось хлопанье крыльев. Возвращались остальные воины.
Аарванд отпустил меня и отошел.
– Если бы ты попала к Регулюсу, он бы использовал тебя как рычаг давления. – Тем самым он не сообщал мне ничего, чего бы и так не знала. – Мы не могли позволить себе тебя потерять.
То же самое сказала бы сейчас Кайя.
– Откуда ты так неожиданно прилетел?
Князь не ответил. Вместо этого он пристально смотрел на меня.
– Ты ранена?
Меня с ног до головы покрывала грязь и тина, а рана на спине горела просто адски.
– Всё хорошо. Просто царапина, – заверила его я. Об этом позже позаботится Маэль. К тому времени на берег начали выпрыгивать шелки, садились другие драконы. Я видела несколько магов, ведьм и колдунов, которые тоже отправлялись в лагеря Регулюса, но далеко не всех. Мне до сих пор не удавалось осознать, что произошло. Почему все обернулось таким кошмаром.
Из замка выбежали Маэль и Эме.
– Где Эйден и Калеб? – встревоженно воскликнули они.
– Наверняка скоро будут здесь. – Голос Аарванда был спокойным, однако тело напряглось, как тетива. Взгляд метался от неба к морю.
Маэль и Эме добрались до нас. Эме остановилась около меня, а Маэль направилась к раненым. Из воды выскочил Тарон. Без Эйдена. На полном скаку он перевоплотился и ловко замер перед Аарвандом. Его щеку пересекал длинный порез.
– Они нас ждали.
Аарванд кивнул:
– Знаю. Где Эйден?
– Кто вас ждал? – не поняла Эме. – Что стряслось?
– Как ты узнал, что мне нужна твоя помощь?
– Через некоторое время после того, как вы ушли, Кайя пропала, – тихо произнес Аарванд, повернувшись ко мне. – Я не сразу это заметил. Но Серена не смогла ее найти, когда подошло время ужина. – Он взглянул на Эме. – Я не хотел вас пугать, поэтому не рассказал сразу о своих подозрениях.
– Что она сделала? – недоверчиво переспросила я и вспомнила странные комментарии Аризы.
– Регулюс точно знал, когда вы придете. – Его взгляд помрачнел. – Она выдала ему все наши планы.
Эме закрыла рот ладонью.
– Кайя? Но зачем? Ариза ее отравила. Если бы не Маэль, она бы умерла.
– Должно быть, сообразила, что ее шансы стать верховной королевой значительно возрастут, если сделать ставку на Регулюса, – и тогда она нас ему продала. – Теперь он сверлил взглядом меня. – Я бы никогда на ней не женился, и ей уже давно было это известно.
Я покачала головой. Ее войско стояло лагерем в Анапуре. Если Лоран привел туда одаренных…
– Все ее солдаты стали перебежчиками? А как же армия Конгрегации? И твои люди? – сыпала вопросами я, не в силах подавить панику в голосе. Меня затрясло, ногти вонзились в ладони. Холодный ветер прокатывался по морской глади, создавая волны. По ночному небу бежали облака.
– Я уже догнал их и передал Лорану и Эшу, чтобы они остановились. Сейчас они расположились в дне пути от Анапура. – Он тяжело сглотнул. – Подобное никогда не входило в мои расчеты. Я попрошу Эша снова отвести вас на вашу сторону Источника. После такого гарантировать вам безопасность я не смогу. И вы сами должны сегодня же ночью отправиться в шато. Регулюс воспользуется шансом. Щиты разрушены на трех переходах. Он выступит немедленно. Мои люди на какое-то время задержат его в Анапуре. Они обучены лучше, чем его, но вечно тоже не продержатся.
– Где сейчас Кайя? – спросила я.
В улыбке Аарванда появилось что-то демоническое:
– Полетела в Анапур, видимо, надеялась, что просто-напросто разобьет мою армию. В качестве небольшого доказательства своей верности Регулюсу. Не получилось. Сейчас она мертва. Хотя часть ее войск перебежала к Регулюсу, большинство присоединилось к моим солдатам. Похоже, они не разделяют представление своей княжны о будущем Кериса. А она получила то, что заслуживала.
– Поверить не могу, что она так поступила.
– Наверное, мне стоило это предусмотреть. – Выражение лица Аарванда стало непроницаемым. – Теперь важно лишь то, что мы понесли не очень большие потери.
– Кого еще не хватает? – еле слышно выдохнула я.
– Эйдена и Калеба. – Только князь успел назвать имена, как на небе вдруг показалась тень. Калеб прорвался сквозь ночные облака, а когда дракон приземлился, с его спины спрыгнул Эйден.
«Наткнулся на него и решил захватить с собой. Не отправлять же топать пешком всю дорогу».  – Калеб принял человеческое обличие, и Эме, всхлипнув, бросилась ему на шею. Его куртка разорвалась на рукаве, с руки капала кровь.
– Где Маэль? – спросил Эйден, шагая к нам. Судя по всему, он был невредим, что граничило с чудом. Как и тот факт, что первым делом он узнавал про Маэль, а не что случилось. Впрочем, возможно, он и так давно в курсе.
– С ранеными.
Он широким шагом направился к ней. Сестра поднялась, когда он оказался возле нее. В отличие от Эме и Калеба они не упали в объятия друг друга, Маэль просто погладила его по щеке.
Один из офицеров Аарванда подошел к нему:
– Отсутствуют трое наших мужчин, двое магов и одна ведьма. Они все были отправлены в те места, где барьер рухнул.
Аарванд кивнул:
– Пока не оставляем надежду.
Мы молча ждали. Я не показывала своего страха, однако, куда бы ни повернулась, везде видела напряженные лица. Эту битву мы проиграли, при том что возлагали такие надежды на противоядие. Регулюс не позволит ни одному своему бойцу выпить той воды. Меня накрыло безмерное отчаяние. Что нам теперь делать?
– Ступай внутрь, – тихо произнес рядом со мной Аарванд. – Ты же явно замерзла.
– Всё нормально.
Он подошел ближе ко мне. Потоки теплого воздуха закружились вокруг меня маленькими вихрями, высушивая одежду.
– Спасибо. – Я и сама могла бы с легкостью сделать это с помощью заклинания, но начисто их забыла.
– Я не должен был на тебя кричать. Ты хорошо сражалась.
– Мы все в шоке. Не извиняйся.
Наконец над водой появились две лошадиные морды, и из глубины галопом вылетели два келпи. На их спинах сидели ведьма и маг. Оба, несомненно, сильно пострадали. Маэль бросилась к ним, в то время как Эйден вернулся ко мне и Аарванду.
– Какие у нас потери? – осведомился он.
– Из двадцати одного вернулось лишь двенадцать одаренных, – бесцветным голосом сказал Аарванд. – Мне жаль твоих людей.
Эйден коротко кивнул:
– Скольких ты потерял в Анапуре?
Аарванд ненадолго сжал губы, прежде чем ответить:
– Офицеры сообщат мне завтра. Пока мы еще не знаем.
– У нас не получится его победить, да? – спросила я. – Мы недостаточно сильны. С самого начала у нас не было шансов. С Монетами изобилия он способен пожелать бесчисленное количество солдат. На месте каждого, кого мы убьем, возникнет еще двое или трое. – Может, в моих словах и звучала паника, но сейчас мы едва избежали смерти.
– Когда-нибудь монеты закончатся, – сказал Аарванд. – Каждая из них исполняет только одно его желание. Еще рано сдаваться.
– Но у нас не так-то много вариантов, пока у него полно самария. Тогда его смогут остановить разве что бомбы и оружие из нашего мира. – Эйдена, казалось, охватило такое же смирение, которое чувствовала и я.
– Есть еще одна возможность окончательно и навсегда закрыть Источник, – медленно и задумчиво произнес Аарванд. – Кроме Пакта с новым верховным королем.
Калеб подошел к нам и возмущенно зашипел, услышав эту фразу. Он ни на секунду не выпускал из поля зрения Эме, которая помогала Маэль с ранеными.
– На Керисе существует одна легенда, – таким же пустым голосом продолжил Аарванд. – Мы рассказываем ее детям, чтобы их напугать. Напугать тем днем, когда для нас больше не будет пути назад.
– Что говорится в этой истории? – Эйден потер лоб. – О чем она?
Аарванд снова взглянул на Калеба, который недоверчиво замотал головой:
– Не делай этого.
– Я должен, – извинился перед ним старший брат. – Согласно этой легенде, есть ключ-камень, с помощью которого можно запечатать Источник. Так миры будут разделены навсегда.
Я наморщила лоб:
– Что такое «ключ-камень»?
– Мы также называем его Камнем судьбы, и это камень из пророчества.
Эйден резко втянул в себя воздух.
– Ты имеешь в виду пророчество, насчет которого мы все дружно решили, что оно к нам не относится?
– Я никогда такого не говорил, – возразил Аарванд.
– Почему ты рассказываешь об этом только сейчас? – Эйден сделал шаг к нему, как будто хотел на него наброситься. – Чертов ублюдок! Где-то там погибли отважные мужчины и женщины, а теперь ты заявляешь, что мы уже давно могли закрыть Источник? Это еще одна твоя игра?
– Успокойся. – Я встала перед Аарвандом. – Дай ему сначала договорить.
– Не вмешивайся! – Он осторожно сдвинул меня в сторону.
– Богини явно не хотят, – выругалась я, – чтобы женщина помешала вам набить друг другу морды.
– Хороший мордобой помог бы им обоим слегка выпустить пар, – не помогая, выдал Калеб, когда Эйден толкнул Аарванда. Он побледнел, но чувство юмора не утратил. Эме следовало бы отвести его в кровать.
Разозлившись, я потрясла головой.
– Прекращайте свои глупости. – Я топнула ногой, и мелкий песок с пляжа взмыл вверх. Словно завеса, он образовал стену между двумя дерущимися. Эйден, который уже замахнулся кулаком, чтобы ударить Аарванда, врезался в нее.
– Да что такое? Почему ты его защищаешь? – напустился на меня он. – Он скрывал от нас такую важную информацию. Считаешь, что это правильно?
– Нет, но, если вы друг друга изобьете, это ни к чему нас не приведет, – парировала я, пока он растирал запястье. Похоже, оно болело, поскольку он плотно сжал губы. Стена развеялась, и песок снова рассыпался.
– Клевый трюк, Мышонок, – сказал Калеб. – Мы же вместе решили, что камень – не вариант, Аарванд.
– Регулюс не остановится. Он продолжит наступление. Теперь, когда его больше ничего не сдерживает. – Плечи Аарванда напряглись. – Воспользовавшись камнем, вы сможете запечатать Источник со своей стороны и тогда будете в безопасности. Навсегда.
Я недоверчиво моргнула.
– Но ведь ты окажешься один на один с Регулюсом.
– Он серьезно?
Все разговоры вокруг нас смолкли. Ветер улегся, и тишину нарушал лишь шум прибоя.
– Ваш мир будет снова принадлежать вам, – твердым голосом произнес он. – В этот раз навсегда.
– Где нам найти этот камень? – Облегчение в голосе Эйдена было слишком заметно.
Чувство, которое я не разделяла. Но мои эмоции не играли никакой роли. Прикрыв на миг глаза, я пыталась взять себя в руки перед представившейся возможностью. Не играло роли, что мы теряли, если могли спасти другое. Мир, который знали, нашу свободу и жизни стольких людей.
– Где? – с бо́льшим нажимом повторил Эйден.
Аарванд тянул с ответом, пока не завладел вниманием всех собравшихся.
– При дворе короля Артура, – осторожно произнес он затем. – Камень судьбы находится в Камелоте.
Мне потребовалась пара секунд, чтобы сообразить, что он только что сказал.
– Ты серьезно? – укоризненно спросила я. – Никому не известно, где Камелот. Есть как минимум пять мест, о которых говорят, что это якобы легендарный замок короля Артура. Нам не хватит времени искать везде.
Его янтарный взгляд поймал мой.
– Я имею в виду не остовы Камелота в твоем времени.
Я моргнула.
– Ты имеешь в виду Камелот Артура? Настоящую крепость? Крепость, которая, вероятно, существовала где-то полторы тысячи лет назад? – Я ощущала одновременно радость и раздражение.
Эйден издал презрительный вздох.
– Может, еще поведаешь, что нам делать с этой информацией? И лучше не говори того, о чем я думаю. Ты, наверно, спятил. Это невозможно. Никто не способен шагнуть так далеко во времени.
– Но это единственный вариант, который нам остается, кроме капитуляции, – ответил Аарванд.
Я растерла руками плечи. Надо признать, что Эйден прав. Это бред.
– Я не буду рисковать другими жизнями из-за легенды. Мы и так только что лишились храбрых бойцов, – отрезал Эйден. – Было бы безумием даже пытаться.
– Наш отец бывал в Камелоте, – сказала Маэль в наступившей тишине. Раненых уносили на носилках в замок. – Он умел путешествовать так далеко. И если он мог…
– Не бывал. – Эме замотала головой. – Я вам соврала. – Страх потерять Калеба читался у нее на лице, хотя это было ясно с самого начала. Ничего не изменилось. Он успокаивающе гладил ее по спине и шептал что-то на ухо. Она ненадолго закрыла глаза, чтобы собраться.
– Прости, Эме, – откликнулась Маэль. – Но на карту поставлено слишком многое.
– Это невозможно, – еще раз повторил Эйден. – Конец дискуссии. Ничего удивительного, что ты нам ничего не рассказывал.
– Ну, тогда можем идти внутрь, – вмешалась я. – Нам надо залечить раны, и горячая ванна тоже не помешала бы.
– Давайте спросим у Эша, знает ли он что-нибудь про камень, – предложила Маэль. – Нельзя просто отбрасывать эту возможность.
Эме пронзила ее таким злобным взглядом, какого я еще никогда от нее не видела.
– Тарон! – Аарванд подозвал к себе молодого келпи. – У тебя хватит сил привезти Эша из лагеря Конгрегации? Передай ему, что он нужен нам здесь.
– Конечно. Вернусь на рассвете.

Глава 12

Наша небольшая процессия потянулась вперед. Никто больше ничего не говорил. Мы все погрузились в собственные раздумья о том, что произошло минувшей ночью. Отчаяние, висевшее в воздухе, можно было потрогать руками. Мы потерпели поражение.
Аарванд проводил меня до нашей комнаты, в то время как Эме ушла с Калебом, а Маэль – с Эйденом.
– И все-таки ты ранена, – сказал он, когда мы подошли к двери. И провел рукой по моей разорванной рубашке.
– Стрела просто прошла по касательной. Твои травмы наверняка гораздо серьезнее.
– Стрелы я потерял в реке, а соленая вода закрыла бо́льшую часть ран. Отдыхай. За завтраком обсудим все остальное. – С этими словами князь развернулся и ушел.
Так как Серены нигде не наблюдалось, я пустила в ванну горячую воду и опустилась в ароматную пену. Сквозь высокие окна мне было видно восходящее солнце. Коралис – самое красивое место, в котором я когда-либо бывала, и от мысли, что скоро я увижу его в последний раз, мне стало грустно. Помыв голову, я оттерла тело от ила, грязи и соли. Ни Маэль, ни Эме не объявились, и мне захотелось, чтобы Аарванд остался со мной. Но несмотря на предательство Кайи, наша ситуация не изменилась. У нас нет будущего, и как бы трудно это ни было, лучше мне не поддаваться этой страсти. Я вылезла из ванны и завернулась в мягкое теплое полотенце.
Когда в дверь постучали, я, несмотря ни на что, надеялась, что это Аарванд, однако это оказалась Серена, которая принесла мне горячий чай.
– Просто чтобы согреться, – бодро прощебетала она. – Я плеснула туда немного коньяка. Вкус будет лучше, и князь его не хватится. – Юркнув в ванную, она собрала мои перепачканные вещи.
– Большое спасибо, Серена.
– Помочь тебе с волосами? – Она с жалостью взглянула на мои расцарапанные пальцы. – То, что сделала леди Кайя, ужасно.
– Верно. С волосами я сама справлюсь. Нужен только пластырь. У меня рана на спине, а моя сестра, очевидно, занята кое-чем другим.
– О да, Маэль у великого магистра, и они заперлись на ключ, – подмигнула мне Серена.
– Им ты тоже собиралась принести чай? – с сарказмом поинтересовалась я.
Она подала плечами:
– Им я оставила бутылку красного вина под дверью. Им в самом деле стоит выговориться. Если за ними понаблюдать, можно шею себе свернуть. Они то любят друг друга, то ненавидят. Вчера…
Я подняла руку:
– Без подробностей, пожалуйста.
Серена ухмыльнулась:
– Так или иначе, я отнесла этим двоим бутылку дорогого красного вина Аарванда. Оно из его тайных запасов и предусмотрено для особых случаев. Поэтому тебе только скучный чай. – Ее взгляд провокационно метнулся к моей пустой постели.
Я закатила глаза.
– Спасибо за полезную информацию. А Аарванд в курсе, что у него такая любопытная прислуга с воровскими замашками?
Она захихикала, и жабры у нее на шее задрожали. У меня это выглядело так же, когда я слилась с Аарвандом? Произойдет ли то же самое, если нырять с келпи?
– Естественно.
Я вновь сосредоточилась на ее болтовне.
– Русалки собирают информацию, как другие женщины – жемчуг или красивые платья.
Об измене Кайи не ходило слухов.
– Не лучшие условия для работы прислугой.
– Мы бы никогда не использовали эти сведения против князя. В конце концов, он предоставил убежище моему народу. Он самый искренний человек, которого я знаю. Смелый, верный…
– Уже поняла. Как будто я могла забыть о его великолепии, – пробормотала я, – когда ты каждый день мне о нем напоминаешь. Великий, замечательный, невероятный Аарванд. Заступник слабых и герой одиноких русалок. – Я швырнула полотенце на кровать, чтобы надеть свежее нижнее белье, когда за мной вдруг кто-то кашлянул. Я испуганно обернулась.
– Как здорово, что ты наконец обратила внимание на мои положительные качества, – самодовольно улыбнулся Аарванд.
Смутившись, я снова схватила полотенце и прикрыла обнаженное тело.
– Что ты тут делаешь? – огрызнулась я. – И почему не постучал?
– Постучал, – сказал в свою защиту он и закрыл дверь. – Но ты так увлеклась своим хвалебным гимном, что, видимо, не услышала. Я переживал, что ты утонешь в ванне, поэтому решил, что лучше загляну.
– Серена уже за мной присмотрела, и с чего бы мне тонуть в ванне?
– Она очень большая и на самом деле рассчитана на двух человек.
– Не мог бы ты уйти? Я не одета, если ты не заметил.
– Как бы я мог. – Его взгляд скользнул по моему телу, и каждое место, на котором он останавливался, слегка краснело. Аарванд прочистил горло. – Кто-то должен осмотреть рану у тебя на спине.
– Я уже попросила Серену найти мне пластырь. – Надо взять себя в руки. Но это оказалось непросто сделать, пока он вот так стоял передо мной. Аарванд переоделся в свободные мягкие льняные брюки и выцветшую темно-серую футболку. Он еще никогда не надевал такую простую одежду, и я не могла отвести взгляд. Волосы у него были еще влажными, видимо, он очень торопился, чтобы так быстро сюда прийти. – Ты уже проверял раненых? С ними всё хорошо?
– Я к ним заходил. О них заботятся лучшим образом.
– Когда принесу пластырь, захватить красного вина? – как бы между делом спросила Серена. Я чуть не забыла о ее присутствии. – До завтрака еще есть время, – не очень-то деликатно добавила она, похлопав глазами.
– Да, – произнес Аарванд.
– Нет, – в тот же момент ответила я. Красное вино перед завтраком? Да эта русалка чокнулась.
Она приподняла зеленые чешуйчатые брови.
– Он может глотнуть моего чая. Там коньяк, – сообщила ему я.
– Звучит вкусно. – Аарванд усмехнулся, а я обрадовалась, что, невзирая на события прошлой ночи, он сохранил чувство юмора.
Неодобрительно поджав губы, Серена удалилась. Завтра каждый обитатель дворца узнает, как невежливо я общалась с Аарвандом. И это самое позднее.
Подхватив вещи, я скрылась в ванной, чтобы переодеться и расчесать волосы.
А когда вернулась, Аарванд сидел у меня на кровати, скрестив руки на груди. Он так прислонился к изголовью кровати, как будто она принадлежала ему, что в каком-то смысле было правдой.
Я медленно подошла к нему и опустилась на краешек кровати.
– Никогда бы не подумала, что Кайя способна на нечто подобное, – осторожно произнесла я.
– Часто мы сильнее всего ошибаемся именно в тех людях, о которых думаем, что знаем их лучше всех.
– Не понимаю, как она могла так поступить. Ты ей доверял. Ты ее поддерживал. Я считала, что она тебя любит.
– А ты ее всегда терпеть не могла, – с улыбкой заявил он.
– Я бы так не сказала. – Я смущенно провела кончиками пальцев по шрамам на тыльной стороне его кисти. – Хотя подругами мы бы никогда не стали.
– Нет, для этого вы были слишком разными. – Аарванд взял мою руку в свою и разглядывал покрывающие ее раны. Я придвинулась ближе, когда он поднес ее к своим губам и поцеловал костяшки пальцев. Одну за другой.
– В тебя попало довольно много стрел, тебя уже кто-нибудь осмотрел? – Мой голос прозвучал странно. Из головы улетучились все благоразумные мысли. Я хотела забраться с ним под одеяло, снять с него эту мягкую футболку и…
– Со мной всё в порядке, – прервал он мои непристойные мысли. – Я собирался поговорить с тобой кое о чем другом. Очень важном.
Его слова вызывали покалывание, которое распространялось по всему моему телу. Я вздохнула полной грудью, чтобы взять себя в руки. Его внимательный взгляд был прикован к моему лицу, и румянец на шее и декольте, без сомнения, от него не укрылся. Аарванд наклонился вперед, заправил мне за ухо прядь волос, а потом его большой палец погладил мою щеку, словно он не мог перестать прикасаться ко мне.
– О Камне судьбы? – спросила я и только невероятными усилиями сумела заставить себя не прижаться к его ладони. Пусть Кайя уже не стояла между нами, но оставалось еще много другого. У меня не укладывалось в голове, что она действительно мертва. Грустил ли он по ней, несмотря на то что она его предала?
Он кивнул и убрал руку.
– Когда ты увидел пророчество, тут же все понял, да? – опять задала вопрос я. – Поэтому так быстро ушел. Никто из нас прежде об этом не слышал.
– Я бы никогда вам не рассказал, где камень, если бы наша идея сегодня не провалилась, – и близко не ответил он на мой вопрос.
– Почему нет? Камень никак не изменит нашу цель. Мы отделим Керис от остального мира. Единственное различие в том, что, если мы воспользуемся камнем, тебе придется сражаться здесь в одиночку. А это не обсуждается.
Аарванд сжал губы.
– Но вы были бы в безопасности. Ты тогда чуть не сбросилась со скалы.
Теперь я сжала губы.
– Я не хотела, чтобы Регулюс шантажировал тебя мной.
– Если бы ты попала к нему в лапы, я бы сделал все, что он потребует, чтобы тебя спасти, – подтвердил Аарванд мои опасения.
Слова прозвучали сухо, однако я услышала дрожь в его голосе и почувствовала, как взбесилась его магия при одной лишь мысли об этом.
– Это был бы самый неразумный поступок. Если бы я не сомневалась, что ты сможешь принимать рациональные решения, то мне не пришлось бы идти на такой радикальный шаг.
Аарванд недоверчиво потряс головой, а потом так быстро нагнулся вперед и обвил рукой мою талию так, что я больше не могла отстраниться. Он притянул меня ближе к себе. Его взгляд остановился на моих губах, а теплое дыхание касалось моего лица.
– Это был бы самый разумный поступок, который я совершил. И впредь не смей даже думать о том, чтобы покинуть меня таким образом.
Потребность поцеловать его стала непреодолимой. Я наклонилась к нему.
– Ты нужна мне, Вианна, – прошептал он мне в губы. – Если бы я тебя потерял…
Меня захлестнули ошеломляющие чувства. Разве он не знал, что тоже мне нужен? Надо просто позволить этому случиться. Кожа Аарванда пылала, когда я положила руки ему на шею и начала покусывать его нижнюю губу. Этот жар передался и мне. Он схватил меня и усадил к себе на колени. Мои бедра словно сами по себе подались вперед, и мы одновременно вздохнули.
Его вторжение прервал стук в дверь, и Аарванд издал мучительный стон. Этот звук передался мне в губы и в каждую клеточку тела.
– Войдите! – крикнула я. Он отпустил меня и снова откинулся назад. Впрочем, горящего взгляда князь от меня не отрывал.
Серена распахнула дверь и разочарованно уставилась на нас. А чего она ожидала? Что мы голые кувыркались в постели? Наверное, до этого недолго оставалось. Она принесла поднос с двумя бокалами вина.
Аарванд натянуто улыбнулся:
– Премного благодарен, дорогая. Я действительно рад, что мое слово в этом дворце все еще имеет больший вес, чем слово Вианны.
Серена подошла к нам, протянула ему один бокал, а мне второй. Я старалась не смотреть на Аарванда. Жар, мускулы и тьма на белых простынях. Это практически пытка.
– Ты собираешься так идти на завтрак? – осведомилась камеристка. Неодобрение в ее голосе не заметить было просто нереально.
– Я хочу не есть, а лечь в свою кровать и поспать. Но в ней сидит он, – обвиняющим тоном ответила я. – И он тоже надел удобные штаны и футболку.
– Он может надевать что угодно, – заявила Серена. – Потому что он всегда хорошо выглядит. – Она даже не покраснела от такого подхалимства.
– Большое спасибо. – Аарванд действительно глотнул вина, и теперь его глаза смеялись.
– Я тоже останусь в своих удобных мешковатых шмотках.
– Ты принесла Вианне пластырь? – обратился он к русалке.
Она подала его князю, затем направилась к моему трюмо:
– Я хотя бы волосы тебе уложу.
Тихо застонав, я все же послушно уселась спиной к Аарванду, когда тот покрутил в воздухе указательным пальцем, требуя, чтобы я развернулась.
Раздался негромкий звон, после того как он отставил свой бокал в сторону и приподнял вверх мой свитер.
– Это не просто маленькая царапина, – упрекнул меня он. – Рана глубокая и, должно быть, ужасно болит.
– Всё нормально. Просто приклей пластырь, чтобы она снова не начала кровить.
Он провел пальцами по краям пореза, а потом, к своему ужасу, я почувствовала его язык на своей коже.
– Хочешь, чтобы я вспыхнула на глазах у Серены? – зашептала ему я. – Завтра об этом будет знать весь замок.
Аарванд рассмеялся, и я вновь ощутила кончик его языка.
– Не завтра, любовь моя. Через пять минут.
Застонав, я уронила голову на грудь. Он не должен меня так называть. Это и так достаточно сложно.
Он приклеил пластырь на рану, хотя это уже вряд ли было необходимо.
– До свадьбы заживет. – Его губы прошлись вдоль изгиба моей шеи, а руки поправили свитер и мои мокрые волосы. – Ты сегодня так храбро себя вела, – шепнул он. – За это я хотел тебя поблагодарить.
Его ладони легли на мою талию, и я бы с удовольствием прильнула к нему спиной, осталась бы с ним в постели, разговаривала, целовала, гладила. Его пальцы сильнее сжали мои бока, и я прикрыла глаза.
– А сейчас я уйду, иначе наплюю на все свои благие намерения. Скоро увидимся за завтраком. – Он отпустил меня и встал.
Серена покачала головой, когда дверь за ним закрылась, но от дальнейших комментариев воздержалась. Вместо этого она причесала мне волосы и уговорила надеть темно-зеленый свитер с высоким воротником и юбку.

* * *

Когда я пришла на завтрак, мои сестры уже сидели там, что удивляло, поскольку я думала, что они более заняты, чем я. Маэль стояла у одного из высоких окон и держала в руках кофейную чашку. Эйден стоял так далеко от нее, как позволяли размеры зала, что могло означать лишь одно: они опять поругались. Тарон привез Эша, и они оба выглядели еще более сонными, чем мы. Я подошла к ним и обняла Эша.
– Лоран остался с армией?
Он устало кивнул:
– Они потихоньку отступают. Это разумнее всего.
– Конечно. Прости, что у нас не получилось.
– Никто не мог предположить, что Кайя предаст Аарванда, – утешил меня он.
– Этой дряни повезло, что она уже мертва. Попала бы она ко мне в руки… – подала голос Маэль. – Как же я зла.
– Как и мы все, – буркнул Эйден. – И поэтому сейчас нужно принимать разумные решения.
В зал вошел Аарванд с Тирзой и Нэа.
– Ну, наконец-то. Давайте есть, – скомандовал Калеб, – пока я не умер от голода.
– Ты никогда не умрешь от голода, братишка, потому что найдешь и самую последнюю крошку еды, которая останется на свете, – ласково поддразнила его Нэа и поцеловала в щеку.
Мы расселись за столом. Я налила себе чаю. Вообще-то, есть мне не хотелось. Из головы не шли мысли о тех людях, которых мы потеряли. Их смерть оказалась бессмысленной. Но такова любая смерть.
Эш глотнул черного, как сама ночь, кофе и пристально посмотрел на Аарванда.
– Эйден рассказал мне про Камень судьбы, может, обсудим? Я раньше никогда не слышал об этом артефакте.
– И так и должно было оставаться. – Калеб пронзил брата злобным взглядом.
Я его не понимала. Не важно, камень или Пакт, результат будет одним и тем же: ему предстояло расстаться с Эме.
Она положила ладонь ему на плечо:
– Давай спокойно об этом поговорим, – мягко произнесла сестра. – Нужно взвесить все возможности.
– Конечно. – Он так яростно откусил кусок хлеба, что зубы скрипнули.
Все взгляды устремились на Аарванда, который сидел во главе стола и имел такой вид, будто мечтал забрать назад все свои слова, сказанные по этому поводу на пляже. Но было уже слишком поздно.
– Камень судьбы, – начал он, – согласно легенде, находится в Камелоте, при дворе короля Артура. Наши предания гласят, что этот камень окончательно разделит миры. Артур получил его от богинь. Правда ли это в действительности, мы не знаем. – Он посмотрел на меня. – Расскажешь Эшу о пророчестве?
Я немного помедлила, точно вспоминая слова:
– «Камень судьбы принадлежит Звездам, Луне – ее Последний свет. И когда умрет Ночь, судьба миров будет выкована заново».
Эш нахмурился и вновь повернулся к Аарванду:
– И ты приказал Тарону привезти меня сюда, только чтобы обсудить со мной вопрос, как нам перенести камень в наше время? Это невозможно.
– То же самое я ему уже говорил, – встрял Эйден. – Но девочки утверждают, что их отец бывал в Камелоте.
– Он рассказывал мне об этом, – подтвердила Эме. – Хотя я была еще очень маленькой. Могла что-то перепутать. Даже наверняка.
Маэль покачала головой, однако больше ничего не добавила и предоставила мне право поделиться остальной информацией.
Я сжала ладони в кулаки:
– По-моему, пророчество на самом деле предназначалось нам. Оно не времен Ришелье или Урбена. А намного старше. Книга написала под предсказанием еще одно слово. Вы его не увидели, но мы с Маэль – да.
– И какое? – недовольно поинтересовался Эйден.
– Камелот.
Калеб в отчаянии запустил руку в волосы.
– Я во все это не верю. Страшная сказка и ничего более.
Эйден встал и оперся руками о стол:
– А когда же ты собиралась нам об этом сообщить?
– Когда это будет актуально! – огрызнулась я в ответ. – И оно актуально сейчас. Это ведь ты сказал, что оно не про нас. Мне кажется, оно еще как про нас. Мы трое должны в определенное время принести камень к Источнику, чтобы разделить миры.
– Ну, ладно. Значит, так. – Эйден, смирившись, повернулся к Эшу. – Колдуны времени подчиняются тебе. Кто-нибудь попробует?
Эш выглядел не особо счастливым, но ответил:
– Я согласен поискать добровольцев. Если кто-то из них захочет рискнуть, то может это сделать.
– Они могут потеряться во времени, надеюсь, тебе это известно, – возразила Эме.
– Это не сработает, – вновь вмешался Аарванд. – Даже если у кого-нибудь и получится, никто при дворе не отдаст ключ-камень незнакомому колдуну или ведьме.
– А тебе-то откуда знать? Им бы даже просить не понадобилось. – Голос Эйдена звучал нервно. – Просто украли бы камень и вернулись с ним обратно.
Аарванд весело рассмеялся:
– Камень судьбы нельзя вот так запросто украсть. Он на дороге не валяется.
– Откуда ты знаешь? – спросила я и в тот же миг поняла, что обязательно нужно будет поинтересоваться у него, где Вуаль забвения. Регулюс использовал Монеты изобилия во зло. Необходимо уничтожить вуаль, чтобы верховный король никогда ею не завладел.
– Это очень мощный артефакт, – отрезал он.
Я нахмурилась. Аарванд чего-то недоговаривал.
– Мы могли бы составить послание Артуру. Возможно, он отдаст нам камень, – проявил интерес Эш.
Аарванд раздраженно поджал губы.
– Я пойду, – заявил он. – И принесу камень. Я уже был в Камелоте.
Мы уставились на него, все звуки стихли.
– Ты не обладаешь даром путешествовать во времени. – Едва я договорила фразу, как тут же ощутила неуверенность. – Или? – И за один миг возвратились все мои подозрения.
Он вздохнул:
– Да, я обладаю и этой сомнительной способностью.
Калеб неверяще покачал головой.
Он не знал? Трудно себе представить!
– Зачем ты отправлялся в Камелот? Строить темные планы с Мерлином? – Он Алый дракон – Дракон Мерлина. Как я могла даже на мгновение об этом забыть?
На секунду Аарванд, казалось, растерялся от моего комментария.
– Я искал камень. К сожалению, до сих пор безуспешно.
– Что ты собирался с ним делать? – уточнил Эш. В его голосе тоже сквозило недоверие.
– А разве не очевидно? Ключ-камень – самый надежный вариант, чтобы разделить миры. Однажды люди уже чуть не уничтожили мой народ, и в отличие от Регулюса я считаю, что такое вполне может повториться. Поправьте меня, если я ошибаюсь, но с магией или без человечество весьма изобретательно, когда дело касается истребления целых народов.
Эйден помешивал сахар в кофе.
– Никто из нас не будет с этим спорить. Им для этого даже не нужен целый народ. В прошлом было достаточно родиться с магическим даром.
– Но ты не нашел камень, – заключила Эме. – Возможно, он в принципе не существует?
– Нет. Я практически уверен, что он существует и спрятан в Камелоте.
– Если ты и пойдешь, то не один, – решил Эйден.
Ложечка, звякнув, упала на блюдце, однако я ни на миг не спускала глаз с Аарванда.
Он нахмурил лоб:
– Для меня одного это и так довольно опасно. Тебе придется поверить, что я вернусь с камнем.
– Необходимо, чтобы кто-то тебя прикрывал и помог, если что-то сорвется, – настаивал на своем Эйден.
Воздух в помещении изменился. Магия столкнулась с магией. Воля с волей.
– Ни в коем случае. Если я пойду, то один. И не возьму на себя ответственность за кого-то еще.
Взяв круассан, я отщипнула от него кусочек, чтобы чем-то занять руки.
– Я пойду с тобой.
Аарванд возмущенно фыркнул, и волна магии и гнева устремилась на меня.
– Obicere . – Тонкая воздушная стена ее оттолкнула. Я выгнула бровь.
У него на лице появилось обеспокоенное выражение.
– Я сказал нет, – более сдержанно повторил он. – Со мной не пойдет никто. Тем более ты. Это мрачнейшее Средневековье. Камелот – не место для тебя.
Я села прямее:
– Мы не можем отпустить тебя одного. Кто знает, не замышляете ли вы все-таки что-то на пару с Марлином.
В какой-то момент вид у Аарванда стал такой, будто я его ударила, и я уже чуть не взяла это голословное обвинение назад, но не могла себе позволить ходить перед ним на цыпочках. Один раз он и так чересчур много от нас скрыл.
– Что ты имеешь в виду? Просвети меня. – Его глаза метали молнии.
Я сделала вид, что задумалась:
– Ну, вероятно, ты хочешь забрать камень, чтобы уничтожить его и чтобы миры никогда не разъединились. Ты рассказал Кайе про противоядие, хотя мы просили тебя никому про него не говорить. Она была твоей любовницей. – Я сглотнула, а он приподнял бровь. Черты лица Аарванда стали жестче, складывалось впечатление, будто он вот-вот превратится прямо здесь, за накрытым к завтраку столом. – И она с этими сведениями потопала к Регулюсу и сдала ему нас. Но, может, это был ваш общий план?
– Вианна, – воскликнула Эме. – Это бред. Перестань.
Аарванд сделал глоток кофе и выглядел уже заметно спокойнее, чем минуту назад, что лишь вызвало у меня еще больше подозрений.
– Ты хочешь вывести меня из себя, чтобы я сдался и взял тебя с собой. Твои упреки – бред, и ты сама это понимаешь. Единственное, что в них верно, – это что Кайя была моей любовницей, и да, я рассказал ей про лекарство. Но не вынашивал тайных планов, чтобы заманить вас в ловушку. Я думал, мы на одной стороне.
Мы буравили друг друга взглядами. Если втайне я и надеялась, что этих двоих связывали платонические отношения, то сейчас получила доказательство, что это не так. Я видела вопрос в его глазах. «Почему тебя это беспокоит?» И ведь не должно. Это глупо, и тем не менее мы оба знали, что так и есть. Я поджала губы. Кайя мертва. Она предала нас всех. Это больше не должно играть роли. Были женщины до того, как он познакомился со мной, и будут после того, как я уйду.
– Ты ее не отговоришь, – вмешался в наш немой диалог Эш. – Нас всех устроит, если вы пойдете вдвоем.
Аарванд пробурчал нечто нечленораздельное и разорвал зрительный контакт.
– Тебе нужна поддержка, – сказала я. – До сих пор ты не отыскал камень, так с какой стати на этот раз что-то изменится? Это магический артефакт, и он принадлежит Звездам, – процитировала я пророчество. – Я его найду.
Аарванд хмыкнул в ответ на это заявление.
– Но ты не ведьма времени, – возразила Нэа, сердито глядя на меня, потому что я обвинила ее брата в том, что он все еще строил темные планы. – Как ты собираешься пойти с ним?
– Способный колдун времени вполне в состоянии взять второго человека, – пояснил Эш. – Думаю, для князя это будет не проблема. – Он ждал ответа от Аарванда, однако его не последовало.
– Моя магия пригодится тебе в Камелоте, – продолжала упорствовать я. – Если ты меня с собой не возьмешь, то я найду другого колдуна, который меня туда перенесет.
– Скорее я посажу тебя под замок, – заявил Аарванд со всем своим княжеским авторитетом.
– Вианна действительно могла бы тебе помочь, – поддержал мое желание Эш. – А если по какой-то причине ты не сумеешь сам вернуть камень, то отправишь с ним ее. Мы не можем полагаться только на тебя, пойми наконец.
– Тогда со мной пойдет Калеб, – выпалил в ответ Аарванд.
Эш склонил голову набок.
– Без обид, но, уверен, тебе ясно, что мы должны послать человека из своих рядов. Кого-то, кому слепо доверяем, и у кого нет от нас секретов.
Из ноздрей Аарванда вырвались тонкие струйки дыма.
– Может, ты тоже что-нибудь скажешь? – вдруг потребовала Маэль от Эйдена. – Обычно ведь ты во все вмешиваешься, даже когда тебя не просят. Вианне нельзя туда идти. Я на стороне Аарванда.
Эйден бросил на нее нечитаемый взгляд.
– В этом деле мы с Эшем едины во мнении. Нам обоим кажется, что она должна пойти. Вианна нигде не будет в большей безопасности, чем с Аарвандом.
Эме недоверчиво замотала головой:
– Ты распадешься на части, Вианна. Это ни при каком раскладе не закончится хорошо. Он не может владеть подобной магией. Сколько раз ты уже туда ходил? Один, два? – спросила она Аарванда.
– Я разрешу тебе пойти со мной, – неожиданно сдался он, – если перед этим ты согласишься пройти маленький тест. До сих пор я никогда никого с собой не брал и должен быть абсолютно уверен, что ты будешь придерживаться правил.
– Буду. В мои планы не входит менять будущее и возвращаться обратно, только чтобы выяснить, что тут уже все не так, как прежде.
– Хорошо. – Аарванд слегка склонил голову. – Тогда нашей небольшой прогулке ничего не мешает.
– Что ты собрался с ней делать? – резко спросил Эйден. – Ты не отправишь ее в то время, где она может встретить саму себя.
– Нет, не отправлю, но если я расскажу, что планирую, то это уже не будет сюрпризом. Я не хочу идти на риск. Ты же сам понимаешь.
– Если тебе нужен тест, то устроим тест.
В глазах Аарванда вспыхнуло удивление.
– Ты уверена?
У меня в животе все перевернулось, и сильнее всего хотелось покачать головой. Мне требовалось больше времени.
– Для этого нам надо вернуться в твой мир. Но можем отправляться прямо сейчас. Разве что у тебя какие-то другие планы.
– Никаких.
– Хорошо, тогда я прикажу оседлать лошадей. Кто еще хочет с нами в шато? Нет смысла отправлять Вианну назад во времени с Кериса. Камелот находится в вашем мире, так что мне надо уходить в прошлое оттуда. Если после этой проверки у тебя не пропадет желание меня сопровождать, то я возьму тебя с собой. Чем быстрее мы вернемся обратно с камнем, тем лучше.
Эме и Маэль встали:
– Мы пойдем с вами.
– Я тоже, – произнес Калеб.
– Жду вас через пятнадцать минут перед замком. – С этими словами он быстро покинул зал.
– Ваше недоверие было излишне. Аарванд не давал вам для него причин, – обвиняющим тоном сказал Калеб.
– А я это вижу иначе, – ответила я. – Почему он только сейчас рассказал нам про камень? Почему вы умчались в такой спешке, после того как услышали пророчество? У него все еще есть от нас секреты.
– Уж тебе ли не знать. – Калеб обнял Нэа за плечи, и они вдвоем вышли из столовой. Впервые за долгое время проявились различия между нами. Они – демоны, а мы – люди.
– Ты правда хочешь это сделать? – спросила Эме.
Эш ободряюще кивнул мне.
– Я должна.

Глава 13

На другой стороне Источника мы молча доехали на лошадях до шато, где нас бурно встретила Аделаиза. Маэль ушла проведать Констанс и Клэр, а Нэа вместе с Тирзой последовали за Аделаизой на кухню, чтобы рассказать ей, как дела на Керисе.
Аарванд повел меня в маленькую гостиную. Эйден закрыл дверь за Эшем, Калебом и Эме.
Князь вместе со мной подошел к камину.
– Это не займет много времени, – пообещал он. – И будет не больно. Просто расслабься. – Он встал позади меня и обвил руками мою талию. Остальные не спускали с нас глаз.
– Верни ее невредимой, – пригрозил Эйден.
– Естественно. – Его губы коснулись моего уха. – Готова?
Я кивнула, потому что в горле внезапно пересохло. Во что я вообще ввязалась? Однако, прежде чем я успела высвободиться из его объятий, меня уже окружил вихрь темного воздуха.
– Закрой глаза, – пробормотал Аарванд и прижал ладонь к моему животу. – Просто отпусти все. – С головы до кончиков пальцев по моему телу пронеслась покалывающая волна, и этот кретин тихо рассмеялся, когда я полностью расслабилась в его руках. А затем это закончилось. – Мы на месте, – шепнул он.
Что, простите? Далеко мы шагнуть не могли. Ноги у меня были как пудинг. Я хотела отстраниться от него, потому что его тепла мне становилось слишком много, но он лишь сжал меня еще крепче. – У тебя закружится голова. Дай себе немного времени.
– Где мы? – спросила я надломившимся голосом и заморгала глазами.
– Посмотри вокруг. Уверен, ты узнаешь место.
Я наконец открыла глаза. Мы стояли под деревьями напротив нашего дома. Аарванд наврал Эйдену и все-таки вернул меня в мою собственную жизнь? Царила темная ночь, но в каждом окне дома горел свет. Я как раз собиралась обернуться и спросить его, что это означало, когда дверь распахнулась. Мужчину, который вышел на улицу, я узнала тут же. Достаточно часто смотрела на фото, которое сохранила Эме. Это мой отец, и он выглядел ужасно молодым. Молодым и напуганным. Я сразу же поняла это даже в слабом свете лампы на крыльце.
– Папа, – раздался позади него детский голосок, когда он спустился вниз по ступеням. Он явно намеревался не просто подышать свежим воздухом, потому что в руках нес пальто и дорожную сумку. – Куда ты идешь?
Он оглянулся, и тогда я узнала ребенка. И ахнула. Это миниатюрная версия Эме. Маленькая девочка с вьющимися рыжими волосами и в белой ночной рубашечке. Она сонно потерла глаза.
– Мне нужно отправиться в путешествие, – сказал он, запинаясь. – И я бы хотел, чтобы ты позаботилась о маме, Маэль и малышке.
– Малышка уже появилась? – Эме буквально пискнула от волнения, и я не сдержала улыбки.
Наш папа сел на ступеньку и усадил ее себе на колени.
– Да, сокровище мое. Малышка родилась. – Он показал на небо. – В ночь звездопада. Можешь загадать желание. – Вспыхнула и пролетела одна звезда, а за ней другая.
Я вновь взглянула на Эме. Она положила голову ему на плечо и сунула палец в рот.
– Я желаю, чтобы тебе не надо было уезжать, – тихонько пролепетала она.
Отец нежно погладил ее по волосам.
– Я бы тоже этого желал, солнышко. Но не все наши желания сбываются. – Голос его звучал необычно сдавленно, словно он боролся со слезами, и лишь тогда мне стало ясно, куда меня привел Аарванд.
Малышкой, о которой он говорил, видимо, была я, и это ночь, когда я родилась. Ночь, в которую мой отец исчез насовсем.
– Мне нужно сделать кое-что очень важное, но я вернусь так скоро, как только смогу, – тут же пообещал он. – А до тех пор ты должна рассказывать своим сестрам обо мне.
Эме кивнула, но понятно, что она слишком устала и слишком мала, чтобы осознавать, что это прощание навсегда. Впрочем, папа мог и сам этого не знать.
Я шагнула вперед, но руки Аарванда сомкнулись на моих плечах, и он потянул меня обратно под деревья.
– Отпусти меня, – зашипела я.
Отец встал и поцеловал Эме в лоб.
– Иди снова спать, моя маленькая, и никогда не забывай, как я тебя люблю. Как сильно я люблю всех вас, и поэтому желаю, чтобы ни с кем из вас не случалось ничего плохого. Желаю, чтобы вы выросли большими, сильными и счастливыми.
– Как принцессы в сказках?
– Именно так. – Он щелкнул ее по носу. – Как принцессы. Только принцы вам не понадобятся, потому что вы сможете сами за себя постоять.
– А ты принесешь мне меч?
– Я подарю тебе самый красивый атаме, который ты когда-либо видела.
С довольной улыбкой, но на слегка заплетающихся от сонливости ногах Эме потопала обратно в дом. В дверях она еще раз обернулась:
– Я тебя тоже люблю, папа, и не волнуйся за нас.
Он тихо рассмеялся, потому что эти слова прозвучали чересчур по-взрослому для четырехлетней девочки. Когда дверь захлопнулась, он еще какое-то время простоял, как оглушенный, на лестнице, как будто не мог сдвинуться с места.
Я опять попыталась отстраниться от Аарванда. Надо сказать отцу, что богини запрут его в Гламоргане. Что он никогда не вернется к нам. Если он не уйдет, наша мама не умрет. Быть может, я тогда не пойду купаться в Зеркале фей, и меня не укусит сильфида.
– Я должна его предупредить, – процедила я.
– Нет, ты вообще ничего не должна. – Аарванд прижал меня к своей груди и теперь держал еще крепче. – Ты позволишь случиться всему, что уже случилось. Не важно, насколько тяжело это вынести.
Я извивалась в его руках.
– Нет никакого смысла в том, что он принесет эту жертву, – протестовала я.
Папа, наверное, что-то услышал, потому что поднял глаза и сделал шаг в сторону леса. Но прямо перед ним на дороге возникла слишком знакомая дверь. Вход в Гламорган. Богини не теряли времени. Дверь открылась, и, прежде чем я успела закричать и предостеречь его, Аарванд закрыл мне рот ладонью. Он, что, не понимал, что поставлено на карту? Я лягнула его ногой, но, откровенно говоря, против него у меня не было шансов. Его магия парализовала меня при попытке соткать заклятие. Не в силах ничего поделать, я вынуждена была смотреть, как отец шел на верную смерть. Лишь когда портал исчез, я сообразила, что плакала. Слезы текли по моим щекам и по руке Аарванда, которую он очень медленно убрал. А когда князь меня отпустил, я развернулась и ударила его по лицу. Он даже не вздрогнул.
– Отправь меня назад еще раз, – пылая от ярости, потребовала я. – Всего на пару минут. Нам нужно сказать ему, что его ждет. – Даже в тусклом лунном свете я различала красное пятно у него на коже. Заглушив в себе угрызения совести, я смахнула слезы со щек. – Сейчас же.
– Нет, – просто ответил он. – Мы вернемся обратно в наше время.
– Ни за что. Мы это исправим. Ты не видел, как тяжело ему было уходить? Он никогда не хотел нас покидать.
– Но ты ведь и так давно это знала. Это не новость. – Аарванд внимательно смотрел на меня.
– Я знала, – произнесла я твердым голосом. – Но знать что-то или видеть – это две совершенно разные вещи. Нам точно неизвестно, что он планировал и зачем взял с собой гримуар. По крайней мере я должна ему передать, чтобы он не пользовался вуалью. Возможно, тогда он еще будет жив, когда мы окажемся в его комнате, и нам удастся забрать его с собой. – Во мне затеплилась надежда. – Пожалуйста, – умоляла я Аарванда. – Я не скажу ему, кто я. Просто скажу не использовать вуаль. Не буду его останавливать. Тогда ничего не изменится.
Аарванд непреклонно покачал головой. Почему он не мог понять, о чем сейчас шла речь? Зачем намеренно мучил меня?
– Я сам возвращался бесчисленное множество раз, – запнувшись, ответил он. – Даже не знаю сколько.
– Куда? – подозрительно спросила я.
Он тихо вздохнул, словно все внутри него противилось тому, чтобы рассказать мне этот секрет.
– В ночь, когда умерли мои родители. Я все-таки это сделал. Это было неосторожно и глупо, и если бы отец хоть раз поймал меня, то устроил бы мне ад на земле. – Он печально усмехнулся. – Сколько же раз я думал, что можно изменить. Как предотвратить их смерть. И ни разу этого не сделал.
Моя злость улеглась.
– Почему нет? – шепотом задала я вопрос, хотя уже знала ответ. У него на лице отражалось бесконечное горе. Во взгляде – страдание и мрак.
– Потому что это было бы неправильно. Что случилось, то случилось. У нас нет права это менять только из-за того, что нам это не нравится. Нити судьбы плетет Арианрод. Но по меньшей мере я обрел свою месть. Когда я выяснил, что совершил Регулюс и зачем, то поклялся сделать все, чтобы его уничтожить. Я и подумать не мог, что он способен отнять у меня еще больше. Пока он не женился на Миранде. Но даже этому я не помешал.
– А теперь сделаешь все, чтобы увидеть, как он падет, правильно? Ради этого ты пожертвуешь всем.
Выражение его лица стало холодным, и он кивнул.
– Ты все еще хочешь идти со мной в Камелот?
Его испытание я провалила, но тем не менее сейчас он давал мне выбор. Я обхватила себя руками. Справлюсь ли я? Сумею ли быть такой же сильной, как он? Смогу ли отодвинуть в сторону все свои личные интересы? Боль до сих пор сидела где-то глубоко у меня в груди. Он знал, что я сломаюсь.
– Я не отпущу тебя одного искать камень.
– Потому что ты мне не доверяешь?
– Потому что тебе потребуется моя помощь.
– Возможно, это даже правда. Значит, тогда мы отправимся в Камелот ко двору короля Артура. – Ему это не нравилось, но еще раз он на попятную не пойдет.
Я вновь прижалась спиной к его груди. Мои пальцы переплелись с его, и вместе со мной он шагнул сквозь время.
Мы опять очутились в малой гостиной шато. Эме вскочила и осмотрела меня со всех сторон, чтобы удостовериться, что я вернулась в целости и сохранности.
– Всё в порядке, – сказала я и убрала ее руки, обшаривающие мое тело.
– Где вы были? – потом спросила она.
– Он вернул меня в ночь моего рождения, – ответила я с небольшим запозданием.
Все глаза устремились на Аарванда, который совершенно спокойно налил себе бокал вина.
– Ц-ц-ц, – укоризненно выдала Нэа, которая в этот момент вошла в комнату вместе с Маэль и услышала последние слова.
– Жестко играешь, брат, – отозвался Калеб.
– Что произошло? – шепотом спросила Эме.
– Я видела нашего отца. Он попрощался с тобой, а потом открылись врата в Гламорган.
– Ты пробовала его остановить? – Маэль сузила глаза до щелочек.
– Пробовала, но я ей не разрешил, и прежде чем вы закидаете меня камнями – это была ваша идея, чтобы Вианна пошла со мной. Не моя. Теперь она в курсе, что ей предстоит.
– И эта твоя идея оказалась действительно хороша, – отрезала я. – Перед тем как мы отправимся, мне нужно еще несколько часов сна и подходящее платье. А затем, как по мне, можно в путь.
Глаза Аарванда практически незаметно расширились. Он до сих пор надеялся, что я передумаю? Долго бы ему пришлось ждать. Он сказал, что я ему нужна. И поэтому одного я его не отпущу.
– Пойдем, как только ты будешь готова. – Он был готов взорваться прямо здесь и сейчас. Вот и славно. Вообще-то, я тоже.
Сегодня утром мне не хотелось ничего, кроме как целовать его и трогать. Я едва не наплевала на все свои опасения. Я едва не сказала ему, что тоже его хотела. А потом он раскрыл тайну камня и сообщил нам, что умел перемещаться во времени. Так ли неуместно мое подозрение? Вряд ли. Если Аарванд хотел, чтобы я ему доверяла, то пусть будет со мной честен.

* * *

– Я помню ту ночь, – сказала Эме. Весь остаток дня мы проспали, и теперь Аарванд потихоньку терял терпение. Он уже дважды стучал в дверь комнаты. – Иногда я думала, что все это мне просто приснилось.
– Не приснилось. – Я взяла ее за руку. – Папе трудно было уходить, и мне всерьез кажется, что он считал, будто сможет вернуться – когда-нибудь. Он лишь собирался спрятать гримуар в Гламоргане, чтобы никто не нашел пророчество. Наверняка он боялся, что это подвергнет нас опасности.
– Значит, он, судя по всему, знал, что оно касается нас, – произнесла Маэль. – Зачем бы еще ему прятать книгу?
– Вопрос только в том, почему книга вообще показала ему пророчество, если оно предназначается нам? – Эме задумчиво взглянула на нас. – И почему богини пустили его вместе с книгой в Гламорган и больше уже не выпустили?
– Навряд ли они нам об этом расскажут, – ляпнула Маэль.
– Мы должны быть благодарны папе за то, что он пытался нас защитить. Только после моего рождения в ночь звездопада он смог убедиться, что оно относится к нам троим, и тут же унес книгу.
Маэль вытащила гримуар из шкафа, в который я спрятала книгу перед тем, как мы ушли на Керис, и раскрыла страницу с предсказанием.
– «Камень судьбы принадлежит Звездам, Луне – ее Последний свет. И когда умрет Ночь, судьба миров будет выкована заново», – прочла она вслух. – Возьми ее с собой.
– Зачем? Здесь она в большей безопасности.
– Впервые эти слова появились там. Выясни, кому богини открыли это пророчество и как оно попало в книгу. Может, он или она поможет тебе и с камнем.
– Попробую.
– Этот двор знаменит своими интригами. В частности, у некоторых женщин не особенно хорошая репутация, – предостерегла меня Эме. – Ни во что не впутывайся. О Гвиневре по сей день ходят дичайшие слухи.
– Все будет нормально. Мы найдем камень, вернемся обратно и запечатаем Источник.
– Reducere . – Маэль постучала пальцем по гримуару, и он уменьшился до размеров моей ладони.
– Если папа тоже был в Камелоте, возможно, ты его встретишь, – предположила Эме.
– Вероятность относительно мала, я бы сказала. К тому же мы пробудем там ровно столько, сколько необходимо.
Я посмотрела на платье у меня на кровати, максимально напоминающее средневековое. Его где-то откопала Аделаиза, и я надеялась, что оно соответствовало моде пятого века. Не хотелось бы выделяться там как бельмо на глазу. Рядом с платьем лежала еще куча всякой ерунды. Маэль подняла тканевые чулки до колен и сморщила нос:
– Очень соблазнительно.
Эме усмехнулась при виде туфель из тонкой кожи. Через такую тонкую подошву я буду чувствовать каждый камешек. Оставалось лишь надеяться, что мое пребывание при дворе короля Артура окажется действительно недолгим. Я надела льняную нижнюю рубашку, а потом сестры помогли мне с верхним платьем из выцветшей бордовой шерсти. Оно оказалось мне почти по размеру и доходило до щиколоток. Самой симпатичной была вязаная желтая тесьма на манжетах и воротничке. Повязав вокруг талии прилагающийся к платью пояс, я посмотрелась в зеркало.
– Конкурс красоты в нем не выиграешь, – критично прокомментировала Маэль. – Но это, наверное, и не важно.
– Не разрушай сразу все мои надежды. Я подумывала соблазнить Артура или какого-то другого рыцаря Круглого стола.
– Если хоть попытаешься, Аарванд убьет Артура или этого рыцаря и изменит все будущее, – заметила Эме. – Так что лучше не надо. Представь, вы возвращаетесь, а нас тут больше нет.
– Не говори так, – ответила я уже далеко не так весело, как секунду назад.
– Тебе правда стоит быть очень аккуратной, – настойчиво повторила за ней Маэль, – и вы обязательно должны вернуться так точно, как только возможно, в то же место и в то же время, откуда ушли. Как вчера. Мы будем ждать вас во дворе замка.
– Аарванд знает, что делать, – вяло откликнулась я. – Как уложить волосы?
– Оставь распущенными, просто приподнимем их чуть-чуть по бокам. – Эме потянулась за расческой на моем туалетном столике. – Посмотри, какие прически носят женщины при дворе. В крайнем случае просто повяжешь платок. Должно сойти.
– Тебе все равно придется много импровизировать. – Маэль взяла с кровати плащ и маленькую кожаную сумочку. – Было бы время, мы бы подготовили тебя получше. Нам слишком мало известно о жизни того двора и той эпохи, но ты умная. – Она вручила мне сумку. Спрятав туда гримуар, я закрепила ее на поясе. – По крайней мере с тобой будет Аарванд. Внимательно следи за тем, что ты говоришь и с кем говоришь. И остерегайся Мерлина.
Я села за туалетный столик и в зеркале встретилась взглядом с Эме. Как обычно, она старалась не показывать нам свой страх, но, если я вернусь с камнем, она потеряет Калеба.
– Когда мы закроем Источник, Калеб все равно сможет остаться с тобой. – У нас с Аарвандом такого варианта не существовало. Он князь. Его народ нуждался в нем и… я помотала головой, отмахиваясь от собственных мыслей. Для Аарванда я не значила столько, сколько Эме для Калеба.
Она начала расчесывать мне волосы.
– И бросить свою семью, пока им все еще угрожает Регулюс? Такого я от него никогда не потребую, а он не разрешит мне остаться с ним, если тут я не буду в безопасности. У нас никогда не было будущего, – мрачно произнесла она.
Маэль подошла к нам и обняла ее одной рукой.
– Может, мы еще придумаем что-нибудь другое. Может, Аарванд и Вианна вообще не найдут камень.
Раздался стук в дверь, и вошел Эйден.
– Принято ждать, пока тебе не разрешат войти, – разозлившись, заявила ему Маэль. – У нас личный разговор.
– Тогда я пришел вовремя, чтобы ты не навязала сестре свои сомнительные жизненные установки.
– У меня нет сомнительных жизненных установок.
Он выгнул брови.
– Стоп! – скомандовала я, пока обстановка не накалилась. – Ты пришел оскорблять Маэль или хотел что-то конкретное?
– Я никогда не оскорбляю твою сестру. – Эйден умудрился выглядеть по-настоящему удивленным.
Эме негромко кашлянула, а Маэль подошла к столу и слишком резким движением схватила стакан с водой. При этом она уронила со стола графин, и тот со звоном разбился о каменный пол.
– Fixare , – произнесла Эме, прежде чем кто-то из нас успел среагировать. Графин восстановился и полетел обратно на стол, а вода просочилась в стыки между плитками.
– Итак, чего ты хотел, кроме того, чтобы нас побесить? – Маэль попыталась отвлечь внимание от своей неуклюжести.
Эйден засунул руки в карманы брюк. Его лицо приняло обеспокоенное выражение. Он был в униформе Ложи. Черные штаны, черная рубашка, черные сапоги. Я уже ждала «красочных» времен, когда все это закончится. Все-таки яркие цвета – это как-то более жизнерадостно. При мысли об Эйдене в желтой или розовой рубашке у меня дернулись уголки губ.
– Если этот ключ-камень действительно в Камелоте, – начал он, – то важно, чтобы ты нашла его и больше никому не отдавала. Даже Аарванду.
Я в недоумении уставилась на него.
– В этом ведь и заключается план, разве нет? Мы с Аарвандом принесем его и возвратимся ровно в то же место и то же время, откуда ушли. Вы вообще не заметите, что нас не было.
У него на лбу появилась глубокая морщинка.
– Естественно, вы так и сделаете. Но мне важно, чтобы камень находился не у Аарванда, а у тебя.
– Почему? – Я давно уже поняла, к чему он клонил.
– Не притворяйся глупее, чем ты есть. Этот камень – наше спасение. Аарванду не резонно его использовать. По сути, он сам запрет себя на Керисе с тираном. Это же странно, и ты сама не доверяешь ему на сто процентов. Не спорь. Только поэтому он не рассказал нам про камень с самого начала.
– Странно то, – ледяным тоном произнесла Маэль, – что тебе все еще удается меня удивлять. Притом что каждый раз я думаю, что уже знаю, каким козлом ты можешь быть. Он стольким рискнул ради нас. Вы оба к нему несправедливы.
Глаза Эйдена потемнели, однако, что меня поразило, щеки у него слегка порозовели.
– Как хорошо, что я здесь не для того, чтобы доказать тебе обратное.
– Ты бы и не сумел.
– Иногда ты вынужден делать вещи, которые противоречат всему, во что ты веришь, но, несмотря на это, правильные, Маэль. Хотел бы я, чтобы ты никогда не попадала в ситуацию, где придется принимать такие решения, – тихо сказал он.
Маэль задрала подбородок, но ничего не ответила на слова, которые, к сожалению, были слишком правдивыми.
– Аарванд сам вызвался принести камень. То, в чем ты его упрекаешь, не имеет никакого смысла, – нерешительно произнесла я, потому что в конце концов сама сомневалась в мотивах Аарванда.
– Я просто осторожен. Ты должна беречь от него камень. У тебя для этого достаточно способностей, Вианна. – Он провел рукой по по-военному коротким волосам. С тех пор как Маэль заставила его их остричь, он больше не давал им отрастать, и ему это шло.
– Я буду принимать решения в зависимости от обстоятельств, – откликнулась я. – В этом тебе придется на меня положиться.
– Большего я и не требую. Уверен, ты поступишь правильно. – Эйден вышел из нашей комнаты, больше не удостоив Маэль и взглядом, и через какое-то время она в ярости бросилась за ним.
Я покачала головой:
– Возможно, камень и принадлежит мне, – аккуратно обратилась я затем к Эме, – но остальная часть пророчества подразумевает Маэль и тебя, так?
Она избегала смотреть на меня.
– Поговорим об этом, когда ты вернешься с артефактом. До тех пор без толку это обсуждать.

* * *

Мы решили отправиться со двора шато, хотя это не играло никакой роли. Важно лишь то, куда мы попадем – а это определял один лишь Аарванд. Эме облокотилась на Калеба, обнимавшего ее одной рукой. Маэль с неестественно прямой спиной стояла рядом с Эйденом, который выглядел так, словно с удовольствием сделал бы то же самое, но не стал. Они оба появились в последний момент, и волосы у Маэль казались немного взъерошенными. Очевидно, они опять ссорились по поводу того, что он козел. Рыцари Ложи тоже собрались, потому что, когда мы вернемся, будет надежнее, чтобы они были готовы к бою и немедленно взяли камень под свой контроль. Эш и Тарон стояли вместе. Похоже, эти двое подружились, а Нэа и Тирза присоединились к Аделаизе и Жаку. Все пришли, чтобы с нами попрощаться. Лоран одной рукой держал Клэр, а другой обнимал Констанс, и на лице у него читалась безмерная тревога. Видимо, он только что прибыл с Кериса.
От беспокойства у меня сильно замерзли пальцы, и я то сжимала их, то разжимала. Взгляд Аарванда презрительно скользнул по платью и задержался на моем лице. От него не могло не укрыться мое волнение, и я проклинала себя за это. Но шагнуть назад во времени на полторы тысячи лет – это не шутки, и уж тем более не с разъяренным демоном под боком.
– Ты все еще можешь остаться здесь. – Его челюсти напряглись. Он злился на меня, и трудно его в этом винить.
Но я тоже злилась. Аарванд мог бы рассказать нам о значении камня еще в тот момент, когда мы показали ему пророчество. Эйден предупреждал нас в тот день, что тайны гримуара – это тайны колдовского рода, который им владел. Однако я захотела, чтобы Аарванд узнал о нем. Это он предложил спросить книгу. Теперь мне пришлось взглянуть на вечер на кухне и нашу близость под другим углом. Он прочел предсказание и исчез безо всяких объяснений. На несколько дней. Я подняла голову:
– Я иду с тобой.
– Как пожелаешь. – Он притянул меня к своей груди. – И еще кое-что, прежде чем мы отправимся, – холодно прошептал он мне на ухо. – Я буду присматривать за тобой, как только смогу. Но в Камелоте мужчины и женщины проводят не много времени вместе, кроме официальных приемов и праздников. И ночей, разумеется. – Он тихо рассмеялся, но прозвучало это не весело. – То есть ты часто будешь сама по себе. Не веди себя чересчур строптиво или упрямо. Это не соответствует тому времени. Если мужчина отдает тебе приказание, то ты его исполняешь, – невозмутимо продолжал он, – никто не должен заподозрить, что ты не оттуда. Что-то покажется тебе необычным, так что не задавай слишком много вопросов. Готова?
Кивнув, я крепко вцепилась в лацканы его плаща. Могло ли все стать еще более странным? Нас закружил поток темного воздуха, и мы шагнули во времени. За моими закрытыми веками вспыхивали луны и звезды. Аарванд держал меня в своих объятиях, и не важно, что он только что говорил, я все равно чувствовала себя в безопасности. Время растягивалось и становилось бесконечным, оно раздирало меня, как будто намереваясь отделить душу от тела, но Аарванд не позволял. Тьма с каждой секундой сгущалась все сильнее – если это вообще возможно – и так же, как до этого время, растягивалась в бесконечность. Под пальцами я ощущала его сердцебиение. От него пахло соленой водой, солнцем и песком – и он держал меня, пока время не перестало вращаться. Как и ожидалось, это продлилось намного дольше, чем в первый раз.

Глава 14

Камелот

Я осторожно распахнула глаза, почувствовав твердую почву под ногами.
– Прибыли. – Аарванд сразу же отпустил меня и отступил на шаг.
Меня качнуло. Мимо поплыли запахи дыма, сырой земли и чего-то вкусного, отчего у меня заурчало в животе. Последний прием пищи я пропустила, поскольку сомневалась, не будет ли после такого дальнего путешествия назад во времени кружиться голова и тошнить.
– Мы поедим за столом Артура, – объявил он. – Надеюсь, ты продержишься еще немного.
Я нахмурилась в ответ на эту фразу и спросила себя, не ослышалась ли. А потом все-таки отважилась оглянуться по сторонам. Вокруг царила темнота, а мы очутились посреди оживленного двора гигантского замка. Тут же уши начали улавливать соответствующие звуки: смех, музыку и крики. На краткий миг я испугалась, что Аарванд перенес меня обратно ко двору Регулюса. Но затем в свете бессчетных огней на стенах и зубцах я различила крепость несравненно красивей, изящней и внушительней, чем резиденция верховного короля. Многочисленные башни были выстроены из белоснежного песчаника, а сквозь высокие арочные окна виднелся огромный зал с длинными столами, на которых стояли сотни свечей. Там тоже сновало множество людей. Через широко открытые ворота внутрь заходило все больше празднующих. Доносилась музыка, характерная для раннего Средневековья, и топот танцующих ног.
– Впечатляет, не так ли? – негромко спросил Аарванд. – Не удивляйся, если кто-то опознает в тебе ведьму. Люди этого времени очень восприимчивы к магии, а Артур пока не запретил ведовство. – Он взял меня под руку. – Я представлю тебя королеве.
– Минуточку, – притормозила его я. – В каком смысле? Ты не будешь никому меня представлять. Мы прокрадываемся в замок, ищем камень и уходим обратно. Я могу сделать нас невидимыми.
Князь закатил глаза, что было странно видеть в его исполнении.
– Все не так просто, сначала нам нужно выяснить, где конкретно находится камень.
– Ты сказал, что уверен, что он здесь, – зашипела я.
– И я уверен. Только не знаю точно, где. Если бы ты лучше слушала, вместо того чтобы забрасывать меня пустыми обвинениями, то тоже бы это сообразила. Артур прячет камень. Или кто-то другой здесь, во дворце. – Он направился вперед, проходя вместе со мной сквозь толпу. То и дело с ним кто-нибудь здоровался или хлопал по плечу. Мое подозрение возрастало с каждой секундой. Аарванд вел себя так, как будто являлся частью этого празднества. Как будто он тут на своем месте и… дома.
– Говоря, что уже бывал в Камелоте, сколько именно визитов ты имел в виду?
Он улыбнулся двум придворным девушкам, которые тут же начали обмахиваться веерами и бросать на меня мрачные взгляды.
– Сколько? – Казалось, мой воротник вот-вот лопнет.
– С тех пор как впервые прошел через Источник, я отправлялся ко двору Артура несколько раз, – увильнул он. – Тут мило, ты так не думаешь? – Он демонической улыбкой ответил на смущенный взгляд какой-то женщины.
Меня охватила ледяная дрожь.
– Чтобы встретиться с Мерлином? – Я хотела отстраниться от него, однако он крепко держал меня за руку, потому что толпа впереди расступилась и навстречу нам вышла широко улыбающаяся девушка. Ее красота ослепляла. Вероятно, она эльфийка. Другого объяснения быть не могло, настолько хрупкой и грациозной она выглядела. Бледная, как алебастр, кожа, розовые губы и огромные золотисто-зеленые глаза. Волосы напоминали золотые нити. Впрочем, не хватало острых ушей, поэтому она, вероятно, была обычным человеком, только необыкновенно красивым.
– Сэр Аарванд, – звонким голосом поприветствовала она моего спутника. – Где вы пропадали все последние месяцы и почему не прислали гонца, чтобы сообщить о своем визите?
– Моя королева. – Он мягко улыбнулся ей и поклонился. – Прошу прощения за столь долгое отсутствие. Я скучал по вашему обществу каждый миг.
Меня словно ударили палкой по голове, настолько я была поражена. Эта молодая женщина – не кто иная, как сама королева Гвиневра. Супруга Артура, короля Британии. Мужчины, создавшего легендарный Круглый стол и искавшего Святой Грааль. Грааль, который жаждал заполучить и, хотелось верить, никогда не получит Регулюс. Они с Аарвандом, похоже, состояли в довольно близких отношениях. Это не просто странность. Это пугало, потому что давало почву для кучи домыслов. И ни один из них мне не нравился.
Я присмотрелась к ней. Платье на королеве было далеко не таким выцветшим, как шерстяная ткань моего. Бархат и шелк блестели, как золото. А покрывающие их бриллианты и изумруды полыхали огнем. На лацканах ее плаща красовался вышитый белый дракон, а возле нее шел мужчина, наверное, даже красивее ее. Ее кисть лежала на его руке, и он бережно накрыл ее ладонью. Этот мужчина не мог быть Артуром. Он сын феи, а не демона. Должно быть, это Ланселот. Чувственные губы сложились в улыбку, скорее всего, из-за того, что я так на него пялилась. Я почувствовала, как его магия осторожно потрогала мою. Магия, которой в моем времени больше не существовало, магия, которая пропала, когда Авалон растворился в тумане. Мне почти казалось, что я чувствовала исходящий от него запах «острова яблок».
– Ланс. – Аарванд слегка склонил голову перед рыцарем, тем самым подтверждая мое предположение. – Рад видеть. Я торопился, чтобы успеть вовремя. Все готово?
Что он имел в виду? Я подняла на него глаза, но он был полностью сосредоточен на Ланселоте.
– Отправляемся в путь не позднее, чем через две недели, – подтвердил рыцарь. – Скорее, даже раньше, и я рад, что ты будешь с нами.
Руку готова дать на отсечение, что эти двое говорили о Крестовом походе, который Артур поведет в Бретань и в Броселианд. Аарванд не просто приходил сюда несколько раз. Для это он чересчур свободно общался с королевой и ее любовником, и об этом он нам не сказал. Я беззвучно заскрипела зубами. Все мои опасения подтверждались. Аарванд все еще вел собственную игру. Я проглотила зарождавшийся во мне страх.
– Как бы я мог пропустить? – воскликнул он и вдруг словно вспомнил обо мне: – Разрешите представить вам мою спутницу, моя королева? Леди Вианна из Броселианда.
Жена Артура и королева Британии, Гвиневра, одарила меня открытой улыбкой.
– Вы еще никогда не приводили с собой ко двору женщину. Можем ли мы надеяться на брак?
Я подавилась пряным вином, которое кто-то сунул мне в руку, и закашлялась.
– Кхм… нет, – очень неженственно выдавила я. – Никакого брака. Мы просто друзья. Я лишь помогаю ему в разных делах.
Ланселот склонил голову набок:
– И вы ведьма, – заключил он. – Причем очень сильная.
– Верно, – признала я. – Думаю, тут при дворе есть и куда более одаренные ведьмы. – Просто так должно было быть. Способности ведьм с ходом столетий становились все слабее.
Гвиневра засмеялась:
– О, такие есть. Берегитесь Морганы и Моргаузы. Они не особенно любят конкуренцию.
– Я не собираюсь использовать здесь свой дар. Как уже было сказано, я лишь сопровождаю Аарванда.
– Моргана обрадуется, когда тебя увидит, мой друг, – сказал Ланселот. – Она по тебе скучала, и ей не нравится, когда ее просто так покидают.
Аарванд прочистил горло. Так Ланселот хотел намекнуть, что Аарванд и сестра Артура состояли в особых отношениях? Сначала Кайя, а теперь Моргана? Я попыталась отодвинуться от него, но он держал меня крепко. Ланселот мило улыбнулся. Лучший друг Артура и первый рыцарь Круглого стола немного напоминал мне Калеба, и дело не только в этой хитрой улыбке, а прежде всего в том, как он защищал королеву.
– Хорошо проведите время, – произнес он потом. – Увидимся за ужином. Кстати, ходят слухи, что Мерлин прибудет в Камелот еще до отъезда наших войск. Ты об этом слышал? – Взгляд его карих глаз помрачнел, но это могло быть связано и с мерцающими факелами. – Мы должны решить, как поступить с этой проблемой. Окончательно.
После того как Аарванд молча кивнул, они оба развернулись и смешались с толпой.
– Тебе предстоит кое-что объяснить, мой друг, – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Если бы это не привлекло так много внимания, я бы придушила тебя на месте.
– Прибереги это на потом, – ответил он. – А теперь улыбайся и делай вид, что умеешь вести себя как кроткая девушка.
– «Кроткая» – это как «мертвая», только раньше, – тихо буркнула я.
Он все равно услышал.
– «Кротко» означает, что ты ведешь себя сдержанно с мужчинами, с которыми разговариваешь.
– О, тебе бы это понравилось.
– Вианна, – рыкнул он. – Ты забываешься. – Это звучало точно так же, как из уст мужчины, встретившего меня на Керисе. Холодно и отчужденно.
У меня задрожали руки. Надо было остаться дома.
Толпа вновь расступилась, и теперь прямо к нам направилась высокая, худая женщина. Она была одета в расшитое множеством жемчужин темно-зеленое платье, вырез которого едва ли что-то скрывал. Черные волосы, заплетенные в косу, спускались сбоку по ее плечу и сразу притягивали взгляд к пышной груди.
– Аарванд, – поприветствовала она моего спутника. Ее кошачьи серо-зеленые глаза сверкнули. – Я поначалу подумала, что ты мне привиделся. Ты заставил меня очень долго ждать.
– Моргана, – поздоровался с ней он. – Ты ведь знаешь, что я отсутствовал по поручению короля.
Она смерила меня скучающим взглядом, прежде чем опять посмотреть на него.
– Целый год? Все остальные рыцари регулярно приезжают в Камелот. Ты же не специально меня избегал?
– Нет, – коротко ответил Аарванд. – Как бы я мог?
Она приподняла изогнутые брови и взяла его под руку с другой стороны.
– Давай вместе поприветствуем Артура. Он будет так же рад видеть тебя, как и я, и он тоже ненавидит эти праздники. – Взгляд, который она устремила на меня сейчас, оказался уже совсем не скучающим. – Мы пришлем ей более подходящую компанию. Раз ты снова здесь, я желаю получить все твое внимание.
Я отняла у Аарванда свою руку. На этот раз он позволил мне это сделать и отошел.
– Ты ждешь здесь, – велел он мне. – Не двигайся с этого места.
Я опустила глаза:
– Как прикажете, мой господин. Я останусь стоять тут и буду кроткой.
Моргана весело рассмеялась:
– Симпатичная игрушка, Аарванд. Где ты нашел эту малышку?
Он сжал губы, но с ее оценкой спорить тоже не стал. Возможно, все здесь думали об одном и том же.
– Вианна, – снова начал он, однако Моргана решила больше не задерживаться, потянула его за собой, и он ушел с ней. Он оставил меня одну среди совершенно чужих людей, которые умерли больше полутора тысяч лет назад. В самых страшных снах я не могла себе представить, что встречу всех тех, кто населял наши легенды. В желудке заурчало, когда до меня опять донесся запах жареного мяса. Я не буду стоять тут и ждать, пока Моргана и Аарванд закончат. Надо что-нибудь съесть, а потом подумать, как мне себя с ним вести. Он использовал меня на Керисе, помог нам совершить побег и стал нашим другом. Во всяком случае, до настоящего момента я так считала или по крайней мере надеялась. Это тоже лишь уловка? Не планировал ли он, например, с самого начала взять меня с собой в Камелот? Теперь нельзя это исключать, какую бы боль ни причиняла одна мысль о том, что он снова меня использовал. Аарванд уже много раз сюда приходил и не нашел камень, однако я – Сестра звезд. Так книга назвала меня в той комнате в Гламоргане. Он уже тогда понял, что я помогу ему отыскать камень? После этого мы в первый раз поцеловались. Как я могла быть настолько наивной, чтобы поверить, что для него это что-то значило, хотя все это время он только манипулировал мной? После этого тоже все было ложью? Его поцелуи? Его беспокойство? Я потерла рукой лоб. На меня навалилась усталость. Прошлой ночью я отправлялась в лагерь к Регулюсу, сегодня утром уже совершила путешествие к моменту своего рождения, а сейчас я при дворе короля Артура и вновь столкнулась с предательством Аарванда. В висках застучало. Мои сестры в полутора тысячах лет от меня. Я совершенно одна с мужчиной, у которого в отношении меня изначально не было на уме ничего хорошего. Для него речь все еще шла исключительно о мести. Почему меня вообще это удивляло? Я с самого начала об этом знала. Вот только… какой толк ему в этом от камня? Это еще надо выяснить. Я аккуратно протискивалась мимо празднующих. Эти люди не представляли для меня опасности. Реальная опасность исходила лишь от мужчины, которому я до недавнего времени без раздумий доверила бы собственную жизнь. Что мне теперь делать? Забиться в уголок и плакать – не вариант. Придется придумать что-нибудь получше.
Без Аарванда никто не обращал на меня внимания, и с каждой минутой я становилась все увереннее. Пока никто ко мне не обратится и я не ляпну что-нибудь не то, никто не догадается, что я не из этого времени. Я оказалась перед столом, на котором стояли тарелки с жареным мясом.
– Попробуйте, миледи, – предложила мне пухленькая повариха и положила одну порцию на тарелку. – Сегодня за все платит король. – Она протянула тарелку мне, и я с благодарностью взяла из ее рук мясо с тушеным луком. Женщина просияла, когда я проглотила все с большим аппетитом. Было вкусно. При этом я размышляла, смогу ли без сопровождения пройти в крепость, чтобы осмотреться. Может, камень меня узнает. Я же нашла еще два других артефакта. Взял ли Аарванд с собой вуаль? Почему я не спросила его раньше про артефакт? Надо быть с ним настороже. Если я обнаружу камень, а Аарванд использует на мне вуаль и вернется один… Нельзя заканчивать эту мысль. Тем не менее по всему телу побежал холодок. Он демон, и я не должна забыть об этом снова.
– А вы, наверное, та таинственная леди, которую привел сэр Аарванд, – внезапно заговорил кто-то у меня за спиной.
Повариха, которая только что собиралась вручить мне тарелку с маленькими картофелинами, юркнула к другому концу стола, и я обернулась.
– Верно, – подтвердила я, – но ничего особенно таинственного во мне нет.
– О нет. Мы все задаемся вопросом, как Аарванду удалось вас так долго от нас прятать.
– Что вы имеете в виду? И кто такие «мы»?
Мужчина указал на компанию молодых людей, которые с любопытством наблюдали за нами, а сейчас отсалютовали мне бокалами.
– Присоединитесь к нам и расскажете о подвигах Аарванда? Он опять убил дракона?
Я склонила голову к плечу:
– Не так, чтобы я об этом знала. Возможно, вы сначала представитесь мне, перед тем как расспрашивать?
– Разумеется. Как невежливо с моей стороны. Я сэр Кей, молочный брат Артура и его стольник.
– Вы занимаетесь его делами при дворе? – уточнила я.
Сэр Кей гордо кивнул.
– Значит, вы отвечали за этот праздник? Он восхитителен, и я еще никогда не бывала в таком великолепном замке.
– Думаю, таких и нет. Видели бы вы его после смерти Утера. – На его лице отразилась печаль. – Мы были так молоды, когда впервые пришли сюда, а большая часть зданий представляла собой сплошные руины.
– А сейчас и не скажешь. Вы проделали грандиозную работу.
– Я всегда прикладывал много усилий, чтобы во всем угодить Артуру… и королеве. – Последнее слово прозвучало с легким пренебрежением, и, словно чтобы загладить этот эффект, он поспешно добавил: – Впрочем, этот Бельтайн уже не сравнится с теми, которые мы устраивали в юности.
В Бельтайн раньше с соответствующими ритуалами отмечали праздник плодородия. Теперь я заметила и свежий ветерок вокруг. В моем времени сейчас подходила к концу осень, а тут уже давно наступила весна.
Сэр Кей ухмыльнулся:
– Пусть Артур и запретил, но многие его подданные сегодня ночью прокрадутся в лес чествовать богинь.
Некоторая информация была мне не очень-то важна, и знать ее мне не хотелось. Возможно, Моргана отметит Бельтайн с Аарвандом. При этой мысли меня замутило, и я прижала ладонь к животу. Мне должно быть все равно. Я заставила себя улыбнуться.
– Кроме того, вы рыцарь Круглого стола, если я не ошибаюсь, и вы собирались утаить это от меня? – Я подмигнула ему, и Кей расхохотался.
– Нет, миледи, не собирался, просто хотел вести себя скромно.
– Будет очень нескромно с моей стороны попросить вас уделить мне время и показать тут все? Я в первый раз при дворе и немного любопытна.
– Теперь меня еще больше мучает вопрос, где Аарванд вас нашел. Вы весьма необычны.
Пара предложений, и я уже прокололась.
– В озере, – заявила я. – Он спас меня, когда я тонула. – Это даже не обман.
– Ну, естественно, – сказал мой собеседник. – Вот везунчик. Как же иначе. Он совершает героический поступок и к тому же получает лучшую награду.
– Я не награда, сэр Кей, но ваш комплимент – честь для меня.
Он протянул мне руку, и я взяла его под локоть. Рыцарь ловко проводил меня мимо пирующих. А я даже не пыталась отыскать среди них Аарванда. Мы переступили порог легендарного здания, и я благоговейно замерла. Я бывала в Мораде, в крепости верховного короля Кериса. Буквально выросла в шато Ложи, и Аарванд принимал меня в своем белокаменном дворце. Стоило думать, что я привыкла к строениям такого рода. Но Камелот превосходил все. Мрамор, золото и серебро сверкали одно ярче другого. Громадные гобелены покрывали стены, а цвета показались такими яркими, каких я не видела никогда прежде – я даже не подозревала, что подобная роскошь возможна в эту эпоху.
– Не хотите ли сесть за столом рядом со мной? – спросил Кей, весело наблюдая за тем, как я впитывала каждую деталь. Историки моего времени даже представить себе такого не могли. Хотя они в принципе не верили, что существовал сам Артур – что уж говорить об этой крепости. Вот бы сделать фото, пускай и лишь ради того, чтобы показать их Маэль и Эме. Они обе были бы поражены. Как же хотелось разделить это с ними. В этот момент мне ужасно не хватало сестер. Впервые я оказалась полностью сама по себе. Что бы они посоветовали? Как мне поступить с новыми знаниями?
– Не знаю. – Я оторвалась от окружающего вида и все-таки ответила на вопрос сэра Кея. – Разве я не с Аарвандом должна…
– О, Аарванд будет сидеть с леди Морганой и очень обрадуется, если я позабочусь о вас. Пока он при дворе, Моргана больше ни на кого не обращает внимание, и он, честно говоря, тоже. Так всегда было, вот увидите.
Уже видела. В чужом времени и в месте, полном совершенно незнакомых людей, Аарванд просто-напросто предоставил меня самой себе. Еще яснее продемонстрировать свои приоритеты он бы не смог.
– Раз так, то я с удовольствием сяду с вами. У сэра Аарванда нет передо мной никаких обязательств.
– А если бы были, он бы эти обязательства не сдержал. – Сэр Кей немного надменно улыбнулся собственному замечанию и повел меня к длинному столу в передней части зала. За нами туда же устремлялись и другие люди и выбирали себе места. Ланселот проводил королеву к столу, однако сам сел в другом его конце.
Кей не сводил глаз с них обоих.
– Вы с королем Артуром близки? – выпалила я первый пришедший на ум вопрос, чтобы его отвлечь. Известно ли ему об отношениях королевы с Ланселотом?
Он вновь переключил внимание на меня и откинул со лба прядь медных волос. Лишь в ярком свете факелов и свечей я заметила, что у него глаза разных цветов. Один казался почти черным, а другой был фиолетовым.
– Мы с Артуром братья, – коротко ответил он, как будто это все объясняло. – У вас есть брат или сестра?
– Двое сестер.
– Тогда вы лучше меня знаете, каково это – ссориться и снова мириться. Мы близки настолько, насколько могут быть близки люди, которых выкормила одна мать. Причем я чаще получал молоко кормилицы, а Артур – моей благородной матери.
Я слушала его вполуха, потому что к столу подошли Аарванд и Моргана. Моргана опустилась на стул рядом с другим, выглядевшим так роскошно, что явно предназначался королю, и сделала жест Аарванду занимать место возле нее. Вскоре после этого я поймала его взгляд, который затем метнулся к Кею. Князь сердито нахмурился. Он думал, я до сих пор стояла снаружи и ждала его?
Моргана накрыла его ладонь своей и погладила по предплечью. Он мгновенно сосредоточился на ней. Наклонил голову и что-то зашептал ей на ухо. Потом его губы скользнули по ее виску.
– Я вас предупреждал, – шепнул сэр Кей. – Он полностью принадлежит ей.
– Он ничем мне не обязан, – еще раз произнесла я, хотя с трудом подавляла в себе ужас. И недоверчиво покачала головой. Кто вообще этот мужчина? Его близость с Кайей и так было сложно вынести. А это гораздо хуже.
Раздался гонг и помешал Кею добавить что-то еще по этому поводу. Теперь я утвердилась в своем мнении. Все разговоры смолкли. Боковая дверь около нашего стола отворилась, и вошел король. Его подданные и рыцари встали.
Я видела Артура на картинах, однако большинство из них написали через столетия после его смерти, и я понятия не имела, как в действительности выглядел король. Если бы мне пришлось описать его внешность одним словом, я бы выбрала «по-мальчишески». Светлые волосы доставали до плеч, единственный из своих приближенных, он носил аккуратно постриженную бороду, а синие глаза пронзительно сверкали. Словно желая подчеркнуть их цвет, он надел темно-синюю тунику, украшенную на воротнике и манжетах золотой вышивкой. На поясе висел меч, и я бы поспорила на что угодно, что это легендарный Экскалибур – подарок Вивианы королю. Чуть склонив голову, он с улыбкой принял выражение почести своих подданных. Затем подошел к своей жене, взял ее за руку и поцеловал. Гвиневра тоже улыбнулась присутствующим, прежде чем они оба сели. Король был старше своих рыцарей, но я все равно не дала бы ему больше тридцати лет. Возраст Гвиневры же не мог быть намного больше, чем мой, то есть разница между ними составляла примерно десять лет.
Через несколько минут слуги подали еду и напитки. На столах появилось бессчетное количество золотых и серебряных тарелок. Все выглядело вкусно. Я незаметно погладила себя по животу. Желудок свело, и причина тому – не тот мой перекус на улице.
Кей наклонился ко мне.
– Еда во дворе предназначалась для прислуги, – прошептал он. – Эта невыразимо вкуснее. Вам следовало проявить терпение.
– Аарванд, друг мой. – Голос привыкшего командовать Артура освободил меня от необходимости отвечать. – Не желаете достойно поприветствовать своего короля? Где вы так долго пропадали?
Аарванд поднялся, за пару широких шагов оказался подле Артура и опустился перед ним на колено, как настоящий королевский рыцарь.
– Я защищал страну и служил вам.
Я чуть не фыркнула. Какой одаренный актер.
Артур довольно улыбнулся в ответ на эту пустую фразу:
– Можете встать, и после ужина присоединяйтесь к другим рыцарям Круглого стола в моих комнатах. Больше моей любимой сестре не удастся занять все ваше время. – Первые слова прозвучали с теплотой, а вот в последних слышался скорее холод.
Моргана, похоже, либо ничего не заметила, либо не переживала по этому поводу, потому что лишь послала брату воздушный поцелуй. Артур раздраженно тряхнул светлыми волосами. Гвиневра накрыла ладонью его руку, а Кей рядом со мной тихо вздохнул. Драма между присутствующими, очевидно, была в самом разгаре. Артур ревновал сестру к ее поклонникам.
– Позвольте предложить вам что-нибудь? – спросил Кей, указывая на блюдо с овощами.
Чуть-чуть я вполне осилю, поэтому кивнула. Затем положила себе немного рыбы и старалась есть как можно более женственно.
– Аарванд уже представил вам других рыцарей Круглого стола? – через какое-то время задал вопрос Кей.
Покачав головой, я промокнула уголки рта. Салфетками здесь служили маленькие шелковые платочки. Готова поспорить, что больше ни один средневековый замок не мог похвастаться такими изысками.
– Симпатичный юноша с темными кудрями – это сэр Тристан, – начал Кей. – Доблестный. Около него сидит сэр Ламорак, среди нас он Благороднейший, сэр Борс, в свою очередь, Добродетельный. Вон там, с противоположной стороны стола, сидит сэр Гавейн – Великодушный. Сэр Гахерис – Искренний и сэр Персиваль – Храбрый, однако, по-моему, Невежа ему больше подходит. – Он ухмыльнулся. – За ними рыцарь, которого вам лучше остерегаться, – сэр Бедивер – Галантный. Он разбил больше женских сердец, чем любой из нас, за исключением, разве что, сэра Ланселота – Отважного. Хотя он разбивает сердца женщин не потому, что использует их, а потому, что не замечает ни одной женщины, кроме королевы.
Эти слова прозвучали горько, и я кашлянула, когда он замолчал и уставился в пустоту.
– А кто мужчина напротив Морганы?
Кей расправил плечи:
– Сэр Гарет – Разумный, а рядом с ним сэр Герайнт – Отзывчивый.
– А какое прозвище у вас? – полюбопытствовала я.
Он засмеялся, но прозвучало это невесело.
– Скромный. Так меня называют.
– Почему?
Он моргнул и поначалу выглядел так, словно не хотел отвечать. Тем не менее, к моему удивлению, он это сделал:
– Потому что довольствуюсь тем, что оставляет мне Артур. – Едва закончив предложение, он застыл. – Забудьте, что я сказал. Я совсем не то имел в виду.
– Определенно нет, – пробормотала я. – Итого одиннадцать. А кто же двенадцатый рыцарь?
Кей удивленно взглянул на меня.
– Аарванд, – сказал он затем. – Вы не знали? Во время его последнего визита Артур принял его за Круглый стол. Сэр Аарванд – Таинственный. Никому точно не известно, что о нем думать. Даже королю или Моргане, при том что они оба к нему ближе всех. – Та как раз нагнулась к Аарванду и зашептала что-то ему на ухо.
– Но я за ним приглядываю. Не доверяю.
Он знал, что Аарванд демон? К тому же не наполовину, как Артур. Знал ли об этом вообще кто-нибудь при дворе?
– А вы ведьма, не так ли? – Неожиданно его тон перестал быть дружелюбным. – Анима? Вы управляли моими мыслями, чтобы я разболтал то, о чем даже не думаю?
– Нет, – растерявшись, откликнулась я. – Я ведьма, но уж точно не анима.
Скепсис не исчезал с его лица. Очень аккуратно Кей сложил салфетку рядом со своей тарелкой.
– Прошу меня извинить, миледи. Мне необходимо вернуться к своим обязанностям.
– Разумеется. – Рыцарь удалился, а у меня возникло ощущение, что он не скоро захочет возобновить со мной разговор.
Празднование вокруг меня не прекращалось. Снова и снова я слышала хрипловатый смех Морганы. Ничего удивительного, что Аарванд сопротивлялся тому, чтобы взять меня с собой, – и к камню это не имело никакого отношения. Он буквально ловил каждое слово сестры Артура. И королю это не нравилось. Впрочем, возможно, его плотно сжатые губы и искаженное от злости лицо замечала только я. Гвиневра беседовала с Персивалем и сэром Тристаном, после чего встала и подошла ко мне.
– Позволите? – указала она на пустующее место сэра Кея.
– Вы королева, – произнесла я. – Это место принадлежит вам.
Она усмехнулась очень не по-королевски и села. Служанка принесла ей кубок с вином.
– Моргана всегда такая, – тихо сказала она.
– Какая? – Лучше мне прикинуться чуть глуповатой, пока не буду точно уверена, на что она намекала.
– Она отнимает мужчин. – Взгляд Гвиневры нашел Артура, и я увидела в нем тоску. – Постарайтесь не придавать этому слишком большое значение. Лучше расскажите мне о Броселианде. В детстве отец как-то взял меня с собой в этот лес. Это было прекрасно, и я мечтаю однажды снова там побывать.
– Артур мог бы взять вас с собой, – дипломатично предложила я. – Когда отправится в тот военный поход, о котором мне рассказывал Аарванд.
– Значит, он поэтому вернулся вовремя. – Так она подтвердила мое предположение, что близился последний удар Артура по демонам. – Стоило догадаться. Никто не хочет его пропустить. Со всего королевства ко двору устремляются рыцари со своими солдатами. Надеюсь, у Артура достаточно кораблей, чтобы все они переправились. Пакт с демонами должен быть заключен в день летнего солнцестояния. Так что время уходит. Хотела бы я поехать с ними. – Она грустно покачала головой. – Но Артур не разрешает. Я обязана остаться в Камелоте. Мой отец – Лодегранс, король Камелиарда. Наше королевство находится недалеко от Броселианда, вы знали?
Я кивнула, хотя это была неправда. В моем времени уже неизвестно, где находилось королевство отца Гвиневры, однако считали, что оно располагалось в Финистере, в одном из регионов Бретани.
– Отец отправил меня на Авалон, чтобы жрицы научили меня древней вере. Мне следовало как можно лучше подготовиться к свадьбе с Артуром. Однако король не особенно почитает богинь. Теперь уже.
Я была не уверена, почему Гвиневра мне все это рассказывала. Сейчас она смущенно улыбнулась.
– При дворе мало женщин нашего возраста. Будет замечательно, если мы сможем проводить время вместе. Пока мужчины не уйдут на войну. Вас ведь Аарванд наверняка не оставит. – Она, такая красивая, вдруг показалась такой одинокой.
– В этом я немного сомневаюсь. – Я взглянула на него и Моргану. Черные волосы их обоих практически смешались. – Когда точно они отправляются?
– Артур еще ожидает нескольких гонцов. Ему необходимо заранее знать, где находится Мерлин.
Я затаила дыхание:
– Он действительно придет?
Она качнула головой:
– Не знаю. Такие вещи он со мной не обсуждает. Их последняя встреча закончилась не лучшим образом. Но с Мерлином никогда не представляешь, что он сделает дальше, ясно одно: он действует только в собственных интересах. – Она собиралась встать, когда Артур забарабанил пальцами по столу. Сестра повернулась к нему спиной, а стул его королевы пустовал. Очевидно, он считал, что ему уделялось слишком мало внимания.
– Расскажите мне что-нибудь про Авалон, миледи. – Мне надоело торчать одной за столом среди всех этих рыцарей, которые знали друг друга целую вечность.
Помедлив, она села обратно.
– Я бы с удовольствием осталась там. Думаю, я нигде не была так счастлива. Это совершенно особенное место. Я любила просто обставленные хижины, зеленые луга и бесконечные ряды яблонь. – Она рассмеялась, и прозвучало это невероятно. – Тогда я была еще так молода.
Глядя на нее, не скажешь, что с тех пор прошло много времени.
– Отец отправил меня к жрицам в двенадцать лет, а примерно в пятнадцать я в первый раз повстречалась там в туманах с Ланселотом. – Она понизила голос. – Он хотел навестить Вивиану. Могу я спросить, какую роль вы играете в жизни Аарванда? – Она смотрела на меня абсолютно открыто, словно ее и вправду это интересовало.
– Он спас меня и привел сюда. Значительной роли я не играю. Он просто проявил вежливость, так как чувствовал себя обязанным.
Не успела я договорить, как Аарванд поднял голову и взглянул прямо на меня. Я подняла свой кубок с вином и сделала пару глотков.
– Какое счастье для меня. – Гвиневра улыбнулась. – Я должна возвращаться к Артуру и не могу отнимать все ваше время. Увидимся завтра. Приходите в мои покои, и тогда мы договоримся о планах на день.
Завтра нас здесь уже не будет. Во всяком случае, я на это надеялась.

Глава 15

Через два часа служанка отвела меня в покои. Это оказалась просторная уютная комната с огромной кроватью в центре. У одной стены стояло два сундука, а у другой – большой камин, в котором пылал огонь. Перед ним на приличном расстоянии расположились два кресла. Несколько слуг затащили внутрь деревянную кадку и наполнили ее горячей водой. Сколько бы раз я ни повторяла, что им не о чем беспокоиться, они просто меня игнорировали. Вздохнув, я сдалась и позволила девочке-горничной снять с меня платье. Только скользнув в горячую воду, я поняла, насколько была напряжена. На много часов застрять в другом времени, точно не зная, как правильно себя вести, ужасно выматывало. Я старалась поскорее помыться, пока в комнату не пришел Аарванд и не застал меня голой и мокрой. Нам есть что обсудить. После того как вытерлась, я, за неимением другого, опять влезла в свое платье. А затем начала ждать, когда он придет за мной, мы отыщем камень и вернемся домой. Вот только Аарванд не пришел. На самом деле меня это не удивило. Я не ошиблась. Они с Морганой отмечали Бельтайн по-своему. Но что они замышляли? Подтянув ноги к животу, я уткнулась лицом в подушку. Больше всего хотелось закричать и выпустить весь свой гнев, разочарование и страх, однако это ничего не изменит. Руки покрылись мурашками при мысли о том, что он действительно не вернет меня обратно. Что мешало ему просто остаться в этом времени? У него тут друзья и любовница. Почему я об этом не подумала? Потому что мои подозрения не заходили так далеко. Я представить себе не могла, что снова почувствую себя такой беспомощной, как в Мораде. Но одна перемена к лучшему все-таки нашлась. Аарванду известно о пророчестве, а чтобы оно сбылось, нужны три сестры. Меня он перенес, сделав его исполнение невозможным. Источник никогда не будет запечатан. Мы показали ему пророчество, а он исчез. Куда он уходил? В Мораду к Регулюсу или к Мерлину? Кайя в итоге тоже стала его марионеткой? Знали ли Калеб и Нэа о его настоящих планах? Когда он все это придумал? Напряжение вернулось и неизмеримо росло, пока я прислушивалась к звукам, доносившимся снаружи, и перебирала имеющиеся у меня варианты. В комнату проникали грудной смех, непристойные возгласы и хриплые крики. Сейчас Бельтайн и люди отмечали праздник плодородия так, как делали это с незапамятных времен.
Я опять зажмурилась, однако, как ни старалась, сон не шел. Все здесь чужое – эти звуки, запахи, ощущение ткани на коже. Рано или поздно я сдалась. Отыщу камень и найду возможность возвратиться в свою эпоху. Тут я оставаться не могла, в воздухе витала угроза, пускай и выглядело все вполне мирно. Когда разразится буря, меня здесь быть не должно.
«Камень судьбы принадлежит Звездам» – говорилось в предсказании, значит, я  его получу. Опять надев туфли, я шагнула к двери и выглянула наружу. В оживленной крепости Регулюса я ходила среди демонов, хуже тут быть не могло. Так что я храбро шагнула за порог и направилась вперед. Камелот оказался еще более запутанным, чем все остальные замки, которые я знала. Мел бы пригодился, но придется обойтись без него. Я взбиралась по узким темным лестницам и пересекала широкие коридоры. Через тонкую подошву обуви вверх по ногам карабкался холод, и я растирала руками плечи. Раскрыв ладони, подставила их потокам воздуха. Если камень в замке, я наверняка что-то почувствую. Артефакт был слишком могущественным, чтобы укрыться от меня. Однако не ощущалось ни одного, даже самого тихого дуновения магии, что настораживало еще сильнее. Как будто кто-то или что-то впитывало в себя всю магию. Я осторожно пошла дальше. Никто не обладал подобной мощью, даже Мерлин, разве нет? Волосы на затылке встали дыбом, все чувства обострились. Каменные стены покрывал тонкий блестящий слой влаги. Сквозь узкие стрельчатые окна внутрь лились прохладный воздух и темнота. Земля в стыках плит на полу как будто что-то нашептывала мне, а за дверями в каминах чересчур громко потрескивал огонь в каминах. Все четыре стихии были крайне встревожены. Возможно, люди и не ощущали опасность, зато ее ощущало всё и все, кто более восприимчив к такой энергии. Что-то дремало в этом замке и ждало. Ждало момента выпустить свою мощь.
Я свернула за ближайший угол. Двери комнат выстроились одна за другой. Сколько людей принимал здесь король? За одной из дверей раздавался веселый смех, который я сразу же узнала, как и мужской голос, ответивший на этот смех. Остановившись, я прислушалась. Опять знакомый мужской голос. Получается, Аарванд не с королем. Но в конце концов я и так это знала. Хотя Артур приказал князю присоединиться к нему и рыцарям, общество Морганы, по-видимому, оказалось куда привлекательнее. Наверное, эти двое, тесно прижавшись друг к другу, лежали в ее постели. Я отогнала образы их обоих на смятых простынях в самый темный уголок своего подсознания и попыталась сконцентрироваться на своем занятии.
– Леди Вианна. – Из конца коридора донесся удивленный голос, и я повернула голову в ту сторону.
Ко мне шагал сэр Кей. На его лице отражалось недоверие.
– Ищете что-то… или кого-то? В такой час?
– Аарванда. Я ищу сэра Аарванда. – Я этого, конечно, не делала, но, увы, все равно нашла. Если Моргана сейчас откроет дверь и обнаружит здесь меня, я со стыда провалюсь под землю.
Из-за двери вновь раздался смех развлекающейся пары.
Кей наклонил голову, прислушиваясь. Недоверие пропало, и теперь он взглянул на меня с жалостью.
– Он занят.
– Я думала, он у короля, – выдавила я плаксивым голосом. Пусть считает меня брошенной любовницей Аарванда.
– Нет, встреча рыцарей закончилась несколько часов назад. Хотя у него есть и другие обязанности. – Он отвел меня от двери. – Дамы очень любят Аарванда. – Почти заботливо сэр Кей положил мою ладонь на свой локоть. – Удивлен, что Моргана не утащила его в лес, а вам следует быть осторожнее, особенно в такую ночь, как эта.
– Но ведь в вашем замке я в полной безопасности.
Он натянуто улыбнулся:
– Обычно да. Аарванд дал вам надежду? – спросил он затем почти по-отечески и увлек меня назад по коридору. О нашей небольшой неурядице за ужином рыцарь, похоже, совсем забыл. С каждым метром, на который мы отдалялись от комнаты, я злилась все сильнее. А потому мне потребовалось кое-какое время, чтобы понять смысл вопроса, после чего я мысленно закатила глаза.
– На что? – тем не менее спросила я.
– На свадьбу. Вы совсем молоды. Позвольте мне предостеречь вас от сэра Аарванда.
– Нет необходимости, – заверила его я. – Он ничего мне не обещал, а уж тем более брак.
– Тогда это хорошо. Если вы попросите Гвиневру, она наверняка подберет вам супруга. Кажется, королева вам благоволит, а юная девушка без семьи при таком дворе, как этот, абсолютно беззащитна.
– Благодарю за совет и предостережение. – Я пыталась запомнить, по каким коридорам он меня вел, чтобы больше не забредать в покои Морганы.
– Доброй ночи, – попрощался сэр Кей, после того как дал мне еще парочку ненужных советов по отношениям. – И подумайте о том, что я вам предложил.
Странный мужчина, и он совершенно точно не выносил Аарванда. Возможно, я сумею извлечь из этого какую-нибудь пользу. Я кивнула, закрыла дверь и на мгновение привалилась к ней спиной, а потом потащилась в кровать, натянула одеяло до подбородка, закрыла глаза и постаралась не обращать внимания на узел в животе. Меня не касалось, с кем спал Аарванд. Вероятно, я всего лишь выдумала себе его предательство, потому что это меня обидело, и у нас до сих пор была общая цель. В конце концов я же ему отказала. Впрочем, если быть до конца откровенной, мне хотелось вернуться в комнату Морганы и выдернуть его из ее постели. Зачем он целовал меня у алтаря, а я отвечала на его поцелуи? По крайней мере я могла быть уверена, что такого больше никогда не произойдет.

* * *

Какой-то шорох вырвал меня из беспокойных снов, и я села на кровати. Потом заметила, что по комнате передвигалась тень.
– Auguri . – Мои губы сложились в слово прежде, чем я вообще успела задуматься, что делала. Но сейчас Бельтайн, а сэр Кей недвусмысленно меня предупредил. В незваного гостя полетел маленький огненный шар. К сожалению, до него он не добрался, а разлетелся на мерцающие звезды.
– Ты что творишь? – ругнулся Аарванд. – Совсем спятила? – Он плюхнулся на край кровати.
– Я – нет. Что тебе здесь надо? Моргана выставила тебя вон, когда получила то, чего хотела? Жалкий предатель.
Аарванд только застонал в ответ.
Я глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки. Оскорблять его можно будет и тогда, когда я вернусь домой. А пока он мне нужен, нельзя подавать виду, что я раскусила их с Морганой.
– Incendare . – Зажглась свечка на прикроватном столике.
Аарванд прижал палец к виску.
– Можешь, пожалуйста, так не пищать? У меня уже голова болит.
– Я не пищу, – закипая от ярости, выплюнула я. Да как он посмел?
– А получается очень пискляво. – Князь стягивал сапоги. Он собрался лечь ко мне? Я уперлась обеими руками ему в спину и изо всех сил толкнула. Но эта гора лишь слегка качнулась. Тогда придется призвать на помощь магию, чтобы показать ему, кто хозяйка в этой постели. Вдруг мне в нос ударил сладковатый запах.
– Ты что, напился? – в шоке выпалила я. – От тебя воняет, как будто ты упал в бочку с этой мерзкой медовухой.
– Хм, – пробурчал он и наконец стащил с ноги второй сапог. А потом завалился на кровать. У меня в голове не укладывалось. Может, я раз или два фантазировала о том, каково было бы снова лежать с ним в одной постели, как в Гламоргане, когда его ранили. Но совершенно точно мои мечты никогда не выглядели вот так. Во-первых, он еще полностью одет, во-вторых, от него несло не только медовухой, но и приторными духами. Аарванд закрыл глаза, а его грудь равномерно поднималась и опускалась. Просто немыслимо. Должно быть, он заснул в ту же секунду, когда голова коснулась подушки. Я заставила себя не убирать ему длинные черные волосы с лица. Он был полностью расслаблен, вероятно, благодаря талантам Морганы. Во мне вспыхнула ненависть. Ненависть к нему, к Моргане, ко всей этой ситуации. Сейчас мне казалось нереальным еще хоть раз довериться кому-то, с кем меня не связывали родственные узы. Я скучала по сестрам. Никогда прежде я не чувствовала себя так одиноко. Как он мог так со мной поступать? Как мог кто-то быть таким бесчувственным? Я снова посмотрела на его правильные черты лица. Его длинные темные ресницы, его губы…
Он предатель. Лжец. Сердито схватив одеяло, я, как сумела, устроилась на кресле у камина. Щелчком пальцев заставила огонь опять разгореться. Потом закрыла глаза. Уснуть в такой неудобной позе мне бы явно не удалось, поэтому я вслушивалась в размеренное дыхание Аарванда. Давление в груди становилось все сильнее и сильнее. Наблюдать, как они с Морганой сидели за столом, уже оказалось достаточно противно. Однако рисовать в своей голове картины того, как они катались в ее постели, переплетая длинные ноги и руки, его губы на ее губах, и вынашивали свои коварные планы, оказалось невыносимо.
Проснулась я от того, что меня трясло. Пламя догорело, и комната стала ледяной. Кто-то дотронулся до моей щеки, и я вздрогнула. Шея болела от неудобной позы, в которой лежала голова.
– Почему ты не в кровати? – спросил Аарванд. – Ты сейчас простынешь.
Я потерла глаза и повертела головой сначала направо, потом налево.
– Ты ворвался в комнату и аннексировал мою кровать.
Его смех отдавался где-то у меня в животе.
– Скорее всего, ты имеешь в виду «оккупировал». Оккупация – это захват, а аннексия – окончательное поглощение. Прости. Я был не в себе. Ступай в постель.
В изумлении я уставилась на Аарванда. На лице у него читалось раскаяние. Уму непостижимо. Этот лжец и обманщик действительно думал, что между нами ничего не изменилось?
– Тогда теперь ты можешь оккупировать это кресло, а я поглощу кровать. И даже не смей к ней приближаться. На остаток ночи она моя.
– На этой штуке холодно, – пожаловался он, немного напомнив мне Калеба.
– Ну так согревайся приятными мыслями, – огрызнулась я. – После твоих ночных приключений это должно быть несложно.
Я протопала по темноте к кровати и легла. В отличие от стула она казалась раем, и у меня вырвался вздох. Шершавые простыни и подушка лишь немного пахли медовухой и сильно Аарвандом, а его драконий жар сделал их к тому же уютно теплыми.
Вспыхнул огонь, и я наблюдала за ним сквозь ресницы. Он в нерешительности стоял перед камином. Взгляд метался между мной и креслом.
А когда понял, что я не шутила, он сел, облокотился руками на колени и уставился на огонь. Я пыталась опять заснуть, но его присутствие вызывало во мне какое-то зудящее чувство тревоги. Нужно быть начеку и постараться предугадать его следующий шаг. Слабость я больше не имела права себе позволять.
– Вианна, – через какое-то время тихо позвал Аарванд. Естественно, он понимал, что я не спала.
– Да?
– Я не все время был у Морганы. Сначала сидел с Ланселотом у Артура. Мы играли в карты с Гавейном и Персивалем и пили. А потом я еще недолго пробыл у нее, это правда. Но ты и без меня обошлась.
– Конечно, – лишь сдавленно сказала я. Он не сообщил мне ничего, чего я бы не знала сама.
Аарванд опять помолчал, но мое напряжение не уходило.
– Моргане известно, где камень, – медленно произнес он затем. – Она водит меня за нос каждый раз, когда я сюда прихожу, но я это выясню.
Я ему не ответила. Вероятно, он решил, что я купилась на такое объяснение, потому что замолчал. У меня так много вопросов, однако его ответы будут всего лишь враньем.

* * *

Следующим утром служанка разбудила меня ото сна, после которого я почти не чувствовала себя отдохнувшей. Оставшуюся часть ночи мне снились Аарванд и Моргана, черная магия и поцелуи. Я сдавила пальцами виски, потому что в голове стучали молотки. Аарванд уже не сидел в кресле, а исчез, и ко мне тут же вернулся страх.
– Королева ожидает вас в своих покоях, – сообщила девушка. – Могу я вам чем-то помочь?
Я покачала головой.
– Нет необходимости. Благодарю.
Ее критический взгляд изучал мое помятое платье.
Я смущенно провела по нему руками:
– Случайно уснула в нем, – объяснила я. – Потому что очень устала.
– Я приготовлю вам ночную сорочку, – предложила она и наконец убежала.
Яростно скинув одеяло на пол, я встала и направилась к столу, где стоял тазик с водой. Моргана рано утром снова позвала его к себе? Прошлой ночью он вернулся, только чтобы меня успокоить? Я даже допрос ему устроить не могла, так как не знала, что он потом сделает. Пока он полагал, что я ему доверяла, я оставалась в относительной безопасности.
Служанка возвратилась как раз к тому моменту, когда я приняла более-менее презентабельный вид, и повела меня к королеве. Гвиневра сидела со своими придворными дамами и вышивала. Заметив меня, она улыбнулась и похлопала ладонью по месту рядом с собой.
– Идите сюда, Вианна, и составьте мне компанию. – Королева положила пяльцы на колени. – Я рада вас видеть. Хорошо спалось?
Я повела плечами.
– Слегка непривычно, но кровать была очень удобной. Большое спасибо.
– Прекрасно. Мы хотим, чтобы все наши гости остались довольны. Позвольте представить вам моих дам? Это Моргауза. Тетя Артура и моя первая придворная дама. – Женщине было примерно лет сорок пять. Очень худая, с волнистыми рыжими волосами и, несмотря на свой возраст, все еще очень миловидная. С тонкими чертами лица, но с искорками презрения в глазах. Я слегка склонила голову.
– Это леди Элейна из Корбеника. Она дочь короля Пелеса и тоже служит мне.
Девушка могла быть лишь на пару лет младше королевы. Я ей улыбнулась, однако она не ответила на мою улыбку. Имена четырех других женщин я мгновенно забыла и вместо этого с интересом разглядывала темноволосую кареглазую Элейну. Моргауза даст ей совет попросить Моргану приготовить зелье, которое превратит ее в Гвиневру, и тогда Ланселот будет вынужден жениться на ней. Элейна подарит Ланселоту сына. Аарванд рассказывал мне их историю в Гламоргане, вот только утаил крупицу информации – что лично знал Элейну и Ланселота.
– Как вам Камелот, леди Вианна? – спросила Моргауза, не поднимая взгляда от своих пяльцев.
– Пока я видела не так много, – честно ответила я. – Но он превзошел все мои ожидания.
– Мой племянник не пожалел усилий и средств, чтобы угодить своей королеве, – сказала Моргауза. – Как жаль, что нет наследника.
– Но ведь он есть. – Гвиневра сладко улыбнулась. – Сын моего супруга воспитывается при вашем дворе, дорогая тетя. Если нам с Артуром не суждено будет родить общего ребенка, Мордред исполнит свой долг. Вы так не думаете?
– Разумеется, – подтвердила Моргауза. – Мой супруг делает все необходимое, чтобы подготовить его к соответствующим обязанностям.
– Не сомневаюсь в этом. – Гвиневра вновь взяла в руки пяльцы. Я посмотрела на причудливую вышивку.
– Что это? Еж?
Она усмехнулась:
– На самом деле роза.
– О. Прошу прощения… к сожалению, трудно понять, – тут же опять села в лужу я.
Гвиневра поджала губы, и через пару секунд до меня дошло, что она прятала улыбку.
– Наверное, мне стоит повесить ее вверх ногами, – захихикала потом она.
По крайней мере моя оплошность подняла ей настроение. А это было срочно необходимо. Моргауза ведьма, причем одна из самых опасных.
– Похоже, сэр Аарванд не очень-то дорожит вами, – опять обратилась она ко мне. – Сэр Кей поделился со мной, что сегодня ночью вы бродили по замку.
– Словом «бродить» я бы это не назвала. У меня не получалось уснуть, и я решила осмотреться.
– Вы что, искали сэра Аарванда? Там, откуда вы родом, вам не сказали, что за мужчинами нельзя бегать? И уж тем более за благородными мужчинами, если сами вы из простого народа?
Я послала ей улыбку:
– Там, откуда я родом, такого различия нет. Мы все равны. – И в тот миг, когда договорила эту фразу, я сообразила, что угодила в ее ловушку.
– Очаровательно, и где же находится это место? Мне казалось, я слышала, что вы приехали из Броселианда. Тогда мне следует поехать вместе с Артуром и поближе познакомиться с этим лесом. Очевидно, в нем полно чудес.
– Их там предостаточно.
Рядом со мной негромко вскрикнула Гвиневра. С кончика ее пальца на белое полотно капала кровь. Она сунула палец в рот, а Моргауза возмущенно кашлянула.
– Ненавижу вышивание, – заявила королева, однако ни одна из дам не выглядела из-за этого удивленной. – Мужчины могут уезжать, когда пожелают, а я обязана просить разрешения у супруга, – добавила она. – Просто смешно.
– Вы королева, – внезапно сказала Моргауза. – И должны сосредоточиться на том, чтобы подарить королю еще одного наследника, а не охотиться в лесах с Ланселотом. Это слишком опасно. – Она приторно улыбнулась. – Вы самое дорогое сокровище Артура.
– На которое он только смотрит, но никогда не трогает, – произнесла она так тихо, что услышала ее только я.
– А мы не можем сбежать? – прошептала я в ответ. – Как она верно подметила, вы королева.
Гвиневра сначала тихо вздохнула, а затем расправила плечи.
– Дамы, – заговорила она. – Я покажу гостье наши запасы трав. – Королева выше подняла все еще кровоточащий палец. – И возьму себе мазь.
Моргауза сморщила нос, но Гвиневра уже вскочила.
– Просто оставайтесь здесь, в моих теплых покоях. В коридорах очень неуютно. Изольда может сопровождать нас.
Ее камеристка, стоявшая у двери, послушно присела в книксене, и королева взяла меня за руку.
– Встретимся за обедом в зале. – С этими словами она потащила меня наружу, и лишь когда за нами захлопнулась дверь, я смогла вдохнуть полной грудью. Как она только выдерживала такую жизнь?
– Изольда, – начала Гвиневра. – Ступай на кухню. Возьми себе у кухарки кусок пирога и жди там, пока мы не вернемся.
Девушка сделала книксен и исчезла без лишних слов. Мы, смеясь, побежали по коридорам, время от времени сталкиваясь то с каким-нибудь рыцарем, то с прислугой. Никто нас не останавливал. В хорошую погоду большинство обитателей замка наверняка гуляли на улице, на свежем воздухе. Почему Артур запирал королеву и держал под надзором пары старых ведьм? Возможно, потому что все те истории оказались правдой. Он любил не ее, а свою единоутробную сестру Моргану. Она даже родила ему сына. Мордреда. Мужчину, который однажды его убьет.
Мы прокрались в конюшни, и один из конюхов принес нам седла и уздечки. Глаза Гвиневры светились от восторга, пока в дверях, ведущих к выходу, не появился Ланселот. Зажав в зубах соломинку, он внимательно смотрел на королеву. Прекрасный, как ясное утро.
– Ты опять от них сбежала? – спросил он и нежно обвел взглядом ее фигуру.
От смущения у нее покраснели щеки.
– Ты выдашь меня Артуру?
– Я хоть раз так поступал? – Он коротко кивнул мне и подошел ближе, чтобы проверить, как закреплено ее седло.
– Один раз, – тут же прозвучал ответ, и она шлепнула рыцаря по руке, когда он хотел потуже затянуть ремень. – Я седлаю своих лошадей, с тех пор как научилась ходить.
Он поднял руки и сделал шаг назад:
– Куда вы собрались?
– В лес. Хочу показать Вианне свое любимое место. Мы поедем одни. Только мы вдвоем.
– Этого я позволить не могу. Слишком опасно, дорогая. – Они оба как будто забыли, что я еще здесь.
– Не называй меня так, – зашипела она, и прозвучало это совсем как у Эме. Когда-то она то же самое требовала от Калеба в Мораде.
На красивом лице Ланселота промелькнули боль и печаль, но он скрыл эти эмоции так же быстро, как они появились.
– Я поеду с вами. – Гвиневра уже хотела начать спорить, когда он договорил: – На почтительном расстоянии, чтобы вы могли вести свои женские беседы.
Она с сомнением хмыкнула, и, прежде чем Гвиневра успела среагировать, он шагнул ей за спину и поцеловал в затылок.
– Ждите здесь, – мягко велел он.
На протяжении почти пяти минут королева неловко созерцала пол, посыпанный свежей соломой, а затем наконец вернулся Ланселот со своим жеребцом.
Животное нетерпеливо натянуло поводья и обнюхало кобылу, на которой собиралась ехать я.
– Что ж, едем. У нас есть немного времени, Артур еще спит и ожидает рыцарей за Круглым столом только после обеда.
– Он один? – В голосе Гвиневры послышались напряженные ноты.
Ланселот коротко кивнул. Мы запрыгнули на лошадей и поскакали через внутренний двор. За нами никто не следил. Никто, кроме сэра Кея. Он прислонился к крепостной стене и не спускал с нас глаз. А в них, казалось, пылал огонь, как я заметила, присмотревшись повнимательнее. Я тихо ахнула, но тут ко мне приблизился Ланселот и поехал рядом, заслонив обзор.
– Лучше забудьте о том, что видели.
Мы пересекли подвесной мост, и перед нами раскинулся холмистый пейзаж с пологими склонами Южной Англии.
– Он демон, – произнесла я так тихо, чтобы Гвиневра, которая ехала чуть впереди, этого не услышала. – Артур знает?
– Разумеется. Он вырос в семье сэра Эктора. Мать Кея его выкормила. Мерлин отдал Артура в ту семью, потому что они были и есть абсолютно верны ему. Им полагалось укрепить демоническую природу Артура. Король должен был гордиться своими корнями.
– Не очень-то им удалось, – сухо обронила я.
Ланселот издал смешок.
– Нет, определенно не удалось, и вам лучше ни с кем это не обсуждать. Происхождение Кея – величайший секрет в королевстве. Может, Артур и ненавидит демонов, однако своего брата он любит. Его он никогда не изгонит.
Я попыталась вспомнить все, что мне известно о Кее. Почему мне раньше не пришло это в голову? У него же столько способностей. Сэр Кей мог девять дней и ночей оставаться под водой, что свидетельствовало о том, что он водный демон, а еще от него якобы исходило необычайное тепло. Я села прямее. Кей умел делать предметы невидимыми. Согласно легендам, эти силы он унаследовал от отца. Он чистокровный демон, а не полукровка, как Артур. Как Кей относился к тому, что брат планировал запереть его народ? Вопрос на вопросе, о которых мне ни с кем нельзя поговорить. Кто из рыцарей в курсе, что Аарванд демон, или он скрывал это от них с помощью своей магии? Мы въехали в небольшой лесок. Как и обещал, Ланселот держался позади. Примерно через полчаса мы добрались до поляны. Ее пересекал ручей, а среди травы и мха росли яркие цветы. Оставив лошадей щипать траву, мы пошли вдоль берега. Ланселот сел на камень и ни на секунду не выпускал королеву из поля зрения. Она взяла меня под локоть и увела из его зоны слышимости.
– Иногда он по-настоящему ужасен.
– Он просто волнуется.
Она вздохнула:
– Знаю, однако все при дворе замечают, как он на меня смотрит.
– Он восхищается своей королевой, разве можно его за это винить?
Сначала она усмехнулась, а потом громко рассмеялась:
– Да, действительно. Здесь потрясающе, не находите? Я бы с радостью чаще бывала на природе, но Моргауза обычно мне запрещает. Если Аарванд согласится, вы, безусловно, сможете поехать на обозе в военный поход. Хотелось бы мне еще раз увидеть родину, – с тоской сказала она.
– Вам стоит попросить об этом Артура.
Она грустно качнула головой:
– С чего бы ему брать меня с собой? Я ему не нужна. У него есть рыцари, с которыми он советуется, и Моргана. Он безгранично ей доверяет.
– Кстати, а сколько сейчас лет Мордреду?
Она пожала плечами:
– Наверное, четырнадцать или уже пятнадцать. Я стараюсь не слишком часто думать о мальчике, но, конечно же, Моргауза такого не допускает. Он – доказательство того, что я виновата в бездетности нашего брака. Артур был так юн, когда умер Утер и он стал королем.
– Вы тогда еще не жили на Авалоне? – аккуратно поинтересовалась я. Там короновали Артура, причем после старинных ритуалов богинь.
– Нет, еще нет, а даже если бы и жила, я была слишком молода. Вивиана ни за что не позволила бы мне участвовать в Дикой охоте и никогда бы не вручила королю в качестве девственной жрицы.
В Дикой охоте мужчина, претендующий на трон Британии, должен загнать оленя, а после этого совокупиться с девственной жрицей Авалона. Этот обычай символизировал связь с землей и древними богинями и на самом деле был по-настоящему варварским.
– Это Вивиана выбрала Моргану? – шокированно спросила я. – Она ведь знала, что они единоутробные брат и сестра.
– Да, знала. Но ее ненависть к Мерлину оказалась несоизмеримо больше. Она хотела разрушить его планы и ради этого использовала всех нас. Ланселота, Артура, меня и в какой-то степени даже Моргану. Хотя та явно страдает от этого меньше всех. Она наслаждается своей властью над королем, а он даже не замечает, как сильно она им манипулирует.
– Значит, его рыцари не вмешиваются?
Гвиневра опять пожала плечами:
– Большинство из них у нее по струнке ходят. Вы же сами видели. Даже Аарванд поддался ее чарам. Только Ланселот ей сопротивляется. – Она бросила на него ласковый взгляд. – Я бы обрадовалась, если бы вы смогли поехать вместе с нашей армией. Вы бы за ним присмотрели. Моргана что-то затевает, и определенно ничего хорошего.
Мы знакомы меньше суток, и тем не менее она доверила мне все это. Насколько же она отчаялась?
– А вы знаете, что именно? – уточнила я, и мне стало не по себе из-за того, что я тоже пользовалась ситуацией, чтобы ее расспросить.
– Нет. Мне известна лишь официальная версия. То есть планы Артура. Они уже изгнали демонов из Британии. Те, кто остался, бежали в Бретань. Им предложили уйти на Керис. Источник, который разделяет наши миры, будет запечатан, когда сквозь него пройдет последний из них. Артур утверждает, что не возьмет меня с собой, потому что хочет защитить, если что-то пойдет не так.
– Как чутко с его стороны. – Гвиневра ни словом не обмолвилась о Камне судьбы. Знала ли она о нем в принципе?
Она улыбнулась в ответ на сарказм в моем голосе.
– Да, не правда ли? Я ведь как нежный цветок. Полная противоположность Моргане. Она, скорее, как сорняк и раз за разом прорастает заново. – Королева прикрыла рот рукой. – Простите, это было гадко, но… я ее ненавижу.
– Здесь не за что извиняться. Она не самая обаятельная персона.
– Нет, совсем нет. Ее тоже воспитала Моргауза. Поэтому они так близки. Утер не пожелал видеть при своем дворе никого из детей Горлуа. Игрэйна отослала дочь к сестре, и Моргауза обучила ее всему, что должна знать ведьма. Что же могу поделать я, обычная смертная? Мерлин стремился помешать Артуру жениться на ведьме. Он выбрал меня, потому что не чувствовал во мне опасности, и внушил эту нелепую мысль моему отцу. Думаю, я ненавижу Мерлина даже больше, чем Моргану. Если бы не он, у нас с Ланселотом, возможно, был бы шанс. – Она вновь взглянула на него, и на этот раз ее глаза наполнились слезами. – Мы уже столько всего преодолели вместе, но иногда у меня появляется ощущение, что самое плохое нам только предстоит. Возможно, я и не обладаю особыми силами, но вижу во снах наше будущее, и оно ужасно. Я буду еще более одинока, чем сейчас. – Голос у нее надломился, и тогда Ланселот неожиданно возник перед нами и заключил ее в объятия.
– Дайте нам пару минут наедине, – попросил он меня.
Я кивнула и направилась на другой конец поляны. А когда оглянулась, он держал ее лицо в ладонях и сцеловывал слезы. Эта нежность оказалась настолько душераздирающей и в то же время кошмарной, что я отвернулась и пошла дальше вдоль берега. Пусть проведут наедине столько времени, сколько им нужно. Рассказывала ли Гвиневра Ланселоту о своих снах? Я бы хотела что-то сделать для них, но было нельзя, и это разбивало мне сердце. Аарванд выставлял Ланселота самовлюбленным нарциссом, который покусился на то, что ему не принадлежало. Как будто Гвиневра – чья-то собственность. Она любила Ланселота, а он любил ее. Зачем Аарванд нарисовал такой лживый образ Ланселота?
Когда больше часа спустя я снова пришла на поляну, щеки у Гвиневры раскраснелись, волосы растрепались, а Ланселот стряхивал с ее юбок траву. Она смущенно улыбнулась мне.
– Нам пора возвращаться, – решительно заявил Ланселот. – Артур наверняка уже проснулся и ждет меня.
Мы сели на лошадей и поехали обратно.
– Давайте наперегонки, – предложила Гвиневра и сжала ногами бока своего коня. Ее печаль испарилась, и в этот момент она выглядела почти счастливой.
Покачав головой в ответ на ее озорство, я все-таки погналась за ней по холму. Окрики Ланселота мы обе проигнорировали. Если захочет, догонит. У меня не было шансов против королевы, и я лишь радовалась, что лошадь меня не сбросила. Когда мы подскакали ко двору замка, королева повернулась ко мне с сияющей улыбкой. Глаза у нее блестели, на щеках выступил румянец – теперь уже от чувства свободы, а не из-за Ланселота. Только когда тот подъехал к ней на своем вороном жеребце, обхватил рукой за талию и без единого слова пересадил на своего коня, ее улыбка померкла.
– Что ты делаешь? – воскликнула она.
– Спасаю свою королеву от ее собственного безрассудства. Ты могла упасть. Могла сломать шею. – Не услышать боль в этих словах было невозможно. Если бы он потерял ее, его бы это убило – а этот день уже не за горами. Я должна рассказать им о том, что знала. Что изменится в будущем, если эти двое сбегут куда-нибудь, где смогут быть вместе?
Оглядев двор, чтобы понять, не наблюдал кто за ними, я обнаружила Элейну. Она держалась возле входа в одну из жилых башен. Пускай эта девушка и родит ему сына, она никогда не завладеет сердцем Ланселота. Мой взгляд скользнул дальше и нашел Аарванда. Он вместе с Морганой стоял у колодца. Она протягивала ему черпак с водой, и улыбка, которой ведьма его одарила, не оставляла сомнений в том, что связывало их обоих, даже если оно очень далеко от нежности, с которой смотрели друг на друга Ланселот и королева. Я сглотнула и стремительно отвернулась, пока они меня не заметили.
– Вианна! – окликнула меня Гвиневра. – Давайте расседлаем коней!
Я направила лошадь к конюшням. Королева до сих пор сидела перед Ланселотом на его жеребце, и рыцарь выглядел так, словно сильнее всего хотел бы больше никогда ее не отпускать. Она внимательно смотрела на меня, пока он слезал на землю и спускал вниз ее.
Проведя руками по волосам, я слишком резко сдернула седло со спины лошади.
– Позвольте, я закончу, – обратился ко мне Ланселот. – Ступайте и поговорите с ним.
– Нам не о чем разговаривать. – Я снова попыталась вырвать у него из рук уздечку.
– А я думаю, есть. Он может все вам объяснить.
– Вы, мужчины при этом дворе, слишком властны! – рассердилась на него я.
– Только потому, что вы, женщины, иначе нас не слушаете.
– Я сейчас пришлю тебе несколько платьев! – воскликнула у меня за спиной Гвиневра, внезапно переходя на дружеское обращение. – Ты не можешь продолжать разгуливать в этом, не говоря уже о том, чтобы составлять конкуренцию Моргане.
Я снова обернулась.
– Не собираюсь я составлять ей конкуренцию. Мне это не нужно. – Хотелось бы мне сказать им, в чем заключалась настоящая проблема. Хотелось уметь доверять так же легко, как Гвиневра.
Они оба ухмыльнулись, и Гвиневра пожала плечами:
– Надо сражаться тем оружием, которое у тебя есть.
– Полагаю, если я скажу нет, то ты все равно их пришлешь.
– Разумеется. Ты моя подруга, и я считаю, что ты прекрасна даже в таких старомодных вещах, но они грязные. – Она сморщила маленький носик.
– Ладно, если уж тебя все равно не отговорить. Ты же королева.
– Да, королева.
Ланселот взял ее за руку и поднес к своим губам.
А я наконец развернулась и пошла во двор. Аарванд и Моргана удалились, поэтому я решила вернуться в свою комнату. Буду вести себя с ним абсолютно нормально, а сегодня ночью опять попробую поискать камень. Эти двое заняты кое-чем другим и точно не будут мешаться у меня под ногами. Вот только что с того? Пока я не найду возможность переправить его в наше время, камень бесполезен. Я сняла испачканное платье и как раз мыла руки, когда дверь распахнулась.
– Где ты была? – налетел на меня Аарванд. Он подошел к столу, на котором стоял таз с теплой водой, и остановился рядом со мной. – Я тебя искал. – Его взгляд спустился по моей сорочке без рукавов, а я подумала, что лучше бы на мне сейчас оказалось больше одежды.
– Ох, извини. Я на это не рассчитывала. Но все равно уверена, что ты прекрасно провел это утро. – Развернувшись к нему всем корпусом, я улыбнулась так равнодушно, как только могла. На нем уже был другой костюм, не тот, в котором он пришел вчера. Темно-зеленая туника так же плотно облегала его тело, как и черные брюки. Я же, в свою очередь, после сна и поездки в одном и том же платье выглядела абсолютно растрепанной и взъерошенной. Придется принять одежду Гвиневры. – Я гуляла с королевой и Ланселотом. Они хотели показать мне окрестности, а ты и так был в хороших руках.
– Она использовала тебя как компаньонку, чтобы остаться наедине с Ланселотом, – едко бросил он в ответ. – И не надо отрицать.
– А почему тебя это беспокоит? – Я все-таки повысила голос. – Ты такой невыносимый, потому что не получилось остаться на всю ночь у Морганы? Мог бы и не проверять меня, я и так никуда отсюда не денусь. К тому же я уже взрослая девочка, Аарванд. Справлюсь. Будешь теперь каждую ночь проводить с ней, пока мы тут? – Прозвучало злее, чем предполагалось. Вот вам и план не подавать перед ним виду.
– Ты знала, что я был у нее, еще до того, как я тебе об этом сказал, верно? Откуда? – Он сделал два шага в мою сторону.
Ни в коем случае не признаюсь, что я слышала их вдвоем.
– После вашего милейшего общения за ужином вчера вечером я уже догадалась, что между вами особые отношения, а сэр Кей весьма любезно это подтвердил. – Я похлопала его по груди. – Мог бы спокойно сказать сразу. Меня это не волнует.
Он сузил глаза до щелочек:
– Что конкретно подтвердил тебе Кей и, прежде всего, когда ты встречалась с ним одна?
– Он сказал, что ты очень занятой человек, – увильнула я от последнего вопроса. – Надеюсь, ты сумел удовлетворить Моргану, не хотим же мы разочаровать сестру короля. – Я тщательно высушила руки и отошла к камину, чтобы создать между нами дистанцию.
– Ни в коем случае. – Теперь в его голосе звучало веселье, что приводило меня в еще большую ярость. – Думаю, она осталась очень мной довольна.
– Хорошо, – перебила его я. От его слов меня пронзили жар и холод. – Она рассказала что-нибудь интересное, или ты сначала должен отработать определенное количество позиций, прежде чем она смилостивится и откроет свои секреты? – прошипела я и в тот же миг прокляла себя за этот комментарий.
– Если бы это было не так маловероятно, я бы подумал, что ты ревнуешь. – Аарванд тоже подошел к камину и встал позади меня.
– Мечтай дальше. – Нужно успокоиться. – Итак, ты что-то выяснил?
– Нет. По крайней мере ничего, чего бы я уже не знал. Но я с ней и не спал.
Он думал, я в это поверю?
– Эта женщина пожирает тебя глазами. Не могу себе представить, чтобы она отлипала от тебя, когда вы одни. – Я прикусила язык, пока еще чего-нибудь не ляпнула.
– А почему тебя это беспокоит? – Его дыхание ласкало мне шею, и меня охватила дрожь.
– Меня ничего не беспокоит. Напротив. Если это поможет тебе выполнить нашу задачу, то делай что хочешь. – Повернувшись, я твердо взглянула ему в глаза. Если во мне и теплилась надежда обнаружить в нем хотя бы тень неуверенности, то я осталась разочарована.
– Как великодушно с твоей стороны заранее отпустить мне грехи.
– Ты не нуждаешься в том, чтобы я отпускала тебе грехи. Но это интересная тактика, наверное, и мне стоит ее попробовать. Уверена, что тоже что-нибудь выясню. – Я хотела пройти мимо него, потому что он явно стоял слишком близко, но Аарванд схватил меня за запястье и удержал на месте.
– Просто чтобы тебе было ясно: ты не будешь продаваться за информацию.
– Ничего не могу обещать. – Стоило этим и ограничиться, но мой рот сам по себе произнес следующее предложение, прежде чем я успела его закрыть: – Для тебя ведь это никакая не жертва. Моргана очень красивая женщина, и тут полно симпатичных рыцарей.
– Она красива, да, – прорычал он. – А еще она коварная змея. Почти любой при этом дворе хотя бы однажды пользовался ее благосклонностью. Она не любит делиться и оказывает слишком большое влияние на Артура. Поэтому практически всегда получает желаемое. Не играй в игру, не зная правил.
Мне правда хотелось ему поверить. Как бы то ни было, свою роль он играл безупречно. В конце концов я отошла от него и направилась к столу. На нем стояли кувшин с вином и тарелка с выпечкой. У меня заурчало в животе. Я понятия не имела, что делать или говорить дальше.
– Становиться врагом Морганы крайне неразумно, – вновь начал он. – Когда я пришел сюда впервые, я еще не знал тебя, Вианна. Ты не можешь меня в этом упрекать.
– Есть новости о Мерлине? – сменила я тему. – Никогда бы не подумала, что ему тут так не рады.
– Раньше было по-другому. – Аарванд вздохнул. – Ситуация очень сложная. Артур ожидает Мерлина завтра или, самое позднее, послезавтра. Когда он прибудет, держись в тени. Он не особенно любит ведьм, и Моргана сыграла в этом не последнюю роль. – Он налил в кубок вина и протянул мне. – Ты сможешь сделать это ради меня?
Я глотнула вина и задумалась, чего он добивался от меня этой просьбой. Я не должна заметить, как он будет встречаться с Мерлином? Моргана ненавидела мага, но спала с Аарвандом. Вероятно, она значила для него так же мало, как и я, и все это он делал исключительно ради Мерлина.
– Тебе здесь нравится, не так ли? – медленно спросила я. – Нравится находиться при дворе Артура. Ты возвращался сюда раз за разом не только для того, чтобы найти камень, я права? – Нужно вывести его на чистую воду. Он должен рассказать мне хоть что-то. Не могла же я постоянно ломать голову над загадками.
Аарванд нахмурился:
– Я иду обратно к Артуру, если тебе что-нибудь понадобится, позови служанку.
– Ты останешься здесь. У меня есть еще парочка вопросов. Это была твоя идея отправить демонов в безопасное место на Керисе? Ты предложил это Артуру? Навел его на идею и тем самым отнял убежище у ведьм и колдунов? А Моргана в курсе?
– Эта идея возникла у Артура до меня, – с неохотой ответил он. – Я лишь помог ему ее реализовать.
– Когда мы начнем искать камень? Прошлой ночью я немного осмотрелась… – На этой фразе он вздрогнул.
И слегка побледнел.
– Не надо было. Это чересчур опасно.
– Но ведь ради этого мы тут. И мне стоит поблагодарить тебя за то, что отвлек Моргану, – самодовольно улыбнулась я.
У Аарванда в глазах полыхнула ярость.
– Как мило с твоей стороны это признать. Значит, моя работа принесла пользу, как здорово.
– К сожалению, я ничего не нашла.
На его лице промелькнуло разочарование.
– Я заблудилась, а сэр Кей меня нашел и проводил до комнаты. А зачем приедет Мерлин? Ты знаешь?
Аарванд словно надел ледяную маску.
– Ему нужен камень.
– И почему меня это не удивляет. Видимо, каждому при этом дворе он нужен.
– Но каждый его не получит, – с нажимом ответил Аарванд. – В следующий раз поищем вместе.
Я пожала плечами:
– Если Моргана тебя отпустит, можешь присоединиться ко мне.
На мгновение мне показалось, что он сейчас лопнет от злости. Ноздри у него задрожали, а под кожей на щеках проступили синие чешуйки.
Я тоже так умела. Руны у меня на руках стали ярче. В комнате запульсировала магия. Ему меня не запугать.
Аарванд сделал шаг назад.
– Маленькая демонстрация силы?
Я пожала плечами.
– Прибереги это для того, кого тебе действительно нужно будет напугать. – Он недоверчиво покачал головой, развернулся и ушел. Дверь захлопнулась у него за спиной, и я вздохнула. Надо найти камень.

Глава 16

До конца дня мы с Аарвандом не виделись. Лишь перед ужином он объявился в зале вместе с Морганой. На этот раз Гвиневра настояла, чтобы я сидела рядом с ней. Как она и обещала, ее камеристка принесла мне платье. Оно было сшито из потрясающей темно-синей ткани, однако Аарванд, который сел с Морганой напротив короля, меня игнорировал.
– Приехал еще один гонец? – вместо этого спросил он Артура.
Тот кивнул:
– Теперь уже точно известно, что Мерлин прибудет завтра. – Он повернулся к сестре: – Ты останешься или уедешь? Я знаю, что тебе всегда не по себе, когда он в Камелоте.
– Останусь, – твердым голосом произнесла она, потянулась через стол и взяла его за руку. – Если я уеду, то, возможно, не успею вовремя вернуться до отъезда войск.
Артур переплел их пальцы.
– Благодарю тебя. И очень это ценю.
– Это не такая большая жертва, дорогой мой. Скоро мы окончательно решим эту проблему. Доверься мне. Мерлин больше не сорвет твой план. Его влияние тает день ото дня. Он старик без наследника.
– Нельзя его недооценивать. Он так просто не сдается. – Артур издал вздох. – Трудно поверить, что когда-то он был мне важнее собственного отца.
– Притом сэр Эктор очень старался быть тебе хорошим отцом, – подал голос Кей.
– Да, верно, – признал Артур. – И я отблагодарил его тем, что навсегда оставил тебя рядом с собой. – Ни от кого не укрылась завуалированная критика.
– Хорошо провели день? – обратился Кей ко мне. – Вы ведь катались на лошадях с нашей королевой и сэром Ланселотом.
– Да. Они любезно показали мне окрестности, – подтвердила я.
– Потому что ваш рыцарь был занят другими делами. – Его взгляд переключился на Аарванда.
– Мне не нужен мужчина, который будет беспрестанно обо мне заботиться. Я и сама хорошо справляюсь.
Ланселот громко засмеялся над моим ответом, и к нему присоединилось еще двое рыцарей.
– Вы только послушайте, – с ухмылкой сказал Артур и обратился напрямую ко мне. – Вы могли бы спокойно остаться в Камелоте. Не сомневаюсь, Гвиневра обрадуется. Она сердится на меня, потому что я не беру ее с собой, однако я делаю это лишь ради ее благополучия. Военный лагерь – не место для такой хрупкой женщины.
По щекам Гвиневры расползались красные пятна, но не от смущения, а от гнева. Впрочем, она оказалась достаточно дипломатична, чтобы ничего не сказать, а просто немного наклонить голову, благодаря своего супруга. Ланселот гонял по тарелке кусок мяса. У него заходили желваки.
– Но ведь вас сопровождает много женщин, – произнесла я в повисшей неприятной тишине. – Уверена, ваша королева выдержала бы все испытания. Она великолепная наездница.
– Безусловно, – согласился Артур и звучал при этом разозленным. – Но для военного похода требуется немного больше. Необходимо терпеть тяготы и лишения.
Я хотела снова ответить, но Аарванд тихо кашлянул, привлекая мое внимание. Когда я взглянула на него, князь слегка качнул головой. Он серьезно считал, что имел право затыкать мне рот?
– Не могу дождаться, когда смогу убежать от этой монотонной жизни, – так громко заявила Моргана, чтобы ее все расслышали, прежде чем я успела отреагировать на бред Артура. – Это будет как в старые добрые времена до того, как ты остепенился, мой любимый брат.
У Артура загорелись глаза.
– Именно. Помните о битве у замка Гвиннион? – Он посмотрел на своих рыцарей, некоторые из которых яро закивали. – Мы перебили несчетное множество демонов и саксов, а остальных повергли в бегство.
Моргана просияла:
– Это было самое захватывающее время в моей жизни.
– В моей тоже, – подхватил король. Если он и замечал, что Гвиневра рядом с ним застыла, то просто это игнорировал. В течение следующих нескольких часов я слушала, как рыцари расписывали свои прошлые подвиги. Гвиневре следовало отдать должное, она постоянно улыбалась, как и я, слушала рассказы и смеялась, когда они звучали чересчур абсурдно или когда мужчины дразнили друг друга. Однако любой, кто присмотрелся повнимательнее, увидел бы грусть в ее глазах. Эти мужчины за столом и Моргана были сложившейся группой. Они прогнали из Британии саксов и ютов, сражались в бесчисленных битвах и охраняли мир в стране. Они – герои, ставшие легендами. Их истории пройдут сквозь время. Им предстояло лишь запереть демонов на Керисе, и после этого никто уже не усомнится в могуществе Артура. Но Гвиневра навсегда останется посторонней, потому что ни Артур, ни Моргана не допустят, чтобы она стала частью их круга. Мир запомнит ее лишь как неверную королеву. Это так несправедливо. Больше всего мне хотелось высказать свое мнение в лицо этому невежественному королю. Все, что случится с ним в будущем, он заслужил. Пока у нее еще была возможность уйти, не потеряв лицо, Гвиневра встала. Она наклонилась к Артуру, который просто похлопал ее по руке, даже не взглянув на жену, когда та поднялась.
Ланселот хотел последовать за ней, но его задержала Моргана:
– Расскажите леди Вианне о своем сражении с той демоницей, как там ее звали?
– Принцесса Элидия, – выдавил из себя Ланселот.
– Она вскружила ему голову, – поддела его Моргана. – А в своей демонической форме оказалась драконом. – Ее полные губы скривились от отвращения. – Он заметил это, только когда дрался с ней и ранил. Из последних сил та еле перевоплотилась.
– Что с ней стало? – тихо спросила его я.
– Умерла, бедняжка, – ответил он. – Бессмысленная смерть. Но в какой смерти есть смысл?
– Вот только не строй такое лицо, Ланс, – велел Артур. – Люди чествовали тебя как героя. Не каждый из нас может похвастаться битвой с драконом.
Мой взгляд метнулся к Аарванду, который крутил вино в своем бокале. Он ничем не выдавал своих эмоций.
– И слава богу, что скоро никому это и не понадобится, – заявила Моргана. – Как только мы запрем их на Керисе, все закончится. Придется нам искать себе новые приключения, любимый мой брат, – поддразнила она Артура. Моргана погладила Аарванда по плечу и вниз по руке. – За последние годы вы столько путешествовали, – промурлыкала она. – Наверняка вам подвернулись одно или два. Скажите, за что еще стоит сражаться?
– Я считаю, что стоит больше стремиться к миру, а не к войне, – ответил он дружелюбно, но твердо.
Моргана скрыла очевидный укол смехом.
– Говорит человек, который и на пару дней не задерживается на одном месте.
– Это изменится, когда воцарится мир. Я где-то осяду, женюсь на какой-нибудь женщине и заведу с ней детей.
Моргана лишь снисходительно улыбнулась.
– Какая расточительность. Такой мужчина, как вы, рожден не для одной-единственной женщины, и это всем здесь известно. – Она приподняла брови, и рыцари захохотали.
Даже сам Аарванд усмехнулся и ответил ей с улыбкой:
– Эти истории сильно преувеличены.
– Разумеется, брат. – Рыцарь Гавейн хлопнул его по спине. – Как и истории про каждого из нас.
Когда мужчины начали пытаться перещеголять друг друга рассказами о своих победах, я тоже решила уйти. Я действительно не обязана это слушать. Попрощавшись, я быстрым шагом покинула зал, пока никто не успел меня задержать. Так как желания опять торчать в одиночестве в своей комнате у меня не было, я отправилась в покои королевы. На мой стук дверь открыла Изольда.
– Как она? – спросила я и протиснулась внутрь, пока камеристка меня не прогнала.
Девушка нервно разгладила юбку.
– Плачет, но такое происходит почти каждый вечер.
– Я могу попробовать поднять ей настроение, – предложила я.
– Было бы замечательно. Она прячет свою печаль и дает ей волю только в своих покоях. Никому не дозволено видеть ее такой, но вы… вы ей очень нравитесь.
– Она мне тоже нравится. Принесешь нам чего-нибудь сладкого с кухни и немного вина?
Изольда усердно закивала и унеслась прочь. А я сделала глубокий вдох и вошла в спальню Гвиневры.
Она сидела перед зеркалом и расчесывала волосы. На щеках блестели дорожки от слез.
– Случаются дни, когда это сложнее выносить, чем обычно. Хотела бы я быть сильнее, – негромко сказала она.
– Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Я бы ни дня не вытерпела с этими мужчинами. Они тщеславны и самодовольны.
Она улыбнулась:
– Порой ты говоришь такие вещи, что я задаюсь вопросом, откуда ты и кто тебя ко мне послал.
– Богини, полагаю. Арианрод переплела наши судьбы. – Это странно, учитывая, как мы с богиней расстались в последний раз. Надо было просто отдать ей Аарванда.
Гвиневра отложила щетку в сторону.
– Я больше не верю в древних богинь. Они чересчур много раз бросали меня в беде. – Она вытащила из-под ночной рубашки цепочку. На ней висел крест. – Ты в Броселианде слышала про бога христиан? – Я медленно кивнула, а она пожевала нижнюю губу. – Надеюсь, он милосерднее, чем эти жестокие старые женщины. Я больше ни о чем не могу их просить. Они так часто позволяли, чтобы со мной происходили страшные вещи.
Итак, круг замкнулся. В своем стремлении задать человеческим судьбам определенное направление богини перегнули палку и ожидали слишком большой жертвы. Вместо того чтобы просто это принять, Гвиневра обратилась к другой вере. К вере, которая в недалеком будущем приведет к тому, что богини окажутся забыты. Это было бы почти забавно, если бы не было так грустно и если бы в грядущих столетиях христианство не потребовало стольких жертв.
– Если тебя это утешает, то молись тому богу, который тебя защищает, – ответила я. – И попроси его низвергнуть на Моргану гром и молнии. – Я села на ее кровать. – Не понимаю мужчин. Как они могут не видеть, что она всеми ими манипулирует?
– С большинством из них она выросла. Они одна семья, – попыталась объяснить мне Гвиневра.
С Аарвандом она не росла. С ним ее связывало кое-что другое.
– Это не оправдание.
Изольда вернулась с подносом, доверху нагруженным разными вкусностями, и опустила его на кровать.
Гвиневра поблагодарила ее.
– Можешь идти спать, – произнесла она потом. – Дальше я сама справлюсь.
Девушка немного критично покосилась на меня, а затем вновь на свою королеву, однако все-таки ушла, коротко поклонившись.
– Она милая, – сказала я.
Гвиневра налила нам вина.
– Я привезла ее с собой из дома. Иногда мне кажется, что она единственный человек, которому я могу верить при этом дворе.
– А что насчет Ланселота?
Она протянула мне кубок, и я стащила одно пирожное с подноса.
– Я знаю, что он меня любит, но если ему придется выбирать между мной и Артуром, то он выберет Артура. – По ее щеке пробежала слезинка, которую она резким движением смахнула. – Впрочем, об этом я всегда знала. Артур хороший король, вот только у меня не получилось в него влюбиться, хотя, видит бог, я пыталась. И дело не в том, что он наполовину демон. Поверь мне.
– У тебя не получилось в него влюбиться, потому что твое сердце давно принадлежит Ланселоту.
Гвиневра вздохнула:
– Да, с тех пор как мы в первый раз встретились, и я проклинала богинь за то, что они это допустили. Наша жизнь была бы намного проще без этой страсти и желания. – Боль в ее словах стала для меня буквально невыносимой. – Я возненавидела Вивиану. Если бы тогда она не вызвала Ланселота на Авалон, когда я заблудилась в тумане, я бы впервые повстречала его тут, при дворе.
– Но кто бы тогда спас тебя после похищения Мелеагантом? – Для того, что она, невзирая на свою юность, уже пережила, Гвиневра все еще оставалась невероятно сильной.
Ее взгляд помрачнел, и она прижала ладонь к груди.
– Ты думаешь, это судьба, что Вивиана свела меня с Ланселотом? Она знала, что однажды он будет нужен мне?
– Она обладает даром предвидения. Ей видно гораздо больше, чем нам.
– Тогда она наверняка видела и то, что ее сын влюбится в меня. Почему она обрекла его на такое несчастье?
– Возможно… – Я сделала паузу. – Потому что ты предназначена ему.
– Хотела бы я, чтобы это было так. – Гвиневра улыбнулась, но, хотя я ожидала, что эта улыбка будет печальной, королева вновь меня удивила. – В этой жизни мы не принадлежим друг другу, однако во многих других принадлежали, и будут следующие, в которых мы сможем быть вместе. Я уверена. Только благодаря этому мне удается нести и терпеть такую судьбу. Наши души принадлежат друг другу, даже если тела на этот раз не могут.
Прекрасная мысль, и мне бы тоже очень хотелось в нее верить. Эзра сказал, что я никогда не предназначалась ему. Значит, кому-то другому? Была ли я предназначена кому-то во множестве жизней подряд? Правда ли это вообще?
Гвиневра положила свою изящную ладонь на мою руку:
– Каждая душа принадлежит какой-то другой, и мужчину, который принадлежит тебе, ты уже давно нашла, тебе лишь нужно решиться и довериться ему.
Она не озвучила имени Аарванда, но я поняла, что она имела в виду его. Я взглянула на нее широко раскрытыми глазами:
– Он предал меня, – тихо сказала я. – И использовал, и мне кажется, продолжает это делать.
– В некоторых жизнях мы вынуждены совершать поступки, которыми не гордимся, – произнесла она. – Но как нашим душам расти, если им нельзя ошибаться? Не будь так строга к нему и к себе самой. Не выбрасывай на ветер то, что вы можете иметь в этой жизни.
Эме говорила мне что-то похожее про себя и Калеба.
– Ты такая храбрая, – серьезно ответила я. – Я бы тоже хотела такой стать.
Гвиневра хитро мне подмигнула:
– Но так и есть. Аарванд умеет быть очень устрашающим. Ему не нравится, как вокруг тебя увивается Кей. Демоны не любят делиться. Кей представляет для Аарванда большую угрозу.
– Ты знаешь, что Аарванд демон? – спросила я ошарашенно и настороженно одновременно.
– На Авалоне меня обучали феи Вивианы, глупенькая. Конечно же, я узнаю демона – и тем более такого, который так плохо контролирует свои чувства, как он. – Она негромко рассмеялась и вдруг показалась мне намного мудрее, чем я сама. – Вот бы ты была там со мной. Мы бы довели жриц до белого каления. – В словах слышалась тоска. – Я бы с удовольствием осталась там и лучше бы прошла посвящение. Но Мерлин… – Из ее уст имя прозвучало с ненавистью. – … и Вивиана имели на меня собственные планы. – Прикрыв глаза, Гвиневра глубоко вдохнула воздух, просачивающийся в спальню через узкие окна. – Чувствуешь запах весны? Это мое любимое время года. Для многих, кто отправится на битву, эта весна будет последней. Мне не верится, что демоны просто уйдут в изгнание. Я надеюсь и молюсь, чтобы Ланселот вернулся невредимым.
– Расскажи мне о вашей второй встрече, – попросила ее я.
Гвиневра улыбнулась своему воспоминанию.
– Мы не виделись два года. Когда встретились впервые, он не знал моего имени. Мы только поцеловались. Для меня этот поцелуй стал первым, а Ланселот, разумеется, был гораздо опытнее. Я считала, что он забыл меня. Пусть я любила Авалон, но всегда ощущала себя там немного одиноко, а потом он вернулся. На два года старше и еще красивее, чем остался в моей памяти. Я думала, он искал меня и нашел. Думала, он попросит моей руки.
– Но он этого не сделал. – Я позволила ей продолжать, хотя знала эту историю. Она отчасти напоминала нас с Эзрой. Когда возвращалась в Броселианд, я тоже надеялась на наше совместное будущее.
Она покачала головой:
– Нет, не сделал. Он и сэр Кей пришли по поручению короля, чтобы от его имени просить моей руки. Когда они мне это сообщили, я в слезах выбежала из хижины. – Королева кривовато усмехнулась. – Определенно не мой звездный час.
Я погладила ее по руке.
– Мужчина, которого я любила с пятнадцати лет, женился на другой женщине. Я вызвала шторм и затопила лес. Тоже не лучший вариант.
Она рассмеялась:
– Вот бы мне тоже такие силы.
– Что случилось потом?
– У меня не было выбора. Ланселот и Кей увезли меня с собой. По дороге нас остановил король Мелеагант. Любой ребенок в королевстве знает историю об испорченной королеве. – Ее пальцы стиснули покрывало. – Мелеагант правил Сомерсетом и вызвал Кея на поединок. Я всегда подозревала, что Кей проиграл намеренно. Он был против заключения этого брака. После боя люди Мелеаганта набросились на Ланселота и так долго его избивали, пока я не подумала, что он мертв. А затем увезли меня в крепость короля в Гластонбери.
– Ты не обязана рассказывать дальше, – прервала ее я.
– Рассказать об этом не так страшно, как пережить. – Ее взгляд устремился в необозримую даль. – Мелеагант взял меня силой. По сути, после этого я стала непригодна как королева. Когда Ланселот освободил меня, я хотела лишь умереть. Но он не позволил. Он выходил меня, а затем привез в Камелот. Артур все равно взял меня в жены, но я не могу родить ребенка. Поэтому не играет роли, делит он со мной ложе или нет. Это мое наказание за то, что не люблю короля так, как должна. Он женился на мне, несмотря на то что я была обесчещена. Вероятно, даже именно по этой причине. Артур не желает передавать свое демоническое наследие. Ненавидит его. Он любит Моргану, но даже от нее он не хотел ребенка. Поэтому Мордреду запрещено жить здесь, при дворе. Хотя бы от этого я избавлена.
Сейчас слезы уже ручьями текли по ее щекам. Я поставила свое вино и поднос на пол, обняла ее и обругала себя за то, что завела тему, которая подвела к этой истории.
– Ты не испорчена и не была такой, – шептала я, гладя ее по волосам. – Ты не виновата в том, что с тобой произошло. Виноват только совершивший это мужчина. Не давай этому сломить себя.
– Иногда я так устаю. Я еще так молода, но больше всего мне хочется лечь в эту постель и больше с нее не вставать. Несколько украденных минут в день с Ланселотом – вот и все, что у меня есть. Но когда они уйдут на войну, я не увижу его много месяцев. – Ее рыдания превратились во всхлипывания.
У меня разрывалось сердце. Эта молодая женщина заслужила куда больше, чем ей позволяли иметь мужчины ее времени. Я не хотела утешать ее пустыми фразами. Не могла заверить ее, что все будет хорошо. Могла лишь поддерживать ее в эти два-три дня, что пробуду здесь.
В какой-то момент поток слез прекратился, и мы легли на кровать.
– Расскажи мне про мужчину, которого ты любила. – Гвиневра с любопытством взглянула на меня.
– Он мертв, – ответила я. – Пал в битве не так давно. Он пытался защитить меня и был так сильно ранен, что умер у меня на руках, – исказила правду я.
– Значит, он тоже тебя любил? – Она повернулась на бок.
– Да, любил. Но как у Ланселота, так и у него имелись вещи важнее меня.
Королева вздохнула:
– Как ты считаешь, однажды настанет время, когда все изменится? Время, в котором только чувства будут решать, быть ли двоим вместе или нет? Независимо от того, какой у них статус или обязательства?
– Да, – ответила я, надеясь так ее утешить. – Я в это верю. Когда-нибудь люди, которые принадлежат друг другу, смогут быть вместе.
Королева обняла подушку и закрыла глаза. Темные круги под ними говорили лучше всяких слов. Она совершенно измотана. Каждый день вышагивать по этому замку с поднятой головой тяжелее, чем ввязаться в битву с сотней демонов.
– Я буду ждать, – пробормотала Гвиневра. – Тогда мы с Ланселотом наконец будем вместе. Тогда все это сейчас не зря. – На ее губах расцвела улыбка, и она уснула.
Я еще немного полежала возле королевы, а потом накрыла ее одеялом и пошла обратно к себе в комнату. Повстречаю ли я вновь в другой жизни Эзру или даже Аарванда? Наверняка нет, если мы навсегда отделим Керис от нашего мира. Эти мысли так поглотили меня, что я чуть не пропустила открывшийся рядом коридор или, вернее, лестницу, ведущую вниз. Но вот магия, которая оттуда проникала, от меня укрыться не могла. Вытащив из крепежа факел, я посветила внутрь. Пальцы начало покалывать.
– Ostendere , – шепнула я и подождала в тени лестничного прохода, не проявятся ли магические пятна. – Ну же. Я ведь что-то чувствую. – Голос эхом отразился от каменных стен. Вверх по ступеням полз ледяной воздух, и мое дыхание превращалось в маленькие облачка пара. Пару раз я уже спускалась по лестницам, на которых мне нечего было искать. В первый раз это привело меня в Гламорган, а во второй – к Эйдену в темницу. Оба раза мне удавалось выжить, в третий, возможно, так не повезет. Не успела я додумать эту мысль до конца, как внезапно ощутила ее. Магию. Чистую, ясную и очень темную магию. Она пряталась в холодном воздухе, который окружил меня, и толкала вперед. Тянула меня. Она казалась живой. Я раскрыла пустые ладони. Незримая, но все же материальная магия. Никогда такого не видела. Я сделала шаг назад, и магия пропала. Снова шагнула на лестницу – и вот она здесь. Она останавливалась ровно там, где начинались ступени, и это объясняло, почему ее невозможно обнаружить в самом замке. Что бы ни находилось внизу, оно хорошо охранялось, не раскрывая себя. Мне на ум приходила лишь одна вещь, которая могла там быть. Я вздохнула. В более ранних своих планах я бы сейчас привела сюда Аарванда, однако сейчас мне предстояло самостоятельно выяснить, действительно ли внизу спрятан Камень судьбы.
– Ignis , – прошептала я. Появилось три факела, и на стенах моментально вспыхнули магические пятна. Еле различимые и тем не менее достаточно четкие. – Пора. – Я потерла их подушечкой пальца, чтобы убедиться, что это не игра света. Пятна никуда не делись, и я поставила ногу на первую ступень. Факелы освещали стены, которые становились тем более влажными, чем ниже я спускалась. Камелот окружал ров, и, очевидно, под крепостью залегали грунтовые воды. Лестница оборвалась так резко, что я споткнулась, подавшись вперед, и едва не упала. Помещение, которое открылось передо мной, представляло собой огромную подземную пещеру. Настолько огромную, что было даже не видно, где она заканчивалась. Я осторожно пошла в глубь пещеры. То и дело путь преграждали обломки скал. Отыскивая пятна, я обогнула еще один громадный камень и внезапно оказалась на берегу реки. Она неспешно текла в этой пещере, и я догадалась, что от нее подпитывается ров вокруг крепостной стены. Посреди реки находился островок, а на нем стояло что-то вроде небольшого павильона. И там внутри что-то двигалось. Я юркнула за одну из скал. Кто бы там ни прятался, ему определенно не понравилось бы, что за ним наблюдали. Когда открылась дверь, я поспешно погасила факелы. Раздался скрип, причем такой пронзительный, что мне пришлось заткнуть уши. Дверь захлопнулась, и тот, кто из нее вышел, прошептал заклинание, которое эхом отразилось в пещере. Оно заперло павильон. В темноте не удавалось различить, кто там был. Даже понять, мужчина это или женщина. Затем человек забрался в маленькую лодку, которую я прежде не замечала, и несколькими гребками перебрался на берег. Я опять спряталась за камнем и затаила дыхание, когда он проходил мимо меня. Наконец я рассмотрела, кто это. Моргана. Ну кто же еще. Там внутри находился Камень судьбы? Значит, Аарванд верно предположил, что она его прятала.
Минимум десять минут я сидела за скалой, пока не удостоверилась, что она не вернется, потом осторожно направилась к берегу реки.
– Ignis , – тихо пробормотала я, и в воздухе загорелось два новых факела. Они отбрасывали на воду свой яркий свет. Под водной гладью скользили смутные тени, и я отшатнулась назад. В павильоне начал пульсировать свет, словно взывая ко мне. Не дав себе долго размышлять, не опасно ли то, что я задумала, я села в лодку и взялась за длинную палку. Очень сомнительная затея, и раньше я ничего подобного не делала, но в конце концов до острова всего пара-тройка метров. Река оказалась неглубокой, и палка без проблем доставала до дна. Тем не менее лодчонка подозрительно накренилась, когда я оттолкнулась. Тени, которые до этого плавно перемещались под водой, замерли и устремились ко мне. А я стала грести энергичнее, когда одна из них врезалась в борт. С огромным трудом у меня получилось устоять на ногах и добраться до островка. Тени отпрянули, и я вытянула лодку из реки, чтобы ее не унесло течением, и пошла к павильону. Белые деревянные балки украшала красивая резьба, а между ними были вставлены своеобразные стеклянные пластины, хоть их сложно сравнивать с окнами из нашего времени. Они выглядели слишком мутными и тусклыми. Попытка заглянуть внутрь ничего мне не дала. Не считая холодного мерцающего света, я ничего не смогла разглядеть. Эти «окна» предназначались не для того, чтобы в них заглядывать или выглядывать, а скорее, чтобы не выпустить что-то. Послышался царапающий звук, как будто кто-то провел ногтем по доске, и у меня по всему телу побежали мурашки. Колдовские метки начало покалывать, а руны на руках словно огнем загорелись под тканью платья. Ощущение опасности просачивалось, как смола, сквозь щели в дереве. Затем свет внутри домика резко вспыхнул, и скрип усилился. Моя магия отвечала на это сияние больше автоматически, чем осознанно, и приводила пленника в буйство. Скрип и раздавшийся за ним крик донесся, наверное, до каждого уголка замка, а потом одно из стекол разбилось, и я увидела, что таилось внутри. На меня уставилось существо с пылающими зеленым светом прорезями вместо глаз. Такой же свет исходил из отверстий на лице, где обычно находились рот и нос. Я отступила на шаг. Монстр протянул ко мне руки, которые были не чем иным, как переплетенными между собой ветвями с тремя пальцами. Остальное тело напоминало дерево, чьи корни уходили глубоко под землю. Чудище не могло сдвинуться с места. Оно вертелось и крутилось, чтобы меня достать. На голове рос рог из прутьев, и потом я поняла, что это создание женского пола, поскольку меж двух грудей висела цепочка, а на ней сверкал камень, какого я никогда не видела прежде. Он пульсировал на шее у демоницы как живой. Темно-синий цвет с золотыми вкраплениями делал его похожим на голубую луну. Такие лунные камни встречались крайне редко и якобы упали на Землю прямо с Луны. Настолько крупный экземпляр вообще не мог существовать, и тем не менее вот он. Наверняка это ключ-камень. Другого объяснения просто нет. Камень судьбы, я действительно его нашла. Вот только терзалась вопросом, почему это оказалось так легко. Я в это не верила. Что-то здесь не так, и к тому же демоница ни за что не отдаст мне его по доброй воле. Она явно давно тут росла, потому что все тело покрылось мхом и травой. Я была не уверена, что могла противостоять этому существу. Зеленый свет по краю оконного карниза пополз ко мне. Я шарахнулась назад, когда он, обжигая, ухватил меня за ногу и оставил на туфле грязную пленку. Демоница больше не кричала и не бесновалась, но ее светящийся рот расплылся в смертельной улыбке.
– Здравствуй, девочка, – прошелестела она. Меня объял ледяной холод, колени грозили подогнуться. – Чего ты жаждешь? – пропела она гипнотизирующим голосом. – Хочешь получить камень, как и многие до тебя?
– Кто ты? – спросила я, чтобы потянуть время. Камень так близко, только руку протяни. Я его заберу. – Volanta , – шепнула я и раскрыла руку. Цепочка приподнялась, и камень дернулся в мою сторону.
Зашипев, демоница прижала цепочку пальцами.
– Не смей делать так еще раз. Ты горько об этом пожалеешь. Я хранительница камня.
– Ну, попробовать стоило. – Внутри я дрожала как осиновый лист. Но виноват в этом страх не столько перед демоницей, сколько перед темной магией здесь, внизу. Она словно липла к коже.
– Моргана годами пытается отнять у меня камень, – гудела она. – Она могущественная ведьма и была бы достойна его. Но получит камень только в обмен на слова.
– Какие слова? – Чудище говорило загадками, а теперь издевательски засмеялось. Светящаяся зеленым щель ее рта скривилась в дьявольской ухмылке.
– Этого я тебе не скажу. Сестра короля должна догадаться сама. Это лишь слова. – Последнее слово она протянула неестественно долго. – Души растут от слов. – Забавляясь, демоница захихикала над своей пустой фразой.
Какая чепуха.
– А ты их уже знаешь? – Позади меня все громче бурлила река.
Монстр склонила голову набок.
– Конечно. Я спригган. Мне известны все тайны этого мира.
– Мои поздравления, – проворчала я. Слова, ей нужны слова от Морганы. По всей вероятности, заклинание. Сердцебиение у меня немного успокоилось, так как она больше не делала попыток напасть.
Тут демоница оскалилась еще шире и принюхалась, нагнув голову.
– Я чувствую на тебе запах времени.
– Время не пахнет, – ответила я, отвлекаясь от своих размышлений.
– Дурочка. Ничто не пахнет сильнее. – Она глубоко втянула в себя воздух. – К тебе пристал запах столетий. Подойди ближе, – поманила меня она.
Колющая боль вырвала меня из оцепенения. Зеленоватый свет пополз вверх по ногам и обжигал, как жидкая кислота. Я отпрыгнула, игнорируя боль, и метнула в демоницу проклятием.
– Nocere . – Темный воздух врезался в незримую стену. Она запрокинула голову и расхохоталась.
– Попробуй еще раз. Уверена, ты способна на большее.
– Rigescere indutare . – Заморожу ее, а потом просто сниму цепочку. Но и на этот раз она лишь захихикала, глядя на меня как на какую-то забавную вещицу. Снова ничего.
– Думаешь, если бы это было так легко, камень бы до сих пор оставался у меня? Я бы с радостью отдала его Моргане. Но ей нужны С-Л-О-В-А. – Она сложила губы и выдохнула поток воздуха. Зеленое дыхание поплыло ко мне, однако, решив не выяснять, что оно со мной сделает, я побежала обратно к берегу. Сейчас камень тут в безопасности, но мне требовался план, раз она не отдавала его добровольно. Жуткий смех преследовал меня, когда я толкала лодку в реку, поверхность которой уже не была гладкой: в ней образовывались водовороты. Я ткнула палкой вперед, как вдруг в бок лодки опять что-то ударилось и опрокинуло ее. Потеряв равновесие, я упала в воду. Чьи-то руки схватили меня и потащили на глубину. Я старалась освободиться, пиналась и лягалась. Пока мне еще удавалось не дышать. Пальцы рвали пропитавшееся водой платье, драли волосы. Почувствовав укус на руке, я втянула воздух. В легкие хлынула вода, и меня окончательно накрыла паника. Я распахнула глаза. Поначалу видела только безумно бурлящую воду, затем кости, которые вращались вокруг меня и, наверное, принадлежали другим жертвам, встретившим свою смерть на дне реки. Наконец передо мной возникло лицо сильфиды. Безгубый рот сложился в ухмылку, и показались короткие острые зубы.
«Из-за тебя погибла моя сестра. Князь тьмы убил ее, а теперь ты последуешь за ней». 
Воспоминания о самом страшном мгновении в жизни обрушились на меня со всей силой. Сильфида тогда визжала, пытаясь затащить меня под воду, а после этого появилась темная тень. Лица коснулось горячее дыхание, и меня обхватили когти. Потом послышался безжалостный треск. Как я когда-то могла подумать, что Эзра сломал шею сильфиде, теперь было для меня загадкой, потому что это Аарванд в драконьем обличье отнес меня и осторожно уложил на берег. И лишь потом пришел Эзра.
Сейчас же мне в кожу вонзились мелкие когти. Но на этот раз мне уже не пятнадцать и я не беспомощна. Зубы проткнули ткань рукава, и меня толкнули еще глубже под воду. Прекратив сопротивляться, я полностью замерла. Раздался победный гогот. На миг они меня отпустили. Волосы облаком окружили лицо, тело скользнуло еще ниже ко дну.
«Tempestas », – мысленно прошептала я, и разразилась буря. Вода брызнула вверх, под ногами образовался мощный водоворот и выбросил меня на берег. Я выплевывала воду и одновременно глотала воздух. Сильфиды заверещали. Одна из них врезалась в скалу и так и осталась лежать, оглушенная. На суше она задохнется через несколько секунд. Но мне было плевать. Прежде чем остальные попытались схватить меня и утянуть обратно, я встала на ноги и бросилась прочь.
– Ignis!  – во весь голос заорала я, и путь осветили сотни факелов. Невероятно быстро добравшись до лестницы, я побежала по ступеням. А когда оказалась наверху, обнаружила, что сейчас все еще ночь. Задыхаясь, я привалилась к стене. Возможно, я провела внизу не больше часа, однако он показался целой вечностью. С меня ручьями текла вода, и я дрожала как лист на ветру.
– Aridamus , – с трудом выдавила я и дотронулась до платья и волос. Они высохли в мгновение ока, но озноб все еще сковывал каждую клеточку тела. И виной тому не холод, а страх. Из прохода до сих пор раздавались жуткие завывания, но, к моему удивлению, не появился ни один житель замка. Убедившись, что смогу стоять на ногах, я направилась к себе. Коридоры были пусты, кроме парочки слуг и горничных. Если они и задались вопросом, почему я тут бродила, виду все равно не подали. Я распахнула дверь в свою комнату и сглотнула. На кровати сидел Аарванд.
– Что ты тут делаешь?
Он обвел взглядом мой беспорядочный внешний вид. Платье, хоть и высохло, разорвалось на рукаве, а волосы свисали грязными прядями.
– Где ты была? – Тревоги в его голосе не слышалась. – Это Кей с тобой сделал? Он тебя схватил или ты попробовала выманить у него информацию? Отвечай! – Его ладонь прожгла покрывало, и вдруг сильно запахло горелой тканью.
– Belenos . – Из кувшина на столе взвился небольшой фонтанчик воды и облил пальцы Аарванда. – Не обязательно сразу все вокруг портить.
Он так быстро вскочил и оказался рядом, что я почти не заметила его движений. Руки сомкнулись на моих плечах, и демон легонько меня встряхнул.
– Что случилось?
Я быстро прикинула варианты. Я все еще не имела ни малейшего представления, какую игру он вел. Нашу общую или свою собственную. У него любовная связь с Морганой. От этой мысли во мне закипала кровь. Сестра короля, вероятно, много лет стремилась завладеть камнем. Спригган его ей не отдавала, потому что ведьма не знала правильных «слов». Однако она бы с радостью вручила камень Моргане. Она сама так сказала. Вот бы посоветоваться с кем-нибудь, но здесь никого, кроме Аарванда. Которому, опять-таки, давно известно, что задумала его любовница. Таким образом, я не сообщу ему ничего нового.
– Я его нашла, – прошептала я. – Ключ-камень.
Он перестал меня трясти и просто молча смотрел сверху вниз.
– Под замком есть пещера, а там живет спригган. Она хранительница камня.
Хватка вновь усилилась, Аарванд прислонился лбом к моему лбу и тихо простонал:
– Не говори, что ты пошла к ней одна. – Беспокойство теперь казалось почти настоящим. Моргана уже водила его туда?
Еще никогда я так не мечтала ошибаться.
– Я не знала, что меня ждет, – произнесла я и не сумела полностью прогнать из голоса разочарование.
У него потемнели глаза:
– В будущем ты будешь следовать одному предельно простому правилу, Вианна: больше не спускаться по незнакомым лестницам и не соваться в таинственные пещеры. Ты ранена?
Я удивленно наморщила лоб. Это сейчас его главная забота? Я раскрыла секрет его подружки. Ему не любопытно, отобрала ли я у спригган камень? Отстранившись от него, я прошагала к постели. Силы покидали меня, но он этого заметить не должен. Я повернула предплечье. Там, где меня схватила сильфида, платье разорвалось. Кожу пересекала длинная царапина, а под ней пульсировала тупая боль. Приподняв подол платья, я обнаружила следы укусов на голени.
– Надеюсь, раны не воспалятся и демонической лихорадкой нельзя заразиться дважды в жизни.
– Нет, нельзя. – Он сел рядом со мной и взял мою руку в свою. Шок у него в глазах наверняка был неподдельным, так хорошо никто бы не сыграл. – Это сильфиды? – Когда я кивнула, Аарванд погладил пальцем порез. Он дрожал от напряжения. Впрочем, я тоже. Это плохо. Я хотела отнять у него руку, но он не отпустил. – Сильно болит?
– Печет, но всё в порядке. Уверена, в замке есть целительница, которая сможет мне помочь.
Ноздри у Аарванда раздулись, когда он пристально посмотрел на меня.
– Я могу облизать их и закрыть раны, – медленно проговорил он, не сводя с меня глаз. – Но если начну, то в этот раз все не закончится тем, что я только оближу твою руку или ногу. – По моему телу пронеслась волна жара, и, охнув, я резко втянула в себя воздух.
Аарванд рывком встал, завернул меня в одеяло и щелкнул пальцами, разжигая огонь в камине так сильно, что он ярко вспыхнул.
– А теперь спи, – велел он. – Мы вместе придумаем, как забрать у спригган камень. Естественно, его должно было охранять бессмертное существо. Мог бы и догадаться. – Он развернулся к двери.
– Аарванд, – позвала его я. – Ты знал о пещере? Моргана тебе уже о ней рассказывала?
– Нет.
Правда или ложь?
– Куда ты идешь?
– К Ланселоту. Мне надо кое-что с ним обсудить. А к тебе пришлю Изольду с мазью. Мерлин прибудет завтра. Я приходил, чтобы тебе это передать. Оставайся в своей комнате, пока он снова не уедет. – Князь стремительно вышел, так громко хлопнув дверью, что она заскрипела. Он хоть раз в жизни закрывал дверь тихо?
– Мечтай. – Я натянула одеяло до подбородка. Слова? Какие слова хотела услышать спригган? И почему я не держала рот на замке?

Глава 17

На следующий день с раннего утра я уже стояла перед окном. Небо было пронзительно-синим, и я рассматривала цветущий ландшафт по ту сторону крепостной стены. К сожалению, я не знала, где конкретно в Южной Англии мы находились. В мое время называлось несколько возможных местоположений Камелота.
Горожане передвигались туда-обратно сквозь широко распахнутые главные ворота. У стен стояли стражники, но хотя все выглядело абсолютно спокойным, едва ощутимое напряжение царило среди вооруженных рыцарей Круглого стола, которые с напускной скукой сидели во дворе, седлали своих коней или чистили оружие. Я их пересчитала: внизу действительно собрались все. А когда заметила Аарванда, сердце застучало чуть быстрее. Он сосредоточенно разговаривал о чем-то с Ланселотом. Вдруг князь поднял голову и посмотрел на мое окно, словно почувствовав мой взгляд. Сегодня он надел темно-красную тунику, закрытую почти до самой шеи, и пояс для оружия, на котором висело целых два меча. Пошел ли он прошлой ночью прямиком к Моргане, чтобы сообщить, где я побывала? Я развернулась спиной и сняла платье, в котором буквально сразу вчера и уснула. Если он уже рассказал все Моргане, как она теперь поступит? Испугается ли, что я опережу ее с камнем? Он нужен ей для Артура или для личных целей? Все еще вопрос на вопросе. В общем-то, сейчас их стало даже больше, чем прежде. Аарванд провел ночь с ней? А где же еще ему быть? Ни его губы, ни рот больше никогда ко мне не приблизятся, поклялась себе я, сдернула нижнюю рубашку и тут же порвала шов. Проклятье. С навыками шитья дела у меня обстояли примерно так же, как у Гвиневры с умением вышивать. Я постаралась успокоиться. Я ведьма. Я владела силой стихий и не допущу, чтобы этот камень заполучили ни Аарванд с Морганой, ни Артур, ни Мерлин.
Умывшись, я порылась в сундуке с платьями и плащами, которые повелела принести сюда королева. Одно красивее другого, и все они наверняка довольно дорогие. Выбрала я простое темно-синее платье прямого покроя и слегка присборенное под грудью. Серебряная вышивка не слишком бросалась в глаза, а вырез был не слишком глубоким. Я его надела, затем расчесала волосы, пока они не заблестели, и взяла плащ. А прежде чем выйти из комнаты, проглотила пару кусочков выпечки, стоящей на столе. Кто-то – и я догадывалась, кто именно, – позаботился о том, чтобы я получила все, что нужно, чтобы не покидать комнату. Что ж, придется его разочаровать.
Я поспешила во внутренний двор, который, впрочем, к тому моменту опустел, поэтому я развернулась и направилась в зал. Несмотря на то, что почти все столы оказались заняты, тут было удивительно тихо, а разговоры велись вполголоса. Когда я вошла, все взгляды тут же устремились на меня. Я быстро прошагала к королевскому столу, где уже собрались все рыцари. Они ковырялись в своем завтраке и не сводили взглядов с двери. Моргана сидела рядом с Аарвандом и выглядела так, словно готова залезть к нему на колени. Одета она была в черное шелковое платье, которое еще больше подчеркивало ее изгибы и абсолютно не подходило для завтрака. Его покрывало множество драгоценных камней, провокационно сверкавших при каждом движении. Прямо сейчас Моргана поглаживала Аарванда по груди и что-то нашептывала, однако он проигнорировал ее и обратил свой сердитый взгляд на меня. Он отошлет меня обратно в комнату. Скрестив руки на груди, я выбросила огненную искру с ладони в пол. Не самое тонкое предупреждение. Смирившись, он фыркнул, и я села возле Ланселота.
– Где королева?
– У себя в покоях. Я попросил ее сегодня не ходить одной по замку и не устраивать конных прогулок.
– И она тебя послушалась? – Я взяла лепешку и положила себе на тарелку немного пшенной каши. Попозже проведаю Гвиневру.
– Обычно она делает то, о чем я ее прошу, – подтвердил он. – Не всегда, однако в большинстве случаев.
– Как невероятно глупо с ее стороны, – раздраженно пробормотала я себе под нос. – Надо еще раз провести с ней серьезный разговор.
– Лучше не стоит. Ты только сбиваешь ее с толку.
Оторопев, я подняла на него глаза. Он серьезно?
– Ты не задержишься здесь надолго, и для нее это будет достаточно тяжело.
Я нахмурилась, но ответить ему не успела, поскольку в ту минуту из-за двери послышались громкие размеренные шаги. Я обернулась.
Если бы кто-нибудь спросил меня, как я представляла себе Мерлина, я бы описала старика с длинной белоснежной бородой, в сером одеянии и с посохом в руках. Это относилось к тем временам, когда я еще верила в то, что Мерлин руководствовался лишь одной целью: защитить людей от демонов. Сегодня я знала гораздо больше, и все-таки его вид поверг меня в шок. Мужчина, который твердой походкой направился к Артуру, был не стариком, а воином в самом расцвете лет. Темные волосы он заплетал в косу. На суровом лице выделялись орлиный нос, темные брови и серые глаза. На лбу и возле крыльев носа залегли глубокие морщины. Высокий и стройный, в богато украшенном плаще на широких плечах. Крупные серебряные браслеты украшали его запястья, а на шее поверх кожаного жилета висела серебряная цепочка. Позади него строем вошло двенадцать мужчин, которые остановились, когда Мерлин приблизился к нашему столу. Он поклонился Артуру.
– Мой король, – приветствовал он его низким звучным голосом барда.
Артур слегка улыбнулся.
– Мерлин, как хорошо, что ты нашел время для визита.
– Тебе известно, как мне важны дела королевства, – ответил маг. Я уставилась на него. Этот мужчина возвел барьер, который запечатал Белый источник на полторы тысячи лет. Мощь его магии, должно быть, безмерна.
– Так же важны, как и всем нам. Присядь, – предложил ему Артур и указал на место напротив. – Расскажи нам, чего ты добился.
Я подвинулась чуть-чуть в сторону, чтобы маг мог сесть. Его взгляд остановился на мне.
– Новое лицо? Откройте мне свое имя, миледи.
– Вианна из Броселианда, – воспользовалась я тем же именем, под которым Аарванд представил меня при дворе.
– Вы из Бретани. Как любопытно. – Его внимание вновь переключилось на короля. – Ты принял при дворе еще одну ведьму. Не думал, что Моргана позволит. – Маг посмотрел на сестру короля. Та от ненависти метала взглядом молнии.
– О, вот ты где, дорогая, – сказал он. – Не сразу тебя заметил. Так далеко от брата?
– Ты поговорил с князем демонов? – резко спросил Артур. – Они согласятся на наши требования?
– У них навряд ли есть выбор, так? – ответил Мерлин. – Изгнание или смерть. – Он склонил голову к плечу. – Какую судьбу ты бы выбрал?
– Все было в их руках, – как ни странно, начал оправдываться Артур.
– Как скажешь. Может быть, меня и моих людей накормят? Мы много времени провели в дороге.
Моргана хлопнула в ладоши как хозяйка замка.
– Освободите место для людей Мерлина, – велела она солдатам, сидевшим за одним из других столов. Те, ворча, поднялись и покинули зал. Только теперь я удосужилась повнимательнее разглядеть свиту Мерлина. Все они были одеты в своего рода доспехи, укрепленные металлическими заклепками кожаные куртки и штаны, и основательно вооружены. Меня поражало, что Артур это терпел. Теперь они скинули капюшоны своих плащей и сели. Один из них пристально уставился на меня, и я охнула.
Подали свежие блюда, и постепенно беседы за соседними столами возобновились. Я спиной ощущала на себе взгляды мужчины из свиты Мерлина.
– Раз вы из Броселианда, – обратился ко мне Мерлин, – то, несомненно, можете много поведать нам о лесе. Правда, что его населяют феи и эльфы?
Я зачерпнула ложкой немного каши и задумалась, что можно ответить. В голове творился настоящий хаос. Ситуация становилась для меня все более непредсказуемой. Ланселот пихнул меня ногой.
– Это лес, полный чудес, – медленно согласилась я. – А в озере действительно обитают феи и существа гораздо опаснее.
– Как вы считаете, они могут угрожать армии короля?
Все рыцари за столом прислушивались к нашему разговору.
– Это зависит от храбрости солдат. Но остерегаться стоит не только волшебных созданий. Весь лес будет защищаться, если потребуется. Деревья, животные и каждый цветок.
Мерлин посмотрел на свою тарелку, и на ней материализовалось яблоко. Около него появился кусок хлеба, а потом неожиданно его кубок наполнился вином, причем он даже не произносил заклинаний.
Я сглотнула.
Маг разломил хлеб своими длинными, покрытыми шрамами пальцами.
– Наверное, это даже хорошо, что лес такой воинственный. Лишь храбрейшие из мужчин отважатся в него углубиться.
– И храбрейшие из женщин, – добавила я.
Он улыбнулся:
– И они, разумеется. Моргана, – повернулся он к ведьме. – Я слышал, что ты будешь сопровождать Артура.
– Как бы я могла такое пропустить? – Она одарила его холодной улыбкой. – Думаешь, ты еще осилишь пройти весь путь, старик?
Он снова негромко рассмеялся и, казалось, искренне забавлялся:
– Ни за что на свете не упустил бы возможности провести несколько недель в твоем обществе.
– Мы собираемся отправиться через несколько дней. К тому времени там будут все демоны? Они понимают, что мы серьезно настроены объявить охоту на всех, кто и дальше продолжит прятаться в нашем мире?
Мерлин кивнул, и я почувствовала его напряжение.
– Явятся все до единого. Вы загнали их в угол, и отныне они находятся в единственном месте, которое еще обеспечивает им защиту.
– Да мы и немногих оставили в живых, – пошутил сэр Тристан с дальнего конца стола.
– Да, верно. – Эти слова с горечью сорвались с губ Мерлина. – Страх положит конец человечеству, – произнес он, больше обращаясь к самому себе, чем к другим. – И отсутствие у вас смелости, чтобы измениться. – Последнюю фразу он адресовал непосредственно мне. – Вы поедете с нами на вашу родину? Буду рад предложить вам свою защиту.
– Я слышала, что вы не особенно любите ведьм, – откликнулась я. – Значит, мне следует найти себе другого защитника.
– Вы уже давно его нашли. – Он смотрел мне прямо в глаза, словно высасывая изнутри все секреты. Вероятно, он и правда это делал. Нужно было остаться в своей комнате, как требовал Аарванд. Никаких сомнений, Мерлин владел всей магией, которая только существовала. Я ощущала его в своем разуме.
– Я останусь с Гвиневрой, – ответила я на его вопрос, пытаясь выстроить ментальный барьер, но ничего подобного я раньше не делала. Он не был обыкновенной анимой. Не придерживался каких-то правил, которые запрещали вторгаться в сознание другого человека и влиять на его мысли. Он просто брал информацию, которую хотел получить. В мгновение Мерлин узнает, откуда я пришла и зачем. И что нашла вчера. – Я нужна королеве. Она не должна оставаться здесь без защиты. – Я закрыла свои мысли тонкой вуалью. Не много, но под его натиском на большее я неспособна.
В его взгляде промелькнуло удивление и что-то вроде уважения.
– Да, – рассеянно протянул он, – не должна. – Невидимые пальцы дернули вуаль и попытались ее разорвать.
Руны у меня на руках начали гореть, и я порадовалась, что их скрывали рукава. Вся моя ментальная сила ушла на усиление защиты. Ткань завесы становилась толще и толще.
Он наверняка это почувствовал и тем не менее продолжил беседу:
– Вы могли бы очень помочь нам в Броселианде. Может, подумаете еще немного? Если измените свое решение, не стесняйтесь обратиться ко мне. Вы могли бы многому у меня научиться. Ваша магия… любопытна. – Когти прошлись по материи, и от нее остались лишь тонкие полоски. По моему телу пронесся порыв ветра, и в голове разлился ледяной холод. Я сжала кулаки. Что-то влажное закапало из носа на стол. Кровь.
– Более чем любопытна, – добавил он этим мягким певучим голосом и по-отечески улыбнулся. Мое подсознание предстало перед ним полностью открытым. Мне больше нечего было ему противопоставить. Замечали ли мужчины за столом, что он делал?
Тут моей руки коснулась чья-то ладонь, и в меня полилась умиротворяющая теплота Ланселота. Она ощущалась не такой, как драконий жар Аарванда. Мягче и спокойнее. А затем кто-то возвел стену в моей голове, которая ни в коей мере не казалась мягкой и спокойной. Настоящий бастион из красного камня. Она закрыла все. Любую, даже самую незначительную мысль. Схватив салфетку, я аккуратно промокнула кровь под носом, в то время как стена становилась сильнее и крепче.
– Прошу меня извинить, – вяло сказала я Мерлину. – Я недостаточно сильна для подобного путешествия. – Мой взгляд переместился на Аарванда. Он болтал с Морганой, и тем не менее все его внимание было обращено на меня. Он защищал меня.
Мерлин сжал губы в тонкую линию.
– Конечно, миледи. Я не собирался на вас давить.
Я встала и поклонилась сначала Артуру, потом ему.
– Тем не менее благодарю вас за щедрое предложение. Однако мое решение неизменно.
Он приподнял и снова опустил плечи.
– Ну что ж. Я хотя бы попытался.
Так быстро, как только могла на ватных ногах, я побежала по коридорам в свои покои. Чем дальше я уходила от зала, тем сильнее трескалась стена. Ворвавшись в комнату, я вздохнула полной грудью. Позади меня хлопнула дверь, и я развернулась.
– Поэтому… – Он шел за мной, а я даже не заметила. Аарванд тряс указательным пальцем перед моим лицом. – Поэтому я просил тебя, черт возьми, остаться здесь. Но, естественно, я же слишком многого требовал. Он мог просто раздавить твой разум. Вот так. – Князь щелкнул пальцами.
– Не ори на меня! – закричала я в ответ. – Если бы ты все время не был занят возней с Морганой, то мы бы, возможно, нормально это обсудили. А если бы ты постоянно не врал мне, не обманывал и не держал в неведении о своих планах, то я бы, наверное, тебя послушала.
– Я тебе не вру. Я только делаю то, что необходимо, чтобы мы оба выбрались отсюда с камнем.
– То же самое делаю и я. – Я злобно смотрела на него. – У нас новая проблема.
– Какая?
– Мужчина в свите Мерлина.
– И что с ним? – Его взгляд потемнел еще сильнее, если такое в принципе возможно. – Он привел всю свою Ложу. Всегда так делает. Артуру надо запретить ему появляться в крепости, но он боится могущества Мерлина.
– Это Ложа Мерлина? – в ужасе спросила я.
Аарванд кивнул:
– Предки Эйдена, Эзры, Лорана и других рыцарей. Их изначальная задача состояла в том, чтобы защищать демонов, а не людей. Вот уж забавно, что наказ Мерлина не пережил столетия. Он никогда не хотел, чтобы Пакт продлили, и Регулюсу это известно. Верховный король исполнял завет Мерлина. А великий магистр Ложи – нет.
– Тогда почему ты не на стороне Мерлина, а на стороне Артура? Я не понимаю.
– Я ни на чьей стороне. До тебя до сих пор не дошло? Я желаю лучшего своему народу, а на Керисе он в безопасности. И возвращался я сюда по одной-единственной причине – не из-за Морганы, а чтобы не дать Артуру уничтожить нас полностью уже сейчас. Изгнание – меньшее зло. Добиться такого компромисса от Артура было настоящей борьбой. Но сейчас это не важно. Что с тем мужчиной?
– Неужели ты ничего не заметил? – поразилась я. Если то, что он сейчас говорил, – правда, то его народ выжил благодаря его вмешательству в прошлое. – Ты же видел его всего пару дней назад.
– Кого, Вианна? Пожалуйста, не говори загадками. Все это и так достаточно мутно.
Вот тут он абсолютно прав. Я уже давно не знала, что правда, а что – ложь.
– Один из мужчин в Ложе Мерлина – мой отец.
Аарванд моргнул.
– Что, прости?
– Один из тех мужчин – мой отец, – медленнее произнесла я. – Высокий, стройный брюнет. Он единственный среди них не носит бороду и выглядит не так мрачно, как остальные. Ты понял, о ком я говорю?
– Я особо не обращал на них внимания, – проворчал он. – Пришлось ставить ментальный щит в чужой голове. И отца я тогда тебе показал, чтобы ты осознала, как важно и в то же время тяжело держать себя в руках. Соблазн изменить будущее иногда очень велик, и не всякий колдун времени способен ему противостоять. Ты точно уверена, что это он?
– Настолько, насколько можно быть уверенной, когда видела отца только на фотографиях и он исчез в ночь, когда ты родилась. То, что мы оказались здесь в одно и то же время, – не совпадение.
– Это на все сто процентов не совпадение. Тебе нельзя с ним разговаривать, Вианна, – настойчиво произнес Аарванд и запустил руку в волосы. – Сделай мне одолжение. Он предан Мерлину, раз последовал за ним. Это слишком опасно.
– Он мог бы рассказать нам, что замышляет Мерлин.
Аарванд опустился на стул.
– И с чего бы ему с тобой этим делиться? Он тебя не знает. Ты для него чужая. Которая только что сопротивлялась Мерлину. Нам даже неизвестно, в курсе ли он уже, что у него есть третья дочь. Если ты ему что-то расскажешь, то он пойдет с этими сведениями к Мерлину и разрушит все наши планы.
– Я не говорила, что что-то ему расскажу. Просто хочу один раз с ним пообщаться. Даже не выдам себя. – Я была уверена, что папа давно меня узнал. Но ему я этого не скажу. Пару секунд Аарванд просто смотрел на меня. – У меня есть идея, как нам забрать камень у спригган. – Снова и снова я прокручивала эту встречу в голове и придумала вариант, который, к сожалению, не могла осуществить в одиночку.
– И как ты собираешься это сделать? – резко спросил он. – Моргана уже много лет пытается украсть у нее камень.
– Ах, об этом она тебе уже поведала.
– Скажем так, я подозревал нечто подобное. Это единственная причина, по которой я с ней связался.
– А потом она даже не наградила тебя за услуги. Тяжело тебе, наверно, пришлось.
Аарванд выдохнул, и в этом звуке слышалось отчаяние.
– Здесь только одно тяжело, и это испытание, которому в данный момент подвергается мое терпение. Так какой у тебя план?
– Я приму облик Морганы и обману спригган.
Он нахмурился:
– И к чему это приведет? Спригган не отдает камень Моргане, и мы не можем ее убить.
– Она не отдает камень Моргане, потому что у той нет кое-чего важного.
Он наклонился вперед, оперся локтями на бедра и пригвоздил меня взглядом:
– И чего же?
– А вот этого я тебе, пожалуй, не скажу.
Его глаза сверкнули.
– Позволь спросить, почему нет?
– Потому что не могу тебе доверять.
Он медленно кивнул:
– Но я тебе нужен.
– Увы, да. Будь у меня другая идея, я бы ею воспользовалась.
Аарванд не показывал, задели ли его мои слова.
– И ты считаешь, что в образе Морганы спригган вручит тебе камень, когда получит от тебя то, что ты там собралась дать ей взамен?
Я кивнула, однако была не готова сообщать ему больше. Если с этим знанием он сейчас пойдет к Моргане, то я пропала. При одной лишь мысли о том, чтобы вновь столкнуться со спригган, меня накрывала волна ужаса, но я это сделаю.
– К сожалению, я не обладаю даром менять обличье.
– И у тебя есть еще одна идея, как это будет работать? – По его тону я не могла понять, считал он мои соображения логичными или совсем бредовыми.
Я сделала глубокий вдох.
– Маэль постоянно экспериментировала с разными волшебными зельями. Само собой, и с запрещенными. А зелье «Cruthanna» именно такое и есть, хотя, учитывая сложившиеся обстоятельства, полагаю, мы можем не обращать на это внимания. В лицее она как-то раз превратилась в одну девчонку, потому что ей нравился парень, с которым та встречалась. Эффект не продержался достаточно долго, и как раз когда он ее поцеловал, она перевоплотилась обратно в саму себя. Скандал разразился страшнейший, и Эме пришлось сплести все возможные чары, чтобы этот случай забылся.
Уголки рта Аарванда подрагивали.
– У тебя та еще сестренка. Не завидую я Эйдену.
– Если бы он не вел себя с ней так подло, то все бы было хорошо.
– Мне кажется, он просто боится признаться в своих чувствах к ней. Это сделает его уязвимым. Я даже могу его понять.
– Ты что, в психологи записался? – раздраженно спросила я. Почему он не пытался выяснить, что я узнала? Это вполне логичный поступок, если он заодно с Морганой и с Мерлином.
Он поднял руки вверх:
– Всего лишь мое скромное демоническое мнение. Полагаю, я тебе нужен, чтобы отнести тебя домой, где Маэль сварит зелье?
– Совершенно верно. Вот только есть еще одна маленькая проблемка.
Он застонал:
– Кто бы мог подумать?
Я проигнорировала сарказм в его словах.
– Чтобы сварить зелье, нам потребуется личная вещь Морганы. Что-то, что она носила на коже.
– И все? Об этом я позабочусь.
Ну, естественно, он позаботится. Очень хотелось сказать, что это не обязательно должны быть трусики, но я удержалась от такого комментария, поскольку даже не знала, что женщины в эти годы носили под платьями. В свою маленькую сумочку кроме гримуара я положила еще парочку вещей первой необходимости – в том числе пару хлопковых трусов. Идея принадлежала Эме, и я была бесконечно за нее благодарна.
– Еще что-нибудь? – Аарванд встал.
– Нет. – На самом деле я думала, что он с бо́льшим энтузиазмом отреагирует на мой план. Но ничего подобного. Напротив – он казался крайне взвинченным. Однако все еще существовала опасность, они с Морганой только и ждали, пока я достану им камень. А после этого утопили бы меня в крепостном рве. Или что похуже.
– Я принесу что-то из ее вещей. – Князь буквально выбежал из комнаты, оставив меня наедине с ощущением, что я совершила огромную ошибку.
Накинув на плечи плащ, я пошла во двор. Поскольку я понятия не имела, где разместили Мерлина и его людей, пришлось просто их искать. Не встречаться с отцом – это просто-напросто не вариант, кроме того, он колдун времени. Я должна попросить его помочь мне. Сможет ли он перенести меня в будущее? Надо рискнуть и спросить. Сердце заколотилось где-то в районе горла, когда я обнаружила мужчин возле конюшен. Он сидели на сене, полировали свое оружие и выглядели максимально напряженными. К счастью, Мерлина нигде не было видно, но во всей остальной части двора кипела бурная деятельность. Рыцари Артура абсолютно не доверяли людям Мерлина. Я ненадолго остановилась, чтобы разглядеть, где отец. Все маги снова надели плащи и накинули на головы капюшоны. Они казались единым целым. Очень интересно, как отцу, будучи колдуном, удалось попасть в этот круг. Я как раз собиралась шагнуть к мужчинам, как вдруг мне на плечо легла чья-то рука.
– Лучше тебе этого не делать. – Ланселот притянул меня ближе к себе. – Аарванду это не понравится.
– И почему же для меня должно иметь значение, что понравится Аарванду? Он мне не муж и не любовник. – Последнее слово я произнесла шепотом, однако Ланселот все равно заметно побледнел. Я тут же в этом раскаялась. – Я прекрасно знаю, что делаю, – примирительным тоном добавила я.
– Мы все так думаем, а потом внезапно понимаем, что это не так, но уже нет возможности вовремя повернуть назад. – Он сказал эту фразу с такой печалью в голосе, что я прочувствовала его боль каждой клеточкой своего сердца. Этот человек был так душераздирающе красив и одновременно так несчастен. Он отпустил меня и убрал руки в карманы туники.
– У тебя иногда возникает желание никогда не встречать Гвиневру?
У него на лице появилась улыбка и прогнала тоску.
– Нет. Без нее эта жизнь стала бы пуста. Она – мой свет во тьме, но я сожалею, что причинил ей столько страданий и боли. Только изменить этого не могу.
Прежде чем я успела что-то ответить, к нам подошел другой человек.
– Вианна? – В голосе слышалось неверие.
Ланселот тихо вздохнул. Взгляд отца стал ласковым, а к глазам подступили слезы.
Он взял меня за руку:
– Вы позволите? – обратился он к Ланселоту.
Рыцарю это не понравилось, однако удерживать меня он не стал. Наверняка сейчас же пойдет к Аарванду. Значит, у меня не так много времени. Я отошла вместе с отцом от Ланселота.
– Ты меня узнал? – осторожно спросила я, когда мы отдалились на пару шагов.
– Ты точная копия своей матери. У тебя ее глаза. Что ты тут делаешь?
Я слишком явственно ощущала направленные на нас взгляды.
– Давай немного прогуляемся, – предложила я.
– Тебя не должно быть в Камелоте, – пожурил меня он, обнял одной рукой и повел в сторону крепостных ворот. – Именно сейчас? Возвращайся обратно, причем так скоро, как только сможешь. Эта эпоха опасна.
Его беспокойство казалось странным, но приятным. Стал бы он тем отцом, который запрещал бы мне лазать по деревьям? Забирал бы меня после школы и ел со мной мороженое? Предостерегал бы насчет мальчиков, которых считал недостаточно хорошими для меня? Всего этого я никогда не узнаю. Он притянул меня еще ближе, когда стражи устремили на нас мрачные взгляды, адресованные не мне. Как могли его объятия чувствоваться такими родными? Мы не знали друг друга, и все же он пах чем-то, что было мне очень знакомо. Потребовалась пара секунд, прежде чем я сообразила, чем именно. От него пахло нашим домом. Ароматом трав, которые столетиями сушились и готовились в нем. Он пах солью для ванны, которой мы и по сей день пользовались, нашим садом, который каждый год заново расцветал и увядал. Он пах сигаретами, которые как-то в детстве нашла Маэль и тайком выкурила, и ликерами, которые ежегодно готовила бабушка. Он был моим домом. От этой мысли у меня слезы навернулись на глазах.
– Эй, – пробормотал папа. – Не плакать. – Он поцеловал меня в висок, что лишь сделало все еще хуже. Хуже и лучше. У нас были эти несколько минут вдвоем, и я надежно сохраню каждую их секунду, чтобы рассказать потом Маэль и Эме. Ветер шевелил траву, а мы пошли по тропинке к леску, в котором я гуляла с Ланселотом и Гвиневрой.
– Когда ты сказал, что эта эпоха опасна, что ты имел в виду? Мерлин замышляет что-то, что навредит Артуру? – Необходимо сосредоточиться на своей задаче.
– Мерлин никогда не навредит Артуру, но король попал под влияние лиц, о которых я не могу утверждать того же.
– Ты про Моргану?
– И про ее любовника. – Папино лицо посерьезнело. Лишь сейчас я поняла, как он молод. Любой, кто не знал, что он мой отец, принял бы нас за романтичную парочку, и кто-нибудь наверняка расскажет о нашей прогулке Моргане. – Про мужчину, который сидел сегодня утром рядом с ней, сэра Аарванда. Он строит козни против Мерлина, причем уже не первый год.
Я наморщила лоб:
– Ты уже встречался с ним раньше?
– Один или два раза. Король его очень ценит, хотя ему, скорее всего, не по душе отношения между его сестрой и Аарвандом. Но что он сделает?
Известно ли отцу, что Аарванд демон? Определенно.
– Мне бы так хотелось расспросить тебя о сестрах и маме, – сменил он тему и с любовью взглянул на меня, – но нельзя.
– Да, – согласилась я. – Лучше ни о чем не спрашивай.
А вот я могла задать парочку вопросов.
– Почему ты в свите Мерлина? Ты ведь колдун. Для него ты украл гримуар? – Слишком поздно я сообразила, что не знала, предстояла ли ему еще эта кража или уже произошла. – Забудь, – тут же выпалила я.
– О чем ты? Я не крал гримуар. Он принадлежит твоей бабушке, потом твоей матери, а после нее – вам.
Итак, он его еще не крал.
– Он пропал? – продолжил папа и нахмурился. – Лучше не отвечай.
Мы остановились, он развернул меня к себе и положил руки мне на плечи.
– Ты и правда такая же красивая, как твоя мама. Безумие – видеть тебя взрослой женщиной, хотя ты еще даже не родишься, когда я вернусь.
Безумие – это видеть его, хотя в моем времени он уже мертв.
Он прижал меня к себе, когда глаза вновь наполнились слезами.
– Это мой последний визит в Камелот. Пора завязывать с этими путешествиями. Обещаю тебе, что всегда буду с тобой и твоими сестрами. Я нужен твоей маме и вам троим тоже. Если Мерлину удастся осуществить задуманное, то вы будете в безопасности.
Я старалась скрыть боль, которую вызывали во мне его слова. Слишком поздно для таких обещаний. Ему нельзя было вообще отправляться в Камелот.
– Так что конкретно собирается сделать Мерлин?
Он огляделся, нет ли кого поблизости, но на заросшем травой холме в лесу вокруг нас не было ни души.
– В этом времени существует древнейший магический артефакт, – произнес он. – Они называют его Камнем судьбы, и с помощью этого камня можно на веки вечные закрыть Источник. Когда все демоны окажутся на Керисе, Мерлин перейдет на их сторону и использует его. Тогда демоны не смогут вернуться. Никогда больше, и так и они, и человечество будут в безопасности. Он пожертвует собой ради всех нас.
Лично мне Мерлин не показался человеком, способным на бескорыстную жертву.
– И ты здесь, чтобы ему помочь?
– Да. По этой причине. – Папа сложил руки за спиной и не спеша пошел дальше. – Через несколько дней твоя мама родит тебя на свет. Я вернусь как раз вовремя, а после твоего рождения в нашем времени пройдет еще девятнадцать лет, прежде чем истечет Пакт, который Артур заключил с демонами. Понятия не имею, что произойдет потом, но не хочу рисковать. Не тогда, когда в моей власти что-то предпринять. Артур и Моргана спрятали камень. Почти никто не знает, что он вообще существует. Артур – раб своей сестры, а Моргана хочет заполучить Керис для себя. Она не отдаст его демонам. Наоборот. Еще в Броселианде Артур планирует раз и навсегда истребить всех демонов. Поэтому он приказал им собраться там.
Я нахмурилась. Что-то в этой истории не сходилось. Если отец прав, то Артур лжет Аарванду.
– Зачем Мерлину навсегда закрывать Источник? Ведь тогда для демонов уже не будет пути назад, как и для него самого.
– Но они выживут. Нам с тобой хорошо известно, что Артур не воспользовался камнем. Поскольку иначе не было бы Пакта. Я помогу Мерлину это изменить. Ради этого я тут. Нам только нужен камень.
– Значит, ты рассказал Мерлину про Пакт?
– Нет, мне и не потребовалось. Он уже о нем знал.
Я предпочла бы не думать, откуда у мага эти сведения. Видимо, он умел перемещаться в будущее, и после того, что случилось сегодня утром, я сразу в это поверила.
– Если вы отыщете камень и воспользуетесь им, ты изменишь будущее, – предостерегла его я, несмотря на то, что он, несомненно, и так это понимал. Вот бы рассказать ему про Регулюса, но это лишь укрепит его во мнении, что надо защитить нас в прошлом. Нельзя ему вообще ни о чем рассказывать, а тем более просить перенести меня в будущее. Это была сумасшедшая идея.
– Ложа Мерлина продолжит существовать, – уверенно сказал он. – Они будут и дальше охранять Источник. Мы просто изменим то, как он закроется. Мерлин обещал это. И он сделает еще кое-что… – Отец понизил голос. – Заберет Артура с собой на Керис.
Я подавила вздох, увидев фанатичный блеск в его глазах. Мне не верилось, что он на самом деле считал, что план сработает. Но я здесь, а это значило, что я родилась и, как он правильно отметил, никто не воспользовался камнем в прошлом. И я приложу все усилия, чтобы так и оставалось.
– Ты уверен, что Мерлин действует во благо людей? – осторожно спросила я. Бред. Сейчас я была чуть ли не рада, что Регулюс любезно открыл мне глаза на Мерлина. Я прикусила язык, чтобы ничего не сболтнуть. Хотя бы один из нас должен быть благоразумен.
Папа взял меня за руку:
– Более чем уверен. Если бы ты узнала Мерлина поближе… Он величайший маг из когда-либо живущих. И обладает способностями, о которых мы можем только мечтать. Он поступает правильно, дочка, но слава вскружила Артуру голову, притом что всем, чем король является, он обязан Мерлину. Но он изгнал Мерлина и его людей из своего двора. Тебе так же хорошо, как и мне, известно, что случится после того, как Артур закроет Источник. Король запретит старую веру и всю магию. – Он привлек меня к себе и обнял. – Если мы предотвратим это, никогда не будет ни охоты на ведьм, ни сожжений. Нам больше не придется прятаться.
Я никогда не познакомлюсь с Аарвандом. Не буду ломать себе голову над тем, на чьей стороне он на самом деле. На чьей стороне находился мой отец, уже ясно. Он сделает все, чего от него потребует Мерлин. Я крепче прижалась к папе, стоя в кольце его рук. Несмотря ни на что, он мой отец и пытался защитить меня и моих сестер. Мы никогда не будем жить вместе, но я навсегда запомню, каково это – когда он меня обнимал.
– Я приведу все в порядок, – сказал он, отпустив меня и заведя прядь волос мне за ухо.
– Нужно возвращаться. Нас наверняка уже потеряли.
Какое-то время мы молча шли рядом. Все вокруг казалось невероятно спокойным. На цветочном лугу росли мириады желтых и синих бутонов, жужжание насекомых и щебет птиц наполняли воздух… и в то же время люди, маги и демоны вооружались к войне. Придет ли этому когда-нибудь конец?
– Очевидно, ты унаследовала мой дар и мою жажду приключений, – нарушил молчание он, и глаза у него заблестели от гордости. – Эме – такая умненькая малышка, а Маэль неугомонная. Не могу дождаться, когда наконец смогу взять тебя на руки после твоего рождения. Мама постоянно жалуется, что ты пинаешься у нее в животе.
Невзирая на тревогу, я улыбнулась.
– Почему ты уже сейчас знаешь, как меня зовут? – с любопытством спросила я. – Если я еще даже не родилась.
– Мы с твоей мамой уже выбрали имя. Мы тебе об этом не рассказывали? – вдруг удивился он.
Я помотала головой:
– Не помню.
– Во время одного из своих путешествий я встретился с Вивианой. Она просто поразительная женщина – очаровательная, смелая и искренняя. Мне хотелось, чтобы моя младшая дочь обладала такими же качествами. Поэтому я предложил твоей матери назвать тебя Вианной, и, судя по всему, мы так и сделаем.
– Звучит так, как будто ты влюблен во Владычицу Озера, – подразнила его я. Таким он нравился мне больше, чем в образе послушного помощника Мерлина.
Он лукаво ухмыльнулся:
– Любой мужчина, повстречав Вивиану, влюбляется в нее, но любить… – он сделал паузу, – … люблю я только твою мать и, естественно, трех моих девочек.
Мы добрались до подвесного моста и направились к воротам замка.
– Я не должен был с тобой заговаривать, – с сожалением произнес он. – Но не смог иначе. Нам следует избегать друг друга, пока будем здесь. Обещаешь, что никому ничего не скажешь? Ни Гвиневре, ни Артуру? Все, что я делаю, я делаю ради вас. Не забывай об этом. – Он опять остановился и накрыл мою щеку ладонью. – В год, когда ты родишься, еще будет царить мир. Но сейчас… сколько тебе лет?…Не отвечай. Я думал, что окажусь сильнее, если когда-нибудь столкнусь с кем-то, кто сможет рассказать мне о моем будущем.
– Вианна! – грубо прервал его громкий крик. – Я кое о чем тебя просил! – К нам несся Аарванд.
Да, не разговаривать с отцом. Он действительно верил, что я его послушаюсь? Этот мужчина иногда был просто удивителен, а в настоящий момент – очень-очень зол.
От страха у папы расширились глаза.
– Вы знакомы?
– Знакомы. Вианна находится под моей защитой, и лучше вам держаться от нее подальше. – Аарванд покровительственно обнял меня одной рукой.
Отец сжал кулаки, и между его пальцев заструился синий свет. Для него Аарванд наверняка являлся своего рода заклятым врагом. Об этом я не подумала.
– Он ничего мне не сделает. Не волнуйся, – попробовала я вклиниться между этими двумя. Оба меня проигнорировали. Синий свет стал темнее и заискрился. Позади нас нарастал шум, однако я не осмелилась оборачиваться. Аарванд задвинул меня за спину.
– Дай мне объяснить, – протестовала я. – И между прочим: у тебя нет занятий поважнее? – Теперь я бы предпочла, чтобы он рылся в шкафу у Морганы в поисках трусиков. Открытый конфликт между ними двумя привлечет чересчур много внимания.
– Вианна, – перебили меня они оба одновременно, а папа встал в боевую стойку.
Вот теперь уже не смешно.
– Хм, кто это у нас тут? – Прежде чем я успела сказать им, что они слишком бурно реагировали, к нам присоединился Мерлин со светской улыбочкой на лице.
Я приготовилась возводить в голове стену. На этот раз свою собственную.
– Это не понадобится, – обратился он к моему отцу, и синий свет исчез так же быстро, как появился. – Нам же не нужны споры между моими рыцарями и рыцарями короля. Нас объединяет общая цель, не забывайте об этом.
– Тогда скажите своему человеку, – потребовал Аарванд, – чтобы он держался подальше от леди Вианны. Она не поедет в военный поход. Вы думали, что с помощью симпатичной мордашки сумеете убедить ее все-таки примкнуть к вам?
Я тихонько хмыкнула, сообразив, что Аарванд лишь старался отвлечь внимание от истинной связи между мной и моим отцом. Мог бы не утруждаться. Либо Мерлин уже давно в курсе, либо папа вот-вот сообщит ему свежие новости.
Мерлин же выглядел так, словно эта реплика его позабавила:
– Настолько глупая идея мне бы и во сне не привиделась. Не все женщины падки на внешний вид.
Так он намекал на Аарванда и Моргану или на Ланселота и королеву?
Аарванд игнорировал мага.
– Идемте, миледи! Я отведу вас обратно в ваши покои. – Он окинул взглядом мою фигуру, как будто проверяя, что я не ранена, затем положил мою ладонь на свой локоть и увел прочь.
Я в последний раз оглянулась на отца и помахала ему на прощание. Аарванд не разрешит мне еще раз с ним поговорить. Так будет лучше, я и сама это понимала, и все же мне стало грустно.
– Это было необязательно. Мы просто пообщались! – рявкнула я на разъяренного демона.
– С людьми Мерлина нельзя быть слишком осторожным. Они повинуются ему по первому слову, а по-моему, Мерлин выказал к тебе чересчур большой интерес.
– Аарванд, – тихо позвала я, с трудом подавляя свою собственную ярость и в определенной степени свое разочарование. Все бы отдала за возможность доверять хотя бы папе. – Я ведь объяснила тебе, что этот человек – мой отец. Он никогда бы ничего мне не сделал.
От меня не укрылось, что все присутствующие во дворе наблюдали за мной и Аарвандом. Сейчас он обвил рукой мою талию и притянул меня так близко к себе, что это определенно казалось неприличным.
– Этот человек – не только твой отец, но и могущественный колдун времени, и чрезвычайно преданный последователь Мерлина. А если тот выяснит, почему ты здесь на самом деле, то твой любящий папа немедленно тебя заберет. В какое-нибудь место и в какое-нибудь время, где ты уже не сможешь разрушить планы Мерлина. – Его дыхание ласкало мне щеку. – Я никогда не найду тебя, как бы долго ни искал. Уж об этом Мерлин позаботится. Так что, если хочешь избавить меня от такой судьбы, то, пожалуйста, послушайся меня один-единственный раз.
Он был смертельно серьезен. У меня волоски по всему телу встали дыбом, когда его горячий взгляд нашел мой. В глазах полыхало драконье пламя. Мои руны загорелись словно в ответ. Он бы меня искал. Мы дошли до комнаты, он распахнул дверь и впихнул меня внутрь.
– Я иду к Моргане, а ты остаешься здесь. – Его слова остудили меня в ту же секунду, пока я не сообразила, что ему еще нужно достать ее вещь. – Могу я на тебя в этом положиться? – Он выглядел напряженным не меньше, чем я.
– Можешь, конечно. Нам надо забрать камень. Как можно быстрее.
Аарванд все-таки вошел в комнату, закрыл дверь и прислонился к ней.
– Что тебе сказал твой отец?
– Он утверждает, что Артур не хочет воспользоваться камнем, но собирается перебить всех демонов в Броселианде. Мерлин же, напротив, уйдет с камнем на Керис и с его помощью закроет Кровавый источник с вашей стороны. Видимо, он не в курсе, что спригган вообще не отдает камень.
Аарванд схватил меня за плечи:
– Надеюсь, ты ему о ней не рассказала?
Разозлившись, я вывернулась:
– Разумеется, нет. Отец считает, что Моргана хочет заполучить Керис для себя и для ведьм. В этом даже есть какой-то смысл. Поэтому в нашем времени и существует конфликт между Ложей магов и Конгрегацией. Конгрегация всегда настаивала на том, что Керис предназначался ведьмам и колдунам, а Мерлин своим Пактом этому помешал.
– Так и есть, – подтвердил Аарванд. – Только Мерлин не воспользуется камнем, если он попадет к нему в руки. Он никогда не запечатает Керис.
– Тогда иди к Моргане, чтобы мы могли перенести камень в будущее, – медленно выговорила я, игнорируя болезненную тяжесть в груди.
Одну слишком долгую секунду он очень внимательно смотрел на меня.
– Хорошо. – И на этом ушел.
А я обхватила себя руками и старалась не думать о том, что он будет делать, чтобы раздобыть вещь Морганы.

Глава 18

Час тянулся за часом, пока я, обреченная на бездействие, торчала в своей комнате. Даже к Гвиневре не рискнула пойти, боясь пропустить Аарванда, когда он вернется. Мое беспокойство росло. Что сделает Моргана, если поймает Аарванда, пока тот пытается что-то у нее украсть? Что, если ему как-то навредил Мерлин из-за того, что папа рассказал мне про замысел мага? С ним могло случиться что угодно и даже больше. Ожидание сводило меня с ума. Я подошла к окну и наблюдала за происходящим во внутреннем дворе. Дважды мой взгляд выхватывал отца. Сначала он стоял с Мерлином и Кеем неподалеку от ворот замка. Лицо Кея не выражало ровным счетом ничего, пока Мерлин что-то ему говорил. Мерлин доверил Артура отцу Кея в младенческом возрасте, и теперь Кей поклялся в верности Артуру, хотя и он тоже был демоном. Уйдет ли он сам на Керис или останется с Артуром? Чего от него мог хотеть Мерлин? Во второй раз мой папа прислонился к колодцу. Его задумчивый взгляд скользил по стенам замка и окнам. Так он пытался вычислить, какое из окон мое?
Я отступила назад, поскольку не хотела, чтобы он меня обнаружил.
После того как почти протоптала на полу дорожку шагов, я вытащила из сумки гримуар и положила его на стол.
– Largio . – Я уже столько раз читала записи отца, однако теперь, когда познакомилась с ним, они вызвали во мне совершенно другие эмоции. В них чувствовались его страх и беспомощность. Я просидела взаперти в своих покоях всего пару часов. Он провел годы в одной комнате в Гламоргане, и я до сих пор не знала, почему богини его оттуда не выпустили. Надо как-то его предупредить. Ну что будет, если я напишу ему записку? Несколько строчек о том, чтобы он подождал в Гламоргане. Чтобы остерегался Вуали забвения. Покопавшись в сумке, я действительно нашла ручку и лист бумаги. Изольда могла бы передать его отцу, когда мы уйдем. Я кусала кончик ручки и судорожно размышляла, что написать, чтобы не перевернуть все с ног на голову, когда вошел Аарванд. Меня затопило облегчение, я вскочила. И на миг испытала искушение броситься ему на шею.
– Сработало? – воскликнула я. – Достал что-нибудь? Я переживала. – Он выглядел невредимым, но взъерошенным.
Он хмуро уставился на меня.
– Что ты делаешь? – Раскрытая книга, лист бумаги и ручка у меня в руках не оставляли простора для воображения. – Как бы там ни было, заканчивай. Ты готова? Я получил то, что нам нужно.
– Последние несколько часов ты был с Морганой? – спросила я глухим голосом. Это не должно так меня задевать. Раньше, с тех пор как мы переместились сюда, он практически каждую ночь проводил с ней, но в этот раз я сама отправила его к Моргане. Туника у него на шее расстегнулась, обнажая гладкую кожу. У меня внутри что-то заледенело.
Он протянул мне руку.
– Да, – коротко ответил он.
– И она вот так запросто отдала тебе свою вещь? – Мы оба понимали, к чему я клонила.
– Ты правда хочешь сейчас это со мной обсудить?
На самом деле я хотела. Да! На протяжении всех последних часов я за него волновалась, но он выбрал старейшую тактику в мире, чтобы получить то, что хотел. Меня замутило, все во мне противилось и не хотело к нему прикасаться.
– Дыши, – властно потребовал он еще до того, как я сама осознала, что задержала дыхание. Аарванд схватил меня за руку и прижал к груди. Меня окутал запах духов Морганы, и желудок взбунтовался. Пока я не отстранилась от него, князь шагнул во времени. Я прикусила нижнюю губу, чтобы не заорать на него, и задышала через рот. Прежде чем я задохнулась от собственной злости, мы приземлились во дворе шато. Калеб подтрунивал над Эме, рыцари Ложи все еще стояли в полной боевой готовности на том же самом месте, что и до нашего ухода, а Эйден с Маэль мрачно переглядывались. Когда мы внезапно появились перед ними, Нэа взвизгнула и побежала к брату. Он отпустил меня и поймал ее. Маэль расплылась в улыбке, и они с Эме подошли ко мне. Дезориентированная и сбитая с толку, я обняла их и подавила накатывающие слезы.
– Эй, – прошептала Эме, погладив меня по волосам как маленькую. – Все так плохо? Камень у вас?
Я сделала глубокий вдох:
– Еще нет. Но я знаю, где он. Нам потребуется твоя помощь, – повернулась я к Маэль.
Эйден хлопнул по плечу Аарванда, который все еще не сдвинулся с места и продолжал сжимать в объятиях Нэа.
– Идеальное возвращение, – сказал Эш. – Вас не было ровно две минуты, и вы вернулись ровно на то же место. Только очень опытные колдуны времени на такое способны, часто сдвиги бывают намного больше. Сколько раз ты уже путешествовал во времени?
– Достаточно, – опередила я Аарванда с ответом. – Они с другими рыцарями Круглого стола – лучшие друзья, и с Морганой он тоже знаком очень близко.
Эш округлил глаза, но этот лживый подонок Аарванд просто проигнорировал мои слова.
Эме потянула меня к замку.
– Ты должна все нам подробно рассказать. Это было опасно? Каким был Артур? Остальные рыцари тоже там? Когда вы возьмете камень?
– А Аарванд не сможет перенести туда нас всех по очереди? – спросила Маэль. – Раз уж он такоооой одаренный колдун времени. Я тоже хочу в Камелот. Хоть одним глазком взглянуть, мне хватит.
– Забудь об этом немедленно, – произнес Эйден у нее за спиной. – Ты просто перевернешь там все вверх дном, а потом в нашем времени я вдруг окажусь уже не великим магистром, а рыбаком или фермером.
– Так тебе и надо. Очень жаль, что ты не узнаешь, чего лишился.
– Когда ты говоришь об этом так… наверно, мне все-таки стоит тебя туда отправить. Моя жизнь потекла бы спокойной рекой.
Маэль со злобной ухмылкой показала ему средний палец, и лишь в этот момент мне стало ясно, что абсолютно ничего не изменилось. Все осталось точно таким же, как до нашего путешествия в Камелот. Меня охватило облегчение. Так и должно быть, мы пока нигде не ошиблись. Даже моя встреча с папой ничего не изменила. Значит, в день моего рождения он возвратился в Пемпон, а потом спрятал гримуар, и я не оставила ему записку с предупреждением.
– Вианна идеальная путешественница во времени, – заметил позади меня Аарванд, как будто прочел мои мысли. – Ни за что на свете не откажусь от ее компании и не променяю ее ни на одну из вас.
– Можешь оставить свой сарказм при себе, друг мой! – огрызнулась на него я. – Если бы я могла, то вернулась бы одна, а тебя оставила тут. Не особенно-то ты был полезен.
– Ой-ой, – вмешалась Нэа. – Что ты натворил? Он что, вел себя не так образцово, как обычно? Еще скажи, что в прошлом мой брат стал разбойником или кем похуже. – Она хихикнула, а появившаяся неизвестно откуда Тирза засмеялась вместе с ней.
– Не то чтобы разбойник, скорее…
– Вианна, – резко оборвал меня Аарванд. – Что происходит в прошлом, остается в прошлом.
– Это какая-то тупая цитатка или как? – Надо срочно обуздать свой гнев. Это нелепо и неуместно, а он мне еще нужен.
Мы вошли в шато и поднялись в малую гостиную. Чуть погодя заглянула Аделаиза, которая принесла чай и кунь-аман, бретонский масляный пирог.
Калеб бросился к столу и чмокнул ее в щеку.
– Не будь мое сердце занято, я бы на тебе женился, – пылко заявил он.
Вообще ничего не изменилось. Невзирая на кошмар на Керисе, я чувствовала, что все присутствующие испытывали такое же облегчение, как и я. Мы еще не проиграли.
– Однажды этот тип, отожравшийся и растолстевший, усядется в кресло и заставит тебя ему прислуживать, – предупредила Маэль Эме. – Лучше отшей его, пока все не зашло так далеко.
– Давайте сейчас все сосредоточимся, – потребовал Эйден. – Может, тогда Аарванд наконец расскажет нам, что случилось в Камелоте и чего он достиг.
– Или Вианна, – буркнула я. – Она тоже могла бы рассказать, в конце концов она тоже там была. И даже видела ключ-камень, что, кстати, несмотря на многочисленные попытки, ни разу не удалось Аарванду. А еще Вианна ведьма и из этого мира, не демон.
Я отчетливо видела, как Аарванд прятал улыбку после моего комментария. Однако потом подобрался всем телом и нацепил свою холодную маску князя.
– Так доложи же, пожалуйста, что произошло, и ничего не упускай. У нас же нет секретов друг от друга.
– Нет, никаких. – Он намекал на мою встречу с папой, но я и не собиралась ее скрывать, хоть это и заденет сестер. Я села в кресло и приняла чашку чая из рук Аделаизы. – Спасибо, – поблагодарила я, и она погладила меня по голове.
– Скажу Жаку, что ты хорошо добралась. Он беспокоился.
– Я же исчезала всего на две минуты, – с улыбкой ответила я.
– В нашем возрасте две минуты – это долго. – Она вышла из гостиной, а я села прямее. И начала рассказывать. Я говорила об Артуре, Ланселоте, Гвиневре и Кее. Рассказала про свою встречу со спригган, про Мерлина, а затем взглянула на сестер. – Наш отец тоже там. Он рыцарь Ложи Мерлина и полностью ему доверяет. Он думает, что Мерлин делает все правильно.
До сих пор все внимательно слушали мою историю. Но теперь на лице Эме промелькнула тень, она слегка подалась вперед.
– Он тебя узнал? – в недоумении выпалила Маэль. – Как такое возможно? Он же всего один раз видел тебя новорожденной.
– Сходство с нашей мамой, – объяснила я. – Он сказал, что я ее точная копия.
Маэль нахмурила лоб:
– Ну, может, нос и рот у тебя от нее.
– Чепуха. У нее мамины глаза, – всхлипнув, поправила ее Эме. – Сколько ему там лет? – Калеб встал у нее за спиной и положил ей руку на плечо.
– Я еще не родилась, но он сказал, что это его последнее путешествие. Мерлин тоже явился за камнем, поэтому мы обязаны его опередить. Ты должна сварить мне зелье «Cruthanna», чтобы я превратилась в Моргану. Мы считаем, что спригган отдаст ей камень.
– Для этого нам понадобится ее личная вещь, и ты уверена, что хочешь это сделать? Превращаться не очень приятно.
– Это наш единственный шанс. Убить спригган мы не сможем, она бессмертное существо. Надо ее перехитрить.
– Как насчет вещи? Вы что-то принесли?
Я указала подбородком на Аарванда:
– У него что-то есть. Это был настоящий бой, поэтому он сейчас выглядит так не по-княжески.
Взгляд Маэль переместился с меня на него.
Выражение лица Аарванда осталось непроницаемым. Он опустил руку в карман своей туники и вытащил оттуда маленькое серебряное колечко.
– Оно принадлежит Моргане, – коротко сказал он и протянул его Маэль, которая тихо присвистнула и покрутила его между пальцами.
– И она добровольно его отдала? – поинтересовалась сестра в своей обычной остроумной манере.
Аарванд сунул руки в карманы и холодно на нее взглянул.
– А это важно?
– Я не понимаю, – вставил Эйден, – почему под личиной Морганы спригган должна отдать тебе камень. Судя по всему, до сих пор она этого не сделала. Что ты сделаешь по-другому?
– Она кое-что требует от Морганы. Кое-что, чего у той нет, но есть у меня.
– И что это? – не поняла Маэль.
– Это я бы предпочла не говорить.
На мгновение повисла абсолютная тишина.
– Почему нет? – спросил Калеб таким серьезным тоном, какой я редко от него слышала.
– Потому что она мне не доверяет, – вмешался Аарванд, прежде чем я успела ответить.
– А ты дал ей еще одну причину для этого? – уточнил его брат.
– Очевидно, да, – признался тот. – Да я и не хочу знать. Маэль сварит зелье, и я перенесу Вианну обратно в Камелот. Она сделает то, что должна. Мы придем обратно и закроем Источник. Конец истории.
Молчание, которое последовало за этими словами, было оглушительным.
Я аккуратно поставила чашку на столик рядом с собой. Несправедлива ли я в своих подозрениях? На кону стояло слишком многое. Какое значение имели мои или его чувства?
Маэль первой нарушила тишину:
– Хорошо. Значит, решено. Поехали домой. Зелью нужно будет настаиваться всю ночь. От тебя мне тоже понадобится что-то личное. Пары волосков хватит.
– Домой – отличная идея, – ответила я. – Там всё в порядке?
– Вианна, – перебила меня Эме, – тут ничего не изменилось. Все так, как будто ты никуда не уходила.
– Ты права, но мне это все равно показалось вечностью.
– Похоже, ты переступил все границы, брат, – сказал Калеб Аарванду, пока мы шли к двери. А он быстро вернул себе чувство юмора.
Я чувствовала на себе взгляд Аарванда, но игнорировала его.
– Моргана и правда так красива, как гласят легенды? – снова спросил Калеб, после того как Аарванд ему не ответил.
– Еще красивее, – пробурчал он потом.
– Мы оставляем вас вести свои мужские разговоры и едем домой, – заявила Эме. – Вианна просто обязана побольше рассказать мне о Ланселоте. Кажется, он был прекрасным человеком и так любил Гвиневру. Уверена, на других женщин он даже не смотрел.
Маэль тихо захихикала, когда Эме буквально выбежала из комнаты, и мы направились за ней.
– Придурки, – выругалась она так громко, что Калеб не мог ее не услышать.
Лоран все еще стоял во дворе шато, но Констанс и Клэр не было. Он быстро обнял меня, а потом позвал двух парней, чтобы те отвезли нас домой.
– У Клэр режутся зубки, – извиняющимся тоном пояснил рыцарь. – Она всю ночь не спала. Я пообещал Констанс, что сейчас ее сменю, чтобы она немного вздремнула.
Я сняла с шеи свою цепочку с янтарем и протянула ему.
– Надень ей. Янтарь помогает при прорезывании зубов, и камень будет ее защищать.
Он улыбнулся.
– Спасибо. Получишь цепочку назад, когда у Клэр вылезут все зубы.

* * *

– И у него правда отношения с Морганой? – в шоке спросила Эме. – Вот говнюк. И он даже тебя не предупредил?
Мы сидели у себя на кухне. Маэль притащила сюда все ингредиенты для оборотного зелья. Сейчас оно закипало, а она беспрестанно бормотала какие-то заклинания и подсыпала травы, рыбью чешую, тертые крысиные зубы и что-то еще. Я абсолютно не желала знать подробности, все-таки мне предстояло выпить эту штуку.
– Да. Он довольно часто наведывался в Камелот, и Моргана, естественно, прибрала его к рукам.
– По-моему, он не производит впечатление мужчины, который позволит какой-нибудь женщине привязать его к кровати, – вставила Маэль, которая не пропустила ни слова из нашего разговора. Только что я еще раз пересказала все в мельчайших деталях. – Конечно, он не отказался, если она такая красивая и к тому же могущественная.
– Когда все это закончится, я приглашу Ясмин Шаррон к нам в гости. Из них с Эйденом получится отличная пара, а лучшей связи между Конгрегацией и Ложей я просто не могу себе представить.
– Нечего так обижаться, – проворчала Маэль. – Я просто высказала свое мнение.
– В будущем лучше держи свое мнение при себе. Собственно, меня это вообще не должно беспокоить. Нас с Аарвандом связывают исключительно деловые отношения.
– Мхм, – донеслось от плиты, а брови Эме скрылись под челкой.
– Ну что опять? – Мои сестры были меньше всех виноваты в поведении Аарванда. Кричать надо не на них, а на него.
– Я больше ничего не скажу, – заявила Маэль. Она кинула что-то в котел, и оно затрещало и взорвалось. Сверху раздался визг, как будто она напугала призраков. Мило мяукнул и спрыгнул со стула.
Когда опять наступила тишина, Эме накрыла мою ладонь своей:
– Аарванд взял тебя с собой к алтарю богинь, – осторожно начала она. – Вы принесли им общую жертву.
Кивнув, я тут же нахмурилась:
– Чтобы они помогли нам победить. Что с треском провалилось.
Эме снисходительно улыбнулась, как раньше, когда я не делала домашнее задание, а ей приходилось писать для меня записку с извинениями.
– Жертва была не для этого. Яблоко делят лишь с тем, кого любят, и одновременно с богинями, чтобы вымолить у них защиту для этого человека.
Я вновь подозрительно наморщила лоб:
– А ветка омелы?
– Ее он захватил только для того, чтобы тебя поцеловать, – встряла Маэль, качая головой и помешивая отвар. – Это он сказал тебе, что спал с Морганой, или ты только догадываешься?
– Я слышала его у нее в комнате, он пропадал каждую ночь, за столом она практически заползала к нему на колени, а сегодня… Да вы и сами его видели.
– Боже, Вианна. У него рубашка была расстегнута, а не ширинка, – ответила Маэль.
Эме прыснула от смеха, но тут же прикрыла рот рукой.
Маэль не собиралась останавливаться:
– Мы забыли тебе что-то объяснить? Ты же спала с Эзрой. То есть не совсем неопытна, хоть я и не в курсе навыков Эзры. Просто из-за болезни ты оказалась лишена пары бурных лет. Ты никогда не тусовалась на запрещенных вечеринках и не обжималась ни с кем в лесу. И понятия не имеешь, как устроены мужчины. А такому мужчине, как Аарванд, не обязательно ложиться с женщиной в постель, чтобы получить желаемое.
– Я тоже ничего этого не делала, – обиделась Эме. – И на каких, прости, запрещенных вечеринках ты тусовалась без меня?
Маэль ухмыльнулась:
– На очень многих, и я ходила туда без тебя, потому что ты бы тоже меня не отпустила, и тогда мы бы обе вели скучную жизнь, и никто бы сейчас не мог научить Вианну, как…
– Я поняла, – перебила ее я. – Спрошу его еще раз. Но вас там не было. Когда мы переместились, он практически сразу бросил меня одну.
– Потому что верит, что ты справишься сама. И ты же справляешься. Тебе не нужно, чтобы он постоянно тебя защищал, – терпеливо растолковывала Эме. – Поэтому поговори с ним. Он на нашей стороне, независимо от того, как ты иногда в нем сомневаешься. Ты должна ему доверять.
– Ладно.
– «Ладно»? – Маэль подняла ложку над котелком. – Ты сейчас это говоришь, чтобы нас успокоить, или потому что мы тебя убедили?
– Я говорю это, потому что вы правы. – Он не рассказал нам, что умел путешествовать во времени. Не рассказал ничего про Камелот и камень, пока это больше нельзя было скрывать. Доля скептицизма тут вполне к месту, однако они обе определенно смотрели на это иначе. Хотя Эйден тоже не совсем уверен в мотивах Аарванда.

Маэль сняла котел с огня:
– За ночь зелье должно настояться и остыть. – Наконец она уселась к нам за стол. – А пока можешь рассказать нам про папу и про то таинственное нечто, которое ты отдашь спригган.

* * *

Я ненадолго зашла к себе в комнату, а потом мы собирались ехать обратно в шато, как вдруг в дверь постучали и вошел Аарванд.
– Чего ты хочешь? – подозрительно спросила я. Я еще не готова к разговору, который нам обязательно надо было провести.
– Спать. Я устал, а завтра будет длинный день для нас обоих. Как только зелье будет готово, мы сразу же отправимся назад прямо отсюда.
Я уперла руки в бока:
– Если я правильно помню, то это мне  надо превратиться в Моргану и пойти к спригган. А ты максимум постоишь у стеночки и посмотришь по сторонам. Звучит не особенно утомительно, поэтому найди себе внизу место, где поспать, мне нужно отдохнуть.
Комната у меня не огромная, а с ним внутри она стала еще меньше. Аарванд не обратил внимания на мое возражение. Вместо этого он направился ко мне, осмотрелся вокруг и остановился прямо передо мной. Я все еще чувствовала на нем сладкий парфюм Морганы.
– Ты спрашивала, чего я хочу. – Мое требование он игнорировал. – Мне сказать тебе правду? – Он сделал вид, что задумался на мгновение. – Сказать тебе, какую часть твоего тела я хочу поцеловать сначала? Рассказать, как хочу прижать тебя к этой стене или вон к той? – Он постучал пальцем по стене позади меня. Я даже не заметила, что пятилась. – Как глубоко в тебе я хочу быть? Я в тебе, а ты во мне? – Воздух между нами дрожал и пылал. Его руки скользнули от моих локтей к ладоням. – Я сыт по горло твоим недоверием. Поэтому решил быть с тобой честным. Это ведь то, чего ты хочешь, верно? Честность! Так что, если ты когда-нибудь признаешься себе, что хочешь того же, то хватит одного-единственного слова, Вианна. И мы сможем лечь в постель и делать все те вещи, которых оба желаем.
Да, я хотела от него честности, а честнее вряд ли возможно. Но если быть предельно откровенной с самой собой, я не боялась того, что случится, когда мы всё это сделаем. Не боялась того, что он меня обманет. Я боялась того, что произойдет со мной, когда я все это получу.
– Думаешь, мне не хочется лечь с тобой в эту кровать? – медленно спросила я. От моих слов у него загорелись глаза. Янтарь превратился в жидкое темное золото. – Думаешь, я не хочу перецеловать каждый сантиметр твоего тела? Касаться твоей кожи руками и губами?
Аарванд сглотнул, его руки сжались в кулаки, он был близок к тому, чтобы потерять самообладание.
– Но я боюсь того, что будет после, и не хочу всего этого, зная, что тут же снова все потеряю.
– Не обязательно, – хрипло откликнулся он. – Ты можешь остаться со мной в Коралисе.
У меня вырвался короткий смешок:
– Я больше никогда не увижу сестер и свой дом. Ты бы отказался от своей жизни ради меня? От своего титула? Своей страны?
– Нет, – коротко ответил он.
Я дотронулась рукой до его щеки:
– И поэтому, – с сожалением произнесла я, – все, чего я на самом деле хочу, я сделаю не с тобой.
А потом уткнулась лбом ему в грудь и старалась не обращать внимания на запах Морганы. Он нежно обвил меня руками, и я ощутила его губы у себя на виске, пока он просто меня обнимал.
– Ты должна поспать, – проговорил он через какое-то время. – Ты права. Завтра вся ноша ляжет на твои плечи.
С тяжестью на сердце я отстранилась от него:
– Если хочешь остаться, то вот это тебе придется снять. – Я указала на тунику. Мне хотелось, чтобы он остался. Больше, чем чего-либо.
Аарванд выгнул бровь:
– Ты хочешь, чтобы я лег обнаженным в твою постель. Тогда к чему была вся эта лекция?
– Не совсем обнаженным. Но ты пахнешь ей, – объяснила я и почувствовала, как покраснели щеки. Маэль бы справилась с этой ситуацией куда более грамотно. – И мы просто ляжем спать как друзья.
– Лучше бы я вообще никогда не поднимал эту идиотскую тему про друзей, – пробурчал он. – Кстати, Аделаиза уже тщательно почистила и проветрила тунику. Я попросил ее об этом ради тебя. На стирку времени нет.
– Не важно. Она все равно до сих пор воняет. Если хочешь в мою кровать, снимай.
Аарванд ухмыльнулся, но послушно стянул через голову свою рубашку с капюшоном, и я задержала дыхание. Огоньки свечей обрамляли его безупречное тело. Надо было ему все-таки остаться в одежде. Затем князь скинул сапоги и повернулся ко мне.
– Я не сделаю ничего, чего ты тоже не будешь хотеть.
Это не совсем успокаивало. Ведь мы оба знали, чего я хотела. К счастью, на мне уже были легинсы и удобная футболка. Старомодное платье я моментально сменила на эти шмотки, как только мы оказались дома. Теперь я забралась под одеяло. Секунду Аарванд просто смотрел на меня, после чего вздохнул, подошел и лег рядом со мной. Я положила голову ему на грудь, а руку – на плоский живот и закрыла глаза. Его мышцы нервно дернулись от этого прикосновения, и, чтобы позлить его или проверить свою собственную выдержку, я провела большим пальцем вокруг его пупка.
– Вианна, – прорычал он и остановил меня.
Какое-то время мы просто молчали. Пламя свечей гипнотизирующе танцевало вдоль стен. Я мечтала, чтобы нам не нужно было возвращаться. Чтобы мы просто могли остаться здесь. В моем мире и в этой кровати.
– Я правда не спал с Морганой, – шепотом нарушил тишину Аарванд. – Не в этот раз. Я вообще не спал ни с одной женщиной, с тех пор как ты пришла на Керис. И с Кайей тоже.
Трудно себе такое представить, однако я решила ему доверять.
– Это хорошо, – довольно пробормотала я. – Я тоже ни с кем не спала, с тех пор как пришла на Керис.
Кончики его пальцев прижались к моей спине.
– И это не изменится, потому что ты моя an tsíoraíocht .
– Что это означает?
– Это я тебе объясню, когда ты будешь готова.
– Пока это не что-то, в чем я должна тебя слушаться, какое-то время я побуду всем, чем захочешь.
Его смех вибрировал под моей щекой.
– А теперь спи, пока я все-таки не сделал чего-нибудь, о чем ты позже пожалеешь.
– Не пожалею, – выдохнула я ему в грудь.
Мне ответил тихий рык.
– И тем не менее сейчас мы просто будем спать. Завтра будет тяжелый день, но когда мы вернемся, Вианна, – сказал он, и его рот оказался прямо возле моего уха, – я еще раз спрошу тебя, на что ты готова. – Эти слова прозвучали как обещание, и, хотя я уже знала ответ, больше не настаивала. Обняв его рукой за талию, я прильнула к нему. Тепло Аарванда окутало меня, как одеяло. Казалось совершенно правильным лежать здесь с ним. Мои сомнения и нервозность испарились. Я любила Эзру, и часть меня всегда будет его любить, однако с ним я никогда не ощущала того, что чувствовала сейчас, когда меня обнимал Аарванд.
У меня осталась куча вопросов, но я еще смогу их ему задать. А пока буду следовать за своими чувствами. Невзирая на все факты, утверждающие обратное, я решила ему доверять.

* * *

Когда я открыла глаза, Аарванд уже проснулся и подушечками пальцев обводил узоры моих рун. Моя рука все еще покоилась на его голой груди, и лежать так с ним было одновременно хорошо и странно.
– Нам пора вставать, – сказал он, когда я осторожно пошевелилась. – Чем быстрее уйдем, тем быстрее возвратимся.
Сердце у меня так болезненно екнуло, как будто уже сейчас начало по нему скучать. Без понятия, хватит ли у меня опять сил отказать ему и себе в том, чего мы хотели. Если наш план сработает, то на следующей старой луне мы отнесем камень к Источнику и запечатаем его. Необходимо сделать это как можно скорее, и никакого промедления мы себе позволить не могли. С каждым днем будет расти опасность, что кто-то отнимет у нас камень. Либо произойдет что-нибудь, что вновь сломает все наши планы. Такого мы не могли и не имели права допустить, слишком много от этого зависело. Маэль поймет, когда придет время. На мгновение Аарванд снова крепко прижал меня к себе. Я была рада, что он принимал мое желание не заходить дальше, несмотря на то что это явно давалось ему с трудом. Потеря Эзры причинила мне боль. Но если мы с Аарвандом займемся любовью, мое сердце разобьется на тысячу осколков, когда я его потеряю. Я коснулась губами его груди. От отодвинул меня в сторону и сел.
– Лучше не делай так, если хочешь, чтобы я уважал твое желание. – Он встал. – Подожду тебя внизу. Эта кровать – опасное место.
Я как можно небрежнее пожала плечами:
– Будь осторожен, чтобы кто-нибудь из моих прабабушек не затащил тебя в спальню. Они не такие сдержанные, как я.
– Если они хотя бы наполовину такие храбрые, как ты, то я, наверное, не смогу им сопротивляться. – Князь нагнулся и быстро меня поцеловал.
Я благодарна Аарванду за то, что он исполнил мою просьбу. Иначе сейчас я бы, вероятно, наплевала на все свои благие намерения и затащила его обратно в постель.
Была ли я храброй? Раньше я бы так о себе не сказала. Но я ходила в Гламорган, проникала в лагерь Регулюса и путешествовала в Камелот. Трусихой меня тоже не назовешь. Единственное, на что я не осмеливалась до вчерашнего дня, – это признаться ему и себе самой в том, как сильно меня к нему тянуло. Я пряталась за своим недоверием и страхом, что мне снова будет больно. Опять переодевшись в платье и мягкие кожаные туфли, я спустилась на кухню.
Аарванд стоял с Нэа в саду, а Маэль, Эме и Калеб ждали меня на кухне.
– Зелье готово, – объявила Маэль. Она вручила мне маленький флакончик с темно-синей жидкостью. – Эффект продлится не очень долго. Дольше, чем у меня в прошлый раз. – Она состроила гримасу. – Будь осторожна. Со спригган шутки плохи. Я еще хочу нарисовать тебе парочку защитных рун на коже. – Она усадила меня на стул.
– Оставь нас одних на минутку, – попросила Эме Калеба. Он кивнул и пошел к брату и сестре.
Маэль достала свои кисточки и села позади меня.
– Я добавила немного масла бергамота, чтобы усилить защитные чары. – Ее голос звучал натянуто. Маэль перекинула мне волосы через плечо и начала выводить на шее тонкие линии. – Распусти волосы, когда стаешь Морганой, – инструктировала меня она. – Тату останется, даже если ты примешь чужой облик. Лучше, чтобы никто их не видел.
– Ладно. – Ее нервозность передалась и мне.
Эме взяла меня за руку:
– Все будет хорошо, – успокаивающим тоном произнесла она. – Я заглянула в шар, и он предвещает тебе благополучное возвращение домой. Аарванд позаботится о тебе. Но избегай встреч с папой.
Я кивнула, так как не планировала больше с ним разговаривать.
Эме вытащила колоду карт и перемешала:
– Выбери свою карту дня.
Я потянулась к разложенной веером стопке и перевернула одну карту. Луна.
Эме улыбнулась одним уголком губ:
– Доверяй своим чувствам, они приведут тебя к знанию.
– Очень в тему, – пробормотала Маэль. – Я могла бы сказать ей то же самое.
– Ну, ты ведь тоже Сестра луны, – ответила я, после того как она снова аккуратно расправила мои волосы над начерченными защитными рунами.
– Ты точно уверена насчет слов? – спросила Эме. – У тебя будет только одна попытка.
Вчера мы несколько часов подряд спорили по поводу моего предположения.
– Просто попробую и посмотрю, что случится. Я ведь теперь знаю, что меня ожидает.
– А мы отсюда будем молить богинь о помощи, – сказала Эме. – Они приведут тебя домой целой и невредимой.
Я поднялась:
– Обязательно, а вы будете ждать меня тут.
– Конечно. – Маэль пошла мыть руки. – Ты же моментально вернешься. Даже хна не успеет высохнуть.
В последний раз обняв их обеих, я вышла в сад.
Калеб положил руку мне на плечо:
– Пригляди за моим братом, Мышонок, – попросил он и другой рукой провел по своим волосам. – Я бы тоже хотел пойти с вами. У меня плохое предчувствие.
Нэа все еще стояла рядом с Аарвандом. Когда я направилась к нему, услышала ее слова:
– Если бы ты хоть разок взял меня с собой в прошлое, я могла бы опять увидеть маму с папой. Я даже говорить с ними не буду. Просто посмотрю на них, чтобы получше запомнить.
Он прижал сестру к себе и положил подбородок ей на макушку.
– Мы подумаем об этом, когда я вернусь. Обещаю.
Наши взгляды встретились. Он не станет этого делать, но не хотел сразу лишать ее надежды. Отстранившись от Нэа, Аарванд подал мне руку. Я переплела наши пальцы и шагнула с ним в прошлое. Он держал меня в объятиях, пока мы вновь не оказались в моей комнате в Камелоте. Тут все осталось по-старому.
Против собственной воли я его отпустила.
– Сразу его выпить? Как ты думаешь? Или подождем до ночи?
Аарванд запрокинул голову назад, словно к чему-то принюхивался.
– Что такое? – спросила я.
– Не знаю. Что-то изменилось, но я не могу точно определить. Просто нехорошее чувство, как будто у нас истекает время. Тебе надо превратиться прямо сейчас. Помнишь, где находится коридор?
– Кажется, да.
– И ты уверена, что снова его найдешь?
– Да, естественно. Самой большой проблемой будет не наткнуться на Моргану. Но лучше мне принять его здесь. По всей видимости, превращение – не самое красивое зрелище.
– Моргана в такое время отдыхает, как и большинство людей при дворе. Я только что пришел от нее, если ты не забыла.
– Забыла. – Открыв пробку на бутылочке, я понюхала зелье. – Гадость, – пробормотала я. – Вот бы ты мог его выпить, но готова поспорить, что на демонах оно не работает.
– Если бы я мог, то сделал бы это за тебя. Пообещай мне, что будешь осторожна. Я останусь поблизости.
– Надеюсь только, что спригган не раскусит подмену.
– Если понадобится, я перевоплощусь и сражусь с ней, а ты уйдешь с линии огня. – Он взял мое лицо в ладони и прислонился лбом к моему лбу. – У нас получится. Тут еще солнце не успеет зайти, а мы уже вернемся в Броселианд.
А потом? У нас будет всего одна или две ночи, прежде чем он уйдет в Коралис, а мы запрем Источник. Этого недостаточно. Внезапно мне показалось такой глупостью, что мы не воспользовались прошлой ночью. Схватив Аарванда за воротник туники, я притянула его к себе. Он наклонился ко мне, и наши губы встретились. Его низкий стон, в котором слышалось облегчение, перешел в хриплый рык, когда он схватил меня, и его руки сомкнулись у меня на талии. Наверно, он только что понял то же самое, что и я. Наше время вместе заканчивалось, а мы его растратили. Растратили на то, что не доверяли друг другу и отказывали себе в том, чего оба хотели и в чем нуждались. Я откинула голову назад, когда его губы переместились с моих щек на шею. Одна ладонь накрыла мою грудь. Я прижалась ближе к нему, наши тела охватила дрожь. Он прикусил мочку моего уха, и я ахнула. Вторая его рука спустилась мне на попу и мягко сжалась. У меня подкосились колени. Аарванд поднял меня, и я обхватила ногами его бедра, благодаря богинь за моду этого времени. Он сделал несколько шагов, чтобы отнести меня на кровать, но вдруг его нежное вторжение прервал громкий стук в дверь, как раз когда пальцы Аарванда пробрались под платье.
– Не обращай внимания, – шепотом попросила я и сдавила зубами кожу у него на шее. Его бедра дернулись вперед.
О, богини. Я чувствовала, каким твердым он был у меня между ног. Очень твердым.
– Еще раз, – выдохнула я.
– Аарванд, открывай! – раздался голос Ланселота. – У нас проблема, и ты нам нужен. Оставь Вианну в покое. То, что вы там делаете, непотребно.
Кто бы говорил. На этот раз я приподняла бедра и подавила стон, когда снова его почувствовала.
– Я его убью, – выругался Аарванд мне в губы.
Я покрутила бедрами.
– И я.
– Я сейчас войду, предупреждаю вас. – Как мог один-единственный человек быть таким надоедливым?
Тело горело и болело одновременно, при том что мы занимались этим всего минуты две. Страшно подумать, что случится, когда в нашем распоряжении будут часы. Ночи. Видимо, я умру.
– Дай нам одну минуту. – Аарванд оказался разумнее меня. Он сел и помог мне поправить платье. При этом в глаза он мне не смотрел, что, наверное, даже лучше. – Лучше отойди от двери, потому что я не могу гарантировать, что не ударю тебя, – крикнул он.
Я ухмыльнулась и прикусила губу.
Снаружи ему ответил смех:
– Так грубо, сэр Аарванд?
Его пылающий взгляд, в котором вспыхивали маленькие огоньки, теперь сосредоточился на мне.
– Сегодня ночью, – пообещал он, – мы продолжим ровно с того момента, на котором остановились.
У меня вырвался нервный смешок:
– Если наш план вообще сработает.
На его лице появилась демоническая улыбка:
– Сработает. Уж об этом-то я позабочусь. – Он последний раз быстро меня поцеловал, встал и открыл дверь.
– Леди Вианна, – поздоровался Ланселот сначала со мной, хотя я еще сидела на кровати. Не доверяла своим ногам. – Выглядишь слегка разгоряченной. Попросить твою служанку не разжигать огонь в камине так сильно?
– Это слишком мило с твоей стороны, – откликнулась я. – Но я сама могу с этим справиться.
– Разумеется. Аарванд, – повернулся к нему Ланселот. – Ты должен пойти со мной к Артуру. Он сильно встревожен.
– Он всегда встревожен, когда объявляется Мерлин. Видит бог, это не причина, чтобы мне мешать. Мы отдыхали.
– Вы отдыхали? – Брови Ланселота взмыли вверх. – Звучит скучно.
Я кашлянула.
– Это не из-за Мерлина. В виде исключения в этот раз нет. Прибыла Вивиана.
– Зачем? – Аарванд покачал головой. – Что она здесь делает? Мы же договорились, что она будет держаться подальше от двора. Почему ни одна женщина не делает то, что я говорю?!
– Меня не спрашивай, – ответил Ланселот. – У меня такой проблемы нет. – Он лукаво улыбнулся. – У нее было видение. И она утверждает, что должна была прийти.
Лицо Аарванда помрачнело.
– Иди, – тихо попросила я, игнорируя охватившее меня плохое предчувствие. Вивиана – возлюбленная Мерлина и Владычица Озера. Ей известно, что камень тут, в замке? Видение показало ей, что мы собирались его похитить? Она пришла, чтобы это предотвратить? – Я подожду тебя здесь.
Он снова подошел ко мне.
– Я вернусь так быстро, как только сумею. Ты уже будешь готова к тому времени? – Его губы ласкали мои щеки.
Ланселот тактично вышел в коридор.
– Буду. – Я хотела поцеловать Аарванда в ответ, но он отстранился от меня и направился к Ланселоту. А потом опять оглянулся. У меня загорелись глаза, когда он улыбнулся. С надеждой и так искренне, такой улыбки я еще никогда у него не видела. Дверь закрылась, и я осталась одна.
Сначала я просто сидела на кровати, накрыв рукой губы. Эзру я потеряла совершенно внезапно. Аарванда мне придется отпустить осознанно. И он отпустит меня, чтобы мы с сестрами были в безопасности, а сам в одиночку выступит против Регулюса. Я никогда не узнаю, выиграет ли он этот бой. Никогда не узнаю, выжил ли он и счастлив ли. И будет ли иногда думать обо мне.

Глава 19

На этот раз мне не пришлось долго ждать его возвращения. Не прошло и получаса, как Аарванд ворвался в комнату с мрачным выражением лица.
– Что случилось? – испуганно спросила я. – Что с Вивианой? Она здесь из-за Мерлина? Она его поддерживает? Ей известно о нашем плане?
– Пей зелье, – велел он мне, не отвечая на вопросы. – Пожалуйста, – добавил Аарванд, когда я нахмурилась. – Мы должны забрать камень сейчас.
Больше я спрашивать не стала. В его глазах читалась непоколебимая решительность довести это дело до конца. Чего бы это ему  ни стоило. Чего бы это нам  ни стоило. И снова предостережение, что у нас осталось мало времени. Неожиданно я четко поняла, что он победит Регулюса, почувствовала сердцем – так просто должно быть. Я держалась за эту мысль. И взяла бутылочку со стола. Когда источник закроется и Регулюс больше не сможет рассказывать своему народу, что в нашем мире намного лучше, они будут довольствоваться тем, что имеют. Перестанут уничтожать Керис и начнут его беречь. Надеюсь, они прислушаются к голосу разума. К Аарванду и другим князьям. Это будет нелегко, однако его глаза и то, как он держался, демонстрировали неодолимое желание спасти свой народ. Такое будущее Эме видела для Калеба? Стало ли ей от этого легче смириться с его потерей? Во взгляде Аарванда что-то сверкнуло, и он шагнул ко мне. Я подняла руку, чтобы его остановить. Если позволю ему коснуться меня сейчас, то мы окажемся в постели, а не у спригган. Я поднесла флакон к губам.
– Mutare , – тихо сказала я и выпила. Вкус был отвратительным, но я проглотила отвар – до последней капли.
Восхищение и ужас одновременно отразились в глазах Аарванда, как только началась трансформация. На миг меня охватил дикий страх, потому что по ощущениям казалось, что у меня вот-вот взорвутся внутренности. Ледяная вода гасила жаркий огонь, ткани рвались и молниеносно срастались заново, я запаниковала, когда вдруг ослепла и больше не могла сфокусировать взгляд на Аарванде – единственной константе в мире, который не прекращал кружиться. Меня затошнило, желудок сжался. Я судорожно сглотнула обжигающую желчь, и внезапно все закончилось. В глазах вновь прояснилось. Я попыталась за что-нибудь ухватиться, чтобы не упасть. Аарванд сделал шаг ко мне и крепко обнял. Теперь я не стала противиться.
– Это было впечатляюще. – Его голос как будто дрожал у меня в ушах. – Я думал, что привык смотреть, как кто-то изменяется. Но такое… – Он взял мое лицо в ладони и внимательно посмотрел на меня. – Ты даже пахнешь как она.
Я прочистила горло.
– Если Маэль что-то делает, то на совесть. – Тут я осеклась и скривилась. – У меня даже голос как у нее.
Аарванд кивнул.
– Жутко.
Действительно. Отстранившись от него, я рассмеялась, хотя мне было не до смеха.
– Тогда надеюсь, что превращусь потом обратно.
– Я люблю то, кем ты являешься. А не то, как выглядишь, – тихо произнес он.
У меня замерло сердце.
– Только ты можешь в такой неподходящий момент сказать мне, что любишь меня, – трясущимся голосом ответила я.
– Ты ведь и так это знала. – Его лицо было абсолютно серьезным.
– Ты говорил, что хочешь меня, – сказала я. – «Хотеть» – это не то же самое, что «любить».
– Для меня да. – Он замолчал и терпеливо ждал, но я не могла ответить на его слова. Это сделает все лишь еще хуже. Слишком рано и в то же время слишком поздно. Было бы и так тяжело жить без него. Даже без этого признания. А теперь станет практически невозможно. Нечестно с его стороны сказать мне это. Не сейчас, не здесь и уж точно не тогда, когда я в облике Морганы. Конечно, в отличие от меня Аарванд почти никогда не скрывал, чего от меня хотел, и тем не менее я с ним так не поступлю. Пусть лучше думает, что я не отвечала на его чувства в такой степени. Так ему будет легче.
Аарванд протянул мне руку. От меня не укрылась обреченность в выражении его лица, однако я продолжала цепляться за свое оправдание. Я желала для него большего, чем только этот долг перед своим народом. Кто, если не он, имел право быть счастливым? Он должен жить дальше, завести детей и забыть меня. Сможет ли он использовать для этого Вуаль забвения? Можно ли ею стереть одно-единственное воспоминание? У нас с самого начала не было шанса, и однажды он тоже это поймет.
Я посмотрела на свои руки, прежде чем соединить наши пальцы. Какое-то неправильное ощущение. Как будто наша кожа больше не подходила друг другу. Я стала выше и теперь доставала ему до кончика носа. Платье, которое теперь было на мне надето, неприятно облегало мои формы. Первые пару шагов я пошатывалась, но Аарванд держал так крепко и надежно, что я не споткнулась и не упала.
– Пойдем вниз. Ты заберешь камень, и мы сразу же вернемся. Никто нас не остановит. Все будет хорошо.
Мы рука об руку шли по коридорам. Попадающиеся по дороге слуги приветствовали нас с глубоким почтением. Лестница, ведущая к спригган, и на этот раз оказалась открытой.
– Судя по всему, Моргана абсолютно уверена, что туда никто не пойдет.
– Она может на это рассчитывать, – сказал Аарванд, – потому что там всего лишь стена.
– Что? Ты не видишь лестницу?
Он покачал головой:
– Нет. Для меня там сплошной камень. Твой колдовской глаз позволяет тебе различить там проход. – Он пристально разглядывал мой лоб. – Ты вообще не замечаешь, что он открылся?
Помотав головой, я прислушалась к себе и почувствовала легкое покалывание.
– Со мной это случалось только один раз.
– Ты его совсем не ощущаешь, потому что это естественная часть тебя. Но то, что ты раскрываешь секреты Морганы, вероятно, означает, что вас связывает гораздо больше, чем мы считали раньше.
У меня по спине пробежал холодок. Объяснение могло быть любым. Колдовские семейства на протяжении столетий заключали между собой браки.
– Обсудим это позже. – Я сделала шаг вниз по лестнице и протянула к нему руку. – Идешь? – Я четко его видела.
Он пошарил рукой в воздухе.
– Вианна, – настойчиво позвал Аарванд. – Я не могу пройти за тобой. Возвращайся.
Я снова поднялась на две ступени наверх. На его лице появилось облегчение, стоило мне пройти сквозь стену.
– С подобной магией я еще никогда не сталкивался. Ты права.
– Значит, я должна идти одна.
Он замотал головой со встревоженным лицом.
– Нет. Ни в коем случае. Я обещал тебя защищать.
– Ты и так это делаешь. Нам нужен камень, и ведь в прошлый раз я выбралась живой.
– Еле-еле, если я правильно понял твой рассказ.
– Я выгляжу как она, уже забыл? – Я попыталась улыбнуться, но не получилось.
– А что, если ты не сможешь обмануть спригган? Что, если ты ошибаешься в своем предположении? Если то, что бы ты там ни собиралась ей предложить, – это не то, чего она хочет? Это была безумная идея. – Он схватил меня за руку и потащил прочь. – Придумаем что-нибудь другое.
Я встала на носочки и быстро его поцеловала, хотя под личиной Морганы это ощущалось не так, как должно.
– От этого слишком многое зависит. В этом времени и в нашем. Дай мне попробовать. Я справлюсь. – Я отняла у него свою руку, и он действительно ее отпустил. – Верь мне.
Аарванду с огромным трудом удавалось скрывать страх в глазах.
– Я здесь.
– Знаю. – Я прошла сквозь стену, больше не оглядываясь на него, потому что боялась потерять решимость. – Ignis , – произнесла я и побежала вниз по лестнице. Теперь я знала, что меня ожидало, и, с одной стороны, так лучше, а с другой – хуже. Ступени были скользкими, но это не заставило меня сбавить темп, я просто смотрела под ноги, туда, где заканчивалась лестница, и старалась дышать спокойно, чтобы учащенное дыхание не выдало меня спригган. Зеленый свет в павильоне вспыхнул так же ярко, как в прошлый раз, стоило мне добраться до последней ступени. Спеша к лодке, я бросила взгляд туда, где скончалась сильфида. Остался лишь разодранный рыбий хвост. На секунду подступил рвотный позыв, но я запрыгнула в лодку и оттолкнулась. В воде опять виднелись тени, но я их игнорировала. Нельзя обращать на них внимание. О возвращении подумаю потом. Причалив, я выволокла лодку на берег, а затем направилась к павильону. В этот раз дверь распахнулась сама собой, и я внезапно оказалась лицом к лицу со спригган.
– Моргана, – проворковала она. – Обычно ты не балуешь меня своими визитами так часто, как в эти дни. Чем обязана такой чести? – Как и тогда, теперь она втянула в себя воздух, запрокинула голову и с наслаждением закрыла глаза. Проверяла мой запах. – От тебя пахнет Мерлином и князем тьмы. Они опять пришли, чтобы предъявить права на то, что им не предназначено?
– Да, но мы обе знаем, кому предназначен Камень судьбы, – негромко проговорила я. – И сейчас он мне нужен.
– Значит, ты наконец-то разгадала мою загадку? – Спригган засмеялась, а я на миг растерялась. Мне она не загадывала загадок. – Время пришло? – В ее голосе прозвучало любопытство. – Так много людей до тебя это утверждали. Но я несу свою ношу, пока не придет та самая.
– Я и есть та самая, – твердо заявила я. – Нам необходимо разделить миры.
– После стольких лет? Кто передал тебе слова? – протянула демоница, а пустые зеленые глаза сузились и мгновенно засияли жутким светом.
– Это к делу не относится, не так ли? – спросила я. – Ты не хочешь отдавать мне его?
– Нет, нет, если ты знаешь правильные слова, – выдавила она. – В конце концов я много веков жду этого дня. – Спригган вздохнула. – Наконец я буду свободна. – Своими странными пальцами она сжала цепочку. – Они привязали меня к этому месту в первозданные времена. Я уже перестала верить, что однажды вновь увижу солнечный свет.
Это ужасно, но я не могла позволить себе испытывать жалость к этому существу.
– Скажи слова, – велела она мне почти с тревогой. – Произнеси их и получишь то, чего жаждешь.
Расправив плечи, я молилась, чтобы мое предположение не оказалось ошибочным.
– Слова, – нетерпеливо гудела спригган. – Скажи слова.
– Камень судьбы принадлежит Звездам, Луне – ее Последний свет, – начала я громким голосом зачитывать пророчество. Камень на груди спригган засветился. Его темно-синие лучи ударили вверх надо мной. Я пригнулась, но недостаточно проворно. Они осветили меня и все вокруг. Пронзительные и яркие, они озарили пещеру до самого последнего уголка.
Спригган захохотала.
– Дальше, – потребовала она.
– И когда умрет Ночь, судьба миров будет выкована заново. – Свет стал еще ярче. Ослепительней.
Спригган подняла руки и сняла цепочку со своей шеи, а потом пошла ко мне. Сила, которая привязывала ее к этому месту, разрушилась вместе с чарами. Тело, больше напоминавшее дерево, чем человека, задвигалось почти с изяществом. Павильон рухнул, когда она выпрямилась в полный рост. Пол у меня под ногами задрожал. Каждый житель Камелота наверняка почувствовал эти магические толчки. С потолка посыпалась каменная крошка, а по стенам пещеры побежали трещины. Пальцы спригган схватили меня за руку.
– Благодарю тебя, – удивительно мягко сказала она. Древесная кора дотронулась до моей кожи, когда она вложила мне в ладонь цепочку. Камень был прохладным и гладким. – Пусть богини даруют тебе лучшую судьбу, чем мне. Я бы отдала тебе камень и в твой первый визит, Сестра звезд. Мне лишь требовались слова. Подмена была не нужна. Но ты не покинешь эту пещеру с камнем, об этом позаботилась Моргана.
Свет камня угас, после того как она отошла от меня и потопала к реке, вода которой теперь подбиралась к берегам. Вокруг меня бушевали рев, свист и рычание, словно пещера послала всех своих созданий отобрать у меня камень. Сильфиды показались из воды, упираясь мокрыми чешуйчатыми руками в землю. Одна уже ползла ко мне – несмотря на то, что задохнется. Желание заполучить камень перевешивало. Спригган поставили здесь богини, однако сильфиды явно подчинялись иной силе, и все, что еще здесь обитало, – тоже. Они должны предотвратить кражу камня, если кто-то другой произнесет верные слова. Это работа Морганы, и, наверное, моя внешность так же не обманула ее стражей, как и спригган.
Вода вспенилась, когда демоница зашла в нее и издала громкий стон блаженства.
– Удачи, – усмехнулась она, прежде чем нырнуть. – Далеко ты не уйдешь. Слишком многие желают получить это сокровище. Богиням не стоило его создавать.
Накинув цепочку на шею, я спрятала камень под платьем. Вырез оказался таким глубоким, что едва его прикрывал. Я бросилась к лодке, за которую уже цеплялись сильфиды, скаля свои мелкие острые зубы. Вода сверкала ядовито-зеленым светом.
– Speculare , – выпалила я в надежде найти путь на другую сторону, но ничего не шелохнулось.
Спригган подняла руку из воды.
– Я перенесу тебя через реку, потому что за мной должок, но потом ты сама по себе.
У меня не осталось выбора, кроме как довериться ей. Задрав подол платья, я одной ногой ступила на ее ладонь. С огромными усилиями мне удалось удержаться в воздухе и не потерять равновесие. Из воды показалась вторая рука. Между мхом и травой, покрывавшими ее конечности, застряли водоросли. Я поставила вторую ногу, игнорируя сильфид, которые с воплями набросились на спригган. Одно неверное движение, и я упаду в воду. Они меня разорвут. Сприган слегка подвинула руки, и я спрыгнула на другой берег. Подземная река унесет ее на свободу. Больше не оглядываясь, я рванула вперед.
Меня преследовал визг сильфид. Невидимые руки схватили меня за ноги. Я упала, и руки погрузились в слишком мягкую землю, которая тянула меня и засасывала. С трудом выдернув пальцы из этой вязкой массы, я встала и, спотыкаясь, вслепую пошла дальше. От криков вокруг звенело в ушах. Надо добраться до лестницы, но меня опять дернули чьи-то руки, и платье порвалось на спине.
– Nocere . – Волна черного света заставила моих мучителей отпрянуть. – Miridiem . – По полу рассыпалась мерцающая пыль. Лестница точно где-то недалеко, однако я ее не видела. С потолка падали камни и осколки, скалы переворачивались и преграждали путь. Между ними из земли выросли мясистые зеленые стебли. Их венчали белые бутоны. Они раскрылись, оттуда выстрелили белые жгуты, обвились вокруг моих запястий и вновь повалили меня на пол. – Thelema agape!  – прокричала я, сопротивляясь темной магии. По пещере пронесся луч ослепительного света, сжег растения, и жгуты обмякли. Я быстро смахнула их с рук и побежала. Но лестница исчезла. Я ходила по кругу, и от того, что видела, у меня кровь стыла в жилах. Ужасно обезображенные тела подбирались ко мне. Призрачные существа с изуродованными конечностями, беззубыми ртами и когтистыми руками. Я охнула. Мне не покинуть это место живой. Это останки людей, которые тоже жаждали завладеть камнем?
Моя решимость ослабла. Бежать некуда. В реке меня разорвут сильфиды. Лестница пропала… Знакомая магия Аарванда пробилась сквозь потайной ход, через который я спустилась в пещеру. Его высвободившийся гнев врезался в барьер, необузданный жар обрушился на вековую темную энергию. Его рев зазвучал у меня в голове, и я пошла на этот призыв, как по сверкающему следу. Шагала в том направлении, откуда он меня звал. Лестница возникла словно из ниоткуда, и я понеслась по ней наверх. Темно-красный свет мерцал слева и справа на стенах. Свет Алого дракона. Теперь они начали надвигаться друг на друга, и ступени тряслись, как будто я оказалась на корабле посреди шторма. Но магия Аарванда раздвинула каменные стены. Он держал их, борясь с темной незримой силой, которая не желала меня выпускать. Он не допустит, чтобы они меня раздавили. Я бежала по лестнице, но она даже не собиралась заканчиваться. Появлялись все новые пролеты. Поскользнувшись, я охнула и попыталась подняться. Камень висел на шее стокилограммовым весом и тянул меня назад в пещеру. Руки и ноги больше мне не повиновались.
– Вианна, – услышала я голос Аарванда в своем подсознании. – Возвращайся ко мне.
– Не могу. – Как парализованная, я лежала на сырых холодных ступеньках.
– Можешь. – Его ярость испарилась, и остались лишь любовь и нежность. – Сделай это ради меня, ради своих сестер. Вставай. Сейчас же. – Красный драконий свет скользнул по моему телу, словно меня гладили чьи-то руки. Он не смог войти в пещеру, но нашел способ добраться до меня. – Соберись с силами, – шептал он у меня в голове. – Я с тобой. Я всегда буду с тобой.
Его жар хлынул внутрь меня, и я поднялась на ноги. Ступень за ступенью я карабкалась наверх и чем ближе подходила к выходу, тем четче ощущала магию, которой он меня защищал. Позади все еще завывали монстры, охранявшие пещеру, но они не могли пробиться сквозь щит Аарванда, который он, должно быть, протолкнул через стену. Я чувствовала железную волю, с помощью которой он раздвигал стены, которые иначе раздавили бы меня. Поднимаясь, я чувствовала, как его сила потихоньку истощалась. Мои пальцы царапнули зазоры между каменными плитами, когда я выпрямилась в полный рост и преодолела последние ступени к выходу. Красный драконий свет замигал.
– Вианна, – простонал он, и объявший меня страх оказался таким всепоглощающим, как ничто из того, что я чувствовала прежде.
Я выбралась на самую верхнюю ступень и упала в коридор, прямо в его объятия. У меня за спиной стены врезались друг в друга, размозжив все, что находилось между ними. Глаза Аарванда были широко распахнуты, они потемнели и внутри плескалась тьма. Он крепко держал меня в кольце своих рук. Неверие исказило его черты, а потом он покрыл мое лицо поцелуями. Его руки блуждали по моему телу – жадно и вместе с тем бережно.
– Надо уходить, – сказала я, задыхаясь и одновременно отказываясь его отпускать. – Камень у меня. Отнеси нас обратно.
Аарванд так крепко прижал меня к себе, как будто хотел во мне раствориться, но не переместился во времени.
– Что случилось? – прошептала я. Пол у меня под ногами стал ледяным и до сих пор дрожал. Стражи Морганы все еще безумствовали где-то внизу и старались освободиться. Если им удастся, то мы проиграли. – Ты израсходовал всю свою магию?
Он покачал головой.
– Нет, – ответил Аарванд. – Магия времени больше не действует. Судя по всему, Мерлин наложил чары на Камелот, чтобы мы не могли сбежать. Это наверняка его работа. Никто, кроме него, не обладает такой силой. Нам нужно покинуть замок. Немедленно. – Он схватил меня за руку и пустился бежать.
– То есть они уже знают, что камень у меня? – прохрипела я.
– Думаю, они знают, что кто-то забрал камень, но кто именно – нет, и того, что сделал я, он не мог не заметить. – Все его тело буквально подрагивало от напряжения. – Сейчас мы пойдем к конюшням и оседлаем двух лошадей. Потом уедем в лес. А оттуда попадем домой. – Он держал меня так крепко, как будто боялся, что кто-то меня у него отнимет.
– Подожди, – сказала я. – Одну секунду.
Он сердито посмотрел на меня.
– Purgatio , – произнесла я, очищая свою одежду от пыли и грязи и стирая ее следы с туники Аарванда. – Мне нужно еще раз вернуться в нашу комнату.
– Нет, на это нет времени, – отрезал он и ускорил шаг. Мимо нас прошли слуги и двое рыцарей. Гавейн и Персиваль окинули нас подозрительными взглядами и остановились. Естественно – Аарванд вел Моргану за руку. Это, должно быть, показалось им странным. В эту эпоху мужчины подставляли женщинам локоть. Они не держались за ручки.
– Что случилось? – спокойным тоном спросил у них Аарванд, однако меня не отпустил.
– Мы не знаем, поторопитесь, – ответил Персиваль. – Артур ожидает нас за Круглым столом. – И они быстро скрылись из виду.
Аарванд выбрал главный коридор, но я потащила его по проходу, ведущему к нашим покоям.
– Мне надо забрать гримуар. Я не могу оставить его тут. – Я злилась на саму себя за то, что не подумала о книге заранее. – Никто не должен его найти.
Он покачал головой, но я отняла у него свою руку.
– Иди в конюшню и возьми лошадей. Я скоро тебя догоню, и так мы не будем тратить время на то, чтобы их оседлать.
Аарванд хотел со мной поспорить, но я не могла уйти без гримуара.
– Мне нельзя оставлять его здесь, – настойчиво повторила я. – Спригган требовала в обмен на камень слова из пророчества.
У него округлились глаза, как только он понял, что я только что сказала.
– Если кто-нибудь обнаружит книгу и с этими знаниями отправится в прошлое, то наверняка заполучит камень раньше нас. – Я не была уверена на все сто процентов, потому что, невзирая на превращение, спригган узнала во мне Сестру звезд, но рисковать мы не могли. – Пожалуйста. Позволь мне забрать его. Будет быстрее, если мы разделимся.
Это далось ему невероятно тяжело, однако Аарванд понимал, что я права.
– Ты тут же придешь ко мне. Ни с кем не разговаривай и ни с кем не задерживайся. Даю тебе десять минут.
Пока он не передумал, я побежала. На полном ходу затормозив перед дверью, я ворвалась внутрь. Уменьшающее заклятие уже было готово сорваться с моих губ, но «Reducere » я не произнесла, поскольку стол оказался пуст. Не может быть. Я судорожно обыскивала комнату. Пролетала минута за минутой. Со двора замка доносились возбужденные голоса. В коридоре снаружи забегали люди и зазвенело оружие. Надо спешить, пока из крепости не перекрыли все выходы и не подняли подвесной мост. Но возвращаться без гримуара – сумасшествие.
Я снова выбежала из покоев и врезалась в чью-то грудь.
– Вианна. – Голос прозвучал неуверенно. Папа крепко сжал меня руками и внимательно присмотрелся. – Что стряслось? Куда ты бежишь?
– Я должна… – промямлила я, стараясь сформулировать хоть одну связную мысль. – Почему ты меня узнал? – Я опустила глаза на свои руки. Они все еще принадлежали Моргане.
– Ты моя дочь. – Как будто это что-то объясняло. Его взгляд остановился на моей шее, где порвалось платье. – Моргана навряд ли стала бы носить руны другого колдовского рода как защитные чары.
Поспешно расправив волосы, я спрятала знаки. И только сейчас заметила, что отец держал в руках гримуар.
– Я хотел еще раз с тобой поговорить, а книга лежала на столе. Не бросай ее вот так без присмотра, – упрекнул он меня.
– Reducere , – выпалила я, схватила сумку, валявшуюся на кровати, и сунула ее внутрь. Пальцы не желали меня слушаться, пока я пыталась закрепить ее на поясе платья Морганы. Время истекало.
Отец пришел мне на помощь.
– У них настоящий переполох, – произнес он и туго завязал шнурки. – Ты почувствовала магию? Артур считает, что это Мерлин. Он собирается запереть всех одаренных у себя в темнице. Ты должна пойти со мной.
– Мне нужно к Аарванду, – ответила я.
Папина рука у меня на плече сжалась сильнее.
– Он демон и рыцарь Круглого стола. За тебя он не заступится, ты идешь со мной. Мерлин выведет нас из замка. Это наш единственный шанс.
– Прости, – прошептала я, вырвалась из его хватки и побежала. У меня нет времени на долгие объяснения. Если последую за отцом, то Мерлин получит камень – а как раз это я обязана предотвратить.
Стремительными шагами я вышла из крепости и огляделась по сторонам. По двору перемещались вооруженные мужчины, на меня никто не обращал внимания. Хотелось верить, что оборотные чары продержатся еще какое-то время. Женщины проводили детей мимо меня с опущенными головами. Аарванд и Ланселот стояли возле девушки, которая не могла быть никем иным, кроме как Вивианой, Владычицей Озера. По ее спине рассыпались мягкие платиновые волосы. Черты лица были неземной красоты, а фигура – стройной и гибкой, как лоза. Небесно-голубое шелковое платье облегало нежные изгибы. Она настоящая фея. Неудивительно, что Мерлин в нее влюбился. Перед ней не устоял бы ни один мужчина. Вивиана говорила что-то рыцарям, и руки у нее двигались как две быстрые птички. После этого Аарванд опустился на колено, чтобы оказаться на одной высоте с маленьким мальчиком, стоявшим возле Хозяйки Авалона. Он засмеялся, когда ребенок что-то сказал и склонил голову набок. У меня перехватило дыхание. Мальчик был похож на него как две капли воды. Те же острые черты лица, черные волосы и янтарные глаза. Как будто почувствовав мое присутствие, Вивиана обратила взгляд на меня. Защитным жестом она положила мальчику руку на плечо и что-то сказала Ланселоту, который быстро увел малыша.
Аарванд встал и в последний раз кивнул Вивиане, прежде чем повернуться ко мне. Только теперь я увидела недалеко от него лошадей. Единственное, что имело сейчас значение, – унести отсюда камень. Позже ему придется объяснить мне, кто этот ребенок. Хотя у меня уже закралось кое-какое подозрение.
Около меня прошла Элейна. Она на мгновение остановилась, а затем обернулась. От изумления у нее округлились глаза, после чего она посмотрела на жилую башню. Я проследила за ее взглядом. Перед дверью стояла Моргана. Настоящая Моргана. В глазах у нее пылала ненависть. Аарванд схватил меня за талию и поднял на коня.
– Скачи как черт, – потребовал он. – Я буду прямо за тобой.
Я вцепилась в поводья и ударила кобылу коленями по бокам. Она дернулась и помчалась вперед. Цепи подъемного моста уже заскрипели. Люди отпрыгивали с моего пути, когда я галопом летела сначала по неровной земле, а потом по деревянному мосту. Один из стражей встал передо мной, однако в последний момент отскочил. На огромной скорости я неслась к лесу. Пальцы крепко сжимали сбрую. За спиной слышался стук копыт коня Аарванда. Мы должны справиться. В этот момент солнце заслонила тень, и мир погрузился во тьму.
Мрак разорвал пронзительный крик, и вспыхнул белый свет. Лошадь подо мной вздрогнула и поскакала еще быстрее. Я старалась ее притормозить, но животное впало в панику и отказывалось останавливаться. На полном скаку оно направлялось в лес. Раздался второй рев, а вскоре после него – громоподобный удар, словно два мощных тела столкнулись друг с другом. Шум гигантских крыльев наполнил воздух. Я ехала слишком быстро, чтобы оглядываться, но мне необходимо было знать, со мной ли еще Аарванд.
– Rigescere indutare . – Лошадь застыла, словно врезалась в стену, и я перелетела ей через голову. От приземления у меня на миг вышибло весь кислород из легких. В тот же момент оборотная магия разорвала мою кожу и начала перекраивать меня заново, пока я опять не стала собой. Хватая ртом воздух, я поднялась на ноги и уставилась на небо. То, что предстало передо мной, было одновременно устрашающим и потрясающим. Белый и Алый драконы сражались друг с другом как два существа из давно забытых времен. На землю пролился огненный дождь, когда Белый плюнул огнем в Алого. Удары их огромных крыльев казались всепоглощающей бурей. Теперь Белый дракон вгрызался в шею Алого. Я закричала. Сердце сдавило тисками. В легенде, которую мне рассказывал Аарванд, Алый дракон победил Белого. Тогда Мерлин превратил Вортигерна. Кто же сейчас дрался наверху с Аарвандом? Сам Мерлин? Если он убьет Аарванда… Я запретила себе заканчивать эту мысль. Алый дракон стряхнул с себя Белого и вонзил когти ему в живот. Белый взвыл так оглушительно, что у меня загудело в ушах. Нельзя оставлять исход этой битвы на волю случая. В ладонях у меня скопился жар, когда я призвала свою огненную силу. Не допущу, чтобы с Аарвандом что-то случилось. Огненного шара не хватит. Потерев руки, я умоляла богинь о помощи, а затем представила себе огненных птиц. Птиц с острыми клювами, когтями из металла и твердыми, как алмазы, перьями. Первая из них материализовалась и взлетела. За ней вторая и третья. Они взмыли в небо и набросились на Белого дракона, который вцепился когтями в крыло Аарванда. Я не дышала. Птица должны добраться до Белого дракона раньше, чем он вырвет Аарванду крыло. Тот издал полный боли стон. Он истратил чересчур много магии, когда вызволял меня из пещеры. Этой силы ему теперь не хватало, чтобы защищаться.
– Aeris vertigo!  – воскликнула я, однако вихрь не достиг сражающихся. Вместо этого птицы наконец обрушились на противника Аарванда, и Белый дракон его отпустил. Аарванд рывками полетел к земле. Правое крыло свисало с его бока под неестественным углом. Если он так упадет и не затормозит, то приземлится где-то в лесу. Я бросила последний взгляд на Белого дракона. Тот до сих пор дрался, но против трех птиц у него не было шансов. Неожиданно дракон снова сменил форму, и я узнала, кого Мерлин превратил на этот раз, чтобы одолеть Алого дракона. Это сэр Кей, который сейчас падал с неба. Его крик резко оборвался, когда рыцарь ударился о землю. Мне не хватит времени, чтобы проверить, жив ли он еще. Я запрыгнула на лошадь, сняла заклятие и поскакала к лесу.
– Ostendere!  – крикнула я в сторону деревьев в надежде, что волшебные пятна почувствуют оставшуюся у Аарванда магию. Оставив лошадь на опушке, я пошла по следам. Зажечь больше света не рискнула. Мерлин наверняка увидел, что Аарванд победил Кея. Он отправит за нами своих людей, и Артур, скорее всего, тоже пошлет своих рыцарей. Не обращая внимания на сучья и ветки, бьющие меня по лицу, я бежала так быстро, как только была способна, между деревьями и кустами. Спотыкалась и снова поднималась, но не могла его найти. Совершенно запыхавшись, я остановилась и привалилась к дереву. Тихий стон заставил меня прислушаться. Я прошла чуть дальше и тогда обнаружила его.
Аарванд, перевоплотившийся в человека, лежал на спине и попытался встать, когда я опустилась перед ним на колени. Меня захлестнуло облегчение.
– Лежи, – велела я. – Ты ранен.
– Мы должны… – Он завалился назад. Дыхание участилось, а из раны на шее без остановки струилась кровь. Я судорожно осмотрела его, ища другие повреждения. Рука, похоже, сломана. Туника разорвана, а на коже виднелись длинные царапины.
– Мне нужно остановить кровотечение, – пробормотала я. – Передохни немного, а потом перенесешь нас домой. Маэль быстро все это исправит. Suturis . – Я свела края раны на шее вместе, и над ней быстро задвигалась игла с темной нитью. Когда я закончила, у него на лбу выступила испарина. Он закрыл глаза, как будто потерял сознание. Я потрясла его за плечи. – Аарванд, очнись. Ты должен вернуть нас обратно.
– Не могу, – выдохнул он из последних сил. – Нет магии.
Я положила руку ему на грудь и в самом деле ощутила лишь слабый отголосок, кожа оказалась ледяной. Мое спасение и его бой выкачали из Аарванда слишком много сил.
– Пройдет. – Он тяжело сглотнул.
В тот же момент я услышала голоса. Лес небольшой. Скоро они нас почувствуют. Хотя это наверняка было бесполезно, я сплела чары, которые нас скрыли. Мерлина мне так не обмануть. Но немного времени это нам добавит.
– Уходи отсюда. Уходи сама и унеси камень в безопасное место. Ты должна его спрятать.
– Я не брошу тебя одного, – запротестовала я и отвела ему прядь волос с лица. – Можешь сразу об этом забыть. Почему Белый дракон напал на тебя, а не на меня?
– Наверное, он решил, что я забрал камень, – запинаясь, проговорил он. – Самой большой ошибкой Мерлина всегда становилось то, что он недооценивал женщин. Эту ошибку он уже совершил с Вивианой, а сегодня и с тобой. – Он поднял руку и коснулся моей щеки. – Ступай к Лансу. Ему ты можешь доверять.
О чем он? Я бы никогда его не оставила. Никогда за полторы тысячи лет.
Правый глаз у него заплыл, губы были разбиты, и все залито кровью.
– Ни за что я не уйду без тебя и не брошу тебя здесь. Артур подумает, что ты предатель. Если Мерлин тебя не убьет, то это сделает король.
– Пожалуйста, просто сделай один раз так, как я прошу. – Я с трудом разбирала его слова.
– Отдай мне часть своей магии времени. Тогда я попробую вытащить нас отсюда.
Из его груди вырвался звук, напоминавший смех.
– Если бы у меня еще на что-нибудь хватало сил, думаешь, я бы лежал тут?
– Это наш единственный шанс. – Я не сдамся.
– У меня не осталось магии, Вианна. Но тебе надо скрыться. – У него на лице отразился страх. Бездонный страх. Секунду он смотрел на меня как человек, который вот-вот лишится рассудка. – Ты должна унести камень. Если он попадет в руки Мерлину или Артуру, мы никогда не встретимся. Ты больше никогда не увидишь своих сестер, а я – Нэа и Калеба. Возможно, мы даже не появимся на свет. Нельзя этого допустить.
От его слов у меня по спине побежали мурашки. Я наклонилась вперед и нежно поцеловала его в губы, не обращая внимания на кровь и его раны.
– Если они тебя найдут, то убьют. А на меня все равно откроют охоту.
– Так уходи. Исчезни, – прорычал он и показался еще более обессиленным. – Не оглядывайся. Попроси о помощи Вивиану или богинь. Они тебе не откажут. В конце концов, это их рук дело. – Измученный, он закрыл глаза.
Я могла бы стать невидимой. Возможно, сумела бы пройти между рядом мужчин, которые нас окружали, и они бы даже меня не заметили. Наверное, я бы даже как-нибудь смогла перенести камень домой и спасти наш мир, но в данный момент мне было просто-напросто плевать на мир. Я не настолько самоотверженна и благородна. Не сейчас и не без него. И я не готова потерять еще одного мужчину, которого любила. Я успокаивающе погладила его по лицу и по груди. До сих пор я не произносила эти слова вслух, однако это ничего не меняло в моих чувствах.
По лесу прокатился негромкий стук копыт, и я уткнулась лицом в грудь Аарванда. Рука князя крепко прижала меня к нему.
– Не забывай, что я тебе сказал, – прошептал он. – Я люблю тебя.
Стук копыт стих, после этого поблизости раздались шаги. Мерлин нашел нас. Я не стала к нему оборачиваться. Вместо этого я поцеловала Аарванда в последний раз, прежде чем они отберут его у меня.
– Вианна, Аарванд? – послышался знакомый голос. От облегчения я всхлипнула и опустила защитное заклинание.
Мгновением позже рядом со мной присел на колени Ланселот.
– Он уже не может унести вас отсюда? – спокойно спросил он.
Я в изумлении уставилась на него. Он не вынимал оружие, не привел с собой других рыцарей и выглядел лишь крайне обеспокоенным. Около него показалась Гвиневра.
– Хотела уйти, не попрощавшись? – В ее голосе звучал мягкий упрек. Затем она тоже опустилась перед Аарвандом и положила ладонь ему на щеку.
– Уведите ее отсюда, миледи, – попросил он королеву. – Пожалуйста. Замолвите за нее слово перед Артуром. Это был только мой план. На ней нет вины.
– Он хочет, чтобы я бросила его тут и спаслась. Как будто я бы хоть на секунду об этом задумалась, – поспешно объяснила я, чтобы у этих двоих не возникло глупой идеи исполнить его желание.
Аарванд пробурчал что-то нечленораздельное.
– Я думал, мужчины из будущего это уже поняли, брат, – сказал Аарванду Ланселот. – Мы ничего не можем приказать своим женщинам, они умнее нас. Думаешь, я хотел, чтобы Гвинни пошла со мной? К сожалению, они не только умнее, но и упрямее… и, наверное, так и должно быть. – Он улыбнулся в своей привычной очаровательной манере, но тем не менее я чувствовала его страх. – Другие рыцари уже совсем близко. Скоро они вас найдут, если останетесь здесь. Вивиана отвлекает Мерлина.
– Видение показало ей битву Белого и Красного драконов, – пояснила Гвиневра.
– Лишь поэтому она появилась при дворе, несмотря на то что это ей очень дорого обойдется. На какое-то время ей удастся его задержать. Даже величайший маг превращается в дурака, когда дело касается любви. Так что прости, что я беру нашу общую судьбу в свои руки, – добавил Ланселот, обращаясь к Аарванду, и провел кончиками пальцев по его лбу. – Да пребудут с вами богини. – Едва различимый свет заструился из его ладоней и проник в тело Аарванда. Он сын феи, и его магия была ослепительно-яркой. Она прокладывала себе дорогу через его разодранную рубашку, растекалась по израненной коже. Магия исцеляла его и наделяла силой, чтобы он сумел перенести нас. – Ты можешь мне помочь.
– Нет. Это ее ослабит. – Аарванд вцепился в мое запястье, как будто хотел меня остановить.
– Пожалуйста, – прошептала я и положила другую ладонь ему на грудь. – Позволь мне самой решать. Тебе магия намного нужнее, чтобы вернуть нас обратно. Дома мы будем в безопасности.
Он сдался. Глаза у него широко распахнулись, когда моя магия хлынула в его тело, окутывая и наполняя.
– Этого должно хватить, – сказал Ланселот через какое-то время и убрал руки. Я ощущала себя совершенно пустой и обессилевшей. Но щеки Аарванда стали уже не такими мертвенно-бледными, как еще пару мгновений назад. – Уведи ее обратно в ваше время.
– Ты знаешь, откуда мы пришли? – спросила я. Меня это уже даже не удивляло.
– Вивиана поведала мне об этом много лет назад. Вскоре после того, как Аарванд появился тут первый раз. Она сразу же его узнала.
– Вам пора уходить, – прошептала Гвиневра и оглянулась через плечо. Там все еще мелькали факелы разыскивающих нас людей. Она быстро меня обняла. – Я рада, что ты была моей подругой, хоть и так недолго.
– Прощай. – Ланселот поцеловал меня в щеку и встал. – Мы больше не увидимся.
Я смотрела на его прекрасное лицо с точеными чертами. Нужно сказать ему, чтобы остерегался Мордреда. Сын Морганы принесет им обоим сплошные несчастья. Я открыла рот, однако он качнул головой.
– Пожалуйста, не делай этого. Все хорошо так, как есть. Богини приглядят за нашими судьбами.
Как он еще мог на это надеяться?
– Не подведи ее, – тем не менее попросила его я. – Она заслужила большего, чем это.
– Да, и однажды она это получит. Эта жизнь – наше испытание.
– Ваша любовь и твоя вера в нее – это нечто особенное. Мне кажется, ты это знаешь. – Я улыбнулась ему, хотя на глазах выступили слезы.
– Конечно, знаю. – Он взял Гвиневру за руку, и они направились обратно к его коню. Он помог ей забраться и сел сам позади нее. Момент – и они исчезли.
Рука Аарванда легла мне на затылок, и он прижался ко мне лбом. Я прильнула к его телу, когда другой рукой он обнял меня за талию. Его жар окутал меня, и я почувствовала, как он сделал шаг во времени. Его магия усилилась и накрыла нас, толкая вперед сквозь время и пространство, а затем мы уже снова лежали в нашем саду на сырой осенней земле среди высохших и умирающих растений и разноцветной листвы. Аарванд не отпустил меня. Мы живы и принесли камень.

Глава 20

– Мы дома, – тихо сказала я. Аарванд лежал с открытыми глазами и молча смотрел на меня. Он все еще был бледен, весь покрыт ранами и измучен, но вернул нас домой. Наша с Ланселотом магия дала ему сил, и, хотя меня сейчас трясло, это того стоило. И его, и моя магия восстановятся. Нам светило теплое осеннее солнце.
Я положила голову в изгиб его шеи и прокрутила в голове события последних часов. Всю свою жизнь я верила в романтическую историю о том, что Вивиана так сильно любила Мерлина, что не пожелала с ним разлучаться и пленила его. Но ни одна женщина не поступила бы так с мужчиной, которого любила. Только с тем, которого люто ненавидела.
– Вивиана пришла, чтобы защитить тебя? – спросила я.
– Да. – Он погладил меня по спине и просто держал в своих объятиях. Мы это сделали. На самом деле надо встать, отнести камень Эйдену, а потом…
– Тот мальчик с Вивианой – это ведь не твой ребенок, правда? Это ребенок Мерлина и Вивианы. Он твой предок?
– Ты всерьез подумала, что у меня что-то было с Вивианой? – Я лбом почувствовала, как он улыбнулся. – В твоей фантазии я в прошлом вообще пошел вразнос. Сначала Моргана, потом Вивиана. Может, еще парочка служанок Гвинни?
Я зарылась носом ему в шею.
– Вивиана ненавидит Мерлина с тех пор, как он взял ее силой, – тихо рассказывал Аарванд. – Но несмотря на это, она любит этого ребенка и поэтому будет оберегать его от отца. Его сила слишком велика для этого мира. Ланселот возьмет его с собой в Броселианд, и оттуда мальчик уйдет на Керис. Он станет первым князем Коралиса. Наследником Мерлина. Его драконом. Моим предком. Мерлин был наполовину демоном и наполовину магом. Он считал, что с помощью сына от феи сумеет подчинить себе будущее. Но Вивиана никогда бы такого не допустила. С Артуром его план уже рухнул. Благодаря Моргане. Этот ребенок стал его второй попыткой получить безграничную власть. Мерлин знал, что Вивиана родила его, и стремился не позволить ей огородить мальчика от его влияния.
– Поэтому он хотел помешать Артуру запечатать Керис Камнем судьбы, – продолжила я. – Но своим людям он внушал обратное. Почему?
– Мерлин пытался манипулировать каждым, кто встречался ему на пути, чтобы достичь своих целей. Он отправился с войском Артура в Бретань, надеясь найти сына. По этой причине Вивиана заточила его там. Он слишком близко подобрался к ребенку. Позже его люди сочинили ту глупую сказочку о любви. Чтобы в будущем мир поверил, что Мерлин был одним из хороших. В Броселианде он погиб ужасной смертью. Как и заслуживал. Поэтому его могила находится сейчас здесь, в этом лесу.
– Он тебя узнал, да? Полагаю, он немного разочарован тем, какими стали его потомки, – поддразнила я Аарванда. – Ни следа слепого подчинения.
У него во взгляде вспыхнул огонь, и одновременно он издал стон, когда я чуть выпрямилась, чтобы посмотреть ему в глаза. Надо отвести его в дом, пусть Маэль взглянет на его травмы. Где Нэа и Калеб? В общем-то, это было не важно, потому что имелось еще кое-что, что я срочно должна сделать.
– Мы и правда справились, – прошептала я.
Он улыбнулся и, несмотря на царапины и раны, выглядел потрясающе. Я немного наклонила голову и накрыла его губы своими. Аккуратно лизнула их кончиком языка. Они казались сухими и шершавыми. Он не двигался, лишь давление его рук усилилось. Я поцеловала уголки его рта и углубила поцелуй. Он разомкнул губы. Из горла Аарванда вырвался звук, который прозвучал как взорвавшийся вздох. Его кожа начала гореть, а может, и моя. Страх потерять его и эйфория из-за того, что мы спаслись, слились в одно.
«Я хочу тебя», – сказал он мне в хижине. Я прогоняла его, отталкивала, но он терпеливо ждал – пока я буду готова.
– Скажи это, – тихо попросил он, словно прочел мои мысли.
– Я тоже тебя хочу, – прошептала я, и все его тело напряглось. Это не продлится долго, ну и что с того? Он хотел меня, а я хотела его. Мы должны использовать время, которое у нас осталось.
Его дыхание ласкало мне шею. Под воротником Аарванда переливались темно-синие чешуйки – верный признак того, с каким трудом он контролировал свои эмоции. Однако меня это не пугало. Наоборот. Его черные волосы растрепались, и янтарные глаза сияли ярко, как два солнца, а потом я вновь его поцеловала. Кровь дико пульсировала в венах, когда я коснулась приоткрытыми губами его рта. Этот поцелуй не был мягким или осторожным. Аарванд просунул колено между моими ногами, и не знаю, откуда у него внезапно взялись силы, но он перевернул нас, так что теперь я лежала под ним. Его ранения оказались забыты. Он поцеловал меня. Он целовал меня жестко, крепко и требовательно. Все поцелуи, которые мы упустили прежде, Аарванд вложил в это прикосновение. Я запустила руки ему в волосы, потому что хотела быть к нему еще ближе, должна была быть ближе. Наши языки встретились, затанцевали друг с другом, а когда я уже едва могла дышать, он прикусил мою шею и мочку уха. Все мое тело объяло пламя, я нуждалась в большем, нежели поцелуи, но наш осенний сад – не самое подходящее для этого место. Его грубые пальцы потянули за завязки моего платья, и на пару мгновений я забыла, где мы находились. Слишком приятными оказались ощущения, когда Аарванд сдвинул ткань и одной ладонью накрыл мою грудь, прежде чем снова завладеть моим ртом и предъявить на меня свои права. Я погладила кожу его головы и заставила его застонать.
– Как трогательно, – раздался рядом с нами чересчур знакомый голос. У меня кровь застыла в жилах, а пальцы Аарванда так сильно впились мне в кожу, что я вздрогнула. Мы посмотрели друг другу в глаза. Я услышала крики грифонов над нами и топот сапог и поняла, что Регулюс заявился не один.
– Защити камень, – шепнул мне Аарванд. – И используй его.
Что он задумал? Я подавила поднимающуюся внутри панику.
– С твоей стороны будет разумно сдаться, Аарванд. – Регулюс говорил таким тоном, как будто предлагал ему бокал вина. – Тогда, быть может, я проявлю к ведьме милосердие.
Магия Аарванда до сих пор не восстановилась, и все-таки он использовал то немногое, что осталось, чтобы завязки на моем платье затянулись сами по себе и камень скрылся под тканью.
– Помогите ему встать, – приказал Регулюс, и Аарванда оторвали от меня. Маррок ухмылялся, глядя на меня сверху вниз. Между губами блестели клыки, а на щеках росла шерсть. Он выглядел далеко не таким привлекательным, как в нашу первую встречу. Затем вервольф протянул мне руку, однако, когда я ее не приняла, его когти вонзились мне в предплечье и дернули меня вверх.
Аарванд издал рык. Я пыталась осмыслить ситуацию, в которую мы попали. Какие у нас вообще шансы против верховного короля? Раненые и почти без остатков магии, которая, впрочем, и так вряд ли бы нам помогла, поскольку Регулюс и его солдаты наверняка до краев накачались самарием. Как он сюда проник и где мои сестры? Они их убили? Взяли в плен? Страх, охвативший меня при этой мысли, буквально парализовал. Но если я позволю ему это, то Регулюс уже победил.
Несколько мужчин крепко держали Аарванда. На краю сада я заметила лучников, а в небе – грифонов.
– Это легендарное противоядие, – будничным тоном заговорил Регулюс, – где оно? Парочка моих парней, несмотря на запрет, все-таки выпили той воды, в которую ты его подсыпала. Скажем так, меня не порадовало то, что оно делает.
– Могу себе представить.
Верховный король за один шаг оказался рядом и отвесил мне пощечину. Голова у меня дернулась в сторону, а шея хрустнула от силы удара. Он схватил меня за плечо и стиснул его.
Аарванд попытался освободиться, но на него сразу набросилось еще больше людей Регулюса. По сигналу верховного короля они избили его, и все не до конца зажившие раны вновь раскрылись. От боли князь хватал ртом воздух и все равно старался прорваться ко мне. Однако против численного перевеса наших врагов у него не было шансов. Я закричала, когда он упал на землю, а они начали пинать его ногами. Ломались кости. Он должен превратиться. На это ведь у него еще наверняка хватит магии. Почему он этого не делал? С кончиков моих пальцев сорвались молнии, прежде чем Регулюс успел этому помешать. Но они отскочили от его людей, а мне он дал еще одну такую звонкую затрещину, что перед глазами вспыхнули звезды. А потом торжествующе взревел, так как Аарванд больше не пошевелился. Пусть это и было бесполезно, с моей руки сорвался огненный шар. Но я видела лишь окровавленные пальцы солдат Регулюса. Испачканные кровью Аарванда, и они за это заплатят. Моя магия еще не восстановилась, однако фонтан искр, пролившийся на демонов, заставил их немного отпрянуть назад, хоть это и не причинило им особого вреда.
С пронзительным криком с неба спикировали грифоны. Когда они приземлились, воздух наполнило их рычание и шипение. Один из них вонзил свой клюв в спину Аарванду, и тот застонал. Регулюс отпустил меня, но секунду спустя Маррок сбил меня с ног и со всей силы пнул ногой в живот. Я упала на спину. Еще один удар в висок. Взгляд заволокло туманом. Внизу живота разгорался огонь боли, а на глазах выступили слезы. Голова казалась слишком тяжелой для шеи. Надо оставаться в сознании.
Надо мной склонился Маррок.
– Ты ничему у меня не научилась? – с издевкой поинтересовался он. – Мы с тобой еще ох как повеселимся, и кто знает, может, дальше я займусь младшей сестренкой Аарванда. Она всегда питала ко мне слабость.
– Доставьте этих двоих в Мораду, – оборвал его Регулюс. – Они еще пожалеют, что со мной связались.
Аарванд больше не двигался. Если Регулюс заберет нас, то будет пытать и убьет, а Камень судьбы уничтожит. Пока у короля Монеты изобилия, человечество против него беспомощно. Он убьет столько, сколько сможет. Пожелает себе армии призраков и натравит их на людей.
Я прижала ладони к земле. Взвились вихри темной пыли, камней, листьев и земли и обрушились на солдат Регулюса. Это их не остановит, но мне нужно к Аарванду. Если я до него доберусь, то, возможно, он сумеет отправить нас в другое время. Я ползла к нему, но уже чувствовала, как опять угасала моя магия. Дотянуться бы хоть до одного пальца. Я должна знать, жив ли он еще. Он вытащил меня из пещеры. Он сразился с Белым драконом. Он не мог сейчас умереть. Туман в голове прояснился. Еще всего два метра. Еще один…
– Связать ее, – услышала я, как Регулюс насмехался над моими попытками. – Он сможет посмотреть, что мы с ней сделаем, а она – что с ним.
У меня сжались все внутренности, а затем кто-то накинул на меня веревки. Обжигающие веревки. Как кислота, они проникали через платье на кожу, и магия просто исчезла. Сквозь кровавую пелену я видела, что то же самое они проделали с Аарвандом. Огромный грифон подхватил веревку, которой они его обмотали, и поднялся ввысь со своей ношей.
– Нет, – застонала я. – Нет. – Я не могла такого допустить.
– Да, – промурлыкал Маррок. – Вот он и улетел. Высокомерный ублюдок. Всегда считал себя лучшим. Через несколько дней от него ничего не останется. – Я дернулась в своих путах, но они лишь сильнее врезались в плоть. От боли у меня вырвался вопль.
– Ее тоже унести. – Приказ, очевидно, был адресован грифону, потому что в ответ раздался крик, причем так близко, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки.
В кожу вонзились когти, когда лапы царапнули меня по спине. А затем воздух вокруг заполнился звуками. Лошади выскочили вперед на такой скорости, что подо мной задрожала земля, а один рев заглушил весь остальной шум. Грифон выронил меня, и, хотя я была еще невысоко над землей, боль от падения оказалась кошмарной. Я слышала звон мечей и свист стрел и постаралась открыть глаза, чтобы увидеть, что происходило вокруг. Несмотря на веревки, я встала на колени.
Передо мной сверкнуло лезвие ножа, и я отшатнулась.
– Не бойся. Это я, Манон. – Девушка-рыцарь перерезала веревки. Они упали, и от облегчения мне захотелось плакать. Жжение постепенно проходило. Судя по всему, их пропитали каким-то ядом. Я моргнула. Не ядом. Самарием, чтобы заблокировать нашу магию. Я подняла голову. Грифон надо мной уносил прочь свою ценную ношу.
– Она моя, – прозвучал позади меня голос Маррока. – И тебя я теперь тоже заберу с собой.
– Это вряд ли, – равнодушно ответила Манон, и, прежде чем вервольф сообразил, что с ним случилось, она оттолкнула меня в сторону и воткнула ему нож в живот.
Завалившись вперед, он хотел схватить ее за горло своими когтистыми руками, однако Манон так грациозно вскинула ногу, как будто исполняла пируэт в балете, и ударила его в грудь. Маррок упал навзничь. Она моментально оказалась сверху и перерезала ему глотку. От вони, разлившейся в воздухе, у меня начались рвотные позывы. Манон абсолютно спокойно вытерла нож о форменную куртку.
– Ненавижу мужиков, – невозмутимо пояснила она, – которые считают женщину вещью. – «Она моя», – покачав головой, повторила девушка его слова. – Ты как? Всё в порядке?
Ошеломленная, я кивнула, продолжая бороться с тошнотой, вызванной запахом мертвого тела Маррока. Я сглотнула горькую желчь во рту. Мне надо к Аарванду. Надо его вернуть. Регулюс не должен забрать его в Мораду.
Где верховный король? Туман в голове окончательно развеялся.
– Отступаем, – громко заорал кто-то, и я узнала Рэйланда, созывавшего к себе своих солдат. Тех, которые остались. Вокруг сражались рыцари Ложи. Нэа, Тарон и Тирза лягались копытами во все стороны. Эйден перебил лучников Регулюса, а Эш посылал вслед убегающим молнии и огненные шары. Они что, не видели грифона?
– Займусь-ка еще парочкой, – сказала Манон, ободряюще подмигнула мне и побежала за людьми Регулюса.
Ноги почти меня не слушались, пока я вставала, но я должна вернуть Аарванда. Должна…
Спустя секунду меня схватила и затрясла Маэль.
– Где вы были? – кричала она. – Почему не пришли обратно? Мы думали, что больше вас не увидим.
Я старалась понять, о чем она говорила, однако не могла оторвать взгляда от драконьего тела Калеба. Весь залитый кровью, он лежал посреди нашего сада. И в нем торчало бессчетное множество стрел. Эме поддерживала его за голову, а он пытался подняться, но снова и снова падал. По ее лицу катились слезы, хотя она, кажется, их вообще не замечала. Нет! Не Калеб. Я прижала руку ко рту.
– Помоги ему, – почти беззвучно потребовала я от Маэль. – Я справлюсь.
– Ты уверена? – уже мягче спросила она.
Проглотив свой страх, я кивнула:
– Ты должна его спасти.
Аарванд пропал, но он не погиб. Регулюс его у меня не отнимет.
Маэль поволокла меня за собой, и я опустилась на колени возле Эме. Рыцари Эйдена заняли позиции неподалеку.
Я дотронулась рукой до чешуи Калеба.
«Мышонок,  – услышала я его у себя в голове. – Вам обязательно было возвращаться так эффектно?» 
«А тебе обязательно было вмешиваться?  – откликнулась я. – Оставался бы с Эме в постели». 
То, что он еще шутил, – это наверняка хороший знак.
«В следующий раз я ее к ней привяжу. Она вбила себе в голову, что обязана тебе помочь». 
Я взглянула на Маэль, которая стояла рядом с ним, без остановки шептала заклинания и в спешке выдергивала отравленные стрелы. Сестра ответила на мой взгляд и покачала головой.
«Спаси моего брата,  – умирающим голосом потребовал Калеб. – Он нужен Нэа… и нашему народу». 
«Спасу. Но сначала мы спасем тебя». 
Он фыркнул, но я быстро обняла Эме, которая, словно оглушенная, сидела около меня, а потом начала помогать Маэль доставать стрелы. Впрочем, что бы мы ни делали, кровотечение остановить не удавалось. Слишком много ран, причем повсюду. Сначала Калеб еще изгибался. Однако скоро уже едва мог пошевелиться и лишь стонал от боли. Это было жутко. Я искусала губы в кровь, чтобы не закричать. Аарванд в плену у Регулюса. Верховный король будет пытать его, мучить; я не в силах никак этому помешать. Я яростно смахивала слезы со щек. И не обращала внимания на то, что творилось вокруг. Рыцари и люди Аарванда защитят нас.
– Борись, – неустанно шептала Эме Калебу. – Ты обязан бороться.
А потом его изумрудную чешуйчатую броню неожиданно испещрили черные прожилки. Они образовывали странный узор.
– Merde, merde, merde, – воскликнула Маэль. – Они отравили стрелы загрязненным самарием. Свиньи. Противоядие! Принесите мне противоядие. Он станет пожирателем магии.
Эйден, видимо, стоявший у нее за спиной, развернулся и буквально полетел к нашему дому. Я бросилась за ним, удивляясь, как хорошо держалась на ногах.
– Нужно растворить его в воде! – прокричала я ему, распахивая кухонные шкафчики и рывками выдвигая ящики. Где-то здесь Маэль оставляла небольшие порции. Вокруг меня роились ду́хи. Я не могла его найти. У меня тряслись пальцы, перед глазами постоянно все расплывалось. Эйден налил воды в миску. А затем рядом со мной возникла бабушка и указала на один из ящиков, которые я еще не открывала. Я дернула за него и обнаружила там флакон с порошком.
– Спасибо, – выпалила я. Она лишь кивнула, и я побежала обратно в сад.
Нэа, Тирза и Тарон уже стояли возле Калеба. Они перевоплотились. Одежду ребят покрывали кровь и грязь, но они, похоже, не пострадали. На кончиках их волос еще горел огонь келпи. Эш подошел к Тарону и положил руку ему на плечо. Его пламя погасло. Однако страх и ярость с его лица никуда не делись.
– Извлеките столько стрел, сколько сможете, – скомандовала Маэль. – Боль будет адская, но сейчас это не важно. Сейчас у него совсем другие проблемы.
Они вчетвером молча взялись за дело. Калеб стонал – снова и снова, – но не двигался.
Эйден протянул Маэль миску, а я отдала ей порошок.
– Moturus . – В воде образовались маленькие водовороты, когда сестра опрокинула бутылочку и растворила порошок. – Приподними ему голову, – велела она Эме. – Он должен выпить как можно больше.
Узор на его теле стал еще темнее. Чернота поглощала душу Калеба. Вдруг он зарычал и распахнул глаза, в которых тоже появились темные водовороты. Слишком поздно. Если он превратился в пожирателя магии, Эме придется его убить, как я убила Эзру. Я обязана избавить ее от подобной судьбы.
– Калеб, – твердым голосом позвала Эме. Было видно, как она старалась подавить в себе отчаяние. – Сейчас ты это выпьешь. Слышишь? – Водовороты на миг померкли, только чтобы затем снова вернуться еще чернее. Опять рык, однако Эме не отстранилась ни на сантиметр. Эйден встал в боевую стойку, а его рыцари шагнули ближе. Если Калеб нападет на кого-то из нас, то умрет на месте.
Объединив силы, мы с Эме подняли Калебу голову. Половина лекарства пролилась мимо, но, когда он начал глотать, Маэль сделала еле слышный вдох.
Невероятно, как быстро проявлялся эффект. Тьма схлынула и вновь уступила место ослепительно-зеленому цвету его чешуи. Все стрелы были удалены, и тем не менее он не превращался обратно и не шевелился, двигались только веки. Слишком поздно. Мрак исчез из его глаз, однако теперь их наполняла бездонная печаль. Он умирал и знал это. Кровь лилась и лилась, и даже целительная магия Маэль ничего не могла изменить.
– Эме. – Эш встал на колени рядом с ней. – Ты должна его отпустить. Богини позаботятся о его душе. Он слишком сильно ранен.
Она всхлипнула и замотала головой:
– Не могу. Он не может умереть.
Невыносимо видеть Эме такой. Смерть не была для нас незнакомкой. Но потеря Калеба подвела ее к краю. Эти двое предназначены друг для друга и заслуживали большего. Разлучать их сейчас жестоко.
Слезы струились у меня по щекам, соль жгла глаза и порезы на лице. Никогда бы не подумала, что все закончится вот так… Я старалась не думать об Аарванде. И о том, что с ним сделает Регулюс, когда они доберутся до Морады.
Калеб моргнул из последних сил. В глазах его отражались любовь и тоска.
«Я готов. Иди к своим сестрам,  – велел он ей. – Все будет хорошо». 
Ужасно, что он позволял нам слышать то, что он ей говорил, поскольку это слишком ясно давало понять, что здесь сейчас происходило. Последнее прощание.
«Ты будешь в безопасности, дорогая. Камень у вас.  – Лишь на миг взгляд Калеба скользнул по мне, и я кивнула. Его облегчение было безграничным. – Воспользуйтесь им, и Регулюс больше никогда не сможет тебе навредить»,  – совсем глухо прозвучал его голос в моей голове.
Нэа всхлипнула и вцепилась в Тарона. Тирза с окаменевшим лицом стояла возле них двоих.
– Мы о ней позаботимся, – пообещал Калебу Эйден.
– Ему нужно в воду, – зашептала Нэа, силясь взять себя в руки. – Ему нужно на Керис. Только там он сможет начать переход. Ему нужно домой. Его душа будет блуждать без цели. И может быть… – В этих трех последних словах таилась крупица надежды.
Взгляд Маэль скользнул к маленькому ручейку. Я вспомнила, как там появлялся Аарванд, как растворялся в воде Калеб. Вода. Ему нужна вода. Она – часть его. Но он чересчур слаб, чтобы добраться до нее самостоятельно.
– Отойди в сторону, – сказала я Эме.
Покачнувшись и без возражений, сестра встала. Эш поддержал ее. Кровь Калеба покрывала ее с головы до ног. Эме убрала волосы с лица.
– Ты не умрешь, слышишь? Я хочу, чтобы ты выжил там. Прошу тебя, постарайся.
Раздался какой-то звук, чем-то похожий на смех, потому что она внезапно начала им командовать и немного напоминала при этом Маэль.
«Я люблю тебя. Никогда об этом не забывай. Куда бы ни ушла моя душа. Она всегда будет принадлежать тебе». 
Эме громко всхлипнула, она вот-вот полностью утратит самообладание. А потом положила руку на мягкие чешуйки у него на челюсти и поцеловала драконью морду.
– Я тоже тебя люблю. – Она закрыла глаза и, видимо, мысленно сказала что-то, что предназначалось только ему. Из уголка глаза Калеба по изумрудной чешуйчатой коже покатилась слеза.
«Позаботься о ней, Мышонок. Теперь это твоя задача. Ей будет сложно. Меня нелегко заменить». 
Этот парень неисправим. Даже на пороге смерти. Эйден встал рядом со мной, в то время как все остальные шагнули назад. В саду повеяло холодом, и над иссохшей травой затанцевал серебристо-белый воздух, когда я вскинула руки. Из глубин земли в мое тело снова потекла магия. Ветер проходил сквозь меня, мелкие капельки воды покрыли кожу, и руны на руках начали гореть. Все четыре стихии давали мне силы, чтобы осуществить задуманное. Я окажу Калебу последнюю услугу. На земле вспыхнули маленькие язычки огня, когда моя магия связалась с магией Эйдена и драконье тело Калеба поднялось вверх. Магические способности Эйдена и моя ведьмовская сила сплели чары из воздуха. Стихия подчинялась нашим просьбам. От напряжения у меня дрожали пальцы. Сбоку от меня встал Эш, укрепляя колдовство; за ним подошли все остальные одаренные, чтобы проводить Калеба в последнее путешествие. А потом он медленно полетел по направлению к ручью.
Нэа стирала со щек слезы. Она шагала рядом с братом, положив одну руку ему на спину. Эме шла с другой стороны. Маэль присоединилась к процессии. Она раскрыла ладони, и аромат ромашки и ладана окутал израненное тело Калеба. Эме утешающе что-то ему говорила. Я не понимала, что именно, но ее голос звучал мягко и спокойно. Она пыталась не делать это для него сложнее, чем оно уже было. Эме последний раз погладила его по чешуе и поцеловала в морду. Затем отошла.
– Я всегда буду с тобой, – произнесла она надломившимся голосом.
Он станет водой, и если богини смилостивятся над ним, то подарят его душе новую жизнь. Я надеялась, что она будет более мирной, чем эта. Он не сможет разделить ее с душой Эме, потому что она останется здесь, а он на другой стороне, на Керисе. Мы разъединим миры.
Нэа всхлипнула, когда мы опустили Калеба в воду. Едва его тело коснулось ее поверхности, как он начал растворяться в ней. Дракон последний раз слабо взмахнул крыльями, а затем просто исчез. Остались лишь кровавые полосы, которые развеялись в маленьких водоворотах.
В этот момент Эме полностью обессилела. Она рухнула на колени. Мы с Маэль подбежали к ней и обняли.
– Я не видела, что он умрет, – шептала она. – Я этого не видела. Если бы богини показали мне его судьбу, то я бы сумела его спасти.
Маэль укачивала ее как ребенка. Конечно, она этого не видела. Настолько жестокими не были даже богини. Я старалась не думать о том, что сейчас творил с Аарвандом Регулюс, как он ему мстил. Мы просто крепко сжимали друг друга в объятиях. Сегодня мы потеряли всё.

Глава 21

– Пойдемте внутрь, – через какое-то время непривычно мягко позвал Эйден. – Холодно, и мы все ранены.
Мы молча помогли Эме подняться и пошли в дом.
– Мы останемся на улице, – сказала Манон Эйдену, – и проследим, чтобы никто из них не вернулся.
Эме отказалась от любой помощи и спряталась в ванной. Маэль усадила меня на стул и принялась залечивать разодранные руки и исцарапанное лицо. Я этого почти не замечала. Я не умерла, но в душе чувствовала себя именно так. Правда ли, что прошлую ночь я провела в своей постели с Аарвандом, или мне это всего лишь приснилось? Я кусала губы, потому что не могла позволить себе опять заплакать.
Эйден поставил на плиту чайник и теперь рылся в чайных смесях Маэль.
– Возьми фенхель, валериану и зверобой, – проинструктировала его она. А всего пару дней назад сестра шлепнула бы его по руке и велела испариться отсюда.
– Еще что-нибудь? – спросил он, насыпая травы в ситечко для чая.
– Нет. Спасибо большое.
Тарон стоял рядом с Эшем у стойки, а Тирза и Нэа сели к нам за стол. Нэа была как оглушенная, и у нее так тряслись руки, что Триза взяла ее ладонь и переплела их пальцы. Несмотря на присутствие подруги, Нэа казалась страшно одинокой. В одном сражении она лишилась обоих братьев. Мне хотелось ее утешить, вот только для такого горя не существовало подходящих слов.
– Что случилось в Камелоте? – осторожно спросил Эйден, расставляя перед нами кружки с чаем. – Почему вы не вернулись в то же время, из которого ушли?
Мне пришлось сконцентрироваться, чтобы сообразить, что он сейчас сказал.
– А разве мы не в него вернулись?
Эйден покачал головой:
– Мы ждали вашего возвращения три дня. И только сегодня утром уехали в шато. Вы не пришли. Поэтому никого из нас тут не было. Мы подумали, что, возможно, Аарванд переместит тебя туда. Мы не знали, что делать. – Это звучало почти как извинения. – Ни одному колдуну времени не удалось последовать за вами. Многие пробовали, но так далеко не смог отправиться никто из них.
– Я забрала камень у спригган, а потом все пошло наперекосяк, – запинаясь, заговорила я. – Естественно, Мерлин это заметил, и мы не смогли уйти непосредственно из Камелота. Он наложил защиту на замок, чтобы мы не сбежали. А когда мы вырвались оттуда, на нас напал Белый дракон.
Нэа резко втянула в себя воздух.
– Но у вас же все равно получилось, не так ли? – аккуратно уточнил Эш. – Ты передала ему свою магию?
Я стерла со щек слезы, которые больше не могла сдерживать.
– Пришли Ланселот и Гвиневра. Мы с Лансом вместе вливали в него магию, пока у него не оказалось достаточно сил, чтобы нас вернуть.
– И это сработало. Аарванд просто уже не сумел правильно прицелиться во времени и перенес вас в будущее, – задумчиво произнес Эйден и потер лицо.
– Как Регулюс вообще прошел через Источник? – не понимала я. – Как ему это удалось и откуда он узнал, что мы с Аарвандом вернемся сегодня? Или это совпадение?
– Надо это выяснить. – Эш обменялся взглядом с Тароном.
– Я отправлюсь к Источнику и осмотрюсь, – сказал тот. – Регулюс привел с собой всего один отряд, Рэйланда с Марроком и грифонов. По всей вероятности, он четко спланировал эту атаку. Возможно, верховный король хотел только отомстить Аарванду за то, что тот ему сделал.
Я сжала губы.
– Стоило догадаться. После провальной попытки создать иммунитет у его армии нам нужно было догадаться, что он отомстит.
– Мы считаем, он сосредоточен на том, чтобы войти в Коралис, теперь, когда уничтожено много защитных барьеров, – тихо пояснил Эш.
Эйден положил мне руку на плечо:
– Камень у тебя? Или он у Аарванда? – У него плохо получалось скрывать свою панику.
– Нет, он у меня. – Я вытащила Камень судьбы из-под платья, сняла цепочку и взвесила его на ладони.
Никто не издал ни звука. Все лишь благоговейно смотрели на камень, который решит судьбу всех нас.
– Значит, пророчество действительно являлось своего рода ключом, – первой нарушила наступившую тишину Маэль. – Откуда ты узнала?
Теперь все это уже не играло роли. Я должна что-то предпринять. Я не могла оставить Аарванда у Регулюса, этого просто не будет. Только… какие у меня варианты?
– Урбен передал книгу Камилле, – заговорил вдруг Эш. – Это случилось где-то в семнадцатом веке, правильно? Незадолго до его казни.
– Его сожгли в 1634 году, – подтвердила Маэль.
– Ты берешь гримуар с собой в пятый век и встречаешь там своего отца, который тоже находится в замке. Но он пришел из года твоего рождения, практически перед ним. Эме рассказывала, что перед своим последним исчезновением он полностью изменился. Он видел книгу, Вианна? Он видел пророчество?
– Не знаю. – Я вынула гримуар из сумки на поясе, сама удивилась, что он остался невредимым, и увеличила книгу. Лишь кровь просочилась через ткань и заляпала обложку. – Когда я вернулась от спригган, он ждал меня и держал в руках книгу. Сказал, чтобы я лучше за ней следила.
– Отсюда только один вывод, разве нет? – Эш провел обеими руками по волосам.
Мое лицо выражало собой знак вопроса, как и у других.
– Просвети же нас, о мудрый глава Конгрегации, – раздраженно произнесла Маэль.
– Ваш отец прочел предсказание. А после этого, вероятно, увидел, как за вами гнался Мерлин, и повел себя единственным возможным образом. Возвратился назад в свое время. Скорее всего, тогда он еще не знал, что именно собирался сделать. Поэтому дождался твоего рождения, а затем похитил гримуар. Может, хотел передать его Мерлину пораньше в прошлом. А может, хотел спрятать его, чтобы вы никогда не узнали о пророчестве. Так или иначе, богини не могли рисковать. Они заперли его в той комнате в Гламоргане и потом позаботились о том, чтобы ты тоже нашла книгу.
– Он мог прочесть пророчество только после того, как оно открылось нам, – рассуждала Маэль. – Эш прав. Оно проявилось нам только в шато, раньше он никак не нашел бы его в гримуаре.
– Он был действительно ужасно расстроен, – подтвердила Эме, стоявшая в дверях кухни. Никто из нас не заметил, как она вошла. Глаза у нее покраснели, но она больше не плакала.
– Чего богини добивались всем этим? Им стало скучно? – разозлилась Маэль. – Мы для них игрушки?
– Нет, это не так. У них была одна цель: выковать заново судьбу миров, – робко вставила Нэа. Внезапно она показалась мне гораздо моложе, чем обычно. – Так же гласит пророчество, да? Я подслушала Аарванда и Калеба, когда они это обсуждали. Каждый ребенок на Керисе знает легенду о Камне судьбы.
Она только что потеряла обоих братьев. Я опять надела на шею цепочку, поднялась, села рядом с Нэа и притянула ее к себе. Она устало положила голову мне на плечо.
Эйден пристально взглянул мне в глаза:
– Тогда мы тоже должны так поступить. Мы обязаны использовать камень.
Он прав. Аарванд ждет именно этого, но я не могла. Не после всего, что произошло за последние дни. Не после того, как наконец призналась себе, что любила его. Если существовал хотя бы малейший шанс, что его можно спасти, я его не упущу. Мысль о том, что он проведет годы в тюрьме у Регулюса, была невыносимой. Для дракона вряд ли можно изобрести кару хуже. Вероятно, я погибну при попытке его освободить, однако это все равно лучше, чем спрятаться в своем мире и обречь его на такую судьбу.
– Ты бы тоже им воспользовался, если бы Эзра сидел в тюрьме в Мораде? Или Маэль?
Он не ответил, но в его упрямом взгляде каждый из нас увидел ответ.
– Вианна, – начала Маэль, а я задалась вопросом, не ранило ли ее его молчание. – Мы больше ничего не можем сделать для Аарванда. – Словно извиняясь, она посмотрела на Нэа.
– Вы можете остаться с нами, – необыкновенно мягко предложил Эйден. – Здесь вы в безопасности.
Тирза, которая сидела, уставившись на сад, хмыкнула:
– Да вы же сами в это не верите. Если останемся тут, то люди рано или поздно откроют на нас охоту, как поступят с каждым демоном, который задержится в вашем мире, после того как Источник окончательно будет закрыт. Как ты собираешься защитить нас, наших детей и детей наших детей? Этот мир небезопасен для таких, как мы. Никогда таким не был.
– Но так у вас появится хоть какой-то шанс, – ответила я. – Мы будем вас защищать. – Они обязаны остаться здесь. Это наш долг перед Аарвандом и Калебом.
Нэа вскочила так резко, что ее стул опрокинулся назад. В глазах у нее полыхал огонь келпи.
– Так ты все-таки бросишь его? Позволишь, чтобы Регулюс пытал его и убил? Это ты хочешь сказать?
Нет, хотела я совсем не этого, но своими планами не стану делиться ни с кем.
– Прежде чем вы используете ключ-камень, мы вернемся к себе на родину. К своим семьям.
Эйден покачал головой:
– Мы не можем этого допустить.
Тарон положил руку на рукоять своего меча, и Тирза встала рядом с ним.
– И как ты собрался нам помешать? – поинтересовалась она у Эйдена. – Мы давали клятву верности дому Коралиса, а теперь, когда Калеб не сможет занять место Аарванда, Нэа – новая княжна. Если она говорит, что возвращается, то мы идем с ней. – Ее синие волосы пылали, как и татуировки на руках, так разозлило ее вмешательство Эйдена. – Думаешь, мы бросим свой народ на произвол судьбы?
На лице великого магистра промелькнули раскаяние и тревога, но три юных демона этого явно не замечали.
– Мне пришлось поклясться твоим братьям, что я позабочусь о тебе, – медленно проговорил он, обращаясь к Нэа. – Я дал им свое слово, что буду защищать тебя, если с ними что-то случится.
Выражение лица Нэа стало непроницаемым.
– Я освобождаю тебя от этого обещания. Мы будем сражаться с тираном до последней капли крови. – С этими словами она с высоко поднятой головой направилась к выходу из нашей кухни.
Грустно улыбнувшись, я смотрела ей вслед. Аарванд бы так ею гордился. И в то же время пришел бы в неописуемую ярость. Но я не стану ее удерживать. Она достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения, и я ни за что не буду мешать ей защищать свой народ.
В дверях Нэа еще раз остановилась.
– Прощай, Вианна, – тихо сказала она. – Пусть богини даруют вам счастье.
Эйден вздохнул, когда Эме крепко обняла Нэа. Он обеими руками оперся на стол. Никто из нас не произнес ни слова, пока не хлопнула входная дверь дома.
И теперь мы остались одни.
– Тебе нечего сказать? – устало спросил Маэль Эйден. – Какие-нибудь упреки? Мне вернуть их и приковать здесь к чему-нибудь?
Она погладила его по спине:
– Ты сделал все что мог. Это ее решение. Если она хочет повести свой народ в этой битве, то мы должны позволить ей это сделать.
– У нее нет шансов против Регулюса. Что насчет нашей армии? – повернулся Эйден к Эшу. – Все уже вернулись?
– Да, – подтвердил тот. – Лоран возвратился вместе с последними людьми. Они снова разбили палаточный лагерь перед шато.
– Хорошо. Тогда мы можем запечатать Источник. – Он протянул руку. – Вианна, – потребовал он. – Не хочешь отдать мне камень?
Я сжала камень холодными пальцами и покачала головой.
– Я это сделаю, – твердо прозвучал мой голос. – Закрою Источник. «Камень судьбы принадлежит Звездам», – напомнила ему я.
– «А Луне – ее Последний свет», – добавила Маэль. – Мы сможем воспользоваться им только перед новолунием.
К моему удивлению, Эйден кивнул:
– Не будешь ли ты так любезна и не поделишься ли со мной, когда следующее новолуние?
– Через четыре ночи. – Она немного отстранилась от него. – Старую луну можно увидеть за ночь до этого, перед рассветом.
Не так уж много времени, чтобы освободить Аарванда, даже если пустить в ход все средства. А нам придется это сделать, чтобы победить Регулюса. И даже тогда шансы невелики. Он превосходил нас по многим пунктам.
– Я поеду к Источнику, посмотрю, что там произошло. Как Регулюсу удалось пробраться, – предложил Эш. – С собой захвачу один военный отряд. Нужно усилить охрану Источника, пока мы его не запечатаем.
– А я пойду к себе в комнату, – сказала я. – Мне нужно немного побыть одной.
Эме до сих пор стояла в дверях с опущенной головой. И я спрашивала себя, забрали ли богини уже Калеба к себе и чувствовала ли она это.
– Ладно, – ответил Эйден. – Скоро мы закроем эту главу и отделим мир демонов от мира людей. Нельзя забывать, что поставлено на карту. Каждый из нас обязан отодвинуть в сторону свои личные интересы. С этим мы все согласны? – Его голос звучал не так, как всегда. Как будто из него исчез весь авторитет.
Без понятия, согласился ли с ним кто-нибудь, потому что я уже поднималась вверх по лестнице.

* * *

Поспешно стянув с себя окровавленное платье, я помылась и надела штаны, свитер и ботинки. Если я собиралась что-то предпринять, то надо делать это сейчас. Немедленно и в одиночку. Нельзя никому говорить, что я задумала, потому что любой рыцарь Ложи, любой колдун и любая ведьма меня остановят. Правильно ли спасать Аарванда и ставить его безопасность выше возможности защитить людей? Эйден прав. Мы можем окончить эту войну для людей. Раз и навсегда. Для этого богини и создали камень. Но кто за это заплатит? Нэа и весь Керис окажутся беспомощны перед Регулюсом. Аарванд умрет у него в темнице или будет прозябать там долгие годы. Заставит ли его Регулюс принимать самарий? Или вынудит Аарванда передать свое наследие, а потом превратит в пожирателя магии, как уже проделал это с Мирандой и попытался проделать с Калебом? Он поступит так со всеми своими врагами? Не важно, что поставлено на кон для человечества, ничего из этого я не могла бы допустить и не допущу. Народ Коралиса встал на нашу сторону. Князь Анни Мю и даже часть подданных Кайи решили противостоять Регулюсу. Нельзя отдавать их в лапы этому тирану. Нельзя, пока существовал хоть один шанс освободить и их мир тоже, перед тем как мы используем камень. А значит, я вернусь в Коралис и попробую спасти Аарванда. В дверь тихонько постучали, а потом вошли Эме и Маэль. Лицо Эме казалось бледным, но она держала себя в руках.
– У меня сейчас нет времени, – осторожно сказала я. – Я не буду применять Камень судьбы. Пока нет. Так что, если ты хочешь меня уговорить, то не сто́ит.
– Я выгляжу как человек, который бы этого ожидал? Наоборот. Так и думала, что ты что-то замышляешь. – Она начала расставлять по комнате свечи и пристроила пиалу со смесью благовоний на мой туалетный столик. – Почему ты торчишь тут в темноте?
– Для того, что я собираюсь сделать, мне свет не нужен. – Тем временем уже наступила ночь. Мы с Аарвандом на самом деле вернулись абсолютно не в ту временну́ю точку. Не совпал ни день, ни время дня.
– Ну, а нам нужен. Снаружи уже довольно темно.
Эме села на кровать. Только сейчас мне бросилось в глаза, что она что-то держала в руках.
– Зачем тебе фотография? – подозрительно поинтересовалась я.
– Мы попробуем связаться с духом папы. Он должен нам помочь. Все это произошло не без его участия. Теперь ему придется дать нам совет.
– Думаешь, он покажется после всего, что устроил? Да и какой совет он нам даст? – Раньше к Эме приходило много людей, чтобы пообщаться со своими мертвыми родственниками или друзьями. Сами мы никогда такого не делали. Призраки, остававшиеся в доме, достаточно ясно давали понять, что хотели и дальше жить с нами, а остальных мы из уважения оставляли в покое. Но это философия ведьм, а обыкновенные люди часто ее не понимали. Они хотели узнать, как дела у умерших, а спиритические сеансы у Эме имели достаточно высокий процент успешных вызовов.
– А я вот настроена оптимистично. Он спрятал гримуар, чтобы нас защитить. Может, его правда мучают угрызения совести. – Маэль зажгла свечи и пиалу с благовониями. По моей комнате потянулся аромат сандалового дерева и кардамона. Эти запахи раскроют наше сознание.
– Где Эйден? – спросила я.
– Внизу, в гостиной. Но не бойся, он нам не помешает. – Она кашлянула. – Я дала ему кое-какое успокоительное.
– Ты его усыпила? – Я приподняла брови. – Ему это не понравится.
– Я знаю, Эйден упрямый и иногда кажется бессердечным, но он не такой. Он просто слишком четко видит картину в целом, и как бы трудно ему ни было требовать от тебя подобное, это его долг.
– Ты любишь его, Маэль? – Я впервые задала ей этот вопрос напрямую. – Тебе довольно хорошо известно о нашей личной жизни, но сама ты вообще ничего не рассказываешь о своей. У вас, мягко говоря, странные отношения, но несмотря на это, мне кажется, что для тебя никогда не существовало другого мужчины.
– Так и есть, – резко ответила она, – но это не взаимно, а я не хочу, чтобы мне причинили боль. Он не такой, как Калеб или даже как Эзра и Аарванд. Эйден никогда не был заботливым, наоборот, с ним всегда было сложно, и плен не сделал его более коммуникабельным. Его миссия и Ложа всегда будут стоять для него на первом месте.
По этому поводу у меня возникали сомнения.
– И тем не менее ты подвергаешь риску то, что есть между вами, ради нас с Аарвандом? – спросила я.
– Ты бы сделала то же самое для меня.
Я кивнула:
– Конечно, сделала бы, но все-таки, если ты не уверена, можешь просто сделать вид, что ничего об этом не знала. Эйден с ума сойдет, когда очнется, а нас тут нет.
– Я останусь с вами. Пусть бесится сколько угодно. Аарванд тогда спас нас у Лунных врат, он заслужил, чтобы мы хотя бы попытались ему помочь. Мне не по душе, что из-за этого ты подвергаешь себя опасности, но это твое решение, и мы не станем тебя останавливать. Напротив.
– Вы обе хотите пойти со мной? – спросила я удивленно и в то же время обрадованно.
Теперь вмешалась Эме:
– Мы идем все вместе. Калеб не умер. Еще нет. Я бы почувствовала.
– Это слишком опасно, – робко произнесла я. – Одна из нас должна остаться здесь. Одна из нас должна выжить и продолжить наш род.
– Забудь, а сейчас давайте призовем отца. Ему придется кое-что объяснить. Камнем мы все равно сможем воспользоваться только вместе. В этом мнении мы же едины? – Она перевела взгляд с меня на Маэль, и мы обе кивнули. – Значит, вместе до конца. Каким бы он ни был.
Я прикусила губу. Очень хотелось закричать. Аарванд уже несколько часов находился во власти Регулюса. Верховный король сотворит с ним ужасные вещи. Он не пощадит его и не позволит умереть быстро. У меня нет времени разбираться с привидением нашего отца. Он натворил достаточно бед.
– Хорошо, – несмотря на это, сказала я, потому что раньше Маэль и Эме все равно не уйдут. – Вызовем его. Хуже ведь не будет.
Эме положила между нами снимок, на котором были запечатлены папа, мама и она. В то время мама как раз была беременна Маэль. Часто духов, которые не показывались, легче призвать с помощью личной вещи.
– О’кей, закройте глаза! – велела она. – Тебя он скорее услышит, Вианна. В конце концов, тебя он видел взрослой. Представь его себе очень четко. Сейчас я попрошу его прийти к нам.
Мы замолчали, и в комнате воцарилась тишина. Я старалась сконцентрироваться исключительно на отце. Для этого необходимо ненадолго отбросить страх за Аарванда. На фото он выглядел чуть моложе, чем когда мы встретились. Я думала о нем, как еще совсем недавно он стоял передо мной и боялся за меня. Это произошло лишь пару часов назад, и все же два этих события разделяло почти полторы тысячи лет. Безумие. Столько всего случилось за эти века. Столько всего изменилось. Прежде всего во взглядах на намерения Мерлина. Мерлин никогда не хотел, чтобы Пакт продлили, и тем не менее к этому стремилась Ложа. Кто-то наверняка об этом позаботился. Это мог сделать только член Ложи, и мне на ум приходил лишь один человек, способный на такое. Тот же человек, который, очевидно, завладел «договором с дьяволом». Урбен Грандье. Он побывал в Камелоте и получил там пророчество. Вероятно, кто-то открыл ему глаза на то, какие цели преследовал Мерлин на самом деле.
– Папа, – услышала я шепот Эме. – Покажись нам. Нам нужна твоя помощь. Вианна не злится на тебя. Ни одна из нас не злится. Мы понимаем, что ты желал для нас лучшего.
Маэль негромко хмыкнула.
– Если ты хочешь что-то сказать нам, можешь сделать это сейчас, – уверенно продолжала Эме. Потом замолчала. На призраков нельзя давить. Иногда это вообще их прогоняло.
Я вдохнула запах трав и подстроила свое дыхание под ритм сестер. Наши пальцы, словно сами по себе, нащупали друг друга, и мы взялись за руки. Атмосфера в комнате переменилась. Стало теплее, и меня охватило чувство спокойствия.
– Он здесь, – объявила Эме с облегчением и волнением в голосе. – Он пришел, и он не один.
Я медленно открыла глаза. Перед кроватью стоял дух отца. Одной рукой он обнимал нашу маму. Оба улыбались, глядя на нас. По прозрачной щеке мамы побежала слезинка. Мне захотелось вскочить и обнять ее, но маму это наверняка испугает. Положив голову папе на плечо, она протянула руку, чтобы погладить Эме по волосам.
– Прости, – произнес наш отец. Обычно призракам и так сложно разговаривать в нашем мире, однако он уже в Гламоргане нечасто пользовался голосом, предположила я. Поэтому сейчас для него это было еще сложнее, и голос прозвучал скрипуче.
– Я принесла камень, – сказала я. – Этого ведь желали богини, да?
Он кивнул:
– Мне нельзя было вмешиваться в их планы. Так я на всех нас… навлек беду.
Мама успокаивающе погладила его по груди и улыбнулась, подбадривая.
Его голос окреп, когда привидения других наших предков-ведьм отделились от стен и коснулись его. Они передавали ему часть своей энергии, которая связывала их с землей.
– Из замка я увидел, как Мерлин послал за вами вдогонку Белого дракона. Я не сомневался, что он тебя убьет. А сделать ничего не мог, – его голос дрогнул. – Никто не встал у него на пути. Поэтому я вернулся обратно во времени. Дождался ночи, когда ты родилась, потому что хотел быть рядом с твоей матерью, а затем украл книгу. В Камелоте я прочел пророчество и подумал, что так смогу не допустить, чтобы вы в принципе о нем узнали. Я собирался спрятать книгу. Не хотел, чтобы вы тянули на себе этот груз. И богини меня наказали.
– Они пленили тебя в Гламоргане, чтобы книга не исчезла. А потом им нужно было позаботиться лишь о том, чтобы Вианна ее нашла. Желательно, с кем-нибудь, кто способен ее защитить, – произнесла Маэль. – И это был Аарванд. Князь Коралиса. Изощренно.
– Потомок сына Мерлина и Вивианы, – добавила я, так как Маэль и Эме об этом еще не знали.
– И от Вивианы Урбен получил пророчество. – Маэль помотала головой. – Бред.
– Потому они и отправили нас на Керис, – задумчиво подытожила Эме.
В тоне Маэль слышалась горечь, когда она сказала:
– Богиням предъявим счет в следующий раз.
– Вы воспользуетесь камнем? – спросила мама тихим призрачным голосом.
Я была такой маленькой, когда она умерла. Видеть ее сейчас… Меня переполняли чувства. Мы действительно похожи. Пусть я видела раньше ее фотографии, но до сих пор этого не осознавала. Она нежно улыбнулась мне, а я мечтала обнять ее хотя бы один-единственный раз. Не призраком, а человеком.
– Да. Но только после того, как освободим Аарванда и выясним, выжил ли Калеб. У нас еще два дня и две ночи.
На папином лице промелькнул ужас:
– Значит, до тех пор вам надо спрятать камень. Для Мерлина он потеряет ценность лишь тогда, когда вы примените его по назначению. До того момента он будет пытаться завладеть им и уничтожить. Вы обязаны это предотвратить.
– Он правда умеет путешествовать в будущее? – спросила я.
– Можем отдать его Эйдену. Он великий магистр Ложи, – предложила Маэль в тот же миг. Она ни на секунду не сводила глаз с нашего отца.
– Ни в коем случае. Рыцари Ложи во все времена преданы Мерлину. А он сделает все, чтобы помешать разделению миров. – В каждом его слове сквозил страх. – Вы должны воспользоваться камнем при следующей старой луне. Пообещайте мне. Тогда моя жертва будет не напрасна.
– Ложа больше не служит Мерлину, – перебила его Маэль. – Сейчас им известно, какие планы он в действительности вынашивал. Может быть, Эйден использует камень, пока мы все еще будем на Керисе, если решит, что это необходимо для спасения человечества, – задумчиво добавила она, – но никогда не отдаст его Мерлину. Мерин хотел, чтобы демоны вернулись в наш мир. Он надеялся, что они одержат над нами победу. Он никогда не собирался жертвовать собой, пап. Он бы не воспользовался камнем и не запер сам себя на Керисе с его помощью. Мерлин стремился уничтожить его, чтобы миры никогда не разъединялись. И должен был любой ценой не дать Артуру пустить его в ход.
– И нет ничего более эффективного для этой цели, чем перенести его в будущее, – медленно проговорила я.
Словно громом пораженная, Маэль уставилась на меня.
– Что ты имеешь в виду? Думаешь, все это – дело рук Мерлина?
– Он же был в курсе предсказания, верно? – спросила я у отца. – Он приехал в тот день в Камелот, потому что туда пришла я, а не из-за военного похода.
Папа сдержанно кивнул.
– Как он узнал о пророчестве? Ему известно, как оно звучало? Ты ему рассказал?
Отец покачал головой:
– Нет. Это сделала лично Вивиана. Владычица Озера любила Мерлина – когда-то давно. Но он просто ее использовал. Ему нужен был наследник, чья сила превзойдет даже его собственную. Прежде чем сама Вивиана об этом догадалась, она поделилась с ним пророчеством, которое ей открылось. А когда поняла, какую ошибку совершила, то передала эти слова Урбену, который скрыл их в гримуаре. Но было уже слишком поздно. Мерлин знал, что в будущем появится девушка, способная достать камень и применить его. Как паук в паутине, он выжидал, пока она придет, чтобы найти камень.
– Поэтому Кей в облике Белого дракона пытался нас остановить. И если бы у него получилось, то они с Артуром и Морганой разделили бы миры уже тогда. Кей всегда был на стороне Артура.
Уму непостижимо. В своем стремлении сорвать планы Мерлина мы их исполнили.
– Богини послали Вивиане то пророчество? – спросила я.
Отец кивнул:
– Они создали три вида: магически одаренных, обычных людей и демонов. Намеренно или ненамеренно. А теперь они ведут войну и грозят истребить друг друга. Затем богини создали Керис как убежище и Камень судьбы, а Верховной жрице Авалона явили пророчество. Больше они сделать не могли. Им пришлось положиться на будущее.
Я нахмурилась:
– Я бы придумала что-нибудь получше.
Мама усмехнулась:
– Они четыре сестры. Богини! И ни одна из них не очень-то готова идти на компромиссы. Когда отправитесь на Керис, оставьте камень вашей бабушке, – предложила она. – Она будет хорошо за ним присматривать.
Эме прочистила горло.
– Бабушка мертва, – тихо сообщила она. – Она умерла несколько лет назад.
– Знаю, – улыбнулась мама. – Но все равно отдайте камень ей, перед тем как уйти. У нее он будет в надежных руках, пока вы не вернетесь и не исполните пророчество.
– Хотелось бы мне, чтобы мы могли избавить вас от этого, – негромко выговорил папа.
– Да без проблем. – Маэль кашлянула. – Кому вообще нужна спокойная жизнь?
И хотя мне было не до смеха, я все равно ухмыльнулась над ее легкомысленной фразой. Что бы я делала без своих сестер? Я взглянула на Эме, у которой тоже подрагивали уголки рта.
– Вы справитесь, – сказала мама. – Вы сильные и смелые, мои девочки. Мерлин не победит.
– Не победит, – пообещала я и сжала руки сестер.
– Мы ему не позволим, – согласилась Эме.
Призраки наших родителей начали размываться. Мне хотелось их удержать, но нам и самим пора идти. Мама склонила голову набок и в последний раз мне улыбнулась. Я видела гордость в ее глазах.
– Значит, мы отдадим камень mémé? – спросила я, глядя на то место, где стояли мама с папой, но они уже ушли.
Маэль кивнула:
– У нас никогда не возникало проблемы, что надо слушаться родителей, так давайте сделаем это единственный раз, раз уж они дают нам совет.
– Он был бы нам хорошим отцом, да? – немного отступая от темы, произнесла я. Увидимся ли мы с ними когда-нибудь снова? Я не спросила у него, как он умер. Не спросила, откуда он узнал все эти вещи. Заботились ли о нем богини? Может, даже навещали его? Эта мысль несла в себе долю утешения, хотя я должна быть в ярости на них. Впрочем, это бы ничего не изменило, и я радовалась, что там – где бы ни находилось это место – наши родители смогли быть вместе.
– Он был хорошим отцом, – подтвердила Эме. – Он любил нас, всех троих. – По ее щеке скатилась слезинка. – Иначе не сделал бы все это. Он хотел нас защитить. – Она ее смахнула.
– Аарванд запретил мне предостерегать его. Я ненавижу мысль о том, как одиноко он, должно быть, чувствовал себя в Гламоргане. Злейшему врагу бы такого не пожелала.
– Тогда надо не допустить, чтобы его жертва оказалась напрасной, – добавила Маэль.
Эме погладила меня по плечу и спустила ноги с кровати.
Она права, и теперь я больше не хотела терять время. То, что нам предстояло, было опасно и безрассудно, но вместе мы, возможно, сумеем спасти миры и мужчин, которых любили.
– Мémé! – негромко крикнула я в тишину своей комнаты. – Ты должна нам помочь. – Остальные привидения зашептались. – Пожалуйста. Ты нужна нам.
Мы молча ждали, а когда я почти уже оставила надежду, дух нашей бабушки отделился от тени, которую свечи отбрасывали на стену. Она не улыбалась, но хотя бы подошла ближе.
– Нет больше никого, кому я могу доверить ключ-камень, mémé. Сбереги его для нас, пока мы не вернемся.
Она наклонила голову набок, и седые волосы мягкими волнами рассыпались по ее плечам. Она носила платье, которое Эме выбрала ей на похороны. Это ее любимое платье. Сколько я себя помнила, она всегда надевала его по воскресеньям на наши семейные обеды.
Я выудила цепочку с камнем из-под платья.
– Лунный камень? – спросила она призрачным голосом. – В его сердцевине сверкают золотые звезды.
Я взглянула на то место, куда она указала нематериальным пальцем. Цвет напомнил мне глаза Аарванда, когда он злился… или когда целовал меня.
– Не показывай его никому, – сказала я. – Если мы не вернемся, то отдашь его Эйдену. Пусть он его спрячет. Возможно, однажды вновь родятся три сестры, которые смогут воспользоваться камнем. – Артуру никогда не удалось бы разъединить миры. Знал ли он об этом?
Одна из моих прабабушек встала рядом с mémé, а за ней еще одна и еще. Все больше наших предков-ведьм просачивались сквозь стены к нам в комнату. Они касались нас, гладили по рукам и лицам. Было немного щекотно, но ощущения вызывало приятные. Словно холодным зимним вечером сидишь перед камином и ешь печеные яблоки, укутавшись в одеяла и в окружении любимых людей. Эти чувства напоминали о семье и безопасности. Чтобы продолжать существовать в виде призрака, ведьмам требовалось немного собственной остаточной магии. Им надо сберечь эти остатки, переходя грань, и тогда они смогут возвращаться – сколько захотят. Теперь я ощущала, как в меня вливалась магия многих поколений моей семьи, делая нас с сестрами сильнее. Они вооружали нас на битву, которая нам предстояла. Нечеткие фигуры растворялись одна за другой, и лишь когда пропали все, я сообразила, что они сделали. Они подарили нам свою магию и ушли навсегда. Только mémé еще стояла передо мной и улыбалась.
– Исполни свой долг, дитя мое. Следуйте вашему предназначению. Я буду ждать вас здесь. – Она взяла призрачными руками светящийся камень и тоже исчезла.

Глава 22

– Ну, пошли, – произнесла Маэль и направилась к двери.
– Надо взять плащи, – решила Эме.
– Боишься, что мы простудимся?
– Никогда не знаешь наверняка.
Они обе разошлись по своим комнатам. Я прикрепила к поясу свой атаме и набросила на плечи плащ. Затем глубоко вздохнула и в последний раз огляделась по сторонам.
Эйден сидел в кресле в гостиной, когда мы спустились, и, хотя в первый момент казалось, что он спал, очень быстро стало ясно, что на него наложили чары.
– Ты связала его заклинанием? – недоверчиво спросила я.
– Мне пришлось, а он всегда меня недооценивал, – с довольным видом ответила Маэль; но все равно было заметно, что ее грызла совесть. Сестра подошла к нему и аккуратно поцеловала.
От входной двери послышался грохот, как будто дом отказывался кого-то впускать. Я вышла, чтобы проверить. Это оказались Эш, Нэа, Тарон и Тирза.
– Что вы тут делаете? – удивилась я. – Я думала, вы собирались в Коралис.
– Он заставил нас вернуться обратно, – злобно выдала Нэа и скривила при этом рот в точности как Аарванд.
Эш почесал затылок, зашел внутрь, и они последовали за мной в гостиную.
Маэль застонала, когда заметила этих четверых у меня за спиной.
– Так как я хорошо знаю трех моих любимых ведьм, – начал Эш, прежде чем она успела что-то сказать, – и уверен, что вы бы никогда не пустили в ход камень, пока есть шанс спасти Аарванда, то взял на себя смелость организовать вам транспорт, чтобы получилось быстрее. Ваши силы понадобятся вам в другом месте. А эти трое возьмут вас с собой на Керис.
– Только под принуждением. Аарванд вываляет меня в смоле и перьях, если я это сделаю, – вставила Нэа. В ее словах слышались невыразимое одиночество и вместе с тем облегчение. Тирза держала ее за руку, а Тарон обнимал за плечи.
– Если Аарванд будет в состоянии вывалять тебя в смоле и перьях, – ответила я, – то это значит, что он выживет. И я с удовольствием сама ощипаю петуха, чтобы ему хватило перьев.
– Гадость. – Тирзу передернуло, но Нэа хотя бы чуть-чуть улыбнулась.
– Спасибо. – Я обняла Эша. – Старая луна через три ночи. Если до тех пор мы не вернемся, бабушка передаст Эйдену ключ-камень. – У него на лице отразилась тревога.
– Если мы не вернемся, ты поддержишь Эйдена? – Голос подвел Маэль, и это гораздо больше, чем что-либо еще, сказало мне о чувствах, которые она испытывала к Эйдену. – Ему будет одиноко.
– Я о нем позабочусь, буду таскать его по клубам и барам и цеплять вместе с ним горячих телочек. Он даже не заметит, что тебя нет.
Маэль засмеялась, и в то же время из глаз у нее брызнули слезы. Пара шагов, и Эш оказался возле нее:
– Эй, – зашептал он. – Вы вернетесь. Я просто знаю это, и тогда он страшно тебе отомстит за вон то маленькое заклинание.
– Пффф! – выдохнула она. – Я в любое время могу снова его связать.
– Если при этом он будет в сознании, то ему, наверно, даже понравится.
Маэль стукнула его в грудь и высвободилась из объятий.
– Ну, погнали. Болтовней мы никого не спасем.
Эш проводил нас в сад и еще раз обнял всех на прощание. А затем отвел в сторонку Тарона, пока Тирза и Нэа начали превращаться в келпи. Его каштановые волосы в темноте создавали необычный контраст белым дредам демона. Я догадалась, что колдун его подбадривал, но было там еще что-то. Близость, которую я раньше не замечала. Тарон кивнул, после чего тоже перевоплотился. Рука Эша все еще лежала на его шее, когда я села на келпи верхом.
Все сказано. Я вцепилась в гриву Тарона, сияющую белым пламенем и приятно теплую. И так мы понеслись во мрак. Огонь и вода. Три демона и три ведьмы. Я молча молила богинь помочь нам. Трое келпи скакали так быстро, как будто вообще не касались земли, и тем не менее я замечала и огоньки фей на покрытой мхом лесной почве, и стволы деревьев. Я видела тени павших, которые полторы тысячи лет назад сразились в этом месте в своей последней битве. В озере в Долине без возврата отражался свет звезд, а убывающая луна освещала спину дракона, которого заколдовала здесь Моргана. Мы лишь слегка замедлили темп, чтобы поздороваться с мужчинами, охранявшими в данный момент Источник. Никто нас не останавливал ни на нашей стороне Источника, ни на другой. Мы ехали сквозь парк, окружавший дворец Коралиса, к берегу моря. Еще издалека виднелось драконье тело Калеба, который лежал наполовину в воде, наполовину на суше. Он действительно добрался досюда.
Эме соскользнула со спины Нэа и бросилась к нему, пока мы уже не так быстро последовали за ней. Рядом с его головой она опустилась на колени и бережно погладила, поцеловала его чешую и что-то прошептала. Он на самом деле еще жив. Я не смогла разобрать слов Эме, потому что воздух наполнило странное гипнотизирующее пение. Мы с Маэль тоже спешились, а три келпи превратились обратно.
– Что это за музыка? – спросила я Тарона.
– Сирены. Они пытаются удержать его здесь своей песней.
– Это великолепно.
– Так и должно быть. Эта музыка мешает ему оторваться от мира. Сирены оказывают такую услугу лишь немногим. Но они любят Калеба. Вряд ли в Коралисе есть те, кто бы его не любил. Ради своего принца они сделают почти все, но ради своего князя, Вианна, ради него они готовы умереть. Поэтому я прошу тебя и от их имени тоже, спаси его.
– Спасу, – пообещала я. Мы подошли ближе, и сейчас я увидела женщин, которые сидели на камнях чуть дальше от берега и пели. Нежный лунный свет очерчивал прекрасные тела и лица. У большинства из них глаза были закрыты, а с губ лились чарующие звуки. Однажды, во времена, когда демоны еще жили в нашем мире, сирены хотели заманить Одиссея и его команду в смертельную ловушку. Так гласила людская легенда. Однако, слушая сейчас их пение, я начинала сомневаться в правдивости этой истории. Как и во многих других. Почему женщины в них всегда играли такую постыдную роль?
Русалки окружили тело Калеба и поливали водой те места, которые не находились в море.
– Любой другой уже давно бы сдался, – сказал Тарон. – А он так отчаянно цепляется за эту жизнь. – В его голосе звучало восхищение.
Я крепко сжала губы, чтобы не всхлипывать. Делал ли то же самое Аарванд? Ждал ли он меня? Маэль подошла к Калебу и начала осматривать раны.
– Ты больше ничего не можешь для него сделать, – прошептала Серена. Русалка обратила на нее свой печальный взгляд. – Слишком поздно.
У Маэль раздулись ноздри.
– Для меня никогда не поздно, – твердым голосом откликнулась она. – Пока он не мертв. Мне нужен свет и горячая вода. Если он борется, то и мы будем. – Она небрежно скинула свой плащ в воду, а под ним у нее на плече обнаружилась сумка.
– Маэль, – тихо сказала Тирза. – Мы с покоем провожаем своих умирающих к смерти.
– Да провожайте сколько угодно! – огрызнулась та. – Но здесь никто не умрет.
– Твоя сестра вопиюще непочтительна, но, думаю, я ее люблю, – повернулась ко мне Серена. Прежде чем я успела что-то ответить, она пронзительно свистнула, и из морских глубин послышался ответ.
– Ignis , – произнесла Эме, и тут же вспыхнула сотня факелов.
Из замка к нам спешили другие русалки. Они несли котел с водой.
– Volanta!  – воскликнула я, и вскоре после этого из леса вылетели небольшие стволы деревьев и ветки и сложились в маленькую кучку дров. – Mittare . – Древесина загорелась.
– Что ты задумала? – спросила Нэа, помогая русалкам водрузить котел на костер. – Что мы можем сделать? – Надежду в ее голосе было невозможно не услышать. И глубоко внутри я тоже ее чувствовала.
– Мне нужно место, – заявила Маэль, и все, кроме Эме, отошли от Калеба. – Пусть русалки продолжают петь. Это придаст ему сил, а они ему понадобятся. Все остальные встаньте вокруг него в кольцо, – командовала Маэль. – Пояс силы. Ему необходимы силы сотни жизней, и мы их ему дадим.
Тарон и Тирза взяли Нэа за руки. Русалки присоединились к кругу, сирены подплыли ближе и продолжили цепочку в воде. Келпи и шелки, которые тоже ждали в воде, выпрыгнули на берег и замкнули пояс силы, окружавший теперь их принца.
– Не размыкайте рук, – настойчиво велела я. – Что бы ни происходило. – Сердце у меня колотилось, я боялась того, что Регулюс в этот момент вытворял с Аарвандом. Я хотела к нему, но не могла бросить своих сестер в беде. Если у нас есть шанс спасти Калеба, я сделаю для этого все, что только возможно.
Маэль вынимала из своей сумки разные ингредиенты и по очереди высыпала их в котел. При этом она бормотала одно заклинание за другим. Работала она быстро, потому что у нас кончалось время, и все же в каждом движении читалась уверенность великой целительницы. Никогда я так ею не гордилась. Из котла повалил красный дым и потянулся вверх. Кожа Маэль засветилась, а нарисованный хной символ луны у нее на лбу принял цвет дыма. Сияющий полумесяц запылал алым цветом, и в рядах демонов раздался вскрик. Из нашей магии были сотканы их ночные кошмары, а теперь они наблюдали, на что способна ведьма. Эме погладила Калеба по голове и шагнула к котлу. Мы втроем положили руки на обжигающе-горячий медный бортик. Для этого колдовства потребуется куда больше, чем капля магии. Мы с сестрами запрокинули головы и устремили взгляды к небу.
– Protega, exercitus, triburi et mundaret . – Защитите, сохраните, одарите и очистите – четыре ритуальных желания, чтобы сплести настолько сильные чары, которые преумножат магию зелья. Чисто-белый свет ударил с неба в котел, и оттуда брызнули искры. Демоны опять закричали, но круг силы остался закрытым. Магия не могла вырваться.
– Incendit magica, sanatus, ablegata ac tenebras . – Зажгите магию, исцелите и изгоните тьму. Дым превратился в существо из красного тумана и светлой пыли.
Возгласы у меня за спиной стали громче.
– Держите круг! – воскликнула звонким голосом Нэа своим подданным. – Ради вашего принца! – Песнопения сирен набирали силу и едва заметно изменились. Теперь они обращались не только к Калебу, но и ко всем, кто образовывал цепь. Из замка вышла вереница демонов, и за первым кругом возник второй. Мы справимся. Туманное создание из магии покачивающимися движениями направилось к демонам. От всех до единого оно потребует небольшую жертву, отдаст эту энергию Калебу и в итоге погибнет.
– Custodare, spiritu ignis, faci officurus tuum . – «Страж, дух огня, исполни свой долг», – приказывали мы, и существо из тумана полетело от демона к демону, сотни искр света взвивались вверх и связывались с ним, пока оно не начало сверкать. Потом легло поверх искалеченного тела Калеба. Тот выгнулся, взревел и скорчился. Эме трясло, сильнее всего ей наверняка хотелось подбежать к Калебу, но мы должны были сохранять связь между котлом и существом. Краснота тумана становилась темнее и темнее, пока оно вытягивало все больше яда из драконьего тела и постепенно передавало Калебу свою жизнь. А затем оно вдруг сорвалось и полетело обратно в котел.
– Погаси его! – велела Маэль.
– Belenos!  – выкрикнула я имя водной руны. Из моря вверх ударил фонтан и пролился прямо в котел. Туманное создание развеялось, костер погас, а все мы вымокли до нитки.
– Gratiare aeternum omni elementis , – «Благодарим вечную сущность всех стихий», – церемониальными словами завершила ритуал Маэль. Она сняла руки с котла, и мы поспешили к Калебу.
Нэа приблизилась к нам.
– Он еще жив? – спросила она робко и в то же время с надеждой.
Маэль положила руку ему на шею:
– Сердце бьется ровно. Думаю, он выдержит. Ему просто надо отдохнуть.
– Почему он не перевоплощается обратно? – еле слышно задала вопрос Эме.
– Этого я не знаю, – честно ответила Маэль.
Тарон взял Эме за руку.
– Травмы оказались слишком серьезными.
Она кивнула, выглядя при этом настолько отстраненной, как будто вообще его не слушала.
– Если демон в своей демонической форме получает слишком тяжелое ранение, нередко случается так, что он теряет способность менять личину.
Широко распахнутыми глазами Эме уставилась на юного демона, который внезапно показался далеко не таким юным. Наконец я поняла, почему Аарванд без колебаний доверял ему заботу о своей сестре. Но, невзирая на это, ему трудно было озвучить следующие слова:
– Я не думаю, что Калеб когда-нибудь снова сумеет принять человеческий облик. Нам повезет, если он выживет в форме дракона и иногда сможет выходить из воды. Но ему потребуется время, чтобы к этому привыкнуть. Много времени.
Эме глотала ртом воздух. Ее взгляд метнулся к Нэа, которая кивнула, давясь слезами.
Я зажмурилась. Что мы наделали? Вместо того чтобы спасти, мы обрекли Калеба на жизнь, которую сам он для себя, вероятно, никогда бы не выбрал.
Сделав глубокий вдох, я опустилась рядом с Эме на песок. Ее ладонь лежала на чешуе Калеба. Мы спасли ему жизнь, но он все равно потерян для нее.
Я обняла ее за плечи.
– Эме, – прошептала я. – Больше я ждать не могу. Мне очень жаль. Но мне пора идти. Я должна выяснить, что могу сделать для Аарванда. Ты ведь понимаешь? – Не бессердечно ли бросать ее одну?
– Конечно. – Она попробовала встать, но ноги подкосились. – Я иду с тобой.
– Нет, ты останешься здесь. Ты будешь нужна Калебу, когда он придет в себя. Мы с Маэль справимся. Вдвоем будем привлекать меньше внимания, и я сумею сделать ее тоже невидимой.
– Но я не могу отпустить вас одних.
– Нет, можешь. Вы с Нэа позаботитесь о Калебе, а мы скоро вернемся с Аарвандом.
Мои сомнения отражались в ее глазах. Если Аарванд ранен так же серьезно, как Калеб, то мы ничем ему не поможем. Провести этот ритуал дважды за одну ночь невозможно, и рядом с нами не будет никого, кто бы создал кольцо силы и укрепил его. Но нельзя сейчас об этом думать.
– Мы готовы, – шагнул ко мне Тарон.
– Ты уверена? – спросила Нэа. – Аарванд не ждет этого от тебя. Никто не ждет. – Ее взгляд принял новое выражение. Искреннее уважение, благодарность и надежда.
– Я еще ни в чем не была так уверена.
– Тогда возьми мой меч. – Она потянулась за оружием, которое носила за спиной, а потом отстегнула ножны, чтобы закрепить их на мне. – Аарванд так старался тебя натренировать. Ты умеешь сражаться, – серьезно произнесла она. – И не нуждаешься в магии, чтобы постоять за себя. Хоть я и надеюсь, что тебе вообще не понадобится меч, но если до этого дойдет, то не мешкай и используй его. Пообещай мне. – Она пристально заглянула мне в глаза. А ее собственные были так похожи на глаза ее брата. Неожиданно она стала не просто молодой девушкой, а княжной. Если мне не удастся вернуть ее брата, она будет драться за свой народ, и я ни капли не сомневалась, что ей под силу победить Регулюса. С нашей помощью или без.
– Я воспользуюсь им и принесу назад. – Мы крепко обнялись. – А до тех пор приглядывай за Эме.
Нэа кивнула и сморгнула слезы.
Сев верхом на Тарона, я махнула головой Маэль, которая залезла на спину Тирзе. Она побледнела. Ритуал ее истощил. Может, мне лучше отправиться в одиночку? Она покачала головой, словно услышав мои мысли, и тогда Тарон и Тирза поскакали вперед. Они галопом неслись прямо в воду. Без понятия, сколько мы плыли. Я плотно прижималась к гриве Тарона и надеялась успеть вовремя.
Когда он наконец выскочил из-под воды и отряхнулся, над горизонтом уже сияло солнце. Наступил новый день.
Я слезла.
– Aridamus . – Одежда на мне высохла, и я оглянулась на Тирзу с Маэль, убедившись, что они тоже добрались невредимыми. Мы стояли на поляне с кругом из камней. Здесь умер Эзра.
– Это самое удобное место, – извиняющимся тоном сказал Тарон. – Самый короткий путь к замку ведет через сад, а потом сквозь маленькую деревянную дверь. Впрочем, она наверняка перекрыта. И тем не менее Регулюс точно не ожидает, что ты придешь одна. Или только вы вдвоем. Думаю, он готовится к армии, потому что то, что ты замышляешь, чересчур безумно, – прошептал он. – Если в будущем Аарванд решит нас за это наказать, я буду утверждать, что ты нас заставила.
Я попыталась ему улыбнуться, но мой страх оказался слишком велик.
– Он сразу поверит.
Тарон меня обнял:
– Мы будем ждать сколько понадобится.
– А мы вернемся так быстро, как только сможем. С Аарвандом.
На самом деле проникнуть в крепость оказалось на удивление легко, после того как я сделала нас невидимыми. Хотя повсюду усилили посты охраны, а внешние стены патрулировали тяжело вооруженные солдаты, мы просто прокрались мимо них. Они не почувствовали ни малейшего дуновения воздушной магии, будто мы вовсе там не проходили. А для них так и было. Единственным препятствием стала дверь внутрь замка. Пришлось дождаться, пока ее не откроет кто-то другой, а потом прошмыгнуть внутрь. Мы побежали по знакомым коридорам. Навстречу, рыча, вышел синий волк. Полоска у него на спине изменилась. Она превратилась в золотую, когда волк учуял чары невидимости.
– Mittare , – шепнула Маэль, и огненный шар вывел его из игры. Она распахнула дверь в одну из комнат, и мы затолкали зверя туда. Какое-то время он пробудет в отключке.
– Protecto Portus . – Я заперла дверь, чтобы его случайно кто-нибудь не обнаружил.
Мы торопились дальше ко входу в подземелья, а я надеялась, что Регулюс действительно держал Аарванда там. Альтернатива – искать его в тронном зале или во внутреннем дворе, если верховный король решил устроить из его пытки представление. От Регулюса вполне можно ожидать, что в качестве устрашения он подвергнет его мучениям на публике, однако я надеялась на обратное. Стражи нигде не наблюдалось – судя по всему, король был абсолютно уверен, что никто не придет спасать Аарванда. Маэль отстранилась от меня, и заклятие невидимости спа́ло. Чем ниже мы спускались, тем глубже в нос проникал резкий запах гниения и разложения. Мне стало трудно дышать, при том что от страха я и так едва могла вдохнуть. Что, если он уже мертв?
– Я ищу справа, ты – слева, – предложила я, когда мы добрались до самого низа. В первой камере его не оказалось, как и во второй, и в третьей. Во мне зарождалось отчаяние. Существовали сотни сценариев того, что мог сотворить с ним Регулюс, однако я так надеялась, что мы найдем его здесь.
– Вианна! – позвала Маэль. Она серьезно взглянула на меня, держась за решетку одной из клеток. Той же самой, в которой запирали Эйдена. Естественно. Там им не угрожала его магия. – Мы опоздали, – выдохнула она, и эти слова взорвались у меня в голове.
Нет! Не может быть. Все тело закололо, а пульс зашкаливал, пока я шла к ней. А когда поравнялась с камерой, колени подогнулись. Я медленно соскользнула на пол и закусила губу, чтобы не закричать. То, что я увидела, было ужасно. Аарванд безжизненно валялся в грязи и гнилой соломе. У него на теле не осталось живого места. Он был в одних штанах, хотя даже они разорвались в клочья и мало что прикрывали. Вцепившись в прутья решетки, я старалась достать до него, но он лежал чересчур далеко. Они выбросили его, как мусор, и он умер в одиночестве. И все же я должна коснуться его еще один-единственный раз. По моим щекам лились слезы. Богини не могли быть так жестоки. Я смирилась с тем, что Аарванд не будет моим, но хотела, чтобы он жил. Раны у него на животе и на спине уже воспалились, некоторые из них гноились. И повсюду кровь. Она высыхала на грязном каменном полу. Всего за несколько часов они не только избили его, но и изрезали ножами, обожгли раскаленным металлом и еще чем-то более страшным. Как они могли сделать с ним такое?
– Он уже пару часов не шевелится, – встревоженно заговорил Юри. – Но так и не рассказал им, где находится Камень судьбы. Я никогда еще не видел человека здесь, внизу, который вытерпел бы больше боли, чем он, а их сюда попадало немало, поверьте. – Когда я повернулась, Юри смотрел на нас широко раскрытыми глазами из камеры напротив и качал головой. Казалось, он думал о том, какую глупость мы совершили, придя сюда.
– Заберите его отсюда. В следующий раз они его убьют. Им от него никакой пользы, раз он молчит.
– Он еще жив? – чуть слышно спросила я.
Дракон удачи глубоко втянул в себя воздух.
– Еле-еле.
– Если бы Регулюс попросил у меня камень, я бы ему его отдала, – процедила я. – Все равно он с ним ничего не сделает.
– Что ты имеешь в виду? – полюбопытствовал Юри.
– Только мы, три сестры, можем им воспользоваться, – прошептала я. – Судьба миров в наших руках.
Вдруг Аарванд тихо застонал от боли. Затем согнулся пополам, после чего его дыхание стало частым и поверхностным, но отчетливо слышным.
– Вот дракон и почувствовал свою пару, – пробормотал Юри с улыбкой.
Меня захлестнули паника и счастье, а за ними – холодная ярость. Это еще далеко не конец. Лучше бы Регулюс не связывался с сестрами-ведьмами.
– Нам нужно внутрь. Aperius . – Я постучала пальцем по замку, однако он не реагировал. Ну конечно же. При Эйдене тоже не сработало.
– Да чтоб тебя… – Маэль опустилась на колени в грязь. – Есть у кого-то заколка или что-нибудь вроде того? Придется попробовать старомодным методом.
– Все мои унесла моя камеристка, – пробубнил Юри.
Я вытащила свой атаме из-за пояса и протянула ей.
– Ничего другого у меня нет.
– Значит, обойдемся этим. – Она взяла кинжал.
– Как думаешь, у него есть внутренние травмы? – спросила я.
Сестра просунула кончик лезвия в скважину.
– Я больше удивлюсь, если их не будет. Они ему что-нибудь давали? – обратилась она к Юри.
– Пока нет. Но угрожали накачать его зараженным самарием. Правда, что они убили его брата отравленными стрелами? Хороший был парень.
– С Калебом все хорошо, – огрызнулась на него Маэль. – Не каркай тут.
В глазах Юри блеснуло удивление.
– Он выжил?
– Само собой. – Она пропихнула клинок поглубже и покрутила им там. – В фильмах всегда срабатывает. – В отчаянии она кусала губы, пока я едва не теряла сознание.
Все это время я следила за проходом. По спине струился пот. Не важно, кто сюда войдет. Я с ним разделаюсь. Раздался негромкий щелчок, и решетчатая дверь открылась.
– Да кому нужна эта магия? – пораженно сказала я, распахнула дверь и вбежала к Аарванду. Осторожно положила его голову себе на колени, коснулась липкой кожи. Она казалась ледяной и вместе с тем очень горячей. Его лихорадило. Не знала, что с драконами такое вообще случалось. Под выступившей на влажной груди испариной слишком четко проступали чешуйки. Но уже не синие, а скорее серебряные, как будто их цвет выжгла температура. Я поцеловала его в лоб. Плевать на кровь и грязь. Пусть знает, что я рядом. Что я его не бросила. Но он не двигался. Даже ресницы не дрогнули. Прижав ладонь к его груди над сердцем, я почувствовала, как оно билось. Едва различимо, не сильнее, чем трепет крыльев бабочки. Но билось. Я подавила всхлип.
Маэль заученными движениями осматривала раны. Он издал тихий стон, когда она нажала на один из порезов.
– Здесь я смогу сделать для него только самое необходимое. – Она порылась в своей сумке.
Я отвела с лица Аарванда склеившиеся от крови волосы и поцеловала его веки, а потом нежно коснулась губами его губ.
– Мы вытащим тебя отсюда, – пообещала я, хотя не представляла, как нам вызволить его в бессознательном состоянии. Наши магические резервы после исцеления Калеба и чар невидимости уже были на пределе, но у нас должно получиться.
Маэль останавливала одно кровотечение за другим. Работала она быстро, но сосредоточенно, невзирая на то, что в клетке не могла применить магию. Когда сестра занялась ожогом, Аарванд захрипел и распахнул глаза. Какой-то миг он смотрел на меня с таким недоверием, словно совсем не узнавал.
– Скажи, что я сплю, – выдавил из себя он.
От облегчения я чуть не расплакалась, но довольствовалась тем, что убрала волосы с его лица и улыбнулась. Он жив, и я не допущу, чтобы это изменилось. Пусть злится на меня следующую сотню лет, ради бога.
– Спишь, – услышала я ответ Маэль, а сама лишь смотрела в его золотые глаза. – Поэтому просто не шевелись. Ты слишком тяжело ранен, чтобы подпрыгивать от радости.
– Что вы здесь забыли? – Изо рта Аарванда выскакивали искры, а из ноздрей повалил пар. Интересно, откуда у него взялись на это силы.
– Если ты сейчас перевоплотишься, у нас возникнет проблема, – попыталась успокоить его я. – Драконом мы тебя точно незаметно не уведем.
– Я слишком слаб для превращения, – простонал он, стоило Маэль переключиться на другую глубокую рану и нанести на нее мазь. Глаза у него закрылись.
– Оставайся в сознании, – велела я. – Тебе нельзя засыпать. Расскажи мне что-нибудь, но сильно не напрягайся.
– Они действительно убили Калеба? – спросил Аарванд, и из уголка его глаза скатилась слезинка.
Это было еще хуже, чем все остальное.
– Нет, – прошептала я, нагнувшись к его губам. – Нет. Он жив.
Его облегчение оказалось настолько всепоглощающим, что растворило весь гнев. Он повернул голову так, чтобы уткнуться лицом мне в живот. И я больше чувствовала, чем слышала его рыдания. О том, что его брат, скорее всего, уже никогда не сможет принять человеческое обличье, мы сможем рассказать ему и позже.
Аарванд резко втянул в себя воздух, когда Маэль начала очищать огромную рану у него на животе. Эта была еще крупнее и глубже, чем прочие, и она скрепила ее края пластырями. Надолго их не хватит. Многие нужно будет зашивать. Что они только с ним сделали? С каждой промытой и закрытой моей сестрой раной его жизненные силы словно возрастали. Если мы вытащим Аарванда отсюда, то его сверхмощные способности к выздоровлению позаботятся о том, чтобы все зажило.
– Почему вы просто не воспользовались камнем? – выругался он, когда Маэль прилепила маленький кусок пластыря на его разбитую бровь.
– Потому что я не могла обречь тебя на такую судьбу, – ответила я.
– А вы хоть задумались о том, что это ловушка и Регулюс рассчитывает на то, что ты придешь?
– Ну, это никак не отменяет того факта, что просто так мы бы тебя ему не отдали. – Пока он со мной ругался, оставался в сознании.
– Почему вы, ведьмы, такие упрямые?
– Почему ты вообще еще споришь, если ты при смерти? – парировала я, а сама хотела его поцеловать.
– Аарванд, на твоем месте я бы лучше лежал спокойно, – позволил себе вмешаться Юри. – Дай девушкам сделать все что нужно и забрать тебя отсюда.
– Тебя мы тоже заберем, – проинформировала его Маэль. – Еще раз мы тебя тут не оставим.
– Вы хотите взять меня с собой? – Недоверие в голосе Юри сложно было не услышать. – Почему?
– Потому что никто такого не заслуживает, – сказала я и указала на длинный грязный коридор. – И потому что ты поддерживал Эйдена. Ты согласен?
Он неуверенно кивнул, однако в глазах уже зажглась надежда.
– И как вы собираетесь это устроить?
– Как раз думаем над этим.
– Почему ты вообще вдруг заговорил? – спросила я дракона удачи.
– Фортунаты даже в своей драконьей форме общаются не мысленно, – пояснил он, и это прозвучало чуть ли не с гордостью. – Когда я не смог перевоплотиться обратно, то решил, что будет умнее заставить всех поверить, что и голоса я тоже лишился. Было не сложно, потому что Регулюс и меня пытал.
– Но он оставил тебя в живых.
– Видимо, это часть моего наказания, – грустно ответил он. – Либо он просто-напросто про меня забыл.
– Что изначально входило в ваш грандиозный план? – мрачно перебил нас Аарванд и, как ни странно, встал на колени. После драки с Белым драконом он был истощен куда больше. Вероятно, из-за того, что в той битве участвовала магия. – Попасть внутрь, может, было и легко… – Он застонал, попытавшись выпрямиться. Наблюдать, как он старался не показывать нам, как ему больно, оказалось ужасно. Хватая ртом воздух, Аарванд застыл на четвереньках. Надо вывести его из клетки.
– Merde, – вырвалось у Маэль. – У тебя на спине огромная рана, я должна ее зашить. – Она ощупала ее пальцами, и меня замутило при виде крови из этой раны, такой широкой и открытой, что из-под мяса торчали кости. – Тут внутри я не могу колдовать, поэтому просто тебя перевяжу. Со всем остальным разберемся позже.
Аарванд издал грубый смешок.
– Будет только одно «позже», в котором Регулюс заставит меня смотреть на то, как он пытает вас обеих.
– Немножко оптимизма не повредило бы, – проворчала Маэль, вытаскивая свернутый бинт из своей сумки и начиная обматывать им торс Аарванда.
– Держись за меня, – попросила его я. – Иначе ты сейчас снова упадешь.
Ему потребовались все оставшиеся силы, чтобы положить свои мускулистые руки мне на плечи и устроить голову в изгибе моей шеи.
Я осторожно гладила те немногочисленные места на его ребрах, где не было травм. Дышал Аарванд горячо и хрипло. Он весь горел, и никакие слова не скроют, как ему плохо.
– Все будет хорошо, – нашептывала я. – До свадьбы заживет, от ран и следа не останется, а парочку шрамов потом сможешь показывать детям и хвастаться.
– Это должно меня отвлечь? – рыкнул он. – Я никогда не женюсь.
– Нет, женишься. Твой народ ждет этого от тебя.
– Это предложение? Ты останешься со мной? – Теперь я почувствовала, как его губы скользнули по моей шее. Пальцы сильно вжались мне в кожу, когда Маэль завязала концы бинтов. – Тогда я еще раз подумаю насчет детей. Самое большее удовольствие мне доставит с тобой…
– Готово, – сказала Маэль и прервала его в тот момент, когда у меня совершенно неподходящим образом от желания сжались мышцы живота. – Тут, конечно, еще куча работы, но так тебя можно перемещать, если не будешь слишком активно двигаться.
На мою удачу, это избавило меня от ответа. Однако я не могла не заметить настойчивый взгляд Аарванда, когда он поднял голову. От жара глаза у него блестели оттенком, напоминающим жидкий мед. Он опирался на меня и Маэль, пока мы помогали ему подняться. И при этом прикусил губу до крови, но не издал ни единого звука. Мы прислонили его к решетке, потом Маэль аккуратно отпустила Аарванда и побежала к камере Юри. Я продолжала держать его и старалась не причинять боль своими объятиями.
– Мы должны поторопиться, – выдохнул Аарванд с закрытыми глазами. В голосе прозвучало смирение, но он хотя бы больше не сопротивлялся. – На рассвете Регулюс хотел вернуться и проверить, жив ли я еще.
– Солнце уже встало, – тихо произнесла я. Мысль о том, что сюда в любой момент мог заявиться верховный король, внушала ужас. Аарванд прав, приходить сюда было самоубийством, однако другого выбора у меня не оставалось.
– Нужно добраться до круга из камней. Там нас ждут Тирза и Тарон.
Он шокированно распахнул глаза и раскрыл рот.
– И прежде чем ты на них нападешь, – опередила его я, – прискакать сюда на них было самым быстрым способом попасть в Мораду.
– Я сошлю этих двоих в шахты в наказание за то, что они привезли вас сюда, – процедил Аарванд сквозь сжатые зубы.
– Они так и думают. Но, к сожалению, вынуждена тебе сообщить, что я навязала им свою волю. Есть такие ведьмовские штучки, которые помогают нам добиваться своего. С тобой тоже уже явно это случалось. Вы, бедные демоны, потом совершаете то, чего совсем не хотели.
Демон презрительно фыркнул и прислонился лбом к моему лбу.
– Если ты попадешь к нему в лапы… – Он осекся, но задрожал всем телом.
К счастью, зарешеченная дверь Юри открылась, и Аарванд не договорил, что со мной сделает Регулюс. Под свитером у меня образовался громадный синяк от ударов Маррока, и ребра тоже болели, однако это не шло ни в какое сравнение с тем, что еще со мной способен сотворить верховный король. Длинное, покрытое белой шкурой тело Юри выскользнуло наружу. Впервые я увидела, насколько на самом деле огромен дракон удачи. Лапы напоминали собачьи, только очень короткие. Тем не менее двигался он с изяществом ящерицы. Мягкой, мохнатой ящерицы. Лишь белые чешуйки на хвосте не особенно вписывались. Он поднял голову и навострил уши.
– Смена караула, – сказал Юри. – Нужно этим воспользоваться.
– У меня не получится сделать невидимыми нас четверых, – произнесла я. – Но я могу скрыть вас с Аарвандом в тумане, на какое-то время должно сработать. Сейчас раннее утро, и на улице сырость. Ты его донесешь? – Я пыталась поддерживать Аарванда и одновременно надевать на него свой плащ, чтобы защитить раны. Кроме того, несмотря на пышущий от него жар, его трясло.
– Я не сяду на фортуната, – запротестовал он.
– Еще как сядешь, и если тебе улыбнется удача, то дракон удачи вытащит тебя отсюда живым, – ответила вместо меня Маэль.
– Мы с Маэль вернемся обратно на Тирзе и Тароне. Тебе нужно собственное транспортное средство, поэтому не выпендривайся. – Я бросила требовательный взгляд на Маэль. Мы вели Аарванда, которому еле хватило сил сделать три шага, пока он буквально не рухнул на спину Юри.
– Он свалится, – прошептала Маэль. – Так не пойдет.
– Тогда тебе придется его держать, – решительно заявила я. – Когда поднимемся наверх, у меня как раз хватит магии наколдовать туман.
На этих словах Аарванд впился пальцами в мех Юри и сел прямо.
– Я останусь здесь, а вы исчезнете. Живо.
Я стиснула зубы.
– Садись позади него, – скомандовала я Маэль.
Та забралась на дракона и положила руки на спину Аарванда:
– Сиди тихо и не закатывай сцен! – прикрикнула на него она. – Или я тебя свяжу. Не надо разыгрывать из себя героя, магия пригодится для более важных вещей, если тут действительно объявится Регулюс. Так что не создавай нам сложностей.
Аарванд зарычал, но больше не дергался. Юри повернул голову в мою сторону. Глядя на меня своими большими круглыми глазами, он ждал приказа.
– Двоих я выдержу, – произнес фортунат, и я поняла, что он тем самым хотел мне сказать. Юри считал, что сумеет сберечь их обоих. Трех человек ему не донести, да и даже двое после долгих лет в плену – настоящее испытание. Но он полагался на свою удачу.
– Идем. Я буду сразу за вами. Нам нужно кратчайшим путем попасть наверх и как можно быстрее выбраться из крепости.

Глава 23

Юри направился вперед, и я с трудом за ним поспевала. Я не рассчитывала на то, что он такой быстрый, однако фортунат пополз по полу и взобрался по ступеням. Перед выходом из темницы он притормозил. По ту сторону тянулся длинный коридор. Нам предстояло пересечь его, чтобы выйти к лестнице, в конце которой находилась дверь во внутренний двор.
– Ascenda nebularis . – Тонкое облако тумана поднялось от квадратных каменных плит, покрывающих пол, и окутало тело Юри, Аарванда и Маэль.
Я приоткрыла дверь на щелочку и выглянула наружу. В другом конце коридора из-за угла вышли два вооруженных до зубов охранника, а за ними следовала небольшая армия. Жуткие создания из ночных кошмаров с оскаленными зубами, острыми когтями и жаждой убийства в глазах. Во главе их шагал Регулюс, пока что в человеческом облике, но это лишь делало ситуацию еще более пугающей. Я очень тихо закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Безумие. Аарванд прав. Придя сюда, мы буквально стали смертниками. Я вообще не имела права подвергать такой опасности Маэль. Теперь нужно позаботиться о том, чтобы она, Юри и Аарванд выжили. Закрыв глаза, я лихорадочно соображала, какие у нас есть варианты.
– Я останусь, – мягко произнес позади меня Аарванд. – Попрошу его сохранить вам жизнь, а в ответ соглашусь выполнить все, что он потребует. Ты испробовала все что могла. Залезай на Юри и попробуйте сбежать. Всё нормально, Вианна. Я уже давно готов принять свою судьбу, и теперь ты должна принять свою.
– Ну уж нет, – откликнулась я. Это даже не рассматривалось, я порадовалась, что сейчас он не в состоянии осуществить свой дурацкий план.
Маэль крепко держала его, даже когда Аарванд попытался соскользнуть со спины Юри.
– Не прикидывайся жертвенным ягненком, – отрезала она, и голос сестры подрагивал от страха. Мы в безвыходном положении. – Либо идем все, либо никто.
– Если к нему попаду я, то Регулюс оставит меня в живых, – заявила я относительно твердым тоном, – и заставит принести ему Кубок призыва, чтобы он стал бессмертным. Вас же он сразу убьет. А у меня все равно будет шанс сбежать, и победить я ему не дам.
– Речь уже не о том, чтобы победить, – ответил Аарванд. На этих словах его глаза сверкнули золотом. – А лишь о том, чтобы выжить, и ты должна выжить. Ты и Маэль. Только вы вместе, три сестры, сумеете исполнить предназначение камня.
– И мы это сделаем. – Я больше не могла с ним спорить. Регулюс ждал нас снаружи. Я ощущала его злобу и жадность. Она проникала сквозь щель под дверью. Он затаился на той стороне, так как точно знал, что я приду. – Маэль, ты готова?
Сестра кивнула. Коридор за дверью был примерно метров десять в длину. Я вытащила меч из ножен за спиной. Если Юри удастся выбраться из замка, он унесет Аарванда и Маэль. Мне оставалось лишь надеяться, что Маэль удастся отбиться от грифонов, поскольку они наверняка будут их преследовать.
– Нет. – Теперь голос Аарванда звучал как мольба, но я закрыла уши и сердце.
Затем усилила колдовской туман, спрятала его, стала невидимой и открыла дверь. Демоны видели только тьму и тени, потому что туман, который хлынул им навстречу, был цвета глубочайшей ночи. Они отпрянули, однако Регулюс прокричал первый приказ. Хотя его люди и не могли различить, что скрывалось в тумане, один из них все равно приготовил стрелу и лук, а другой – свой меч. Между ног фурки пролез синий волк. Демоница-паучиха выстрелила в нас паутиной, которую я разрубила мечом еще в воздухе.
– Юри, взлетай, – велела я. – Отнеси их домой.
Ярость Аарванда, его несгибаемая воля и стремление меня защитить нахлынули на меня, как волна. Он никогда не бросит меня, если я его не заставлю.
– Alligio dupli , – шепнула я, и длинная шерсть дракона удачи обвила ноги Маэль и Аарванда. Он возненавидит меня за это. Но с его ненавистью я жить смогу, с его смертью – нет. Юри, укутанный в темный свет, полетел по широкому коридору. С луков срывались стрелы. Паучиха вновь выбрасывала в темноту свои нити. Раздался стон и хрип, однако Юри продвигался дальше. Маэль швыряла в демонов молнии, но, как и следовало ожидать, заклинания от них отскакивали. Я, все еще невидимая, прижалась к стене. Никто не знал, что меня нет на драконе удачи. Огромный тролль, вооруженный дубиной, возник в проходе и заблокировал его.
– Merde, – выругалась я. Только что у меня еще была надежда, что у них все получится. Дубинка понеслась по воздуху прямо в туман.
– Volanta . – Возможно, против тролля моя магия и бессильна, но свое оружие он точно не смазывал самарием. Дубинка выскочила у него из рук и полетела ко мне. Юри успел свернуть, и она его только задела. Издав болезненный возглас, он завалился в сторону. Вдруг из тумана показался его белый хвост. Костлявый демон подпрыгнул, чтобы за него ухватиться. Я уронила ему на череп дубинку. Вопли и яркое зрелище привлекали все больше демонов. Пока я лихорадочно соображала, что нам предпринять, Юри своей крупной мохнатой головой ударил в одно из арочных окон. Битое стекло брызнуло на демонов, но и у фортуната шла кровь. Один осколок торчал прямо у него над глазом, однако он ударил второй раз и вырвался на волю.
Темный туман развеялся, и теперь каждый смог увидеть, кто сидел у него на спине. Прижавшись к стене, я целиком сконцентрировалась на том, чтобы сохранять невидимость. Через разбитое окно вслед дракону удачи понеслось бесчисленное множество стрел, и тем не менее Юри им достать не удалось. Он на мгновение завис в воздухе и оглянулся.
– Лети, – беззвучно прошептала я. – Спаси их. – Он бы никак не сумел услышать меня на таком расстоянии, но отвернулся и улетел прочь. Он доставит в безопасное место Аарванда и Маэль. А сейчас и мне пора убираться отсюда. Два синих волка обнюхали мои ноги. Животные зарычали, а полоски у них на спинах окрасились в золотой.
Проигнорировав их, я устремила взгляд на Регулюса, который шел с обнаженным мечом прямо ко мне. Он знал, что я здесь, но не видел и был абсолютно уверен, что я попробую убить его с помощью магии. Вот только я этого делать не собиралась. Его люди научили меня обращаться с мечом. Так что в том, что скоро случится, виноват он сам. Я перехватила рукоять оружия.
– Покажись. Аарванд бросил тебя одну? – пытался спровоцировать меня Регулюс. – Воспользовался помощью маленькой девочки? – Он издевательски расхохотался, и его солдаты засмеялись с ним в унисон. – Такой уж он – предатель. Ему нельзя доверять. Его отец был таким же. Яблоко от яблони недалеко падает. Он хотел оспорить мое право на трон. Пришлось его убить. – Он сделал выпад мечом туда, где я только что стояла. Но я уже находилась на другой стороне коридора. Синие волки зарычали громче и последовали за мной, а Регулюс перекинулся в форму вендиго. – С дороги, – проревел он своим людям, которые немедленно отодвинулись в дальний конец коридора. – Она моя. Я сделаю ее покорной. Это совсем не больно, если не будешь брыкаться. – Затем его волосы исчезли, и над высоким лбом проступила болезненного вида желтоватая кожа. С острых зубов закапала слюна, а глаза неестественно вылезли из орбит. Длинная свисающая рука вытянулась, чтобы меня схватить. Его меч со звоном упал на пол, когда верховный король сделал шаг ко мне, но я увернулась. Он понюхал воздух вокруг.
Покрывшейся потом кожей я буквально ощущала его жажду крови и возбуждение. Его воины опять приблизились. Из пальцев Регулюса показались когти. Отвлекшись на чей-то визг, я тут же получила затрещину. В голове зазвенело. Заклятие невидимости дрогнуло, когда когти распороли щеку. Меч выпал у меня из рук.
«А вот и ты»,  – почти ласково прошептал Регулюс у меня в подсознании.
От страха меня словно парализовало. Он воспользовался моментом и пнул меня ногой в живот. Удар выбил весь воздух из легких. Я осела на пол и старалась снова натянуть на себя невидимость. Уползала от него на подгибающихся ногах. Вслед мне неслись крики и рев. Глупо было верить, что мне удастся одолеть его в одиночку.
Взгляд вендиго пронизывал завесу, которая лишь едва скрывала меня от него, и в моих жилах стыла кровь.
«Тебе от меня не уйти,  – протянул Регулюс. – Я сломаю тебя, и ты будешь есть у меня с рук. Заберешь у богинь Кубок призыва и отдашь мне, а если не сделаешь этого, то я займусь твоими сестрами. Никто не сможет их от меня защитить». 
Я продолжала отползать еще дальше. Разум велел мне встать и сразиться с ним. Пока я жива, он еще не победил. Но руки и ноги меня не слушались. Кожу покалывало, легкие горели, как будто я пробежала несколько километров.
«Ты сможешь,  – вдруг раздался женский голос. Он не принадлежал ни одному из демонов. – Если по-настоящему захочешь, то сможешь с ним справиться. Все зависит только от тебя». 
Я наклонила голову, чтобы выяснить, это страх сыграл со мной злую шутку или там действительно кто-то был. Как ни странно, голос напоминал мне Моргану, сестру короля Артура. Быть не могло, чтобы она пришла мне на помощь из такого далекого прошлого.
«Мы наделили всеми необходимыми дарами, –  вмешалась вторая женщина. – Ты – это мы, а мы – это ты». 
Следующий голос прозвучал нетерпеливо:
«Пришла пора все-таки ими воспользоваться».  – Арианрод! Ее я мгновенно узнала. Богини со мной, и они чертовски правы!
– Вианна, – позвала меня Эме. – Сделай то, что должна. Мы рядом. И всегда будем. – Колдовской глаз тут же раскрылся, и я увидела сестру во дворце Аарванда. Она склонилась над своим хрустальным шаром, через который установила со мной контакт. Эме твердо взглянула мне в глаза и улыбнулась. – Ты освободишь нас всех. – Секунду мы просто смотрели друг на друга. Я почувствовала ее мужество и веру, которые она вселила и в меня.
И я не разочарую своих сестер. Одержу ли я победу или проиграю – все это только в моих руках. Меня охватила неудержимая ярость. Ярость на Регулюса и на саму себя, потому что я все это допустила. Потому что все еще панически его боялась и тем самым мешала себе же. Может, его мне с помощью магии и не победить, но я сумею разрушить его замок. Я прижала ладони к холодным каменным плитам. Сейчас я ему покажу, с кем он связался.
«Да»,  – захихикала Арианрод, а затем я почувствовала магию, которую богини даровали мне еще несколько месяцев назад. Эта мощь пугала, но теперь я позволила ей беспрепятственно течь сквозь меня. Отпустила ее, развязала. Волосы у меня загорелись. Из рук хлынула вода. Дыхание превратилось в ураган, а земля подо мной вздыбилась. Демоны издавали резкие вопли. Они покачнулись, когда замок сотряс сильный толчок, и ухватились друг за друга, чтобы не упасть. Регулюс вцепился в подоконник. Толстый корень дерева врезался в оконное стекло, и оно рассыпалось на тысячу осколков. Демоны отталкивали друг друга с дороги в попытке убежать, когда корень направился к ним. Тролль оказался недостаточно быстр, и он обвился вокруг его шеи. Рывок, и тот упал на пол как срубленное дерево. Я нашептывала заклинания, которых прежде не знала. Напевала мотив неизвестной мелодии и приводила в движение все вокруг, чтобы помочь себе в этом бою. Сила и могущество моей семьи и бесчисленного множества других поколений ведьм устремились в меня. Они делились со мной знанием и силой.
– Бойтесь меня, – прошептала я, чтобы демоны меня поняли. – Если не хотите умереть, то бегите так далеко, как только можете. – Я выдохнула, и все стекла в замке взорвались.
Мой взгляд обратился к Регулюсу, который до сих пор стоял в обличье вендиго. Меня накрыло мрачное удовлетворение. Он меня недооценил. Он недооценил силу, которой наделили меня богини и все мои предки, чтобы уничтожить его. Я и сама себя недооценила.
Под кожей горел огонь. Руны на руках пылали, когда я шагнула к нему. Мне нужен меч. Я обвела взглядом коридор. Оружие лежало в десяти метрах от меня, а над ним стоял последний демон, который не покинул Регулюса. Рэйланд поддел клинок ногой, и тот скользнул ко мне. Затем воин развернулся и убежал. Я схватила меч. Регулюс сделал два шага назад, но лезвие уже проткнуло его грудную клетку, как масло. Он взвыл, а из раны хлынула зеленая кровь. Те немногие, кто еще оставался неподалеку, наконец обратились в бегство. Мой колдовской глаз распознавал защитный эффект самария, который окружал короля. Он не пропустит магию, однако был один участок, в котором он не действовал, и это оказалась открывшаяся у него на груди рана, под которой находилось его сердце. Я вскинула руки. Его конец настал. Регулюс еще этого не осознавал, но вся моя магия требовала убить его и покарать. Во мне накапливалась тьма. Один-единственный раз я произнесу смертельное заклинание. Один раз и никогда больше. Но он это заслужил.
– Mortis maledicta , – воскликнула я, когда верховный король прыгнул на меня. Проклятие понеслось к нему, заливая коридор ослепительно-белым светом, врезалось в тело Регулюса и разорвало его в воздухе еще до того, как он успел меня схватить. Я закрыла глаза и создала воздушную стену между собой и его останками, разлетевшимися во все стороны.
От последнего рева Регулюса у меня лопнула барабанная перепонка. Весь замок затрясся. Одна каменная плита откололась от потолка и разбилась передо мной. Я бросилась к одному из разбитых окон, перелезла через подоконник и прыгнула. А упав на землю, завопила от боли в плече. Вокруг меня пробегали демоны, на меня практически никто не обращал внимания. Крепость Регулюса зашаталась. Камни и кирпичи посыпались во двор. Я поднялась на ноги и рванула к маленькой двери, надеясь, что Тарон и Тирза еще ждали меня. Мимо меня просвистела стрела, а за ней еще одна. Следующая оцарапала мне плечо, но в этот момент я уже распахнула дверь. Двое келпи стояли прямо за ней и били огненными копытами. Их гривы и хвосты пылали. На бегу я запрыгнула на Тарона, крепко вцепилась в него и заорала:
– Беги!
Позади нас с грохотом рухнул замок.

* * *

Измотанная, но с чувством облегчения, я соскользнула со спины Тарона на сырой песок, радуясь, что ноги подо мной не подогнулись. Тирза и Тарон перевоплотились в людей и теперь смотрели на меня с настоящим благоговением, хотя пламя уже потухло и я выглядела, скорее, как мокрая кошка. Щека болела от когтей Регулюса, а живот – от его удара, но все эти раны заживут. На пляже оказалось пусто, Калеб тоже исчез. Я надеялась, что это хороший знак. Не очень хорошим был тот факт, что очень, очень злой Аарванд до сих пор сидел привязанным к спине Юри.
– Приведите помощь из замка, – попросила я обоих келпи, и они с опущенными головами пробежали мимо своего князя. Мне тоже больше всего хотелось последовать за ними, однако чем быстрее я с этим разберусь, тем лучше.
– Я не могла его освободить, – проинформировала меня Маэль, – потому что он пытался превратиться, чтобы полететь за тобой, а у него бы на это сил не хватило. Но, как и все мужчины, он, естественно, меня не слушал. – Легкомысленные фразочки не скрывали ее тревоги. – Ты в порядке? – спросила она дрожащим голосом. А когда я кивнула, бросилась ко мне и обняла. – Если в следующий раз ты прогонишь меня, а сама останешься сражаться, я… не знаю, что я сделаю, но больше никогда меня так не пугай.
К моему ужасу, Маэль разрыдалась. Из всего хаоса и всех кошмаров, которые мы пережили, это казалось самым невозможным. В последний раз я видела Маэль так сильно плачущей, когда в тринадцать лет Лоран свалился с дерева и сломал себе ногу. Сестра ревела не от страха за друга, а от ярости на то, что в то время у нее еще не хватало сил его исцелить. Так или иначе, а Лоран получил по заслугам. На это дерево он забрался, чтобы подсмотреть за купающейся Констанс, а Маэль его подсадила. Было ужасно сейчас держать ее, бесконтрольно рыдающую, в своих объятиях и смотреть, как рушился ее так тщательно охраняемый фасад.
– Со мной всё хорошо. – Я погладила сестру по спине. – Правда. Регулюс мертв. Он больше не сможет нам навредить. Он больше никому не навредит. Все позади.
Маэль отстранилась от меня и смущенно вытерла щеки.
– Он мертв?! – недоверчиво повторила она. – Ты его убила?
Я кивнула. Каким бы невероятным это ни казалось – я уничтожила верховного короля. Но он того заслуживал. У меня все еще тряслись пальцы. Смертельное проклятие было не из тех вещей, которыми ведьмы опрометчиво разбрасывались. Глубоко в душе я всегда знала, что мне предстояло отправить Регулюса на тот свет.
– Вианна, освободи меня, – прорычал Аарванд. – Немедленно. Нам двоим надо кое-что обсудить.
– Это сестринский момент, князь. Она только что спасла нам жизнь. Разве ты не слышал, что верховный король мертв? – подал голос Юри, а я не сдержала смех и вместе с тем начала плакать.
Битва пока не окончена. Последнее и самое сложное испытание еще впереди. Я выросла, веря, что демоны – ужасные создания, но это была неправда. Они не идеальны, но то же можно сказать и о людях, и об одаренных. Среди всех трех видов встречались добрые и жестокие представители. Богини поровну разделили свои дары. Хотелось бы мне, чтобы демоны, которых я любила, навсегда остались в моей жизни. Но…
– Вианна, пожалуйста. – Голос Аарванда звучал уже не сердито, а скорее нежно и соблазнительно. Когда я его отпущу… От вспыхнувших в голове картинок у меня покраснели щеки. У нас осталось так мало времени вместе, а он все еще сильно ранен.
Я взмахнула рукой, и связывающее заклинание развеялось. Он впился в меня взглядом, и там я увидела все, что он собирался со мной сделать. Предвкушение покалывало мне кожу, как пузырьки колдовского лимонада Маэль, который она готовила только по особым поводам. Грохот копыт отвлек мое внимание. К берегу неслось трое лошадей.
– О-оу, – сказала Маэль. – Лучше мне исчезнуть. Увидимся внутри! – крикнула она Аарванду. – Я загляну и обработаю тебе раны. – С этими словами сестра рванула к замку.
Но далеко не убежала. Эйден, сидевший на одной из лошадей, на полном скаку затащил ее на своего коня. Наверняка не обошлось без заклинания, судя по тому, как быстро все случилось. Затем он развернул своего жеребца и поехал в лес. Маэль брыкалась и кричала, и я всерьез задумалась, не догнать ли их.
– Ты останешься здесь, – велел Аарванд. – Ему давно надо было это сделать.
Осторожными шагами я приблизилась к нему.
– Похитить ее и взять в плен?
Я ясно видела, как он скривился от боли, пока слезал с Юри. И оказавшись возле него, лишь на две секунды опередила Эша и Лорана, сидевших на двух других лошадях.
– Как думаешь, Маэль нужна наша помощь? – спросил Лоран и покосился сначала на меня, а потом на Аарванда.
– Здесь вы больше пригодитесь.
– Я не позволю нести меня в мой собственный замок, – сообщил нам Аарванд.
Эш притянул меня к себе и крепко обнял.
– Ты действительно вернула его себе, – шепнул он мне на ухо. – Надеюсь, ты об этом не пожалеешь. Он слегка властный и привык, что его приказам подчиняются.
Я не стала ему напоминать, что использовать свою власть со мной Аарванд сможет не особенно долго, потому что не хотела сейчас об этом думать. Мы одолели одного врага, а второй висел над нами как дамоклов меч. Однако с самого начала самым злейшим нашим врагом было время, и теперь часы тикали.
Я тяжело сглотнула.
– Пойдемте внутрь. Тут холодно, а ему надо в постель.
Брови Аарванда подпрыгнули вверх. Тем не менее он позволил мне обхватить его одной рукой, а Лорану поддержать его с другой стороны. По пути во дворец я рассказывала ребятам, что случилось за последние пару часов.
– Вы спасли Калеба Песнью стражей? – удивился Эш. – Мне бы и в голову не пришло, что на Керисе она тоже сработает.
– А почему нет? Не такие уж мы и разные, и страж принял круг силы демонов.
– Любопытно, – только и ответил Эш.
– Единственное, чего мы не знаем, – это трансформируется ли Калеб обратно, – призналась я. – Он был так серьезно ранен.
Пальцы Аарванда сжались у меня на плече. Лишь это выражение эмоций он себе и позволил, в остальном же у него на лице не дрогнул ни один мускул. Ему было трудно идти, и каждый шаг причинял боль, однако он практически не подавал виду. Очевидно, процесс самоисцеления ускорила его злость на меня. Или страх.
Мы уже почти добрались до замка, как вдруг ворота распахнулись и оттуда вылетела Нэа. Позади нее двор наводнили прочие обитатели дворца. Я и так уже удивлялась, почему их не оказалось на берегу, но, вероятно, только Тирза и Тарон принесли им благую весть о том, что мы возвратились. Нэа выглядела так, словно собиралась броситься брату на шею, однако передумала, заметив его раны. Она лишь накрыла ладонью его щеку и храбро улыбнулась:
– Ты вернулся.
На мгновение я испугалась, что Аарванд сейчас разразится слезами перед всеми собравшимися придворными, настолько велико оказалось его облегчение при виде младшей сестренки. Но Серена взяла командование на себя. Двоим стражам было приказано доставить князя в его покои, других прогнали, чтобы принести ему лекарства и привести лекарей, а третьей группе она велела подать в зал еду и напитки, потому что сегодня ночью никто не ляжет спать, пока не станет ясно, что князь здоров.
Я высматривала Эме, однако никак не могла разглядеть ее среди толпы демонов. Тарон и Тирза повели Лорана и Эша в зал. Потом я заметила Вегу, которой, судя по всему, уже скоро рожать, и помахала ей. Она улыбнулась и приняла помощь первого офицера Аарванда, который усадил ее на диван, а потом принес попить. Кто-то предложил мне бокал вина, но я покачала головой и медленно пошла вверх по лестнице. Мне нужна ванна, покой, а потом мне нужен Аарванд.
К моему удивлению, в нашей комнате я обнаружила Серену. Она как раз готовила мне ванну.
– Ты умеешь читать мысли?
Русалка лукаво ухмыльнулась:
– Нет, но Аарванд приказал мне позаботиться о тебе. С нашими врачами он в надежных руках.
– Где Эме? – спросила я.
На ее лице отразилась печаль.
– В комнате Калеба. Я взяла на себя смелость дать ей кое-что, чтобы она поспала. Она непременно хотела дождаться вашего возвращения, но… Надеюсь, она на меня не обидится.
– Эме никогда ни на кого не обижается. – Я опустилась в теплую воду. – А где Калеб? – осторожно задала я следующий вопрос.
Вздохнув, Серена села на стул рядом с ванной и протянула мне кусок пахнувшего лимоном мыла.
– Мы не знаем. Но он жив, – поспешно добавила она, увидев мое перепуганное лицо. – Вы спасли нашего принца и нашего князя. – Впервые ее голос звучал почтительно и в то же время растроганно. – Мы бы никогда и не подумали, что такое возможно. Мы всегда верили, что ведьмы – злобные существа. Этого мы никогда о вас не забудем.
Я тихо засмеялась.
– Мы то же самое думали о вас. – Будут ли они когда-нибудь рассказывать своим детям и внукам, что где-то существовал другой мир, в котором жили иные создания, которые были их друзьями? Я бы сделала так, если бы у меня появились дети, что без Аарванда казалось невозможным.
– Безумие, правда? – задумчиво спросила Серена.
– Не самое безумное, что со мной произошло за последние несколько месяцев. И все-таки где Калеб?
– Если демон теряет способность превратиться обратно, иногда это хуже, чем смерть, – тихо объяснила она. – Я не хочу тем самым сказать, что вы поступили неправильно, когда его спасли. Но сперва ему нужно свыкнуться с этой мыслью. На это потребуется время.
– У Эме больше нет времени.
– Знаю. – Она глубоко вздохнула. – Возможно, он вернется, чтобы попрощаться.
– Я бы очень советовала ему так и сделать.
Мылась я очень осторожно из-за ссадин и синяков, а затем переоделась в удобные вещи, которые подобрала мне Серена. Русалка собралась уходить, чтобы посмотреть, как дела в зале.
– Покои Аарванда, кстати, ниже по коридору и направо, – пропела она на ходу. – Если ты захочешь проверить, хорошо ли с ним обращаются наши лекари.

* * *

Я медленно шла вдоль по коридору. Из-за открытой двери доносились тихие голоса и просачивался свет. Я вошла в комнату, пересекла своего рода гостиную. Она была аккуратно обставлена уютными диванами, книжными стеллажами и плотными шторами, а под окном стоял письменный стол. В камине горел огонь, и повсюду лежали книги. Взяв в руки одну из них, я усмехнулась. «Наследие Мерлина», – значилось на обложке. Книга из библиотеки Ложи. Я прошагала дальше к следующей двери и прислонилась к дверному косяку. Трое целителей стояли вокруг огромной кровати. Грудь Аарванда была перебинтована, мелкие рваные раны на лице – зашиты, а рука висела на перевязи. Из одежды на нем оказались только штаны, которые оставляли слишком мало простора для воображения, какими бы широкими они ни были. В данный момент один из лекарей пытался убедить князя выпить снотворное, которое также облегчило бы боль, как вдруг Аарванд увидел меня. У него заблестели глаза.
– Вон, – сказал он врачу, – и заберите с собой эту ерунду.
– Но, – начал другой, однако потом заметил меня. – Хорошо-хорошо, – пробормотал он. Им потребовалось лишь несколько секунд, чтобы собрать свои вещи и торопливо пройти мимо меня.
Аарванд ни на секунду не спускал с меня глаз. Когда мы остались одни, я подняла книгу:
– Ты ее стащил?
– Эйден дал почитать. У нас одинаковые вкусы в книгах. Ты не знала?
Я медленно направилась к нему.
– Вы организовали книжный клуб?
– У нас времени не хватило, но это отличная идея на будущее. – Он осекся. Не будет будущего, в котором эти двое усядутся в библиотеке, чтобы вместе почитать. Нам нельзя тянуть с разделением, а один или два месяца в конце концов сделают все только хуже.
Сев на край кровати, я осторожно погладила бинты у него на груди.
– Все это исчезнет, – мягко проговорил он. – Мои способности к самовосстановлению слегка перегружены, но останется всего парочка шрамов.
– Почему ты не обратился в дракона, когда Регулюс напал на нас в саду?
Я видела, как он сглотнул, прежде чем ответить:
– Слишком боялся судьбы, постигшей Калеба. Мысль о том, чтобы навсегда стать драконом и больше не иметь возможности к тебе прикоснуться, была невыносима, да это ничего бы и не изменило. После битвы с Белым драконом я чересчур ослаб.
– Кею нужно было сражаться не с тобой. Все получилось так бессмысленно. Только потому, что он не знал, что, в общем и целом, вы стояли на одной стороне.
– Иногда бывает лучше поговорить друг с другом, – тихо сказал Аарванд. – Так удалось бы избежать многих конфликтов.
Я кивнула:
– Нам стоило оставить камень там. Тогда бы всего этого не случилось. Артур воспользовался бы им полторы тысячи лет назад, и сейчас бы никто не умер. Мы поступили в точности так, как от нас ожидал Мерлин. Лишь из-за нас Артуру пришлось уступить требованию Мерлина насчет Пакта. Это обеспечило магу запас времени. Мы изменили будущее.
– Конечно, изменили, – негромко произнес он, как будто эти умозаключения не оказались для него в новинку. – Но Артур не сумел бы использовать камень. На это способны лишь вы с сестрами. Богини создали камень не для того, чтобы разъединить миры полторы тысячи лет назад. Они надеялись, что наши народы найдут способ ужиться вместе.
– Тут они определенно просчитались. – Я потерла рукой лоб. – И потом еще момент с Элейной. Она увидела меня и Моргану в одном обличье. Это и навело ее на идею соблазнить Ланселота под личиной Гвиневры. Я ранила Гвиневру, сама того не желая. Как бы мне хотелось сделать что-то для них двоих.
– Ты уже сделала. Поддержала ее.
Я устроилась поудобнее, а он слегка подвинулся в сторону.
– Но этого слишком мало. Она была так несчастна. Почему тогда в Гламоргане ты говорил мне, что Ланселот думал только о себе? Это же не так. Он ее любил.
Аарванда взял мою ладонь в свои.
– Если бы он держался от Гвиневры на расстоянии, то у нее появился бы шанс стать счастливой с Артуром. Но он так сильно желал ее, а она не смогла перед ним устоять.
– Он спас ей жизнь. Дважды. Тут уж у девушки вряд ли есть хоть какой-то шанс не влюбиться.
Его губы изогнулись в улыбке.
– Ах вот оно что? – Чуть наклонившись ко мне, он отвел прядь волос с моего лица. – С мужчинами творится то же самое по отношению к женщинам, которые спасают им жизнь. В большинстве случаев они сначала немного злятся, но стоит им об этом задуматься…
Я прикусила губу.
– Мне понравился Ланселот. – Аарванд слегка откинулся назад. Это явно причинило ему боль. – Даже очень. Он смелый и самоотверженный, и то, что я сказал про него тогда, – неправда. Когда приходил туда раньше, я не понимал, насколько тяжело ему было держаться подальше от Гвиневры. Как это ужасно – хотеть женщину, которая тебе не принадлежит. И никогда не будет принадлежать. Теперь я стал умнее.
Я теребила край толстовки:
– Может, она ему и не принадлежала… – одарила я его наигранно неодобрительным взглядом, – … потому что один человек не может принадлежать другому, но она его любила. А это намного важнее.
– Да, это так, и за это он должен быть благодарен. – У Аарванда на губах появилась понимающая улыбка.
– Гвиневра считала, что если бы Ланселоту однажды пришлось выбирать между Артуром и ней, то он бы выбрал свою дружбу с Артуром. Ты тоже так думаешь?
– Он любил Артура как брата. Во всех битвах они сражались плечом к плечу. Прикрывали друг другу спины и сносили все тяготы вместе, чтобы защищать страну. Такое сплачивает мужчин.
– Это не ответ, – пожурила его я.
– В той жизни у Ланселота не оставалось другого выбора, кроме как отказаться от Гвиневры. Она была королевой Британии. Он не мог просто взять и сбежать куда-то с ней. Другие рыцари нашли бы их и на краю света.
– Они могли бы тоже уйти на Керис. – Я потерла руки, потому что мне вдруг стало холодно. – Может, мы вернемся и…
– О нет, – заявил Аарванд и приподнял одеяло. – Ни за что. Мы больше никуда не пойдем. Оставшееся у нас время мы проведем в этой постели.
– Это приказ? – Я вытянулась рядом с ним, но не отваживалась до него дотронуться. Потом щелчком пальцев погасила все свечи в комнате – кроме одной.
– Нет. – Он просунул свою здоровую руку под меня и устроил мою голову у себя на плече. – Скорее акт отчаяния. Всегда, когда ты оказываешься со мной в одной кровати, я либо ранен, либо мы не можем заняться тем, чем хотели бы, потому что нас никогда не оставляют одних. Богини явно меня ненавидят.
Я кусала губы, чтобы не рассмеяться. Мне прекрасно знакомо это чувство. Такое же отчаяние испытывала и я. Бережно положив руку на единственное невредимое место у него на животе, я погладила пояс его штанов.
– Ты не очень-то помогаешь, Вианна.
– А что там насчет драконьих способностей к самоисцелению? – спросила я и поцеловала его сильную шею и подбородок. – Старая луна будет послезавтра ночью.
Он чуть ниже опустил голову.
– И близко не так много времени, сколько мне нужно, чтобы сделать с тобой все, что я представляю себе уже несколько недель. Но должно хватить.
Подушечки моих пальцев прижались к его коже. Я немного приподнялась.
– Я даже не могу нормально тебя поцеловать, – пожаловалась я. – Он даже губы тебе поранил.
– Ты все равно можешь это сделать. – Голос Аарванда зазвучал хрипло.
Я аккуратно накрыла его губы своими. Его язык скользнул по моей нижней губе. Этой крошечной ласки оказалось достаточно, чтобы внутри меня все сжалось. Как же хотелось покрыть все его тело поцелуями, но пока пришлось удовлетвориться ртом, щеками, шеей и маленькими впадинками под ней.
– Вианна. – Аарванд рассмеялся тихо и умоляюще. – Ты меня с ума сводишь.
– Добро пожаловать в клуб. – Я прильнула к нему так тесно, как это позволяли оставшиеся раны. Не хотела сделать ему больно. – Расскажи мне поподробнее о той стене, у которой ты хочешь меня взять, – подразнила его я и провела языком по мочке его уха.
Он застонал и закрыл глаза:
– Тебе доставляет удовольствие меня мучить?
– У нас так мало времени. Остаток жизни мне придется жить воспоминаниями, поэтому я беру то, что могу получить. Хотя бы устно, если на практике не получается.
– О боже. – Теперь он действительно рассмеялся в голос и прикрыл глаза раненой рукой. – Ты ведьма.
– Ну, тут ничего нового.
Аарванд снова стал серьезным:
– Я хочу, чтобы ты нашла себе мужчину, которого сможешь полюбить и с которым заведешь детей. Думаю, Эш хороший кандидат.
– О, ты даешь нам свое благословение? – Я ущипнула его за бок, и он вздрогнул.
– Я просто предлагаю, – рыкнул он. – Хочу, чтобы ты была счастлива.
– Эш уже не рассматривается, но большое спасибо.
– Почему? Он был в тебя влюблен, даже не отрицай.
– Я ему нравилась. Это нечто другое. За Эша я никогда бы не вышла, потому что он влюблен кое в кого другого.
– И в кого же? – с любопытством спросил Аарванд. – Как он мог просто взять и влюбиться в другую?
– Не в другую. Тебе не бросилось в глаза, как они с Тароном смотрят друг на друга? Честно, стоит быть повнимательнее к своим подданным, если хочешь стать хорошим князем.
Он фыркнул.
– Эш и Тарон, значит. Еще одна история без счастливого конца.
После этого мы какое-то время молчали. Я направила свою магию в него, позволила ей исцелять его кожу. Он обязан выздороветь. И быстро.
– Что стало с ребенком Вивианы? – Я запечатлела нежный поцелуй у него на губах, когда завершила свою работу. Не понадобится двух дней, чтобы все зажило. Но несмотря на мою дополнительную магию, исцеление его утомило, и Аарванду срочно требовался сон. Нужно оставить его в покое, но я просто не могла. – Как ей удалось вырвать его из лап Мерлина?
– Она попросила сэра Эктора, отца Кея, забрать ребенка с собой на Керис. Он уже вырастил Артура, и король буквально стал для него родным сыном. Пусть Эктор и делал это по заданию Мерлина, но он больше не чувствовал себя обязанным магу. Ему пришлось поклясться, что ни один первый сын Коралиса никогда не раскроет тайну нашей семьи. Пока не истечет Пакт.
– Поразительно, как все вы держали эту клятву, – произнесла я. – Мерлин когда-нибудь понял это? Или он до самого конца считал, что ребенок остался в нашем мире?
– Думаю, Вивиана рассказала ему, прежде чем пленить. А после этого она вернулась на Авалон, и больше ее никто не видел. Остров растворился в тумане.
– Выходит, он так тебя и не узнал?
– Нет, пока во время нашего побега я не превратился в Алого дракона. Тогда у него наверняка спала пелена с глаз.
Я немного поразмыслила.
– Вивиана пошла на довольно большой риск, придя с сыном в Камелот.
– Да, – согласился Аарванд. – Но у нее было видение, и она испугалась, что Белый дракон убьет Алого.
– К счастью, я оказалась рядом и натравила на Кея птиц.
– Я уже сбился со счета, сколько раз ты меня спасла.
Я тихо засмеялась ему в грудь.
– А теперь мы должны поспать, чтобы ты у меня все-таки не умер.

Глава 24

Теплые губы пробежались вдоль моей шеи и по плечам. Под кофту скользнула рука. Я моргнула, не открывая глаз, когда с меня стянули тонкое одеяло. Аарванд опирался на здоровую руку. Перевязь со второй исчезла, а сама она лежала у меня на животе. Снаружи по стеклу барабанил дождь, было еще темно, и повсюду пахло им. Его запах ветра, песка и соли окутывал меня.
– Ты не спишь. – Эти слова вибрировали на моей коже. Он продвигался дальше вниз. Губы тронули вершинку моей груди, и он нежно ее пососал. Даже сквозь ткань я прочувствовала это прикосновение до самых кончиков пальцев. Я погладила его шею, голые плечи и шрамы.
– Аарванд, – тихо позвала я в попытке быть благоразумной и тут же подавила стон, когда он вновь наклонился и занялся второй грудью. – Ты должен быть осторожней, чтобы раны не раскрылись.
Он поднял голову:
– Со мной все в порядке. Я дракон.
Я улыбнулась его самодовольному замечанию и вытянулась под его ласками. Сразу после этого его рот нашел мои губы, и он набросился на меня, как оголодавший. Ладонь прошлась вдоль пояса моих штанов. Задыхаясь, я ахнула, когда его язык скользнул мне в рот и он продемонстрировал, какие планы на меня у другой, более твердой, части его тела. Меня охватило желание, мой мир теперь состоял только из него. Кожа горела там, где он до меня дотрагивался. Мне нужно было больше. Я хотела его, причем прямо сейчас. Его крепкая обнаженная грудь прижалась к моей. Я пососала его верхнюю губу, погладила бугры мышц на спине. У нас было так мало времени. Приподняв бедра, я надеялась, что его пальцы в конце концов проберутся под пояс моих брюк. Но сначала он целовал и целовал все мое тело и не оставил неисследованной ни одну его часть. Гул внутри меня нарастал, и все чувства взорвались, когда он предъявил на меня свои права и наконец коснулся моего центра, сперва совсем легко, а затем все сильнее. Но его пальцев мне не хватало, он был нужен мне весь, глубоко во мне. Я положила руку на выпуклость у него между ног. Рыкнув, Аарванд вскочил на колени и сорвал с меня штаны. Его ладони собственнически гладили мои икры и бедра, до того самого треугольничка, но он не притрагивался ко мне, а просто с наслаждением смотрел.
– Кто-нибудь может нам помешать, – поддразнила я Аарванда, извиваясь в его руках. – Тебе стоит поторопиться.
Он тихо рассмеялся, а потом нагнулся вниз.
– Этому уже никто не помешает. – Я ощутила его горячее дыхание у себя между ног. Вспыхнуло пламя, и я выгнулась к нему, тяжело дыша, пытаясь контролировать себя, однако хватило одного движения его языка, и меня унесло в море из огня и страсти. Он не отпускал меня.
– Сними их, – попросила я и дернула его за штаны, когда опять смогла дышать, и Аарванд мгновенно их стянул. Я сама сняла свою толстовку, и наконец-то – наконец-то – нас больше ничто не разделяло. Он бросил искру в камин, и поленья вспыхнули, пока я покрывала нежными поцелуями его тело. Свет от огня дрожал на его коже, а дыхание Аарванда участилось, когда я погладила его член, напоминавший прохладный атла́с. Он с шипением втянул в себя воздух, а затем осталась лишь бархатная кожа, пульсирующая страсть и бесконечная нежность, когда он вошел в меня и стал со мной одним целым. Его волосы блестели как черный оникс, кожа была как гладкий мрамор, а глаза – как жидкий мед. Он взял мои руки в свои и вытянул их над нашими телами, а потом вошел так глубоко в меня, что я застонала. Снова и снова. Ноздри у него раздулись, когда я обвила ногами его талию, чтобы притянуть еще ближе к себе. Жидкий жар сплетался с бушующими волнами. Слишком много и в то же время слишком мало. Я желала больше и еще больше. Его язык проник глубоко в мой рот, и все утонуло во тьме и свете.

* * *

Мы завтракали в гостиной, когда ворвались Эйден и Маэль. Аарванд выгнул бровь, и его взгляд упал на их сомкнутые ладони. Выглядели они взъерошенными и помятыми, но вместе с тем бесконечно счастливыми. Эйден буквально светился, и я сдержала смех, потому что мы с Аарвандом наверняка производили похожее впечатление.
– Где вы двое пропадали? – спросил Аарванд, отщипывая кусочки от шоколадного круассана. – Оскверняли мою хижину в лесу?
Маэль оторвалась от Эйдена и направилась к столу. Сестра плюхнулась на диван напротив.
– Миленькое местечко, – широко улыбнулась она.
В комнату быстрым шагом вошла Серена и принесла два дополнительных прибора. Ничто во дворце не происходило без ведома этой женщины.
– Пусть особо не устраиваются, – раздраженно заявил Аарванд. – Мы с Вианной хотим побыть наедине.
– Вианне тоже иногда нужен небольшой перерыв, – нагло ответила камеристка и ухмыльнулась.
Я почувствовала, как на щеках выступил румянец.
– О Вианне я не беспокоюсь, – пришла мне на помощь Маэль. – Я подумала, что стоит осмотреть твоего князя. Его вчера порядком потрепало.
– Он дракон, девочка, – повторила Серена слова, которые мне уже доводилось слышать.
Маэль сделала глоток горячего кофе, который только что налила ей русалка, а потом встала.
– Может быть, и так, но я лучше сама удостоверюсь, что все хорошо заживает. Штаны разрешаю не снимать. – Она скользнула взглядом по обнаженному торсу Аарванда, затем проверила его почти исцелившуюся руку, синяки на лице и колотые раны на ребрах. От большинства повреждений уже практически ничего не было видно, но на животе и на спине останутся шрамы, которые будут напоминать о Регулюсе.
– Ну, и что дальше? – спросил Эйден, намазывая хлеб маслом и джемом. – Регулюс мертв. Его последователи не нападут на Коралис?
Мне не хотелось говорить о будущем, потому что для нас его не существовало.
– Другие князья не пойдут на тебя войной? – спокойно продолжал Эйден.
– Сейчас это не так важно, – вмешалась Маэль, ощупывая бровь Аарванда.
– Мы разослали гонцов и предложили встречу, – сказал он. – Надеюсь, они достаточно умны, чтобы на нее согласиться. Регулюс убит. Им больше не нужно его бояться. А его подданным лучше зализывать раны в Мораде.
– Когда состоится встреча?
Я тихо вздохнула. Аарванд нашел мою ладонь и слегка сжал. Я надеялась, это значило, что через пять минут он вышвырнет отсюда Эйдена.
– Насколько я знаю князей, каждый из них предложит другую дату. Даже на то, чтобы договориться об этом, уйдет много времени, но я уверен, что мы придем к соглашению.
Нас здесь к тому моменту уже не будет. Однако теперь мы могли уйти с чистой совестью. Ужасная мысль. Может, хватит нового Пакта? Вот только… как он должен выглядеть? И я тогда разлучусь с сестрами. Да и обладали ли мы вообще достаточной силой, чтобы возвести барьеры, которые продержатся еще полторы тысячи лет?
– Юри улетел в Анни Мю, – поставила нас в известность Серена. – Он довольно хорошо приспособился к жизни в демоническом обличье. Я встретилась с ним чуть раньше. Он очень мил.
– Калеб не вернулся? – с большим запозданием спросила ее я.
– К сожалению, нет. – В ее голосе отчетливо слышалась грусть. – Он исчез почти сразу после того, как после исцеления смог нырнуть. Эме до сих пор в его комнате. Я заглядывала к ней и передала, что все добрались целыми и невредимыми. Она все еще хочет побыть одна, но попросила свой хрустальный шар и карты Таро.
Маэль отошла от Аарванда и уселась возле Эйдена.
– Спасибо, Серена. Мы все равно сейчас пойдем к ней. Мы ей нужны.
Русалка кивнула и оставила нас.
– Калеб вернется? – нарушила я повисшую тишину и прильнула к Аарванду, который обнял меня одной рукой. Когда я сидела с ним вот так, это пробуждало во мне желание проводить так вечер за вечером. Мы бы читали, рассказывали друг другу, как прошел день, и занимались любовью.
– Дракон удачи смирится с любой судьбой. Иначе Юри бы не выжил в подземелье, – тихо объяснял Аарванд. – Калеб не примет это как должное и будет тосковать по Эме. Больше, чем тосковать. – Его пальцы сжали мое плечо.
В дверь постучали, и Аарванд негромко вздохнул, но крикнул:
– Войдите.
К нашему изумлению, в дверях стояла Эме. Мы с Маэль вскочили, подбежали к ней и бросились ей на шею. Она крепко-крепко нас обняла.
– Я знала, что вы справитесь, – прошептала она. – Я так вами горжусь.
– Что-то с Калебом? Он вернулся? – спросил Аарванд, не вставая с дивана.
Она помотала головой.
– Но Вега рожает. Ей бы хотелось, чтобы Маэль была рядом.
– О. – Губы Маэль расплылись в широкой улыбке. – Это же прекрасная новость. – Освободившись из объятий Эме, она сунула мне в руку баночку с мазью. – Позаботься о своем мужчине, – велела мне сестра и унеслась, а Эйден и Эме отправились вслед за ней.
Я медленно закрыла за ними дверь и повернула ключ в замке. В последние часы, которые у нас остались, нам больше никто не помешает.
Аарванд откинулся на спинку дивана.
– «Позаботься о своем мужчине», – повторил он слова Маэль. – Хорошо звучит.
Я подошла к нему. Села верхом ему на колени, и глаза у князя расширились. Затем я начала бережно наносить мазь на оставшиеся раны.
Аарванд запрокинул голову назад, и из мышц вокруг его рта уходило напряжение, пока я втирала пахнущий ромашкой, окопником и календулой бальзам ему в грудь. Я обвела ладонями его пупок, и он почти замурлыкал. Его бедра подо мной напряглись, когда мои пальцы скользнули под пояс его брюк. Даже будь у нас впереди сотня лет, я никогда не смогу им насытиться.
– Думаешь, Калеб придет попрощаться с Эме? – спросила я глухим голосом. Мне хотелось вернуться обратно в его постель, но еще я хотела поговорить с ним. Я так многого о нем не знала и никогда не узнаю.
Аарванд положил руки на мою талию и большими пальцами погладил меня под грудью.
– Он точно придет. Он любит ее как сумасшедший. Но от этого ему лишь сложнее.
– Если он не попрощается, то когда-нибудь будет об этом жалеть.
Аарванд нежно поцеловал меня и разгладил складочку, которая, очевидно, образовалась у меня на лбу.
– Да, но это ничего не изменит. Вы уйдете.
Даже представлять это было ужасно.
– Ты считаешь, что другие князья изберут тебя верховным королем?
Он пожал плечами:
– Мне все равно. Как по мне, так могут избрать и Явана, князя Анни Мю. Он стал бы хорошим верховным королем. Добрым и справедливым.
И он дракон удачи. Он подарит Керису счастье, в котором эта земля сейчас нуждалась.
– Кто будет в дальнейшем править Цаморелем и Морадой?
– У Кайи есть младший брат. Как только он достигнет совершеннолетия, займет ее место, а в Мораде дворянские роды изберут нового князя среди своих представителей.
– Звучит так просто. – Я занялась крупным синяком у него под грудью. – Скажи, если будет больно.
– Все всегда просто, пока мы сами это не усложняем, – прошептал он.
Мои руки опять спустились ниже. Он получил столько травм, а кожа уже снова стала практически безупречной. Я сглотнула ком в горле при мысли о том, что однажды другая женщина будет трогать его так, как я сейчас.
– Ты можешь остаться, – произнес он так тихо, что я еле разобрала слова. – Пожалуйста. – Он привлек меня ближе к себе, пробрался руками мне под кофту, уткнулся головой мне в грудь, а я обвила руками его затылок.
Я хотела сказать да. Хотела сдаться. Все остальное внезапно показалось мне невозможным. Быть с ним лишь на протяжении этих нескольких часов – невыносимо себе представить. Я нуждалась в нем. Аарванд был частью меня, а я – его.
В дверь вновь постучали, когда он начал покусывать мою шею.
Аарванд застонал и одновременно измученно засмеялся:
– Я выставлю стражу за дверью, чтобы нас никто не беспокоил. – Глаза у него сверкали. – На то время, которое у нас осталось, я хочу, чтобы ты была только моей. – Он взял мое лицо в ладони и жадно поцеловал.
Раздался новый стук. Он помог мне встать, криво ухмыльнулся, когда мы обнаружили проблему у него в штанах, и провел рукой по волосам.
– Я открою дверь, а ты иди в спальню. И надень рубашку, не хочу, чтобы каждая служанка видела моего мужчину полуголым.
Его губы коснулись моих:
– Если назовешь меня так еще раз, я запру тебя у себя в спальне и больше не выпущу. – Он отвернулся.
Я залюбовалась мышцами его спины. Никогда он не сделает ничего, что противоречило мы моим желаниям. Нужно вести себя достаточно убедительно и ни на сантиметр не отдаляться от своей точки зрения, тогда он поверит, что я твердо уверена в своем решении покинуть его, чтобы поступить правильно.
Подойдя к двери, я ее отперла. Перед ней опять стоял Эйден.
– Можно быстро с вами поговорить? – Он бросил серьезный и в то же время несчастный взгляд мимо меня в комнату, я и поняла, как он рад, что при этом разговоре не будет присутствовать Маэль.
– Проходи. Аарванд одевается.
Эйден сел на то же место, но к своему кофе больше не притрагивался. Он запустил руку в волосы.
– Мы должны обсудить пророчество.
Что же еще?
Аарванд возвратился, опустился на диван напротив него и закинул одну руку на меня.
– Что мы можем для тебя сделать? – Яснее выразить, как он недоволен повторным визитом Эйдена, князь просто не мог.
– Сегодня ночью взойдет старая луна, – очень медленно начал Эйден. – Вам известно, что это означает.
– Мы могли бы подождать еще месяц, – неожиданно выпалил Аарванд. – Или два.
– Могли бы. – Эйден кивнул. – Я знал, что ты это предложишь, но это слишком опасно. Что угодно может произойти за четыре недели. Что, если Мерлину все-таки удастся шагнуть в будущее? Риск чересчур велик.
– Вианна выполнила свою часть. Она может остаться со мной, и Эме тоже. В предсказании говорится, что Луне принадлежит ее Последний свет, а Маэль – Сестра луны. – Он притянул меня ближе к себе.
– Ты так же хорошо, как и все мы, понимаешь, что это не сработает. Нужны все три сестры, чтобы исполнить пророчество, – непривычно мягко возразил Эйден. – Кроме того, мы должны оставить право принять это решение Вианне, Маэль и Эме.
– Нам нужно больше времени, – зарычал Аарванд. – Нельзя действовать второпях.
Я положила руку ему на бедро. Жар проникал сквозь материал брюк.
– Мы всё это обговорили, – успокаивающе произнесла я.
– Где сейчас камень? – спросил Эйден, игнорируя недовольство Аарванда.
– Дома. Мы передали его mémé, чтобы она его охраняла.
– Умный ход. Потом мы поедем на свою сторону, и ты должен отправиться с нами. Сегодня день зимнего солнцестояния. Хороший знак для нашей миссии.
У Аарванда заходили желваки. Он отпустил меня, поднялся и отошел к окну.
– А ты хорошо все продумал.
Эйден встал:
– Мне действительно жаль, Аарванд, – сказал он, и я ему поверила. – Но альтернативы нет.
– Оставь нас одних, – попросила его я. – Проведай Вегу и попрощайся с ней. Она рожает твоего племянника или племянницу. Частица твоей семьи будет жить на Керисе.
– Возможно, именно в этом и заключалось предназначение Эзры, – произнес он с грустной улыбкой. – Так миры уже стали связаны.
Он не озвучил этого, однако, даже если у Аарванда никогда не родится сын, магия навсегда останется частью этого мира и продолжит существовать в детях Эзры и детях их детей.
Дверь за ним захлопнулась, а я забралась обратно на колени к Аарванду. Его губы овладели моими, и он проник языком глубоко мне в рот. Остаток дня мы провели наедине. Я бы не выдержала, если бы пришлось делить его с кем-то.

Лишь ближе к вечеру Эме передала нам сообщение, что Вега родила сына.
Настало время прощания. Рука об руку мы пришли к ним. Мальчик оказался похож на Эзру как две капли воды.
Аарванд взял его из рук Веги и осторожно покачал.
– Ты уже дала ему имя?
– Лион, – тихо ответила она. – Ему предстоит сражаться как льву, чтобы утвердиться в этом мире.
– Мы все будем его поддерживать, – сказал Аарванд. – Он никогда не останется один.
В глазах у Веги заблестели слезы:
– Если хочешь, можешь дать ему еще одно имя.
Я приняла маленький сверток у Аарванда и отвернулась от них обоих.
– Твой папа был очень отважным человеком, – тихо проговорила я. Слезинка капнула на лоб Лиону. – Я бы с удовольствием рассказала тебе все о нем, чтобы ты знал, какой он храбрый, но на это нет времени. Надеюсь, ты носишь в себе его магию. Она будет вести тебя и направлять. Просто доверяй своему сердцу, как это делал он. – Прежде чем потеряю самообладание, я отдала Веге малыша. – Желаю вам всего счастья в мире, – произнесла я надломившимся голосом. – Эзра бы так гордился тобой и им.
– Спасибо, – откликнулась она. – Для меня очень важно, что ты успела его увидеть. Я буду рассказывать ему о его отце и о тебе.
Я похлопала ее по руке, а потом Аарванд меня увел. Вместе с Эме мы последний раз спустились на пляж, высматривая Калеба. Небо было пустым.
Когда село солнце, мы собрались перед дворцом Коралиса. Лошадей, которые повезут нас на другую сторону, уже оседлали. Мы попрощались с Сереной. Со всеми остальными увидимся сегодня ночью у Источника.
Прежде чем подсадить на лошадь, Аарванд последний раз меня обнял.
– Останься, – попросил он. – Мы найдем другой путь. – До этого момента я верила, что он будет со мной, пока не придет время запечатать Источник. Но его конь не стоял вместе с другими.
Я сглотнула свое разочарование и погладила его по щеке.
– Это путь, уготовленный нам богинями.
– Богини меня не интересуют. Я не могу отказаться от тебя. Пожалуйста, останься.
Я закрыла глаза:
– Ты не должен делать это для меня еще сложнее.
– Нет, я должен. – Он прислонился лбом к моему лбу. – Потому что ты такая упрямая.
Я накрыла ладонью его сердце:
– Речь идет не о нас.
Выражение его лица стало непроницаемым, но однажды он поймет. Мы с сестрами – единственные, кто способен окончить эту многовековую войну. И больше никто. На какое-то мгновение я понадеялась, что он сдастся, однако он отпустил меня и сделал шаг назад. Слезы обжигали глаза, когда я забралась на лошадь и поехала вперед. У Источника мы попрощаемся навсегда. Может, даже лучше, чтобы он на меня злился. Так ему будет легче смотреть вперед.

* * *

Громко и отчетливо хлопнула дверь, и я знала, кто перешагнул порог нашего дома. Он не запретил Аарванду войти. Конечно нет! Он приходил, и дом запомнил его навсегда. Он всегда будет частью его истории.
Я надеялась и в то же время боялась, что он все-таки последует за мной. Эме и Маэль остались в шато, а я настояла на том, чтобы до отъезда дом принадлежал только мне. Мы должны оказаться у Источника незадолго до того, как взойдет солнце и умрет ночь. Как того требовало пророчество. Солнце затмит старую луну и убьет ее.
Аарванд открыл дверь в мою комнату и, тихо ступая по половицам, направился ко мне. Я не повернулась. Матрас прогнулся, когда он сел на край кровати. Ни один из нас не произнес ни слова. Я слушала, как он раздевался, и заставляла себя не шевелиться. Затем он приподнял одеяло, и его сильное обнаженное тело прижалось к моему, тоже обнаженному. Отчаянный гнев Аарванда просачивался мне под кожу.
– Надеюсь, в таком виде ты ждала меня? – прошептал он мне на ухо и прикусил мочку. Я выгнула спину, и он застонал. Потом положил ладонь мне на живот, рывком притянул меня ближе, и не осталось сомнений, зачем он пришел. – Я люблю тебя, Вианна, и извиняюсь за то, что не хотел принимать твое решение… Просто это так трудно. Я зол на нашу судьбу и ревную к тому мужчине, который получит тебя вместо меня.
– Не будет никакого мужчины, – прошептала я сдавленным от слез голосом. – Думаешь, мне легче?
Его рука скользнула к моей груди, и Аарванд сжал ее так мягко, как только мог, хотя ему, наверное, хотелось поглотить меня целиком.
– Я никогда тебя не забуду, – добавила я. – Ты знаешь, как сильно я тебя люблю и как сильно мечтаю о том, чтобы мы были вместе.
– Тшш, – прошептал он, и его ярость испарилась. Ее место заняла нежность. – Хорошо. Все хорошо. У нас был этот момент.
Я повернула голову назад.
– У нас есть этот момент, – поправила его я и, пускай мое сердце разбилось, поцеловала его. Все уже сказано, и то немногое время, которое нам осталось, я не потрачу на слова. И его не понадобилось убеждать. Аарванд так быстро перевернул меня на спину, что я ахнула, и навис надо мной. Я давно знала, насколько он страстный, но в этот раз он утратил контроль. Без понятия, осознавал ли это сам Аарванд, но мне было все равно. Он жадно целовал каждый сантиметр моего тела. Изучал его до мельчайших подробностей, и я ни в чем не уступала ему. До конца своей жизни я буду подпитываться этими воспоминаниями. Поэтому глубоко вдыхала его запах. Гладила руками бархатистую кожу, на которой остались выгравированы воспоминания о наших битвах. Целовала его, пока от наших тел не полетели искры. Сначала мне между ног скользнула его ладонь, затем его губы. Меня охватила горячая дрожь, когда я почувствовала его язык. Он просунул руки под мои ягодицы, притянув еще ближе к себе. И не прекращал целовать меня, пока я не закричала, но даже после этого меня все еще переполняли необузданный голод и желание. Мне нужно больше. Этого недостаточно, но достаточно никогда не будет. Наконец он вернулся ко мне, вошел в меня, наполнил и овладел. У меня в животе разгорался жар, пока он двигался мощными толчками. Я обвила ноги вокруг его талии, привлекая еще ближе к себе. Мне хотелось слиться с ним воедино и стать с ним одним целым, перед глазами вспыхивал свет и звезды. Что-то внутри меня сломалось и срослось заново. Аарванд кусал мою грудь, а потом облизывал, а я вцепилась пальцами ему в волосы. Голова кружилась, но мне все еще было нужно больше. Вечности бы не хватило. Наши поцелуи стали быстрыми и неконтролируемыми.
– Смотри на меня, – прошептал он мне охрипшим голосом. – Смотри на меня, Вианна. В моем сердце всегда будешь только ты. – У него блестели глаза, и мне стоило нечеловеческих сил выполнить его просьбу, потому что в его взгляде я видела все. Его любовь, его желание, его тоску и страх провести всю жизнь без меня. Я видела наше одиночество.
Я всхлипнула, и из уголка глаза скатилась слезинка. Он ласково сцеловал ее, и я словно сорвалась в пропасть. Я падала и падала, в то время как он проникал в меня глубже, чем когда-либо, делая меня своей. Он не мог быть моим, но я вечно буду принадлежать ему, а он – мне. Аарванд прижался лбом к моему плечу. Он дрожал всем телом, и я провела рукой по его длинным волосам, пока его движения замедлялись. Становились более сконцентрированными. Дарили больше наслаждения.
– Я люблю тебя, – прошептала я в ответ. – Я всегда буду тебя любить. – И тогда он кончил. Он унес меня с собой в пучину бурлящих красок и бездонной тьмы, и мне хотелось остаться с ним там навечно.
В эти часы Аарванд занимался со мной любовью снова и снова, и тем не менее этого не хватит на все безутешные, одинокие годы, которые мне предстояло прожить. Я не хотела разлучаться с ним, хотела вцепиться в него, хотела, чтобы он опять и опять врывался в меня, целовал меня, ласкал, желал, любил. Я держала его в своих объятиях, пока он мягко не отстранился.
– Если не уйду сейчас, то никогда не смогу. – Аарванд в самый последний раз поцеловал меня в лоб. Как же мне хотелось удержать его, но все уже сказано. Через два часа у Источника мы окончательно простимся друг с другом. Я накрылась одеялом с головой, укуталась в его запах и все равно услышала отчаянный рев дракона, который взмыл в воздух за окном. Почувствовала демонический огонь, который он извергал перед нашим домом, навсегда выжигая в этом месте память о себе.

Заплаканными глазами я смотрела в зеркало. Вскоре после ухода Аарванда я поднялась, приняла душ и надела платье, синее, как его драконья чешуя. Мне прислала его Серена. Русалка не будет присутствовать на церемонии, однако, если я его надену, это окажется своеобразной данью уважения и благодарностью народу Коралиса. Я все еще ощущала его руки на своей коже и боялась момента, когда неизбежно станет ясно, что отныне он никогда ко мне не прикоснется. Из нас троих Эме была сестрой, обладающей даром предвидения, но сейчас я видела в зеркале лишь себя. Мое лицо изменилось. Я стала старше, но все еще стояла перед закрытым Источником. Я видела, как дотрагивалась рукой до незримого барьера, отделявшего нас друг от друга, зная, что он находился по ту сторону и, возможно, делал то же самое. Он любил меня и всегда будет любить, однако исполнит свой долг и подарит Коралису наследника, который продолжит его род и получит его силу. Другая женщина, не я, надеюсь, станет ему хорошей женой, он заслуживал быть счастливым.
Маэль встала у меня за спиной. Они с Лораном приехали, чтобы меня забрать.
– Восходит луна. Пора. – Как и я, она тоже надела платье, только ее было розового цвета. Сестра неестественно побледнела, от бессонной ночи под глазами у нее образовались темные круги. – Я хотела бы, чтобы ты могла остаться с ним, – тихо произнесла она.
– Я бы не бросила тебя и Эме, – ответила я, но голос сломался. – И как бы сильно я его ни любила, вы мои сестры. Мы должны быть вместе.
Маэль кивнула, и я порадовалась, что она не стала ничего больше говорить. Странно. Вот мы и оказались там, куда стремились. Мы сражались и проигрывали, а теперь, когда могли наконец завершить эту войну, это требовало от меня слишком большой жертвы. Я потеряю больше, чем мужчину, которого любила. Я потеряю друзей и будущее.
Но у нас были прошлые ночи, и эта – последняя, а сегодня я буду думать о своем долге, и нужно исполнить его ради магически одаренных и людей. Эзра тоже так же разрывался на части, как я сейчас? Пророчество богинь нельзя игнорировать. Однажды к власти могли вновь прийти демоны вроде Регулюса. Которые покусятся на наш мир и уничтожат его. Или одаренным и людям придет в голову истребить демонов и отнять Керис для себя. Мы не имели права допускать подобное. На кону стояло гораздо больше, чем наше личное счастье.
– Покончим с этим.
– Mémé, – позвала я. – Это я, Вианна.
Мы молча ждали, пока она не просочилась сквозь стену с гордой улыбкой. Без единого звука бабушка накинула мне на шею цепочку с камнем. Затем запечатлела у меня на щеках два призрачных поцелуя, и я ощутила силу, которую она дарила мне таким образом. После этого она положила ладонь на щеку Маэль.
– Передавайте от меня привет Эме, – прошептала она. – Она всегда была самой храброй из вас.
Когда наша бабушка исчезла на этот раз, я поняла, что это навсегда. Вместе с ней ушел последний дух наших предков. Необычное чувство, и меня мучил вопрос, не оставались ли они все здесь только ради того, чтобы поддержать нас в этой битве.
В тишине мы ехали с Лораном в шато. Эме ждала у входа с Эшем и Эйденом. На ней было платье теплого изумрудного оттенка. Драконий цвет Калеба. Оно мерцало в свете свечей, и Эш как раз накинул теплый плащ ей на плечи. Он заботился о ней так же трогательно, как раньше обо мне, когда я болела. Во дворе столпились рыцари Ложи и ближайшие соратники Эша. Потом я заметила Нэа, Тирзу и Тарона, которые прощались с Констанс и Клэр. Весьма вероятно, что они пробрались сюда без разрешения Аарванда. Аделаиза вручила им полную корзину мадленок, и я не знала, почему, но именно эта сцена довела меня до слез. Эйден положил руку мне на плечи и обнял, утешая. Я была благодарна ему за то, что он не стал прибегать к пустым фразам, и на мгновение прижалась к нему головой. Потом глубоко вздохнула, расправила плечи и пошла к Нэа, Тирзе и Тарону, чтобы попрощаться с ними. Эти ребята еще так молоды, и притом так отважны. Они станут Аарванду хорошей опорой.
Я все еще сжимала в объятиях Нэа, когда ворота замка широко распахнулись. Повсюду горели факелы, пронзая тьму. Я взглянула на небо и миллиарды звезд. Это могло бы быть потрясающе, если бы не ознаменовало конец.
В лагере Конгрегации ведьмы и колдуны выстроились в колонну. Сквозь нее мы проскакали к тропинке, которая вела к Источнику. Здесь тоже справа и слева в земле торчали факелы. На свадьбе Эзры и Веги нас было гораздо меньше, и мы не вернулись – по крайней мере не все. Сегодня же всё по-другому, однако сердце у меня разбито так же, как и тогда. Или даже на более мелкие осколки. Но я справлюсь. Потому что кое-что изменилось: Аарванд любил меня – безудержно и на веки вечные, как и я его. В его любви я не могла сомневаться, и тем самым он сделал мне самый большой подарок, ценность которого едва ли мог измерить.
Легкий ветерок шевелил деревья, потерявшие всю свою листву. Он заставлял свет факелов трепетать и заливал лес жутковатым светом. Лес, который так много всего повидал и пережил. Духи павших выходили из-за деревьев. Призрак Кея поднял руку в знак приветствия. Я подмигнула в ответ, и он улыбнулся. Огоньки фей танцевали среди стволов. Из Зеркала фей слышался звон колоколов замка Вивианы. Хотя он наверняка был пуст, так как Вивиана исчезла вместе с Авалоном, его звук сопровождал нас в этом последнем пути. Богини послали ей пророчество, а она отдала его Урбену, надеясь, что мы его исполним. И таким образом сейчас она тоже находилась с нами.
С неба начали падать тончайшие белые снежинки. Ночь зимнего солнцестояния – самая длинная ночь в году. Когда позже взойдет солнце и затмит старую луну, свет восторжествует над тьмой. Эйден оказался прав, настаивая, чтобы ритуал провели этой ночью. Завтра начнутся Святки. В эти ночи мы возвращались к своим истокам, чтобы набраться сил на будущее. На самом деле это период новых начинаний, однако единственное, что я чувствовала, – это страх перед годами, которые я должна буду прожить. Хотелось верить, что дружба, установившаяся между ведьмами и магами за время войны, сохранится. Достаточно споров и обид. Эш и Эйден все изменят и заложат основы нового – общего – будущего, а мы поддержим в этом их обоих. У меня есть семья и друзья. Может, я буду одинока, но никогда не останусь одна.

Глава 25

Когда мы добрались до Источника, перед ним лежал тонкий слой белого снега. Справа и слева стояли чаши с огнем, но мой взгляд не отрывался от мужчины, который ждал у прохода на Керис.
Аарванд надел свой темный мундир и серебряную корону. Распущенные волосы цвета воронова крыла ниспадали ему на спину. Он не улыбался, однако во взгляде отражались вся его любовь и тепло, когда он посмотрел на меня. Он отпускал меня, хотя мы были предназначены друг для друга. В отличие от Эзры, который не желал меня отпускать, пусть и знал, что неправильно привязывать меня к себе.
Аарванд подошел ко мне и в последний раз помог спуститься с лошади.
– У тебя руки ледяные, – сказал он. – Надо было одеваться теплее.
– Это не холод, а нервы.
В последний раз он перецеловал каждый пальчик на моих руках и в последний раз послал мне волну своего тепла.
– Мне будет этого не хватать. – До конца своей жизни я буду замерзать.
– Мне тоже. – Он притянул меня к себе, обнял и поцеловал. Я не хотела его отпускать. Не хотела, чтобы он меня покидал. Не могла… Это так больно, словно кто-то вырвал сердце у меня из груди.
Эйден шагнул к нам, и Аарванд неохотно меня отпустил. Они пожали друг другу руки, и лицо великого магистра на мгновение исказилось от боли. Он тоже сегодня кое-чего лишится. Каким бы невероятным это ни казалось, но они стали друзьями.
– Хорошо позаботься о ней, – тихо потребовал Аарванд. – Полагаюсь на тебя.
– Я тебя не подведу, – ответил Эйден.
Я склонила голову набок.
«Я и сама могу о себе позаботиться»,  – отправила я ему мысленное послание. Но сомневалась, сработает ли эта связь, пока он находился в своем человеческом облике.
«Знаю, любимая. Но людей, которые тебя поддерживают, никогда не бывает мало. Каждому из нас нужна семья и друзья».  – Он улыбнулся в ответ, и я поняла, что он сделал это намеренно. Наконец между нами больше не осталось секретов.
Я подумала о моменте, когда впервые осознанно увидела его на этом же самом месте. Его выразительные черты лица, холодные глаза и грубая мужественность напугали меня. А теперь я смотрела на него в последний раз и радовалась, что все заканчивалось вот так. С улыбкой.
«Нужно отпускать то, что мы не в силах удержать», – сказала мне Керидвен в своем холме. Мне пришлось уже столько всего отпустить. Что ж, теперь настала очередь моей жизни с Аарвандом. Боль раздирала меня, потом скрепляла и раздирала заново. Все во мне протестовало, ревело и сопротивлялось, и тем не менее я улыбалась. Изо всех сил сдерживала слезы. Я не заплачу. Он должен запомнить меня такой. Сильной и несгибаемой перед лицом судьбы, уготованной нам богинями. Это было страшно и отняло у нас все, но я могла это принять. Он будет в безопасности, а его народ, равно как и люди, заслуживал мира.
«Всё будет хорошо». 
Я кивнула.
Маэль подошла к нам:
– Я подробно объяснила твоим ученым, как приготовить противоядие. Базовые субстанции подготовлены и заправлены магией. Пообещай мне, что закроешь шахты, это не займет много времени, и тогда ваш воздух снова очистится. Природа умеет помогать самой себе. Что бы мы с ней ни творили. – Смахнув слезу со щеки, она собиралась еще что-то добавить.
– Маэль, – перебил ее Аарванд. – Я все это давно уже знаю. Ты уже все это мне рассказывала, а шахты закроются. Клянусь тебе.
– Хорошо. – Она постаралась взять себя в руки и похлопала его по лацкану кителя. – Тогда… Не забудь позаботиться о сыне Конаха.
Он еще вчера отправил в Мораду эскорт, чтобы забрать мальчика.
– Мы так многим тебе обязаны. – Аарванд прижал Маэль к груди и обнял.
– Да ерунда, – прошептала она. – Богини свидетельницы, я не хотела реветь. Для меня это и в половину не так тяжело, но… я буду по вас скучать.
– Береги своих сестер.
– Я нарожаю им столько племянниц и племянников, чтобы они отвлеклись, и тогда они забудут вас в два счета.
– Хороший план. Я завидую Эйдену.
На лице Аарванда отразилось горе. У нас никогда не будет ребенка. Возможно, он унаследовал бы его глаза или рот. Нельзя сейчас об этом думать, потому что тогда я все-таки перед ним расплачусь.
– Готовы? – осторожно спросил Эйден.
Аарванд отпустил Маэль:
– Настолько, насколько к этому можно быть готовым. – Он выпрямил спину и повернулся ко всем собравшимся. Тирза и Нэа прощались с парочкой молодых ведьм. Тарон стоял рядом с Эшем и Эме около Веги и малыша. Голоса смолкли.
– Когда я родился, – громким голосом заговорил Аарванд, – мир людей считался у нас всего лишь легендой. Угрозой. В самых смелых мечтах я не мог бы подумать, что найду здесь друзей. Друзей, с которыми хотел бы не расставаться до конца жизни. Однако Арианрод уготовила нам другую судьбу. И мы примем ее, хоть это и сложно. Я хочу сказать спасибо за эту дружбу. Мой народ этого не забудет. Вы освободили нас и спасли.
– А Алый дракон выполнил свою задачу, – торжественно ответил Эйден. – Он избавил человечество от тирана.
Эме плотно сжала дрожащие губы. Она надеялась, что Калеб все же придет и попрощается с ней. Он этого не сделал, и я его за это не прощу. Эме заслуживала другой конец, но мы все этого заслуживали.
Зазвучали одобрительные возгласы, а у меня не возникало никаких сомнений в том, что Аарванд станет замечательным верховным королем, если князья его изберут. Он превратит Керис в мирное место.
Эйден протянул ему руку и посмотрел на небо. В эту секунду показалось солнце, мы не могли дольше ждать.
– Время пришло. Тебе пора на другую сторону. – Маг обнял его и похлопал по спине. – Передавай своему брату привет от меня. Он один из храбрейших мужчин, которых я знаю.
– Передам. Я никогда тебе этого не говорил, Эйден, но надеюсь, что ты простил меня за то, что я тебя похитил. Мне казалось, так было надо, но это не так. Я не задумывался о том, что это значило для тебя и для людей, которых тебе доверили.
– Всё в порядке, – откликнулся Эйден. – Ты уже не один раз загладил свою вину. Мы нуждались друг в друге в этой войне, и богини знали, что делают.
– Твой брат пожертвовал собой ради всех нас, но невзирая на это вы спасли моего. Я никогда этого не забуду.
Эйден улыбнулся:
– Прощай, Аарванд. Мы с вами спасли друг друга, и мы перепишем все истории, чтобы каждый ребенок на земле узнал, что существуют демоны вроде тебя и твоего брата и что бояться им следует только тех созданий, которые ужасны в душе.
– Тогда тебе предстоит куча работы. Людей не так-то легко переубедить.
Эйден равнодушно пожал плечами:
– Теперь мне больше нечем будет заняться.
Они пожали друг другу руки. Нэа, Тирза и Тарон еще раз помахали нам, а затем перешли на другую сторону.
Аарванд стал последним демоном, который покинул наш мир. Он снова обвел меня взглядом с головы до ног. От напряжения я дрожала всем телом. Желание последовать за ним казалось невыносимым. Он знал это, и его взгляд смягчился. Я была благодарна, что он больше не прикоснулся ко мне.
– До последнего вздоха я буду верить, что мы встретимся вновь. – С этими словами он развернулся и широким ровным шагом ушел. На поляну опустилась тишина.
Он ушел, и с ним пропало все тепло.
Эйден взял меня за руку и сжал ее.
– Ты уверена?
Когда я кивнула, Эме и Маэль встали рядом со мной.
Эш и Эйден отступили назад и вместе с другими ведьмами, колдунами и магами образовали кольцо силы вокруг Источника.
Маэль вынула из кармана плаща три маленьких флакона.
– На прошлое полнолуние я приготовила лунную воду. Подумала, что это не повредит.
Лунная вода – это мощный элексир, очищающий тело, дух и душу. То, что сестра задумалась о том, чтобы защитить нас с помощью лунной воды, наполнило меня смирением и укрепило в своем решении. Мы трое должны быть вместе. В этой жизни для меня не существовало иного пути. Откупорив бутылочку, я выпила чистую воду. На миг закрыла глаза и позволила энергии свободно течь сквозь меня. Сердцебиение успокоилось, а боль в груди притупилась.
Мы взглянули друг на друга, и потом я сняла цепочку и протянула ее Маэль.
– Камень судьбы принадлежит Звездам, – произнесла я громко и четко. Слова эхом разнеслись в морозном утреннем воздухе, и все звуки стихли. Больше не шевелилась ни одна ветка, только что проснувшиеся птицы замолчали, и каждое создание в этом лесу затаило дыхание. Мир перестал вращаться, а знаки у меня на шее начали пульсировать.
Маэль сняла камень с цепочки и положила его на свою раскрытую ладонь.
– Луне – ее Последний свет. – Камень засверкал. Его сияние охватило ее пальцы и руки, а вскоре после этого все тело Маэль замерцало неестественно ярким светом. Мы отпрянули. У нее на лбу засветился полумесяц, под горлом – полная луна, а затем по всей ее груди протянулись знаки луны в разных фазах.
Началось, миры разъединялись. Эме так сильно стиснула мою ладонь, что стало больно. Небо расчертили молнии, и камень в руках Маэль распался на миллиарды искр. Она упала на колени, Эйден бросился к ней, чтобы ее поднять. Сестра в панике замотала головой. Ее тело превратилось в обжигающее пламя. Он протянул к ней руки, и в этот миг миры взорвались. Распались калейдоскопом из цветов и звезд, ночи и дня, тьмы и света.

* * *

Когда я снова пришла в себя, то обнаружила, что лежу на поляне. На слишком хорошо знакомой мне поляне, и я была не одна. Эме помогала встать Маэль, которую до сих пор сильно трясло. У моих ног стелился темный мох. Свет огромной кровавой луны продирался сквозь темно-зеленые листья древних дубов. Это место и это время не из нашего мира. Посреди рощи, как и в первый мой визит, стоял гигантский котел, из которого поднимался светлый дым. Я хлопала глазами, потому что не понимала, что сейчас случилось. Маэль должна была передать камень Эме. Но этого не произошло. Миры раскололись еще до того, как умерла ночь. Видимо, мы что-то упустили. Пророчество еще не исполнилось.
Из-за деревьев вышли богини – Керидвен дружелюбно улыбалась, но Арианрод смотрела на нас слегка раздраженно. Морриган казалась крайне довольной и разглядывала Маэль, по-моему, даже со слишком большим интересом, впрочем, они обе выглядели очень похоже. Бригида приблизилась к нам и сжала ладони Эме:
– Я знала, что вы с этим справитесь.
Арианрод фыркнула.
– Не обращайте на нее внимания. Она своими нитями только все запутала, – заявила Бригида.
– Приятно знать, – сказала Маэль, которая уже снова уверенно стояла на ногах, – когда теперь она может опять привести все в порядок. Что это означает? Что случилось? – Светящиеся луны до сих пор скользили по ее коже и переливались.
– Это вы тоже сумеете и без нас, – ответила Морриган мелодичным голосом, а затем повернулась ко мне. – Ты перехитрила Моргану. – Невозможно было не заметить уважение в ее словах. – Притом что она самая способная из моих учениц. Она хорошо защищала камень.
Я пожала плечами:
– Меня она недооценила.
– Это ее самая большая ошибка, – подтвердила темная богиня. – Она недооценила не только тебя, но и Гвиневру.
– Почему мы здесь? – спросила я, наморщив лоб. – Миры разделились? Люди в безопасности?
– Ни то ни другое. Пророчество пока не полностью исполнено. – Тон Арианрод стал хитрым. – Кое-чего еще недостает.
– Я готова, – раздался голос Эме.
– Готова к чему? – воскликнули мы с Маэль одновременно. – Мы сделали все, что требовалось. Вианна получила камень, и мы были на Источнике в нужное время. Чего же вы еще хотите?
На наших глазах Керидвен превратилась в старуху из пещеры внутри холма.
– Каждая сестра должна выполнить свою часть, чтобы пророчество сбылось.
– Будет больно? – спросила Эме.
– Нет, совсем нет, – пообещала ей богиня, шагнула к котлу и сунула в него палец. Потом подняла его к свету и облизнула. – Чего-то не хватает, – пробормотала она.
– А ну-ка, стоп, – сказала Маэль. – Что это значит? Надеюсь, не то, что я думаю.
– Она Сестра ночи, – презрительно заявила Арианрод. – Не прикидывайся глупее, чем ты есть.
Маэль в ужасе уставилась на богиню.
– Эме не будет жертвовать собой, чтобы исполнилось ваше дерьмовое пророчество. Всем этим беспорядком мы и так обязаны только вам.
– Только ей. – Морриган ткнула пальцем в Арианрод. – Остальные пытались устроить все как лучше.
– Не очень-то вам это удалось, – ответила я. – Урбена сожгли, Эзре пришлось умереть, Регулюс чуть не убил Аарванда, Калеб больше не может перевоплотиться в человека, и я уже даже не говорю про Ланселота и Гвиневру.
– Урбену просто стоило получше спрятать предсказание, – парировала Арианрод. – Я тут вообще ни при чем. – Она разглядывала свои покрытые черным лаком ногти.
– Чепуха. Вивиана выдала пророчество Мерлину, когда еще была в него влюблена, – возразила я ей, однако Арианрод лишь поджала губы.
Маэль недоверчиво покачала головой:
– Как же хорошо, что люди больше в вас не верят. Вы слегка того.
– Не суди сгоряча, девочка, – мягко произнесла Бригида. – Ты не имеешь ни малейшего представления, сколько хлопот нам доставили люди. Мы решили уйти из вашего мира, но сперва нужно было разобраться с одной вещью.
– Объясни им, что еще должно быть сделано, – перебила сестру Арианрод. – В конце концов неразбериха с демонами на твоей совести. Если бы не твой дурацкий котел, они бы никогда не появились.
Керидвен ослепительно улыбнулась и посмотрела на Эме:
– Ты должна войти в него и стать изменением.
Маэль хохотнула:
– Хорошая шутка. – Она вцепилась в руку Эме и дернула ее к себе. – Она ни за что этого не сделает. – В ее голосе отчетливо слышалась паника.
Такого мы не допустим.
– Ты знала, не так ли? – обратилась я к нашей старшей сестре. – Ты давно это видела и ни разу даже словом не обмолвилась. Почему?
– Вы бы попытались меня отговорить.
– Потому что ты не можешь так поступить. – Я сердито обернулась к богиням. – Жертва слишком велика. – «И когда умрет Ночь, судьба миров будет выкована заново». Ни в коем случае Эме из-за этого не погибнет.
– Вы должны вернуть котлу то, что у него забрал Гвион. Часть вашей магии, – терпеливо разъясняла Керидвен. – Больно не будет.
Эме прикусила губу и, похоже, по-настоящему задумалась над этим бредом.
Мне необходимо ее переубедить.
– Эме, – начала я. – Они не могут тебя заставить. Ты не обязана это делать. Давай пойдем домой.
– Но тогда это никогда не закончится, – тихо откликнулась она.
– Артур все бы отдал за такой шанс, – заманивала Арианрод. – Он мечтал избавиться от своей демонической части и разослал рыцарей искать Грааль по всему свету. Вот же безмозглый мальчишка. Хоть бы раз нас спросил, но для этого он оказался слишком горд.
– Он был немного ограниченным, – согласилась Керидвен. Сейчас в руке она держала ложку и мешала ею отвар в котле. – Ты гораздо умнее, дитя мое, верно?
О том, что Святой Грааль и Кубок призыва – это один и тот же предмет, я давно знала, теперь же Котел перерождения раскрылся как его третья форма. Конечно. Магия числа три всегда олицетворяла силу созидания и новое начало, а триединство воплощало творение. Из этой силы три сестры выкуют мир заново. Я была готова пожертвовать своей любовью, но Эме я не отпущу. План богинь провалится.
С неба донесся рев, сверху на нас упала тень.
– Его-то нам сейчас и не хватало. – Арианрод поджала губы. – Мужчины нам тут не нужны. Твоих рук дело? – Мрачно глянула она на Бригиду, которая лишь пожала плечами.
Я не понимала, что здесь творилось. Как богини могли вести себя так, будто мы собрались попить кофе и поболтать? Они хотели принести в жертву нашу сестру. На поляну приземлился дракон, а потом из-за деревьев вышли Эйден и Аарванд. Я думала, что больше никогда его не увижу, и вот он передо мной. Обрадовавшись, я подобрала подол платья, чтобы броситься к нему, однако богиня меня остановила:
– Никогда не вешайся мужчине на шею! – холодным тоном посоветовала она мне. – Даже если он выглядит как твой князь.
Я одарила ее ядовитым взглядом, но он уже сам оказался возле меня. Аарванд обвил руками мою талию, и я страстно его поцеловала. Это не иллюзия, не игра воображения.
– Что произошло? – спросил он, ни на секунду не сводя взгляда с моего лица и ласково поглаживая меня по щеке. – Мы расстались всего на пару минут, а я уже думал, что больше не выдержу.
Арианрод издала раздраженный стон.
– Я сама не до конца уверена, – честно ответила я, не обращая внимания на богиню. – Ты должен отговорить Эме. Ей нельзя этого делать. – От страха сердце у меня забилось намного быстрее. – Уведи ее. – Аарванд привлек меня к себе, коснулся губами виска, и мой зашкаливающий пульс успокоился.
Рядом с нами Эйден, словно желая защитить, обнял одной рукой Маэль. Я судорожно озиралась по сторонам. Эме стояла перед драконом. Это Калеб. Она держала его голову обеими руками и целовала чешуйки на морде.
– Они хотят, чтобы Эме залезла в котел, – выдавила я.
– Она должна пожертвовать собой? – переспросил Эйден, и Маэль кивнула. – И она это сделает?
Как он мог даже думать об этом? Все внутри меня приготовилось в случае необходимости броситься в бой с богинями. Моя магия против их могущества – ничто, но без борьбы я сестру никогда не отдам.
Аарванд посмотрел на кипящий котел, на богинь, а потом на своего брата.
– Нет, если у Калеба есть право голоса. Не могу себе представить, чтобы он допустил подобное.
– Это ее выбор, – вмешалась Морриган. – А не мужчины. Так было бы еще лучше. Смерть – это лишь начало.
Аарванд слегка поклонился богине. Та, кажется, моментально смягчилась.
– Некоторые решения в жизни можно принимать вместе, – серьезно ответил он и выпрямился. Его мускулы напряглись под моими пальцами.
В этот миг Эме отстранилась от Калеба и вернулась к нам.
– Я готова, – произнесла она. – Если таково последнее условие, необходимое для разделения миров, то я это сделаю.
– Славно, – сказала Керидвен. – Меня это по-настоящему радует и обнадеживает.
«Что ты задумала, дорогая?»  – зазвучал голос Калеба у меня в подсознании. Судя по всему, он только сейчас понял, что тут творилось.
Ответа Эме я не слышала, однако Калеб с силой ударил крыльями в воздухе, после чего издал рев, исполненный такой боли, что я каждой клеточкой прочувствовала его горе.
– Замечательно. – Морриган щелкнула пальцами, и тело Калеба прижало к земле. Она просто его обездвижила.
– Не делайте ему больно, – попросила Эме, как и все мы, шокированная силой и мощью, с которой богиня подчинила Калеба своей воле.
Керидвен подошла к нему и приподняла одно из драконьих крыльев. Вырывавшийся у него из ноздрей дым и бессильную ярость она игнорировала. Под крылом обнаружилась белоснежная морская пена.
– Она с конца света, – заявила богиня. – Ты мне об этом напомнила, – добавила она, обращаясь ко мне. – Я совсем забыла, что она мне нужна. Так мило с твоей стороны, что ты ее принес. – Керидвен похлопала Калеба по крылу.
Лучше бы я вообще ничего не говорила. Как она объяснила Калебу, для чего ей пена? Лишь сейчас я заметила его усталость. Это должен был быть долгий полет, и теперь нам стало ясно, почему он не возвратился вовремя, чтобы попрощаться с Эме. Вот что придумали эти четверо. Они манипулировали всеми нами. Но мы этого не допустим. Я стискивала кулаки и призывала энергию воздуха, земли, огня и воды.
Керидвен подмешала морскую пену к зелью. Потом попробовала его и довольно кивнула:
– Думаю, теперь оно идеально.
– Почему ей просто нельзя его выпить? – в отчаянии воскликнула Маэль с покрасневшим лицом. Эйден крепко держал ее, потому что выглядела сестра так, будто вот-вот набросится на Керидвен. – Ты не можешь туда зайти. Отвар слишком горячий. Пожалуйста, Эме. Мы тебе запрещаем. – По щекам у нее струились слезы. – Мы же принесли уже достаточно жертв.
– Его мало выпить, – терпеливо сказала Керидвен. – С вашей сестрой не случится ничего, чего она не захочет. Проявите хоть немного веры. – Едва она договорила эти слова, перед котлом возникла маленькая лестница.
Эме глубоко вздохнула.
– Это мое решение, – произнесла она, обращаясь к Маэль и ко мне. – Я приняла его уже много дней назад, и вы должны его принять.
– Нет, – выпалила Маэль. – Отпусти меня, – прикрикнула она на Эйдена.
Меня обдало порывом ветра, и только что собравшаяся внутри меня магия угасла. Я взглянула на Морриган, которая с извиняющимся видом пожала плечами. Они не дадут нам защитить Эме. Не с помощью силы, которую породили они сами.
– Ты уверена? – спросил Аарванд, когда Эме шагнула на первую ступеньку.
Она оглянулась и улыбнулась нам:
– Как никогда раньше. Доверьтесь мне. Мы еще увидимся.
Но не в этой жизни. Я сжала губы, но не сумела подавить слезы. Мне хотелось сделать еще что-нибудь, сказать что-нибудь, но Эме выглядела решительно. Калеб испуганно фыркнул. Он ни на секунду не отрывал от нее взгляда.
– Эме, – произнесла я дрожащим голосом. Я никогда не смирюсь с тем, что она пожертвует собой ради всех нас, но не позволю ей пройти этот путь в одиночку. Старшая сестра всегда поддерживала нас, всегда была рядом, а сегодня сама нуждалась в нас больше, чем когда-либо. Как бы она ни храбрилась. Эта жертва отнимет у нее все. Я видела, как Маэль боролась с собой, а затем Эйден положил руку ей на спину и легонько подтолкнул вперед. Она злобно зашипела на него.
– Ты всю жизнь будешь раскаиваться, что во время этого шага не держала ее за руку, – просто сказал он.
Слезы без остановки текли у Маэль по щекам, но она все-таки сделала глубокий вдох и шагнула к котлу.
Ослепительная улыбка озарила лицо Керидвен, потом Бригиды, Морриган и наконец Арианрод. Мне бросилось в глаза, как они похожи. Они сестры, как и мы. Богини ссорились, не сходились во мнениях, но держались вместе. Я буду ненавидеть их до конца своих дней.
Несмотря на оковы, Калеб отчаянно взревел, когда каждая из нас взяла Эме за руки. Она взглянула сначала на меня, затем на Маэль.
И улыбнулась сквозь слезы:
– Вот теперь идеально.
Я поцеловала ее в щеку, вдохнув ее запах и ее тепло. Моя замечательная, смелая сестра. Она утешала меня и поддерживала, с тех пор как мы потеряли мать. Я не могла потерять и ее.
– Я тебя люблю.
– Я тоже вас люблю. – Мы вместе поднялись по лестнице. Эме обняла нас в последний раз. – Мы всегда будем сестрами.
– Конечно, будем, – прорычала Маэль.
Кровавая луна скрылась, когда, больше не произнеся ни слова, Эме шагнула в кипящее варево и погрузилась с головой. Раздался рев, и Калеб изверг струю огня в небо. Внезапно мы с Маэль оказались между богинями. Поплыл туман и скрыл нас от взглядов мужчин. Четыре женщины бормотали заклинания, которых я не знала, однако сейчас повторяла их слова, будто они давно были частью меня. Будто моя душа произносила эти слова уже сотню раз. Керидвен и Бригида взяли за руки меня, а Морриган и Арианрод – Маэль. Двенадцать рук вытянулись к небу, и магия переплеталась с тьмой и солнцем, с музыкой и тишиной, с тенями и светом. Мы стали единым целым с миром и временем. Зелье Керидвен огромным мерцающим фонтаном ударило в небо. Ночь умерла, и пророчество наконец исполнилось. Не успела я додумать эту мысль, как вдруг из котла вылетел дракон. Великолепное розовое создание расправило крылья и взмыло ввысь. Калеб опять заревел так громко, что его наверняка услышали во всех уголках земли. Затем выплюнул в воздух сноп огня. На нас пролился звездный дождь, разрушивший заклятие, так что он смог полететь за Эме.
– Она превратилась в дракона? – Маэль, не веря, смотрела Эме вслед. – Вы серьезно? – Она вырвала свои ладони из рук богинь.
– Смерть – это лишь начало, – повторила Бригида слова своей сестры. – Они имели право быть вместе. Душе не важна форма. Это было ее решение.
Керидвен в абсолютном восторге глядела на них.
– Я была не до конца уверена, что это сработает, – призналась она. – Гвион постоянно перевоплощался во что-то еще. Просто тогда я была слишком молода.
– В результате ты его сожрала. Если собираешься сделать это и с Эме… – Пока Маэль не начала угрожать, я перебила ее.
– Кем они оба были раньше? – спросила я с удивлением, шоком и облегчением. Эме не умерла. Она просто изменилась. Эме и Калеб принадлежали друг другу – всегда.
Аарванд обнял меня рукой за плечи. Туман рассеялся, и теперь он тоже смотрел вслед двум драконам.
– Они были Ланселотом и Гвиневрой, а еще Урбеном и Камиллой, так? Вы хоть когда-нибудь думали о счастливом конце для них?
– Он очень умный мужчина, – подмигнув, сказала мне Бригида. – Оставь его себе. Умные мужчины – редкость.
– Урбен – реинкарнация Ланселота? – переспросила я. Естественно, я его оставлю… если это сейчас возможно?!
Богини кивнули.
– То есть у Камиллы и Гвиневры тоже одна и та же душа?
Снова кивок. В этот раз чуть более виноватый.
– Но тогда это означает, что Ланселот и Гвиневра – наши предки?
– Можно и так сказать, – подтвердила Бригида. – Но только их души, не тела.
– Это у нас очень изящно получилось, не то чтобы я сама нас хвалила, – ответила Морриган. – Вам с Аарвандом требовалась помощь в Камелоте.
– А это счастливый конец, как мне кажется. – Керидвен указала на небо, где очень близко друг к другу летели Калеб и Эме. Богиня выглядела крайне довольной собой. Она похлопала Аарванда по плечу. – Но если тебя это успокоит, князь тьмы, у них впереди еще много жизней вместе. Счастливых жизней. Их души такие яркие и так тесно переплетены друг с другом, что ничто и никогда не могло их разлучить.
Аарванд кивнул, а я смахнула слезы из уголков глаз. Искры от огня Калеба все еще сыпались на поляну и оставались лежать на ней, как звезды.
Керидвен единственный раз взмахнула рукой, и котел пропал.
– Наконец-то он на что-то сгодился, – пробормотала она и хитро улыбнулась. – Но теперь мне лучше убрать его подальше.
Калеб и Эме приземлились, и мы побежали к сестре.
– А это не перебор? – с любовью спросила Маэль, и мы погладили бархатистые чешуйки Эме. – Дракон, серьезно?
«Нет. Это то, чего я пожелала»,  – услышали все мы ее голос у себя в головах. Отныне будет так.
– А нам ты ничего не сказала. Как типично. Ты знала, что не умрешь. – Маэль вздохнула, покачав головой.
«На сто процентов я уверена не была. Но приготовилась ко всему». 
– Ты все еще можешь пойти с нами. – Морриган, темная богиня, последовала за нами и теперь обращалась ко мне. – Наше предложение в силе, как и прежде. Мы обучим тебя всем своим знаниям.
– Как бы ни льстило мне ваше предложение, мое место рядом с сестрами.
Арианрод коснулась ладонью плеча Аарванда:
– Наверное, прежде всего, ты хочешь остаться с ним. Не могу тебя винить, – произнесла она и казалась при этом расстроенной.
Аарванд одарил ее очаровательной улыбкой.
Бригида тихо усмехнулась над мечтательным выражением лица сестры.
– Найдешь себе другую жертву, – заявила Морриган.
Только Керидвен сконцентрировалась на важных вещах.
– Пророчество исполнилось. Теперь в ваших руках задать будущему новое направление. Судьба – лишь иллюзия.
«Эти проклятые женщины могут уже прекратить говорить загадками?  – услышала я где-то глубоко внутри себя голос Калеба. – Это начинает раздражать».  Он прижимался своим стройным драконьим телом к Эме, и к нему явно вернулась его наглость. Моя сестра выглядела невероятно красивой и такой счастливой.
Втайне мне очень хотелось с ним согласиться.
– Раз миры теперь разделены, вы отправите Калеба и Аарванда обратно на Керис?
Аарванд нашел мою ладонь и сжал ее. Больше я его не отпущу. Пусть предложат нам какую-то альтернативу.
Морриган нахмурилась:
– Вы выковали заново судьбу миров, – сказала она.
– Но что это означает? Керис больше не скрыт? Все смогут перемещаться из одного мира в другой? Опять начнется война? – Во мне нарастала паника. В таком случае мы ничего не добились. Я больше не хотела сражаться. Аарванд притянул меня к себе, и его тепло меня немного успокоило.
– Она действительно нам ни капли не доверяет, – пожаловалась сестрам Арианрод.
Маэль кашлянула.
– Миры разделены, – терпеливо растолковывала Керидвен. – То есть, если в будущем магически одаренные ступят на Керис, они не смогут пользоваться там своей магией, а демоны в вашем мире не будут менять обличье. Этого должно хватить, чтобы вы в ваших мирах не представляли угрозы друг для друга. Но все равно будьте внимательны. Мир – это не данность, а вопрос воли.
– Мы сделаем все, что в наших силах, – пообещала я. Мы останемся вместе. Я до сих пор не могла до конца в это поверить. Хватка Аарванда у меня на плечах стала сильнее. Мне хотелось уйти куда-то, где мы с ним сможем побыть наедине. На несколько дней или недель. Лишь он и я.
Арианрод вздохнула.
– Видимо, большего от смертных и нельзя ожидать. Мы будем за вами присматривать.
«Только, пожалуйста, не в спальне»,  – недовольно буркнул Калеб.
«У тебя нет спальни»,  – подумала я скорее машинально, чем осознанно. Нам не придется расставаться! У нас впереди целая жизнь. Жар Аарванда усилился.
«Ты права. Я могу забавляться с твоей сестрой где угодно». 
«О небо! Убирайся из моей головы. Я даже знать не хочу, чем вы двое собираетесь заниматься в будущем». 
«Как будто у вас есть друг от друга секреты».  – Он весело рассмеялся, но на самом деле стало тихо. Губы Аарванда дрогнули, из чего можно было сделать вывод, что он тоже слышал слова Калеба.

Глава 26

Коралис
Бельтайн – пять месяцев спустя 

После многочисленных дискуссий и споров князья наконец договорились насчет кандидатуры верховного короля Кериса. Для меня не стало сюрпризом, что их выбор пал на Аарванда. Он спас их земли. Он освободил их от тирана, и, в конце концов, как потомку Мерлина и Вивианы ему было предначертано защищать свой народ и охранять мир. Все эти пункты перечислил не кто иной, как Эйден, когда произносил свою пламенную речь перед семью князьями Кериса. И они с ним согласились. А Аарванд тем временем наклонился ко мне и прошептал:
– Он слегка перебарщивает. – Щеки у него немного покраснели от смущения, но, возможно, это заметила только я.
Сегодня они официально его короновали и возвели на престол. Я так гордилась им, когда Аарванд занял свое место на троне, а Эйден возложил корону верховного короля ему на голову. Князья единодушно попросили великого магистра Ложи оказать их стране такую честь, и Эйден, разумеется, им не отказал. Аарванд будет править справедливо и никогда не станет злоупотреблять своей властью, и другие князья это признавали. Теперь в обоих мирах воцарился покой. Стена вокруг Франции исчезла. Практически каждый отныне получил возможность пройти сквозь Источник на другую сторону, чтобы восхититься чудесами соседей. Ближайших соратников Регулюса заточили в тюрьму в Мораде. Конгрегация и Ложа неустанно работали над тем, чтобы переписать истории и легенды. Гвиневра перестала быть неверной королевой, а Вивиана – злой феей, которая заманила Мерлина в ловушку. Давно пришло время представить роль женщин в правильном свете. Эйден и Маэль поселились в шато, я навещала сестру на другой стороне так часто, как только могла, и помогала ей вновь наладить дела в нашем магазинчике. Лоран и Констанс с малышкой Клэр переехали в наш дом, чтобы ему было не так одиноко. В общем, между замком в Коралисе, шато Ложи и нашим домом установилось очень оживленное движение. Единственное, что периодически омрачало нашу радость, – это что Эме в облике дракона больше не могла пройти сквозь Источник, хотя ее это совсем не беспокоило.
Еще час назад мы танцевали во дворце и отмечали коронацию и Бельтайн. Теперь же все постепенно успокаивалось. Маэль, Эме и я лежали рядом на пляже. Над водой парила песня сирен, а над нами простиралось ясное звездное небо. Я бы с удовольствием протанцевала всю ночь с Аарвандом, но полежать тут с сестрами показалось мне чуточку лучше. Блеск розового драконьего тела Эме был заметен даже издалека. Я погладила ее по бархатистым чешуйкам на носу. Из него вырвались маленькие облачка дыма. С моря донесся всплеск другого тяжелого тела. Калеб. Он оказался чуть ли не более покровительственным, чем его брат. Я не сдержала улыбки. Надолго нас в покое не оставят.
«Мне нужно кое-что вам сказать»,  – услышала я голос Эме у себя в голове.
Маэль приподнялась на локтях. Наши платья после этого будут все в песке, но кого это волновало?
– Что именно?
«Я жду ребенка». 
У меня на глазах навернулись слезы. У моей прекрасной отважной сестры будет ребенок. Маленький дракончик. Я спрашивала себя, сможет ли этот малыш превращаться в человека и колдовать, несмотря на то что его родители утратили свои особые силы. Время покажет, а если и нет, то мы все равно будем невероятно его любить.
– Хм, – пробормотала Маэль. – Ну, не ты одна.
Теперь слезы на самом деле побежали по моим щекам.
Эме внимательно взглянула на меня огромными синими драконьими глазами.
«Ты тоже, да?» 
Я кивнула.
«Тебе страшно?» 
Конечно же, она не могла не задать такой вопрос. Аарванд демон, а я – человек. Рожать этого ребенка рискованно… и все же я покачала головой.
– Я знаю, что все будет хорошо.
Маэль сжала мою ладонь:
– Естественно.
У нас родятся дети. Так мы навечно свяжем наши народы.
– Вон они идут, – прошептала Маэль. – Нас реально никогда не оставляют в покое.
Эме негромко рассмеялась, когда от темноты отделились высокие, стройные тела наших мужчин. Верховный король и великий магистр Ложи. Вся моя любовь устремилась навстречу Аарванду, который встревоженно смотрел на меня.
«Все в порядке»,  – мысленно сообщила ему я.
«Тебе не холодно?»  – Он окинул меня внимательным взглядом.
«Чуть-чуть, но ты сможешь согревать меня всю ночь напролет». 
Его улыбка стала немного дерзкой, если про верховного короля еще разрешалось так говорить.
«Буду рад исполнить любое желание моей верховной королевы». 
Мое лицо залилось румянцем. Верховная королева. Он действительно сделает меня ей?
Аарванд протянул мне руку. Даже если и нет, я не сомневалась в его любви.
– Мы здесь, чтобы принести богиням последнюю жертву.
Это мы обсуждали всю ночь. То, что мы собирались сделать, было правильно. Черномагические артефакты никогда не должны попасть в руки тех, кто использует их магию во вред.
Калеб вынырнул из воды и приземлился прямо передо мной. Он шаловливо потряс головой, и капли воды намочили мне платье.
– Ты неисправим и всегда таким останешься. – Я положила руку на мягкую чешую на его шее.
«Значит, ты все-таки отхватила себе верховного короля.  – Он подтолкнул меня. – Я так и не поблагодарил тебя,  – мягко добавил он. – За то, что спасла моего брата». 
– Мы все спасли друг друга. Никто из нас не одолел бы Регулюса в одиночку.
«Я не это имею в виду, Мышонок. Ты спасла его от самого себя. Он был в такой ярости и так зол. А потом неожиданно объявилась ты и показала ему, что важно в этой жизни. Не страна и его обязанности, а дружба, семья, счастье и любовь». 
Я погладила его по чешуе.
«Пускай мне и не верится, что он хотя бы наполовину так изобретателен в постели, как я, но ты все равно сделала отличный выбор». 
Я засмеялась и покачала головой: спасибо, что он не растерял свое чувство юмора. Они с Эме и так от многого отказались.
– Не буду ничего на это отвечать. – Я обвила его руками за шею. – Я тебя тоже люблю.
«Я знаю». 
Аарванд тихо кашлянул рядом с нами.
– Позаботься лучше о своей собственной женщине.
Драконьи глаза Калеба засверкали от удовольствия:
«Ей время от времени тоже нужно от меня отдыхать, верховный король. Мама с папой так гордились бы тобой». 
Аарванд с любовью похлопал брата по крылу:
– Они гордились бы всеми нами. Даже этим сатаненком, который сегодня опять танцевал с тремя мужчинами, с которыми я запретил ей общаться.
Калеб негромко рассмеялся:
«Я составил ей список, кого обязательно надо пригласить, чтобы довести тебя до белого каления», –  поведал он.
– Что-то вроде этого я и предполагал. – Аарванд покачал головой. – Никогда не смогу выразить, как я благодарен тебе за то, что ты в меня поверил.
В синих глазах Калеба появился подозрительный блеск:
«Ну, кто-то же должен был, а ты нуждался в нас не меньше, чем мы с Нэа – в тебе. Мы не могли допустить, чтобы ты становился все более угрюмым и одиноким». 
– Не настолько и плохо со мной все было, – проворчал Аарванд.
Теперь я не удержалась и рассмеялась, а Калеб забавно хлопнул крыльями.
Развеселившись, Аарванд обнял меня одной рукой:
– Сойдемся на том, что мы все друг в друге нуждались.
Я огляделась вокруг. За нашей семьей последовали люди из замка. Нэа брызгала на Тирзу водой. Она в равной степени воин и просто девочка, и я порой завидовала ее непосредственности. Эме сейчас стояла около Веги, они вместе наблюдали, как малыш Лион превратился в пантеру и шумно играл в воде с Клэр. Крошка едва научилась ходить, но эти двое не могли оторваться друг от друга. Лоран держал в объятиях Констанс и улыбался, глядя на дружбу своей маленькой дочери и сына лучшего друга. Сейчас Клэр обхватила пантеру ручками за шею, а Лион с хохотом перевоплотился обратно. Он унаследовал черные как смоль волосы своих родителей, но голубые глаза деда. Гордость на лице Веги была очевидна, а очаровательного малыша Лиона баловал весь двор. Когда он в первый раз превратился, Аарванд закатил в его честь огромный праздник. Приезжал даже Альтаир де Маскун. Отношения между двумя князьями оставались напряженными, прежде всего потому, что Аарванд в каком-то смысле занял роль защитника Веги и отбивал каждую попытку Альтаира выдать дочь замуж. Таким образом, Вега могла сама выбрать себе спутника, и за минувшие недели ее все чаще стали видеть с первым офицером стражи Коралиса, который уже в последние дни ее беременности очень трогательно о ней заботился.
Со стороны замка к нам направлялись Манон, Тарон и Эш. Хотя парни не касались друг друга, любой бы понял, как они друг к другу привязаны. Будет ли Эш когда-нибудь готов рассказать всем об их отношениях, пока неизвестно. До сих пор Тарон проявлял поразительное терпение.
На берегу сложили большую кучу дров. Сверху лежала широкая доска, и на ней несколько воинов Аарванда поместили черномагические артефакты, которые находились у нас. Вуаль забвения и Монеты изобилия. Мы решили, что на этой церемонии должен присутствовать лишь узкий круг наших товарищей. С башен замка слышались свистящие и шипящие звуки фейерверков. Официальная часть торжества подходила к концу, однако для большинства Бельтайн, праздник плодородия, после этого только начнется. Мы с Аарвандом сегодня будем ночевать в маленькой хижине в лесу. Одна лишь мысль об этом посылала у меня по спине волну мурашек. Из-за государственных дел он сейчас очень занят, а так как я старалась брать на себя столько его задач, сколько могла, у нас оставалось очень мало времени друг для друга. Еще столько всего предстояло сделать и исправить столько всего, что разрушил Регулюс.
Мы все немного отступили назад, и Аарванд обратился в дракона. Я никогда не смогу им насытиться. Его гордой, чуть вытянутой синей головой с янтарными глазами, которые озорно смотрели на меня. Длинной жилистой шеей, мускулистым телом и сапфировыми крыльями. Они с Калебом синхронно подожгли поленья драконьим пламенем. Красные и белые языки огня взвились в небо. Артефакты издали такой пронзительный звук, что его наверняка слышал весь Керис. Новая вспышка драконьего пламени заставила их замолчать. Я молила богинь позволить нам уничтожить эти орудия ужаса. В Гламоргане сохранилось еще немало тех, что мы не сумели достать. Но каждый предмет, который в дальнейшем не причинит зла ни людям, ни демонам, – уже победа.
Мы терпеливо ждали, пока огонь не догорел. Первый офицер Аарванда осмотрел золу, но не нашел останков. Он кивнул своему верховному королю, а я с облегчением выдохнула, потому что сама не заметила, как задержала дыхание.
«Хочешь полетать, моя королева?»  – услышала я голос Аарванда у себя в подсознании.
На моем лице появилась ухмылка.
«Хочешь, чтобы я тебя оседлала, мой король?» 
Он издал какой-то звук, как будто подавился и закашлялся.
«Это опасная игра, любимая». 
Пожав плечами, я залезла к нему на спину. При этом погладила ладонями чешуйки у него на шее и почувствовала, как он задрожал. Не сказав больше ни слова присутствующим, он поднялся в воздух. Я крепко держалась за него и наслаждалась ветром в волосах, на лице и руках. Аарванд все выше взлетал вместе со мной навстречу луне и звездам. Пока внезапно не сменил траекторию и не начал резко падать в темный лес позади замка. Я завизжала от восторга, уверенная, что он ни за что бы не стал рисковать тем, что я упаду. Дракон мягко сел перед крохотной хижиной и снова превратился в человека. Повсюду из леса доносился тихий шепот голосов, свет множества небольших костров мерцал между стволами древних деревьев. Везде этой ночью мужчины и женщины чествовали богинь, воздавали дань браку неба и земли и приветствовали начало лета по старинным обычаям.
Аарванд улыбнулся, с любовью глядя на меня сверху вниз.
– Хочешь войти или останемся здесь?
Я взяла его за руку и повела в другую сторону от хижины. Помедлив, он пошел за мной к маленькому водоему, в котором после смерти Эзры смывал с меня его кровь. Когда мы приблизились к берегу, я отпустила его и сняла с себя платье. Под ним на мне ничего не было. Глаза Аарванда расширились, однако он терпеливо ждал, пока я опять вернусь к нему, расстегну рубашку и стяну ее с его плеч. Потом я занялась его брюками. Когда мы оба оказались раздеты, я повела его в теплую воду.
– Мне кажется, – сказала я и прильнула к нему, – я любила тебя уже тогда.
Кончик его носа прошелся по моей шее и щеке, после чего он нежно поцеловал меня в висок. Затем положил ладонь на мой живот. Пока было не видно, что во мне рос наш ребенок, но меня бы не удивило, если он чувствовал его уже сейчас.
– Тебе просто требовалось время, а я слишком сильно на тебя давил. Но я так тебя хотел. После всех недель в Мораде… – Он рассеянно рассмеялся, прижимаясь к моей коже. – Я себя уже не контролировал.
Мои ладони скользнула по его бокам к груди. Я ласково поцеловала впадинку у него под горлом.
– До сих пор не могу поверить, что мы выжили. Что мы победили. Это кажется нереальным.
– А мне все кажется довольно реальным. – Он подхватил меня за талию, усадил на небольшой выступ на гладком камне и встал передо мной, раздвинув мне ноги. Аарванд лил теплую воду мне на плечи и внимательно наблюдал, как она стекала вниз по моей груди, прежде чем повторить то же самое языком. – Еще реальнее не надо, иначе я потеряю рассудок. – Голос его звучал хрипло и напряженно.
Когда он накрыл мою грудь ладонями, я перестала дышать. Я забыла Мораду, войну, Эзру и даже собственных сестер. Аарванд поцеловал меня глубоко, а потом еще глубже. Запутавшись пальцами у него в волосах, я притянула его ближе. Так близко, что почувствовала, как сильно он меня хотел.
– В Бельтайн верховный король должен соединиться со своей королевой, чтобы завершить годовой цикл. Он обязан доказать свою силу, чтобы сделать страну плодородной, – прошептал он, улыбаясь.
– Надеюсь, это не просто пустые обещания. – Я мягко подалась бедрами вперед и обвила его ногами за талию.
Со стоном он сдался, набросился на меня, как языческий воин, и вошел в меня. Наши руки были одновременно повсюду. Я гладила гибкие мышцы и целовала его нежно и вместе с тем требовательно. Воздух вокруг зарябил. В небесах вспыхивали образы давно минувших времен. Они показывали только что избранного верховного короля на охоте за оленем, показывали, как он, украшенный замысловатыми татуировками, шел вдоль рядов жриц в поисках девственной охотницы, с которой мог завершить ритуал.
Аарванд возносил меня все выше и выше. Он касался моего центра, целовал мою грудь, столкнул меня с обрыва, и в тот миг я узнала короля и охотницу на этих картинках. Я смотрела в глаза Аарванда задолго до нынешней жизни и заметила звезды на шее у женщины. Тогда, как и сейчас, мы связались сквозь время. Я понимала, что образы были подарком богинь для нас, чтобы мы знали, что это – навечно.
Позже мы лежали обнаженными на траве на берегу озера. Аарванд целовал каждую клеточку моего тела, словно я была вкусным деликатесом. Его руки гладили меня по щекам, шее, плечам, животу и между ног. Он действительно ненасытен. Меня наполнила удовлетворенная вялость, когда он лег между моих бедер и мягко вошел в меня.
– Ты знал? – Мне с трудом удалось сдержать стон.
– Что в каждой жизни ты принадлежала мне? – спросил он, сосредоточившись на чувствительном местечке на моей шее.
Я кивнула с закрытыми глазами. Мне нужно больше.
Аарванд взял меня за руки и вытянул их у меня над головой.
– Лежи так, – велел он.
Я приподняла грудь ему навстречу, когда он начал ее целовать.
– Да, знал. Тогда в Камелоте я тебе это говорил. Ты моя an tsíoraíocht . Моя вечность. Мы связаны во всех наших жизнях и в разных мирах. Нам предназначено всегда встречать друг друга.
Дотянувшись до своих штанов, он что-то из них достал. Не разрывая нашей связи, он взял мою ладонь и надел мне кольцо на палец. Тонкий серебряный ободок с темно-красным, как кровавая луна, камнем и заключенной внутри него серебристой звездной пылью.
– Что это? – благоговейно спросила я.
– Кольцо вечности, – сказал он. – Вивиана передала его сэру Эктору для своего сына. В моей семье это кольцо передается по наследству от поколения к поколению и напоминает нам о нашей задаче. Теперь оно принадлежит тебе, пока ты не передашь его нашему старшему сыну. Если ты его, конечно, хочешь, – добавил он не очень уверенно.
Я с изумлением смотрела на артефакт богинь.
– Это предложение?
– Да. – Аарванд улыбнулся. – И мое сердце, которое я бросаю к твоим ногам вместе с просьбой провести эту жизнь рядом со мной – как моя жена, моя верховная королева, моя родственная душа, моя судьба.
– Я принимаю твое предложение и буду хранить твое сердце. Пусть боги берегут наш союз, – прошептала я, и глаза мне застилали слезы. Я притянула его голову к себе, чтобы поцеловать и подкрепить ответ своим телом.
Аарванд с удовольствием подался мне навстречу.
– Мы узнаем об этом в будущих жизнях? – произнесла я ему в губы, когда он толкнулся глубоко в меня. – Будем всегда друг друга находить? – Я возбужденно двигалась под ним.
– Моя маленькая жадная охотница. У нас впереди целая жизнь. – Он поцеловал меня в кончик носа. – Ответ известен только богиням, но я обещаю искать тебя в каждой жизни. – Аарванд бережно овладевал мной снова и снова, медленно и нежно занимаясь со мной любовью.

Эпилог

В следующем году родилось трое детей. Сначала на свет появилась маленькая нефритовая драконица, и Эме назвала ее Розой. Сын Маэль и Эйдена, мальчик с льняными волосами, наполовину колдун, наполовину маг, получил имя Урбен, потому что они с Камиллой – часть нашей семьи и мы никогда не должны забывать, какую жертву они принесли. Ради нас. Ради будущего. И последним в этот мир пришел замечательный мальчик с черными волосами и янтарными глазами, полудемон и полуколдун.
С кровати я наблюдала, как Аарванд вышел с нашим сыном на балкон и показывал ему луну и звезды.
– Я дам тебе имя очень храброго человека, – тихо проговорил он, но я все равно разобрала слова. – Без Эзры нас обоих сейчас бы здесь не было, – рассказывал Аарванд внимательно слушающему ребенку. – Ты бы не родился, а я бы не выжил без твоей мамы. Я хочу, чтобы ты носил это имя с гордостью и чтил его. Не было человека лучше, и ты будешь брать с него пример, слышишь? – Он поцеловал маленький лобик, еще покрытый складочками. – И еще я даю тебе имя моего отца в надежде, что смогу быть тебе хотя бы наполовину таким же хорошим отцом, каким стал для меня он. Всем, чем я являюсь и что умею, я обязан ему.
Слезы побежали по моим щекам, когда он поднял Эзру вверх. Вокруг крохотного тельца образовалась блестящая дымка, сияние усилилось, превращаясь в луны и звезды, которые легкое дуновение ветерка унесло в небеса. Это выглядело завораживающе и пугающе одновременно. Магия его рода дремала глубоко в нашем сыне. Мы будем направлять его и защищать, чтобы он пользовался ею лишь во благо двух миров, от которых произошел.
Потом Аарванд вернулся в постель. Устроив сына между нами, он бережно положил свою руку на его маленькое тело. Я провела пальцами по темным кругам у него под глазами.
– Я еще никогда не испытывал такого страха, как сегодня ночью, – прошептал он, чтобы не разбудить Эзру. – Больше никогда не будем такое повторять. Если бы я тебя потерял… – Усталость побеждала, и он еле заставлял себя держать глаза открытыми. Я же, несмотря на трудность родов, чувствовала себя прекрасно.
Я ухмыльнулась:
– Значит, с этого момента живем в воздержании?
У него на лице мелькнула улыбка, черные ресницы отбрасывали тени на щеки.
– О воздержании я ничего не говорил.
Следующие слова я произнесла шепотом, чтобы не мешать ему засыпать:
– Человеку очень легко выносить ребенка демона, если есть любовь. – Я не могла отрицать, что боялась родов, но, очевидно, легенды прошлого оказались правдивы. Мы любили друг друга. Наши души были связаны, и поэтому наш сын появился на свет так же легко, как дети моих сестер.
– Ты не против, что я назвал его Эзрой?
– Ты бы не смог преподнести мне подарка лучше. Но почему ты это сделал? – Я убрала темные волосы с его лба. Мой верховный король выглядел так, как будто никогда не дрался в более жестокой битве.
– Ты так старалась не скорбеть по нему. Так что знай, что я уважаю то, как важен он для тебя был. Не стоило прятать от меня свое горе. Я сказал это абсолютно серьезно. Он очень храбрый мужчина. Отказаться от тебя наверняка стало для него самым тяжелым поступком в жизни. И я знаю, о чем говорю.
Я подвинулась ближе к нему. Чувства, которые я к нему испытывала, вряд ли можно выразить словами, и уж точно не этими тремя коротенькими:
– Я тебя люблю, – тем не менее произнесла я, надеясь, что он поймет все, что я хотела ими сказать.
В его глазах вспыхнул огонь.
– А я люблю тебя, но что-то наподобие сегодняшней ночи все равно больше не переживу, – проворчал он немного рассерженно.
– Вообще-то, бо́льшая часть работы досталась мне, – ответила я и поцеловала его в лоб.
– А мне казалось по-другому. – Он обнял сильной рукой меня и малыша, который тихонечко хныкнул.
– Думаешь, он будет перевоплощаться в дракона?
– Увидим. – Ответ Аарванда звучал уже почти неразборчиво. – Но не важно, в кого он превратится и превратится ли вообще. Он наш сын, это единственное, что имеет значение, и мы будем любить его до скончания миров. И даже после. – Затем он закрыл глаза.
Пока я обнимала двоих своих спящих мужчин, за окном падали звезды. Я думала об Эзре, о маме и папе, о mémé и всех остальных, кто защищал нас и кого мы потеряли. Но эти трое детей станут новым началом и не позволят, чтобы ненависть, злоба и зависть встали между нашими народами и дарами. Это наш долг перед всеми, кто уже не мог жить здесь и сейчас. Их смерть была не напрасной, она – новое начало.
Конец 

Послесловие

Когда у меня родилась первая идея этой книги, Артура, Ланселота, Мерлина, Утера, Игрэйны, Морганы и Гвиневры в ней вообще не было. Они в нее, так сказать, пробрались и остались. Герои легенд имеют обыкновение жить вечно, и не важно, существовали ли они в действительности или нет.
К сожалению, в европейских легендах, как и в сказках, женщины предстают не в лучшем свете. Они хрупкие принцессы, которых нужно спасать, злые мачехи или сводные сестры, злые ведьмы – или как та же Гвиневра – жена, которая изменяла своему мужу с его лучшим другом, хотя ах какой отважный король думал только о том, как защитить свою страну. Наверняка все не могло так легко делиться на черное и белое, и потому я снова почувствовала себя обязанной реабилитировать женщину, втиснутую в истории в определенную схему. Возможно, она напомнит вам Геру, супругу Зевса, которая в «Божественной искре» представлена сильной и уверенной в себе женщиной, любящей свою семью, и это несмотря на причуды мужа. В оригинальных мифах она, увы, ужасно злобная и мстительная.
Гвиневра играет похожую неблагодарную роль – обманщицы, что недопустимо, однако в данных обстоятельствах вполне объяснимо. Она стала заложницей своей эпохи, и я на самом деле желаю, чтобы они с Ланселотом вновь встретились в другом времени и были так счастливы, как того заслуживали.
Все это приводит меня к моей непосредственной теме – как быстро и необдуманно люди судят и осуждают. Как сейчас, так и в прошлом. Иногда мне кажется, что совершенно ничего не изменилось, и если бы в наши дни все еще сжигали ведьм, то достаточно людей собиралось бы покричать вокруг костров.
Дело не в том, что сама я иногда не тороплюсь с суждениями, но в большинстве случаев я стараюсь держать их при себе. Во времена, когда в сети в два счета можно изо всего раздуть проблему, многим это, по-видимому, дается нелегко.
Нам, писательницам, нельзя говорить о рецензиях и уж тем более защищаться, да я и не собираюсь. Но мне хочется вступиться за своих персонажей и персонажей моих коллег, которые, как и я, тщательно продумывают, что их герои делают неправильно, а что правильно. Потому что идеальных протагонистов так же мало, как и людей, и тот факт, что мне в принципе приходится это объяснять, уже сам по себе заставляет задуматься.
Не в первый раз меня упрекают в том, что в своих книгах я рисую уничижительный образ женщины, а не пример для молодежи. В этой трилогии Вианна якобы слишком слабая, без повода превозносит Эзру и т. д., абсолютно в нем не сомневается и «вообще ведет себя как дура».
Может быть, она действительно так себя и ведет. Однако мне трудно представить себе смертельно больную пятнадцатилетнюю девочку, живущую в стране под угрозой захвата демонами и утратившую свои магические способности, которая в любой жизненной ситуации поступает суперкруто. И даже когда в девятнадцать лет она возвращается домой, ее жизнь не становится намного легче. Если бы было иначе, мне бы это показалось совсем нереалистичным. Тех, кто при указанных обстоятельствах тут же бросился бы в бой с мечом наперевес, я, конечно, поздравляю. Нам же, обычным смертным, часто приходится сначала развиваться, совершать ошибки и терпеть поражения. И так же, как мы сами, должны развиваться и наши персонажи. Будь они с первых строк такими суперидеальными, не понадобилось бы приключений, на которых они могут расти.
И последнее, но не менее важное, для всех тех, кто не заметил, – история вращается вокруг трех женщин, которые по-своему уникальны, действуют по-разному и тем не менее держатся вместе. Рядом с поначалу еще неуверенной молодой Вианной, пока не нашедшей свой путь, есть воинственная Маэль, которая никогда не дает себя в обиду, и Эме – по-матерински заботливая сестра. Все трое дополняют друг друга в своих несовершенствах. Так как никто – на самом деле никто – не совершенен и не поступает всегда правильно, и это не должно становиться нашей целью. А тем более целью писательниц.
И добавлю еще кое-что: отрицание и подавление своих чувств – это не всегда сила. Вианна влюблена в Эзру – да, черт возьми! – разве не все мы в четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать лет влюблялись в мальчиков, которых представляли себе иначе? Тех, с кем такого не случалось, мне искренне жаль.
Что я хочу сказать – в моих книгах не будет нереалистичных, идеальных образцов для подражания, хотя сейчас это довольно модно. Девочек и женщин, которые превосходят всех своим хладнокровием и любую жизненную ситуацию встречают с непоколебимой уверенностью, держат все под контролем.
Я знаю, есть авторы, которые создают персонажей якобы другими. Но «другой» – это в большинстве случаев нереально, и как бы сильно мы ни желали быть другими, лучше или круче и необыкновеннее – чаще всего это не так, и это нормально. Мы совершаем ошибки, творим глупости, безумно влюбляемся не в тех мужчин, мы проливаем из-за них слезы, позволяем разбивать нам сердца и ищем оправдания их отвратительному поведению. Я не говорю, что это правильно. Я лишь говорю – такое случается независимо от того, пишу я об этом или нет.
Главные герои в книгах существуют не для того, чтобы все делать правильно. Они нужны, чтобы раскрывать возможности, и потом читательница спросит себя: «А как бы поступила я? Я бы тоже была такой? Всыпала бы этому парню? Дала бы пинка самой себе? Тихонько страдала бы или снова надеялась на великую любовь?» Всё это варианты. Однако задуматься о них можно лишь тогда, когда герои поляризованы. Если же они не такие, как мы, это вообще невозможно, потому что все мы разные. Признаюсь, мне не нравятся самодовольные женщины-всезнайки. Женщины, которые считают, что все вертится вокруг борьбы полов. Я за равноправие, естественно, но не за уравниловку. Я не хочу жить в мире, где женщины думают, что обязаны вести себя как мужчины, чтобы их воспринимали всерьез, потому что мы, женщины, – нечто намного большее. Под этим я не имею в виду, что женщины лучше как люди – нет, я просто говорю: у нас другие качества. И у мужчин тоже есть свои качества, и лишь вместе мы способны дополнять друг друга в нашей человечности, тем самым делая мир немного лучше.
На этой ноте – выходите к людям и будьте чуточку добрее к другим – маленький совет: часто помогает простая улыбка, благодарность или поцелуй.

Ваша Мара 

Заклинания и проклятия

Использовать на свой страх и риск! 
Adducere  – создает световой след, который показывает пройденный путь
Aeris vertigo  – вызывает воздушный вихрь
Alligio dupli  – связывающее заклинание (корни)
Aperius  – открывает замок
Apudiamente  – открывает магический проход
Aridamus  – высушивает одежду
Ascenda nebularis  – туманные чары
Auguri  – формирует огненный шар
Belenos  – водное заклинание
Calor  – подогревает воду
Colligatio  – связывающее заклинание (свет)
Consiliacus  – изгоняет темную энергию
Disponera  – заклинание сортировки
Domies  – усыпляющее заклинание
Educia  – поднимает землю
Eldur murus  – боевое огненное заклинание
Emantur ligna  – чинит одежду
Errantus  – заставляет предметы перемещаться в разные стороны
Extensio  – заклинание расширения
Extrahere  – высасывает темную энергию
Fixare  – чинит предметы
Fulgato  – генерирует молнии
Ignis  – зажигает факелы
Incendare  – зажигает свечи
Intaricus scripti  – успокаивает дом ведьмы и просит разрешения войти в него
Itus  – проход сквозь защитные чары
Largio  – заклинание увеличения
Miridiem  – создает светящуюся пыль
Mittare  – бросает огненный шар
Mutare  – оборотное заклинание
Moturus  – исцеляющее заклинание
Mortis maledicta  – смертельное проклятие
Nocere  – проклятие, заклинание на поражение
Obicere  – возводит магический барьер
Omnia de finaris  – собирает посуду
Ostendere  – создает волшебные пятна
Protecto Portus  – защищает дверь
Purgatio  – очищающее заклинание
Removere  – развеивает чары, призывающие растения
Reducere  – уменьшает предметы
Rigescere indutare  – обездвиживающее заклинание
Septa secretus  – заклинание раскрытия тайны
Solutio  – снимает обездвиживающее заклинание
Solvere  – разрушает чары одержимости
Solvi vinculum  – разрушает оковы
Speculare  – магический указатель пути
Suturis  – заклинание для шитья
Tempestas  – вызывает шторм
Thelema Agape  – разрушает черномагические чары
Ventus  – зажигает огонь в камине
Volanta  – призывает к себе какой-либо предмет

Рецепт приготовления лунной воды

Лунная вода  – это живая вода, и ее очень легко приготовить самостоятельно. Ее можно использовать для благословения помещений, мест, ритуальных предметов или живых существ. В лечебных целях ее также можно пить.

Тебе понадобится 
• вода: идеально, если это будет родниковая вода или свежевыпавший снег
• белая свеча
• белое перо
• белые драгоценные камни
• большая стеклянная чаша
• флакон с пробковой крышечкой

В ночь полнолуния наполни чашу водой или снегом и поставь ее на подоконник или снаружи. Зажги свечу и разложи перья и драгоценные камни вокруг свечи. Оставь воду на окне на всю ночь. Обрати внимание, что это должна быть не убывающая полная луна. Для ритуала не обязательно, чтобы луна отражалась в воде, однако это усиливает эффект. Следующим утром перед рассветом перелей воду во флакон. Закрой его пробкой и храни в полной темноте, чтобы вода не утратила свою энергию.

Использование 
Если хочешь очистить себя, лунной водой смой с себя все негативное.
Если в защите нуждается твой дом, то смешай ее с солью и расставь чаши с лунной водой по углам жилого помещения или высыпи ее перед дверью и распредели по подоконникам. Также можешь полить ей цветы, они будут тебе благодарны.